We'll Never Meet Again

Лучики солнца приятно согревают уже успевшую загореть кожу. И Луи счастлив какое-то время, пока какой-то чудик не врезается в него, роняя его любимый долговечный рюкзак. Шатен морщится, все еще держа глаза закрытыми. — Простите, месье, я отвлекся, — начал незнакомец. — Кажется, Бог тоже отвлекся, когда раздавал всем мозги, ведь тебе не досталось. Это было очень грубо, и парень, в чью сторону прилетела эта фраза, был в серьезном шоке. — Не обязательно быть таким мудаком. — Мне плевать, мы все равно больше никогда не увидимся, — Луи пожимает плечами и, наконец, открыв глаза, хватает свой рюкзак с горячей земли и уходит в своем направлении. Да, Луи жесток по отношению к окружающим, но он просто не очень-то любит людей. Именно поэтому он не особо заботится о чувствах окружающих, а его совесть уже давно отчалила куда подальше, так что Луи ничего не гложет. В двадцать два года парень решил оставить представления о рутине так же, как и бизнес отца, и своего теперь уже бывшего парня. Луи просто хотел развлекаться и познавать мир. Хотел путешествий и разнообразия, и мир мог дать ему это (или, скорее, отец мог дать ему это). Луи повезло, что его отец не придерживался той мысли, что дети должны продолжать дела родителей. Поэтому ресурсы Луи позволяли ему раскрашивать свою жизнь. Вот уже год шатен посещает разные города и страны, и даже не собирается останавливаться. У него еще столько неизведанного, так что да, уже завтра его ждет рейс в Севилью. Луи уже обошел все интересующие его места в этом городе за 3 дня пребывания здесь и теперь решил просто прогуляться, запоминая все перед отъездом. Проходя мимо рынка, он не смог удержаться от обилия фруктов на прилавках. — Месье, прошу вас, эти сливы слаще любого шоколада, — женщина с курносым носом протягивала какому-то туристу две маленькие сливы в левой руке, и Луи захотел их попробовать. Поэтому он подошел к ним, бесцеремонно забирая из рук торговки сливы, откусывая одну. — Прошу прощения? — мужчина с американским акцентом был явно не в хорошем настроении после проделки Луи. — Позвольте мне быть наглым, мистер, мы все равно больше никогда не увидимся, — пропел Луи, скрываясь за другим прилавком. А сливы и правда были вкусные. Ближе к вечеру, когда начало темнеть, а Луи достал из рюкзака серую толстовку, его ноги сами привели его к берегу моря. Легкий и слегка прохладный ветерок приятно обдувал кожу, и Луи вдохнул полной грудью, таща рюкзак в правой руке. Парень решил устроиться у небольшого камня и кинул рюкзак на песок, сев рядом. Он согнул ноги в коленях и скрестил на них руки, любуясь прекрасным видом. Море сегодня было очень спокойным, лишь небольшие волны иногда задевали пальцы ног Луи. Луи наблюдал за солнцем, которое так красиво и уже не так ярко освещало все вокруг. Парень все еще морщился, глядя на него, но оно слепило не так сильно, как днем, что текли слезы. Луи Надел толстовку, которая все это время висела у него на плечах, и достал из кармана телефон, чтобы сделать селфи. Когда он сделал парочку фотографий, он решил посмотреть, что получилось. На последней он обнаружил какую-то фигуру сзади. Приблизив, он увидел кудрявого парня, показывающего язык. — Какого… — Луи обернулся и наткнулся на обезоруживающую улыбку того самого парня с фотографии. — Прости, что влез в кадр, но я подумал, что это будет весело. Ну