До встречи с тобой

— Любимый, тебе плохо? — Малия жмётся к боку Стилински, слегка массируя его широкие плечи. Выглядит она слегка обеспокоенно, и из-за этого утыкается носом в воротник рубашки парня, отыскивая в дорогом парфюме спокойствие. — В тысячный раз говорю: Тейт, свали! — Стайлз приподнимается, стряхивает со своих плеч руки девушки и чуть-чуть отодвигается от неё, вновь опуская голову на холодную поверхность столешницы. — И сколько раз мне повторять, чтобы ты не называла меня идиотским «любимым»? — бурчит под нос себе парень, но она улавливает каждое слово. — Мы просто спим для удовольствия друг друга, а не встречаемся ради этих розовых соплей. Запомни уже это! Малия хочет возникнуть по этому поводу, но чувствует, как Стилински далёк от хорошего настроения и может послать её ещё грубее, чем сейчас, поэтому обиженно надувает губы, складывает руки на груди и оглядывает столовую, откинувшись на спинку стула. Задетые чувства неприятным осадком ложатся на потрёпанное сердце, но Тейт терпит этот тяжкий груз. Если действительно любишь, то и не через такую боль придётся проходить. Малия не завидует другим девчонкам в университете, потому что практически каждую ночь проводит с одним из самых крутых парней, хотя порой и ей хочется обычных нежностей, которые сокурсницы получают от своих бойфрендов на переменах. Только от Стилински этого не дождёшься; ему проще послать человека куда подальше, чем проявить хоть каплю заботы и любви в чью-то сторону. Задумавшись, Малия не замечает друзей Стайлза, не спеша направляющихся к их столику. Только когда рюкзак МакКолла с грохотом падает на стол, от чего Стилински стонет из-за возобновившейся головной боли, Тейт вздрагивает и переводит взгляд на парней. На запястье, где высечена татуировка, начинает неприятно жечь, и девушка с лёгким испугом смотрит на ребят и тут же замечает, как Тео хмурится и одёргивает рукава своей толстовки, пренебрежительно бросая взгляд на девушку. — Мне пора, — Тейт вскакивает на ноги, хватает сумку и как можно скорее идёт к выходу, оставляя позади себя компанию ребят. Стайлз приподнимается и удивлённо смотрит ей вслед; обычно от Малии так просто не отделаешься, а тут она сама чуть ли не сбегает от него. Он знает, конечно, что она на дух не переносит его друзей и старается как можно меньше пересекаться с ними, но каждый такой случайный стык поражает его. Насколько же большая неприязнь к ним. Только Тейт давно знает, что никакой неприязни у неё нет к друзьям Стайлза, и всё дело заключается в одном из ребят, а именно в Рейкене, который по расчётам Вселенной является родственной душой для Малии. А Тео по рассказам Стилински, вроде как, скептически настроен против всех этих эмоциональных уз, поэтому девушка старается не особо светить своей персоной перед парнем, чтобы в очередной раз не заставлять ни себя, ни его терпеть это дискомфортное напоминание о соулмейтах, и вполне довольствуется мужским вниманием от Стилински. — Чёрт, как же это больно, — Айзек шипит, хмурится, одаривая недоброжелательным взглядом всю сидящую женскую половину в столовой, и потирает покрасневшее запястье. — Ты мазохист что ли? — он пихает полусонного Стайлза в бок, и тот одаряет друга недовольным взглядом исподлобья. — Почему? — без особого интереса спрашивает парень, хотя предположительно уже знает ответ на свой вопрос. Единственный из всех, кто никогда не может удивить своим поведением и задаёт самые предсказуемые вопросы — это Лейхи, безусловно. — Столовая — это последнее место, куда бы я пошёл с жутким похмельем, — отвечает тот, а Стайлз, осторожно потирая виски холодными пальцами, лишь хмыкает и ухмыляется. Слишком ожидаемо, Айзек. — Мало того, что все болтают без остановки, так ещё и руку раздирает от невыносимой боли из-за чёртовых соулмейтов, которые снуются здесь. — Меня это отвлекает. Кто бы она не была, сейчас эта девчонка находится здесь, и я благодарен ей, — Стилински закатывает рукав кофты до локтя, предоставляя друзьям лицезреть раскрасневшуюся, словно от ожога, руку. — Это помогает мне не обращать внимание на головную боль, которая разрывает мой череп пополам. Другое дело, бери пример со Скотта, — Стайлз переводит взгляд на друга, который в это время обсуждает бейсбольный матч с Тео. Услышав своё имя, МакКолл тут же настораживается и вопросительно оглядывает друзей, — ему, кажется, совсем всё ни по чём, — парень указывает на запястье, и тот всё понимает. — Я просто ничего не чувствую, — пожимает плечами Скотт и обнажает запястья, где нет никаких признаков на присутствие его родственной души. — Видите? Ни-че-го. Ребята внимательно оглядывают руку друга и, когда МакКолл поправляет кофту, пряча свою метку, отлипают от него и занимают себя другими делами. Стайлз берёт бутылку воды, любезно предоставленную Лейхи, отвинчивает крышку и жадно выпивает всё содержимое, смачивая пересохшее горло. Айзек, решив хоть немного отвлечься от неприятного жжения на руке, достаёт тетрадь с конспектами по физике и принимается перечитывать их. Скотт утыкается в телефон и выискивает во всемирной паутине различные новости о вчерашнем прошедшем матче по бейсболу, о котором только что рассказывал Рейкен. Тео же крутит в руках ключи от своего внедорожника и смотрит куда-то в сторону, сильно задумавшись. — Сегодня днём принимают заявки в команду, а вечером проходит первая испытательная тренировка, — он смотрит на друзей, которые отвлекаются от своих дел и переводят взгляд на него. — Всё ещё ведь в силе, да? — Конечно, — с уверенностью отвечает Стайлз и с полным ненависти взглядом выискивает среди студентов в столовой светлую макушку Дискинсона.

