Семейное (сборник)

Чонгук идёт на своё первое в жизни свидание. Симпатичный альфа с его класса уже давно положил взгляд на Чона, из-за чего Чонгук радуется. Выходит, всё у них взаимно. На вопрос папы о том, куда это его сын-омега собирается, Чон с улыбкой отвечает, что друг пригласил его в кино. Ничего не подозревающий родитель улыбается и кивает: сын редко общается с одноклассниками, поэтому сейчас папа только рад, что Чонгук идёт гулять. Омега тратит больше часа на сборы, изрядно потрепав себе нервы: эти джинсы старые, эта футболка мятая, эти кеды не подходят по цвету. В итоге, Чон останавливается на простой белой футболке и джинсах с классическими кедами. Просто и стильно. В последний раз глянув на себя в зеркало, омега выбегает на улицу, где его уже ждёт Югём, тот самый симпатичный одноклассник. Перед походом в кино, они решают зайти в торговый центр, что неподалёку, чтобы купить по молочному коктейлю. Когда Чонгук достаёт деньги, чтобы заплатить за свой стаканчик, Югём смотрит на него с обидой. — Я альфа и я пригласил тебя на свидание, поэтому я плачу, — говорит он и, заплатив, отдаёт один коктейль Чону. Омежка чувствует, как краснеет. Ему неловко, он опускает взгляд и смущённо улыбается. Пускай, Югём и не самый красивый в их классе, но с ним Чонгуку удобно и спокойно. — Ты… — начинает Чон, но внезапно останавливается. Югём непонимающе смотрит на омегу, который оборачивается в недоумении. Взгляд Чона бегает по залу, пока не останавливается на стоящем в другой стороне альфе. Их взгляды пересекаются, и Чонгука словно током прошибает: он нашёл истинного. — Чонгук, что случилось? Это твой знакомый? — спрашивает Югём, но омега его не слышит. Для Чонгука время останавливается, а мир сужается до альфы, что смотрит на него через весь зал. Но в следующую секунду всё меняется. Мираж разбивается, раня омегу в самое сердце: его истинный альфа, в последний раз глянув на него, быстрым шагом удаляется из торгового центра. Чонгук, оставляя ничего не понимающего Югёма, мчится через зал и, открыв дверь, выбегает на улицу. Ожидаемо, он никого там не находит, и это выбивает весь дух из омеги. Он оседает на ступеньки и утыкается лбом в колени. Не успокаивает даже тёплая рука Югёма, поглаживающая по спине и прижимающая к себе. Омежка полностью раздавлен. Кто бы мог подумать, что в четырнадцать лет Чонгук познает всю боль отторжения истинного альфы.