знаешь, случайные люди на твоих фотографиях. Этот парень продолжал улыбаться, сверкая своими зелеными глазами вдобавок. Луи быстро оглядел парня, останавливаясь на его волосах. — Как тебе в Бонифачо? — Красиво. И спокойно. Красиво и спокойно. Парень кивнул, легко обхватывая себя одной рукой, чтобы рубашка не колыхалась так сильно от ветра. На нем была голубая гавайская рубашка, застегнутая лишь на несколько последних пуговиц, что позволяло Луи лицезреть интересные татуировки этого парня. — Могу я присесть рядом с тобой? Луи кивнул головой, отодвигая рюкзак в сторону. — Итак, парень, любящий портить кадры, ты местный или турист? Потому что глядя на тебя, я не могу определиться. На самом деле, Луи не считал, что парень испортил кадр, ведь он был достаточно красив. — Я тут проездом, вообще-то. Знаешь, несмотря на такую красоту, здесь на самом деле не так все прекрасно. Я слышал, что здесь тонет очень много людей. — Город самоубийц значит, — хмыкнул Луи, фокусируя взгляд на море, представляя тонущих людей. Жутко. — Ты видел этот обрыв? Большинство утягивает экстрим. Они думают, что прыгать с такой высоты весело и безопасно. Кстати, в основном это туристы. Кудрявый парень отодвинул руки назад, держа вес на них. Его кудряшки дергались от ветра, наверное, его ушам щекотно из-за этого. Парни сидели в тишине, наслаждаясь вечером. Луи думал о том, как уже завтра будет в другом месте, и это так будоражило. Чувство волнения вперемешку с радостью. Он открыл свой рюкзак, выуживая оттуда несколько слив, которые он купил у той женщины, и бутылку воды. Он аккуратно прислонил рюкзак к камню и протянул сливы рядом сидящему парню. Тот факт, что ему не нравились люди, не мешает ему заводить случайные знакомства или даже отношения. Поэтому, когда сейчас у него хорошее настроение, он не прочь провести время с милым парнем, который любит корчиться на фотографиях. Они немного порассуждали о сливах, и вдруг Луи отвлекся, почувствовав под рукой что-то непохожее на песок. Он обернулся, поднимая ладонь, но ничего не нашел. Он немного поковырялся в песке, отрывая небольшую ямку, и увидел черепашьи яйца. Шатен удивленно взвизгнул, поворачиваясь всем корпусом к находке и роняя свой рюкзак, из которого выпали некоторые вещи. Он даже забыл про незнакомца рядом, пока тот не сказал что-то. — Закопай их обратно, — прикрикнул он. — Ты же не хочешь погубить черепашек?! — Я первый раз сталкиваюсь с этим. — Пересядь, — кудрявый нахмурил брови, пока его большие руки закапывают яйца обратно, все добавляя и добавляя песок. Луи улыбнулся и, подняв рюкзак, встал с песка. — Черт, — выругался Луи, собирая с песка оставшиеся сливы и пачку сигарет. Кудрявый тут же проследил за движениями шатена. — Держи. Он протянул Луи черный блокнот, который тоже лежал на песке. Луи жадно выхватил блокнот из рук, потому что этот блокнот — маленькое «все» для него. — Я Гарри, кстати, — парень протянул руку, вставая ближе. Он оказался намного выше Луи, но того это не задевает, почти, нет, ни капли. — Не нужно имен, Гарри, — сказал Томлинсон, выделяя имя парня. — Мы больше никогда не увидимся. Так что, было приятно посидеть с тобой здесь. Уголки губ Гарри опустились, но Луи этого уже не видел, потому что уже шел по направлению к своей гостинице. Солнце опускалось за горизонт, а кудрявый парень продолжал стоять у камня, теряясь в мыслях.

