Кошка для варийцев

      На третий день отсутствия Занзаса, Скуало купил для меня кошачью переноску. Поводок решил не покупать, потому что я всегда прибегаю, когда меня зовут.       На четвёртый день отсутствия Занзаса и Луссурии, вместо говядины, рядовые подали мне куриное филе! Я не стала есть куриное филе. Я не люблю курицу, тем более сырую. Когда я промышляла воровством квартир, то ела курицу не чаще, чем раз в три-четыре дня, а так могла йогурт съесть, рыбу или свинину.       Я попыталась пожаловаться Скуало, но этот грубиян просто отпихнул меня и заорал, что у него много работы, и чтобы я ему не мешала. Вот же безответственная нянька!       Вечером мне ничего нового не положили в миску, потому что я не съела куриное филе. Гады. И закрыли дверь на кухню. Козлы жадные.       На пятый день мне снова подали куриное филе. А ведь я уже хочу жрать, а не есть.       Решительно подхожу к письменному столу Скуало, сажусь напротив него и начинаю громко выть.       — Врооооооооооой! Заткнись!       Ни за что. Хочу жрать!       — Тц, ну нет говядины, закончилась. Только вечером привезут.       Продолжаю выть.       — Вроооооой! Тебе дадут йогурт. Будешь йогурт?       Затыкаюсь.       — Ты слишком умная для кошки. Если бы Фран и Маммон не проверили тебя на наличие пламени тумана, то я бы убил тебя как шпионку, — ворчит мечник, и приказывает рядовым принести мне йогурт.       Вечером мне подали говядину. Я съела и не наелась. Ещё бы! Вчера ничего не ела, сегодня ела только йогурт.       — Мру-мяу, — подхожу к сидящему за документами Скуало, и трусь об его ноги.       — Что, добавку клянчишь?       — Мяу, — согласно мяучу и умильно заглядываю ему в глаза.       — Тц.       Скуало распорядился, и мне принесли ещё одну порцию мяса. Наевшись, я ушла в спальню Занзаса и растянулась на его кровати. Хорошо.       Ранним утром в спальню вваливается Занзас. От него пахнет порохом и оружейной смазкой.       Я радостно мяучу и кидаюсь ему на встречу. Помню, мне всегда нравилось, когда меня встречала моя кошка. Да и рада я, что Занзас жив и в порядке. Жизнь мафиози опасна, каждый отъезд может стать последним.       — Скучала? Я тоже по тебе скучал, — хозяин бережно берёт меня на руки, начинает гладить.       Днём Занзас посмотрел записи с моего ошейника, после чего бросил графин с виски в Скуало и устроил жёсткую тренировку-избиение рядовым.       — Мусор, не смейте закрывать кухню от моей кошки! И кормите её говядиной!       Ах, как же приятно, когда тебя любят и ценят.       Занзас постоянно таскает меня с собой. В том числе, я вижу его тренировки с пламенем. В связи с этим, мне стало интересно, есть ли у меня пламя? Всё-таки, реинкарнация должна нести какие-нибудь плюшки, а не только неудобства.       Что там Реборн втирал про пламя посмертной воли Тсуне? Решимость, да? А вот Дино сказал Кёе про раздражение. Другими словами, пламя помогает активировать самое сильное чувство. А какое у меня самое сильное чувство? Над этим определённо стоит подумать. Вдруг у меня тоже есть пламя? Ведь человеческий разум как-то умудрился поместиться в кошачьи мозги.       Наступила зима. Ну, или то, что зовут зимой в той части Италии, где мы живём. Снега нет, температура не опускается ниже плюс четырёх градусов в самые холодные дни. Единственное, часто льют холодные дожди, поэтому я не могу много гулять на свежем воздухе. Моя длинная шерсть причиняет мне ощутимые неудобства при намокании.       Рождество Занзас вместе с офицерами отпраздновал пьянкой. Ну, разве так можно? И ведь у него целых пять стопок неразобранных документов скопилось…       Я уже проснулась и не хочу спать. Но и будить Занзаса после пьянки не дело. Пойду, погуляю по особняку.       Пятый этаж тихий. Фран на рождественские каникулы уехал, а остальные офицеры дрыхнут после пьянки. Поэтому я спускаюсь на первый этаж. Если будет настроение, зайду на кухню и попрошу у дежурного повара огурчик. После нахлобучки босса рядовые стали более внимательно относится к моим предпочтениям в еде.       