Обещаешь?

Солнце клонилось за горизонт. Весь день Смерчевцы во главе с контр-адмиралом Булатовым шли по извилистым тропам гор Кавказа. Не сведущий человек легко заплутает здесь и вряд-ли останется живым, но у группы был надёжный проводник и товарищ - Давид, который ловко и уверенно вел друзей. Бизон шел погруженный в себя. Настроение, которым буквально веяло от него, угнетало и невольно перепрыгивало на всех остальных. Но мужчина совсем не замечал происходящего вокруг. В голове крутилась лишь одна мысль: "Как она могла?" Тарасов сжал зубы и с усилием шел вперёд, хотя силы были уже на исходе, но думать ещё и об этом он уже не мог. Багира. Ритка, Русалка. Их русалка! Только он сам и командир имеют хоть какие-то права на нее. Да, может это и является эгоизмом, но Борис не мог даже предположить, что Кошкина будет с кем-то близка, кроме них. Только они имеют право оберегать ее, заботиться. Только им она должна говорить тёплые слова, только о них должна переживать. Да, конечно, есть ещё юннаты, но кто как не он знает, что девушка больше всего на свете боится потерять своих мальчишек. Багира, Батя, Бизон. Неизменный союз. Они всегда в месте. У них нет никого - семьи, любимого человека, но у них есть они. Друг другу заменили всех. Даже к ее детям, как называла юннатов Кошкина, даже к ним Тарасов немного ревновал ее. Совсем чуточку, ведь знал, что она только их. Дети детьми, а старики всегда останутся вместе. А тут, этот Пригов! Конечно, генерал-майор хороший боец,товарищ и вообще очень выгодная партия для Риты, но почему от одной мысли от этого становилось гадко на душе? Да, ребячество, ревность, эгоизм - чувства, которых у бойцов спецназа быть не должно. А они были. Только вот совсем не такие, какие бывают у гражданских. Бизон любит Кошкину и никогда не скрывал этого. Любит, боится потерять и верит, что она всегда будет рядом. Она - его самый близкий человечек. Она - его сестрёнка. Да, ребята ещё в Тайфуне побратились. Боцман и Русалка - брат и сестра. Вроде и чувства-то только родственные, но почему он против даже приближения в ее сторону кого-то, кроме самого себя и лучшего друга? - Привал, - голос адмирала заставил мужчину вырваться из своих мыслей и оглядеться. Стемнело. Команда стояла у входа в пещеру, заботливо припрятанной для них Давом. Ума и Мура уже сидели внутри и доставали еду, а Физик и Кот обустраивали место для ночлега. Булатов же стоял напротив сослуживца и смотрел ему прямо в глаза. Первым не выдержал Бизон: - Что? - вышло немного грубее, чем он того хотел, но Иван даже не обратил на это внимание. - Тебя что-то тревожит? - Батя выглядел взволнованным. Ещё бы, его товарищ, который абсолютно всегда шутит и разряжает обстановку даже на самых опасных заданиях, сейчас был чернее тучи. Но ведь почти весь день он был в порядке, однако после связи с центром, что-то как будто случилось. - Устал. День был трудным. - Кого ты обманываешь? Рассказывай, - Батя сел на землю, приготовившись слушать. Они так давно знали друг друга, что отличить ложь от правды можно было даже беззвучно. Чуть тревожное выражение глаз, дрогнувшие руки, которые мужчина сразу же сжимает в кулаки и немного грубое выражение лица. - Скажи мне. Ты Русалку любишь? - Мужчина начал отчаянно хватать ртом воздух. Такой вопрос явно застал его врасплох. - Конечно, мы же столько лет плечом к плечу, - улыбнулся он, пытаясь подавить панику в себе. - Вот и я люблю, - выдохнул друг устало, все также не смотря в глаза Булатову. Хотя это было ему на руку, ведь если бы Бизон увидел то, что сейчас творилось в его глазах, то сразу бы понял, что задел за живое, - она же мне как сестра, - как ни в чем не бывало продолжил Тарасов, а Иван облегчённо выдохнул. - А с чего такие вопросы? - Батя осознал, что уже окончательно ничего не понимает. - Да вот, ревную ее, - он усмехнулся, - прямо как школьник какой-то. Она ведь наша. Только наша, понимаешь? - он наконец поднял глаза. В них читалось отчаяние. В таком состоянии друга Булатов не видел уже очень давно. - Конечно наша, а что, кто-то покушается? - он слегка улыбнулся, стараясь перевести друга на весёлый лад, но не вышло. - Пригов. - В смысле? Что ты имеешь ввиду? - Глаза адмирала стали как пять копеек. - А вот так. Клинья он к нашей девочке подбивает, вижу я это. - Может это и к лучшему? - Спустя почти минуту молчания решил все же произнести Батя, - тогда она точно останется в центре и не выйдет в поля. И у нее будет семья. Понимаешь, такая семья, о которой она всегда мечтала. Может ребенка возьмут, она уйдет со службы и заживёт нормальной жизнью, - как же трудно было произносить капитану эти слова, но он понимал, что так правильно. Ну не имеют они права рушить ее счастье, даже если так хочется. - Да понимаю я, но от этого не легче, - Тарасов горько засмеялся, - говоришь, семья...а как же мы? Ведь мы ее семья, Бать! Ты и я. И юннаты ей как родные дети. Как же мы все? - Бизон, - резко оборвал его мужчина, - мы не должны мешать ее жизни. Рита взрослый человек и сама решит, что ей делать. Мы можем только наблюдать и поддерживать ее в любом выборе. - Да, ты прав, - друзья обнялись. Обоим было очень тяжело на душе. Но, как бы больно не было, они знали, что Булатов говорит верно. - Все, пошли спать. Завтра предстоит сложный день.