***

Прошло чуть больше часа после того, как Луи устроился в хостеле, забрасывая на свою кровать свой рюкзак. Он достал оттуда черный блокнот, вытряхивая из него песок, открывая на последней исписанной странице. Бонифачо Севилья Париж Ла-Рошель Луи составлял этот список хаотично. Он приезжал туда, где бы ему хотелось побывать. Найл сказал, что в Бонифачо замечательный песочный пляж, где Луи побывал и нашел черепашьи яйца. А в Севилье можно здорово отдохнуть у Вилфредо. И Луи это привлекло. Был уже вечер, когда Луи вышел на улицу. И первым делом он отправился в местный бар выпить чего-нибудь. Уже после третьего шота к Луи подошел симпатичный молодой человек, который хотел уединиться в туалете. Но Луи отказал, ссылаясь на свою натуральность. Но после шестого шота сам же и поцеловал этого парня. — Может, мы встретимся завтра? — Не стоит, мы все равно больше не увидимся, — говорит он свою излюбленную слабость и уходит из бара. Еще до того, как Луи отправился в свое первое путешествие, его осенило, что всех людей, которых он встретит в своих путешествиях, он не увидит больше. И его забавляло то, что он может делать, что хочет, потому что его никто и нигде не знает, и ни с кем из них он больше не увидится. Ему нравилась сама идея случайности и спонтанности, поэтому он никогда не останавливался с кем-то больше одного дня, и никому, с кем знакомился, не давал о себе больше информации. Но кажется его система дала сбой, потому что уже на следующее утро, когда он ждал автобуса у остановки, к нему подошел тот самый кудрявый парень, который влез в кадр селфи Луи. Сначала шатен думал, что ошибается, и это просто глюки, но кудрявый переубедил его в этом. — Так, «никогда» — значит завтра? Улыбка этого парня была такой самоуверенной и милой, что Луи растерялся. За год своих путешествий он ни с кем не встречался дважды, уж тем более в разных городах. Это просто невозможно, а его маршрут случаен. — Почему ты здесь? Луи был на самом деле даже возмущен. И, похоже, Гарри забавляла эта ситуация, и то, как щеки Луи надуваются от негодования. — Потому что я путешествую, — Гарри легко улыбнулся Луи, и Луи очарован. Правда. — Я все еще не знаю твоего имени, а мы, если ты не заметил, уже в другом городе. Луи метался. Конечно, он хочет познакомиться с Гарри поближе, прогуляться, возможно даже заняться чем-то не таким невинным, но его система. Это не может быть просто случайностью, потому что случайности не случайны, и Луи знает это. Но широкая улыбка Гарри и его блестящие глаза помогают решить Луи. Парень так красив и так заинтересован в нем, что Луи даже немного боится. — Луи. Мое имя Луи, — он протягивает уже не незнакомцу руку и расслабляется, когда тот ее пожимает. Парни решили гулять по Севилье вместе. И первым делом они пошли в парк Аламильо, где скоро должны были начаться гонки на велосипедах. Луи купил лимонад, а Гарри сфотографировал руки Луи. Позже он сфотографировал сам лимонад, деревья, самого Луи и кучу велосипедов. — Просто люблю фотографировать. Гарри пожал плечами и снова навел объектив уже на дорогу, полную машин. Луи не мог поверить, что Гарри на самом деле такой очаровательный. — Гарри, почему Севилья? — спросил Луи, решая узнать причину, по которой они встретились здесь. — Я приехал в Вилфредо. Бум. Второе попадание. Это точно не случайность. Гарри заметил открытый рот Луи и легонько хлопнул его по подбородку, смеясь над реакцией. — Ты не можешь! — Луи тыкнул пальцем в грудь Гарри, одновременно думая о случайностях и о том, какая широкая у Гарри грудь. — Мы не в гребаной соулмейт- вселенной, где судьба сводит людей на раз-два. Потому что я тоже приехал в Вилфредо, потому что мой друг посоветовал мне. Луи кипел от негодования. Но, когда он посмотрел на Гарри, который уже не был так весел и убрал камеру, пожалел, что так сильно разгорячился. — Прости, просто со мной такого раньше не было. Я все время говорю всем, что мы больше никогда не увидимся, и представь мое удивление, когда я вижу тебя на остановке. — Ты всегда говоришь так много и быстро? Ты не можешь, не знаю, просто принять это и пойти к Вилфредо? Чтобы мы пошли вместе? Луи принял это.