Но есть прямо сейчас мне не хочется, поэтому я просто устраиваюсь на одном из подоконников в холле. Шторы здесь длинной до самого пола, поэтому меня никому не видно.       — Салес, может, ещё не поздно передумать? Победить офицеров невозможно, у них слишком мощное пламя, — робко говорит один рядовой другому.       Я мгновенно навострила уши.       — Идиот. Мы не будем их побеждать. Надо просто подсыпать им порошок в еду. Зря что ли именно мы сегодня будем дежурить на кухне с семи утра и до трёх дня? С похмелья они сожрут и не поморщатся. Через пару часов станут слабыми, как обычные уголовники без пламени. Разве что, гей сможет противостоять отраве дольше из-за пламени солнца. Вечером мы отъедем типо за продуктами. Нам заплатят после уничтожения Варии.       Ах, Вы! А на мне, как назло, сейчас нет ошейника. Но Занзаса и остальных надо предупредить.       Выжидаю минуты две, после того, как эти предатели отошли. На большее моего терпения не хватает. Прыгаю на пол и бегу в кабинет Занзаса. Я точно знаю, что там нет видеонаблюдения, так как босс не любит, когда его снимают на камеру.       Включаю компьютер Занзаса, с трудом открываю ворд и печатаю предупреждение о предательстве. К счастью, бумага в принтер загружена, поэтому я без проблем распечатываю предупреждение, выключаю компьютер, беру лист в зубы и несу его боссу.       Занзас ещё спит. Но у меня важное сообщение, плюс я боюсь, что если кто из офицеров проснётся пораньше и решит перекусить, то рискует получить отраву раньше обеда. Мало ли, вдруг от неё невозможно вылечиться? Варийцев же убить хотят, так что отрава может, как минимум сделать человека инвалидом раз и навсегда.       Кладу лист на тумбочку возле кровати хозяина и начинаю тыкаться мордой ему в лицо. Занзас хмурится, но пока что не просыпается. Тогда я лижу его щёку. От этого он просыпается.       — Фонтина, что случилось? Раньше ты меня не будила.       Я подхожу к краю кровати и лапой стучу по листу на тумбочке.       — Что это? — Скайрини хватает лист и читает моё сообщение. Воздух рядом с ним становится горячим от злости. — Надо проверить.       Занзас встаёт с кровати (кстати, информация для фанаток — Занзас спит в одних трусах), открывает шкаф и одевается. Затем идёт в свой кабинет. Я следую за ним, мне интересно, как босс будет проверять мою информацию.       Босс садится в своё кресло, открывает левый верхний ящик стола и нажимает фиолетовую кнопку вызова. После чего начинает заниматься просмотром документации.       Минут через семь в кабинет залетает недовольный Маммон.       — Босс, я потребую моральную компенсацию, если Вы разбудили меня по незначительному поводу.       — Проверь эту информацию, — Скайрини небрежно подаёт Маммону лист с моим донесением.       Тот берёт лист и быстро читает текст.       — Тц. Если написанное правда, то у нас развелось слишком много крыс, — недовольно бурчит бывший аркобалено тумана. И растворяется в воздухе, а лист фланирует на стол босса.       Занзас сдвигает документы в сторону.       — Фонтина, ко мне, — он стучит ладонью по столу.       Я послушно запрыгиваю на стол. Вопросительно смотрю на хозяина.       — Киса, — говорит Скайрини обманчиво ласковым тоном. — Ты ведь не считаешь своего хозяина идиотом?       — Мяу! — конечно, нет!       — Тогда как ты объяснишь это? — Занзас хватает лист с моим донесением, разворачивает его пустой стороной и показывает пальцем на незамеченный мной ранее оттиск печати слабого жёлтого цвета на обратной стороне. — Такой оттиск наносят на все листы для распечатывания документов офицерами Варии. Чернила делает гейский мусор собственноручно с добавлением своего пламени. В кабинеты офицеров рядовые могут заходить только под присмотром офицеров. Я жду объяснений.       Мда. Похоже, я спалилась.       Включаю компьютер. Открываю ворд. Печатаю текст.       — Не знаю, почему так получилось, но я могу понимать человеческую речь, и смогла научиться читать и писать по-итальянски. Моя мама была обычной домашней кошкой, также, как и мои однопометники. Я же с рождения разумом развивалась, как человеческий ребёнок. Может, это шутка богов такая?       