***

Девушки болтают, смеются и обсуждают последнюю лабораторную работу по химии, одновременно с этим ковыряясь в тарелках с обедом. Эллисон между делом разглядывает каждого парня в столовой, ощущая дискомфорт вокруг своей татуировки, но понимает, что всё будет безрезультатно, поэтому возвращает Мартин всё своё внимание. Лидия улыбается, когда Арджент погружается в их общие детские воспоминания и начинает заново пересказывать их с некой долей ностальгии, но через пару минут девушка мрачнеет и утыкается носом в свою тарелку. — Что случилось? — осекается от своего продолжительного рассказа Эллисон и интересуется резко поникшим видом подруги. — Джексон пригласил меня на Рождественский бал, — поспешно говорит Мартин, без интереса водя по полупустой тарелке вилкой, чем вызывает противный скрип, и Эллисон хмурится от этого, но терпит. — Я не подумала и согласилась, но сейчас понимаю, что не хочу идти с ним, — подняв глаза, девушка закусывает губу и ждёт вердикта от подруги. Арджент откладывает вилку в сторону и подпирает руками подбородок, раздумывая над словами подруги. Где-то глубоко внутри хочется закричать, что Мартин полная дура, раз сначала соглашается, а после начинает жалеть об этом, но Эллисон засовывает этот порыв куда подальше и пытается понять позицию Лидии, встав на её место. Женская мысленная толерантность, если можно это так назвать. Девушка пару раз сводит густые брови к переносице, и Мартин затаивает дыхание, ожидая самый худший приговор, но та лишь поджимает губы и долго всматривается в тонкие черты лица Лидии. — Ты нравишься ему, — начинает говорить Эллисон, и Лидия облегчённо выдыхает; в голосе Арджент нет ни единого намёка на осуждение за такой поверхностный поступок, — и ты сама знаешь это. Дай ему небольшой шанс хоть на что-то. — Это неправильно, — бойко протестует Мартин. — У нас у всех имеются отметки, потому что Вселенная лучше нас знает, кто нам подходит. Нельзя так просто давать кому-то шанс на что-то из-за того, что ты только нравишься ему. — Лидия, я не хочу с тобой ругаться, но пойми, что твоя родственная душа может находиться где угодно. Так почему бы просто не попробовать побыть в отн… — Он здесь, — отчеканивает она, задирая рукав свитера и показывая подруге красное запястье. — Видишь? Он не где угодно, а здесь. В Бэйкон Хиллс. В этой столовой. Практически рядом со мной. Эллисон внимательно разглядывает руку Мартин, а затем вновь переводит взгляд на снующих возле них парней. Никто из них особо и не выглядит так, будто испытывает покалывания на запястье от своей ещё ненайденной родственной души, а если кто-то и принимается ёрзать на стуле, то через пару секунд уже перекидывается фразами с какой-нибудь девицей за соседним столиком. Если бы Эллисон только повнимательнее пригляделась бы к Стилински и его друзьям, то по Айзеку, который ежесекундно одёргивает рукава своей кофты, поняла бы, что нужная компания сидит практически за соседним столом. Но Арджент вместо этого лишь прикрывает глаза, потирает лоб и откидывается назад к спинке стула. — Делай так, как сама считаешь правильно, — устало произносит она, берёт свой стакан апельсинового сока и делает несколько небольших глотков. — Кстати, — отставляя напиток обратно, вновь возобновляет разговор. Перевести тему от чуть неудавшейся ссоры — отличный выход поднять настроение, — Джексон подал заявку в команду по лакроссу и сегодня вечером у него испытательная тренировка. Хотя бы как лучшая подруга ты же придёшь его поддержать? — Как лучшая подруга — приду, — Лидия улыбается, тянется за своим стаканом с какао и получает ответную улыбку от Арджент, которая время от времени периодически бросает мимолётные взгляды на парней в столовой, выискивая своего соулмейта, из-за которого кожу вокруг отметки неприятно жжёт. Эллисон хочется реветь от этого.