***

— Очень вкусное, Гарри попробуй, — Луи протягивал Гарри свой бокал с красным вином, которое Вилфредо щедро налил ему, услышав про Найла. — Да, но оно не сравниться с этим. Парни выпили уже где-то три бокала разных вин, на самом деле ни черта в них не понимая. Для них было лишь вкусно и не вкусно. Хотя Гарри начал выпендриваться, делая вид, что понимает толк в этом. — Хм, тонкий аромат редкого сорта винограда. Такой изысканный, — Гарри сделал мордашку ценителя. Именно мордашку, потому что он был таким милым, что Луи начал смеяться. Гарри поплескал вино в бокале, поднося его к носу. Сделав глоток, он начал прогонять его во рту, не глотая. — Теперь ты должен выплюнуть его обратно, — сказал Луи, поймав удивленный взгляд Гарри и громкое «хм?». — Я видел в фильмах, как дегустируют вина. Они плюют его обратно. И Гарри выплюнул его обратно. Луи согнулся на стуле, потому что его живот уже болел от смеха. Гарри немного странный, но такой забавный, и Луи это нравится. Вилфредо смеялся с них, полагая, что они пара. Он подливал им еще вино, давая к нему небольшую закуску. Это был добрый старик, знающий толк в своем деле. И когда Гарри отлучился в туалет, Луи повернулся к Вилфредо спросить название вина в его бокале. — Как там Найл? Он приедет сюда в этом году, я уже отложил для него пару бочек. — Он собирался, насколько я знаю. Но его новый знакомый зовет его в Швейцарию. Кажется, старик немного расстроился. Найл приезжал сюда в течение уже 5 лет, и каждый год приходил к Вилфредо, уезжая домой с несколькими бутылками вина. — О, мой друг тоже собирается в Швейцарию, — сказал Гарри, падая на стул рядом с Луи и задевая своей коленкой ногу Луи. Луи было приятно чувствовать тепло от тела Гарри, и он не стал двигать ногу, как и Гарри. — И почему их всех туда тянет? Лиам говорит, что ты не жил, если не ел швейцарский шоколад в самой Швейцарии. Вилфредо налил парням еще вина, отходя к другим приезжим. — Моего друга тоже зовут Лиам, — Гарри не отводил пьяного взгляда от глаз Луи, что того совсем немного смущало. — Кстати, это он начал говорить про Севилью, когда мы были еще в Лондоне. — Он тоже катается сюда каждый год? — предположил Луи. — Его новый знакомый, Найл, катается. Луи потерял дар речи буквально на минуту. Но у него не длится это долго обычно, он сразу начал нападать. — Три! Это третье неслучайное совпадение! Гарри ты не можешь так просто говорить о том, что ты приехал сюда к Вилфредо, потому что услышал, как Найл говорил об этом, потому что Найл мой лучший друг, который каждый год уже в теч… — Луи нагло заткнули резким поцелуем. Но то, что он кипел от злости только первые две секунды, Гарри знать не обязательно, Луи все еще строил из себя возмущенного человека. Вилфредо вернулся к ним с новой бутылкой вина и гроздью винограда. — По-твоему, так просто? — Незачем все усложнять, Лу. Стой, или я тебе не нравлюсь, О, Господи. — Нравишься, — Луи коснулся руки Гарри, нежно поглаживая тыльную сторону его ладони. — Так, ты можешь сделать меня исключением своих правил путешествия? Луи обдумывал свои решения пару мгновений, после чего встал, забирая у Вилфредо вино и благодаря его. — Прости, но мы больше не увидимся. Не теперь.