Про то, что варийцы являются частью манги в другом мире, я решила умолчать, также как про факт своей реинкарнации.       — Папашу, так понимаю, ты не знаешь?       — Нет.       — Хм. Твой отец мог быть сбежавшим экспериментом. Откуда ты знаешь про план с отравой?       — Услышала разговор двух рядовых в холле. Я лежала на подоконнике, они не заметили меня из-за шторы.       — Тупицы, — Скайрини пренебрежительно кривит губы. — Я обещал купить тебе гаджеты, управляемые силой мысли, если ты поймаешь ещё предателей. Я сдержу своё слово. Через пару дней съездим в главную резиденцию Вонголы. Лучшие механики и программисты лично подберут для тебя устройства для общения. Раз ты такая умная, то будешь моим секретарём.       — А почему у Вас сейчас нет секретаря?       — Вария — независимый отряд убийц Вонголы. Мы берём к себе только с пробуждённым пламенем посмертной воли. Наёмники с пробуждённым пламенем, не состоящие ни в одной семье — таких мало. Если человек образован и хорошо выучен — значит, в него уже кто-то хорошо вложился. Специалисты предпочитают более безопасную работу. Варии достаются в основном необразованные люди, умеющие только убивать. Многие пишут с ошибками, некоторые даже начальную школу не закончили. Всех более-менее умных учат на программистов, специалистов по взрывчатке и разминированию, специалистов ловушек и медиков. Да и рядовых в Варии немного, не больше ста пятидесяти — ста восьмидесяти человек. Отслужив в Варии лет семь-пятнадцать, в зависимости от состояния здоровья и мощности пламени, или получив травму, люди уходят на более безопасные должности в Вонголе. На сторону или в свободное плаванье, мы бывших рядовых Варии не отпускаем.       — Интересная информация. Но мне всё ещё непонятно, почему у Вас нет секретаря. Неужели нельзя взять одного умного рядового себе в помощники?       — Люди с сильным пламенем попадают в офицеры. Люди со слабым или средним пламенем со временем уйдут из Варии. Я не могу доверить всю внутриварийскую информацию будущему работнику Вонголы, — поясняет мне хозяин. — К тому же, человека со слабым или средним пламенем может подчинить себе мощный иллюзионист.       В кабинет заходят офицеры Варии.       — Врооооооой, чёртов босс, нас хотели отравить в собственной резиденции! — Скуало возмущённо размахивает мечом.       — Ши-ши-ши, принц может собственноручно выпотрошить крыс. И при этом крысы будут живы и смогут рассмотреть собственные кишки, ши-ши-ши.       Мне стало страшно и я нырнула под руку Занзаса. Спряталась у него за спиной.       — После обеда, вместо предателей, на место встречи с их работодателями направятся иллюзорный мусор и королевский мусор. Верный мусор прямо сейчас пойдёт патрулировать внешний периметр на случай внезапного нападения, — раздаёт распоряжения Скайрини.       — Тц. Не думаю, что на нас по правде решат напасть. Думаю, нас просто хотели отравить. Луссурия сейчас в лаборатории делает анализ той дряни, которую нам хотели подсыпать в еду, — говорит варийский капитан.       Дальше начинаются обсуждения того, стоит ли Маммону и Бельфегору сразу схватить тех, кто платит крысам, или стоит попытаться выследить главного заказчика.       Вечером на нас никто не напал. Маммон и Бельфегор захватили тех, кто платил предателям и собирались их убить сегодня вместо оплаты. Но, к сожалению, эти исполнители взяли заказ через посредника на отравление офицеров Варии. Ни о каком нападении речи не шло. Луссурия сделал анализ порошка — это оказался не блокиратор, а смертельный яд медленного действия. Действовать яд начинает примерно через три часа после того, как всосался в кишечник жертвы. Причём убивает этот яд медленно и мучительно. И отравленного им человека, уже не откачать к тому моменту, как яд начинает действовать. Завистников и врагов у Варии много, поэтому так сразу и не скажешь, кто мог бы заказать отравление варийцев. В смысле, желающих много, но ведь варийцы за такое всегда мстят летально, так что, одно дело помечтать о заказе на Варию, совсем другое дело реально заказать Варию.       Документы я разбираю в отведённой для меня комнате. Занзас мне там письменный стол поставил. В освободившиеся время Скайрини стал чаще гонять рядовых на тренировках.       Неделю спустя после нашего разговора о моей разумности Занзас отвёз меня к Спаннеру и Шоичи. Друзья-изобретатели с радостью сняли с меня мерки и собрали специально для меня несколько полезных гаджетов. Во-первых, мой личный компьютер со шлемом. Когда на меня надевают шлем, я могу лазить в своём компьютере, печатать и лазить в интернет силой мысли! Ками-сама, спасибо тебе за такое классное перерождение! Во-вторых, мне сделали новые ошейники с динамиками. Я могу подать сигнал и меня услышат. По вечерам Занзас учит меня азбуке Морзе, чтобы я могла общаться с ним без шлема и без печатанья. Остальным офицерам босс про мою уникальность расскажет, когда я смогу свободно общаться посредством азбуки Морзе.       Я перестала пакостить Скуало. Ведь скоро он узнает, что я умная, и скидок по отношению ко мне, как к неразумному животному, уже не будет.       Долбанную азбуку Морзе я учила около двух месяцев. Уверенно общаться посредством азбуки Морзе я стала ещё через месяц каждодневной практики. И вот тогда босс решил официально представить меня своим офицерам в качестве своего личного секретаря. Даже распорядился перетащить стол с моим компьютером в свой кабинет.       Вечером, после ужина Занзас приказывает офицерам явиться в свой кабинет.       — Вроооооой, босс, у нас что, наклёвывается интересная миссия?       — Нет. Я хочу представить моего секретаря. Фонтина, поздоровайся.       Я вежливо здороваюсь со всеми посредством использования азбуки Морзе.       — Тц. Научил кошку паре предложений на Морзе? Босс, ты бы лучше чем-нибудь полезным занялся, а не ровнял кошку с попугаем, — говорит варийский капитан.       — Фонтина уже несколько месяцев занимается разбором документации. Её разум схож с человеческим.       — Я проверял её на пламя тумана, нет и не было ни малейших следов, — говорит Маммон.       — Фонтина умная сама по себе. Она рассказала, что её мама была простой домашней кошкой. Про отца она ничего не знает.       — Держать у себя продукт чужого эксперимента неразумно, — неодобрительным тоном говорит Скуало.       Я недовольно бью хвостом.       — Ши-ши-ши, кошка или нет, но принятая в Варию, она должна знать о наказании за предательство.       — Я не собираюсь предавать своего хозяина, — протестую я на Морзе. — Да и кто в здравом уме попытается подкупить кошку?       — Фонтиночка, а как ты вообще к нам попала? Зачем ты залезла в машину рядовых? — спрашивает Луссурия.       — Я пару дней дежурила возле мясного магазина в надежде найти себе обеспеченного хозяина, который не стал бы травить меня дешёвым кормом, — честно отвечаю я. — Когда ребята купили много мяса и небрежно бросили в багажник пакет со стейками, то я просто не смогла удержаться, хоть и понимала, что лезть в чужую машину может быть чревато. Огнестрельное оружие я заметила только во время поездки, когда упала крышка ящика с винтовками. Если бы я увидела оружие сразу, то ни за что бы не рискнула залезть в машину к рядовым.       — Неужели за несколько дней тебе так и не удалось найти хозяев? — Луссурия всплеснул руками. — Ты такая красивая.       — Многие люди до сих пор считают, будто чёрные кошки приносят несчастья, — мяучу свой ответ на Морзе обиженным тоном. — Меня из-за этого хозяева мамы выбросили, когда не смогли пристроить. Да и у магазина меня чаще пытались пнуть, чем угостить.       — Бедняжка, — сочувственно вздыхает хранитель солнца Варии.       -Вроооооой, почему ты пакостишь мне, если всё понимаешь? — требует ответа мечник.       — Потому что Вы громко кричите. И обзываетесь.       — Да я сгною тебя на полигонах за дерзость! — возмущается Скуало.       В него тут же летит очередной стакан.       — Даже не думай. Это моя кошка, — говорит Занзас предостерегающим тоном.