***

Да, Луи придурок, и он знает об этом. Когда он проснулся, он даже не понял, почему так поступил. И первые два часа после пробуждения он занимался самобичеванием и ненавистью к своим поступкам. И он не нашел ничего лучше, чем позвонить и пожаловаться Найлу, который только ругал его за идиотские идеи Томлинсона и его неспособность делать исключения. Но потом друг все же пожалел его, успокаивая тем, что они могут встретиться с Гарри в Лондоне. Луи понравился такой расклад, и уже через час его ждал самолет до Парижа. В хостеле он снова достал блокнот и зачеркнул Севилью. Луи решил остаться в Париже чуть дольше, чем в другим городах, потому что, ну знаете, это Париж, увидеть его и умереть. Правда умирать Луи не собирался. Конечно, первым делом он поехал к Эйфелевой башне. В самый центр, в самое сердце Парижа. И это действительно завораживающее зрелище. Луи был здесь уже вечером, когда загорались огни и менялась сама атмосфера города. В детстве Луи представлял себя французом, и он уверен, что должен был родиться именно здесь, а не в Лондоне. Парень достал телефон, чтобы сфотографировать этот момент, как увидел в камере кудрявого парня, очень похожего на Гарри. Луи наблюдал за ним через камеру и ждал момента, когда тот обернется, потому что шатена будто приклеило к земле, будто его парализовало и отняло дар речи. Кудрявый парень обернулся и почти сразу же уставился в камеру Томлинсона, у которого перехватило дыхание. Четыре. Луи готов был заплакать. От того, что он теперь уверен, что он в соулмейт-вселенной, от того, что Гарри смотрит на него, от того, что Луи такой тупой, раз смог отказать Гарри дважды в двух разных городах. Убирая телефон в задним карман джинс, Луи медленно начал приближаться к Гарри, который почти раскрыл для него свои объятия. Луи не был уверен, что делать, и что будет делать Гарри. Но кудрявый раздвинул свои руки, приглашая Луи. Они стояли на самой верхушке самой знаменитой достопримечательности. Как в какой-то глупой мелодраме, как глупые персонажи глупого романа. Но на самом деле глупым был только Луи, который нервно дышал в грудь Гарри, сжимая руками его спину. — Ты знаешь мой маршрут, верно? Гарри наигранно ахнул, кладя одну руку на сердце, а другой придерживая Луи за плечи. — Я запомнил перечень Лиама, — признался Гарри. — Но в свое оправдание скажу, что вероятность того, что мы встретимся в этот вечер, в это время и на этом месте ничтожна мала. Он был прав. Это глупое очередное неслучайное совпадение, в которое Луи теперь верит.

***

— Так, может быть мы поедем в Версаль? — Ты смотришь слишком много сериалов, Луи. Но мне нравится Шевалье*, поэтому я соглашусь. Луи толкнул Гарри в плечо, потому что нельзя говорить о ком-то, кто тебе нравится, человеку, которого в этот момент держишь за руку. Сейчас парни гуляли по Елисейским полям и обсуждали, куда они отправятся после Парижа. Да, в этот раз Луи не попрощался с Гарри после милого вечера на башне. И теперь они решили путешествовать дальше вместе, потому что список Луи все равно еще не был закончен, а в Ла-Рошеле слишком скучно. — А если бы мы не встретились вчера вечером, ты бы так и путешествовал по миру, не встречаясь с кем-то дольше одного дня? — Да, но я бы все равно нашел тебя в Лондоне, потому что Лиам тебя знает. Луи уткнулся в шею Гарри, наслаждаясь его близостью. А Гарри крепче прижал шатена к себе, потому что ему достаточно двух раз, когда этот парень убегал от него. — Надо будет сказать Лиаму спасибо, — задумчиво произнес Гарри. — Хм? — Луи поднял голову, смотря на Гарри снизу вверх. Теперь его эта разница в росте вообще не обижала, а напротив, очень даже нравилась. — За то, что он запомнил твой список и рассказал мне. Луи подарил Гарри нежную улыбку и потянулся за поцелуем, на который тот с охотой ответил. — Кстати, может, съездим в Швейцарию? — Если только ты не кинешь меня там.