I am not okay!

Girls love girls and boys.

And never did I think that I

Would be caught in the way you got me

But girls love girls and boys

POV Gerard

      — Джи! — Фрэнк пытается разбудить меня уже грёбаные две минуты, пока я хочу убить его за то, что он посмел нарушить мой сон. Вот чего ему приспичило будить меня в такую рань? Хотя, я даже не знаю, сколько сейчас времени. Надеюсь, ещё только пять утра и у меня есть хоть немного времени на то, чтобы досмотреть свои сны. А вот раньше это существо не будило меня так рано. Мы же раньше учились со второй смены. А-а-ах, хочу снова спать до двенадцати. Но, видимо, мои желания никто не хочет слушать.       Мои догадки подтвердились, когда Фрэнк снова начал звать меня и мешать мне заснуть.       — Джерард ебаный Артур Уэй! — Айеро закричал, как резаный, из-за чего я подскочил на таком удобном и желанном диване. Я осмотрелся по сторонам и вспомнил, что я как бы ночевал дома у Фрэнка. И мы вроде даже спали вместе. Вау, он же засыпал со мной в обнимку! Я посмотрел на Фрэнка, который был одет в белую рубашку, рукава которой были подвернуты примерно до локтей, и чёрные, немного обтягивающие джинсы. Я слегка странно покосился на более-менее школьный вид Фрэнка. Он, конечно же, заметил мой взгляд и поспешил объясниться.       — Просто все мои нормальные вещи в стирке, а надевать ту футболку, за которую на меня наорала биологичка, немного опасно.       Я сразу же вспомнил тот инцидент с Фрэнки и миссис Джонсон. Если честно, она меня тоже очень сильно бесит. Разве она не всех бесит? У нее такой писклявый голос. Брррр, жуть…       — Давай, вставай. Ты проспал, Джи. — устало пробормотал Айеро, и, блять, он назвал меня Джи! Он так давно не называл меня так! Господи, я сейчас задохнусь в своих слезах умиления. Господи, я слишком сентиментальный. Господи, слишком много «господи»! Стоп! Я проспал?! Сколько времени?!       — Уже двадцать минут восьмого. — будто услышав мои мысли, сказал Фрэнк и, аккуратно наклонившись и поцеловав меня в щёку, скрылся на кухне. Слегка потирая обожжённое место прикосновениями любимого, я поднялся с дивана и решил принять душ. Нужно же соблюдать гигиену.       Я зашёл в ванную Фрэнка и, не смотря в зеркало на свой помятый ото сна вид, скинул одежду и зашёл в душ.       Так, сейчас двадцать минут восьмого, а это значит, что у меня немного времени на сборы. Вернее, у меня совсем немного времени на сборы. Наверное, мытьё головы займет у меня много времени, поэтому лучше её сегодня не мыть. Я завязал свои чёрные и весьма грязные волосы в небрежный хвостик. Да, я ношу с собой резинку, чтобы собирать волосы. Иногда с ними бывает уж очень неудобно, и поэтому я их просто собираю. Только я хожу с таким хвостиком на голове только дома, чтобы меня никто из школы не увидел. Я и так похож на девушку, а с хвостиком возможность перепутать меня с какой-нибудь Джессикой возрастает в три раза. Лучше уж я похожу в школе с растрёпанными волосами, чем стану Джессикой. И я ни за что не состригу своё сокровище. Я приметил на полочке в душе небольшой гель для душа, на котором были изображены странные цветы. Серьезно, Айеро?! Цветы?! Ты не перестаешь меня удивлять. Я выдавил немного душистого геля на белую мочалку и принялся смывать с себя всю грязь, которая скопилась за вчерашний день. Гель, кстати, очень вкусно пах. Умыв лицо и закончив со всеми утренними процедурами, я вытерся огромным махровым полотенцем молочного цвета. Напялив на себя слегка помятую одежду, я спустился вниз на кухню, откуда исходил приятный запах кофе.       Фрэнк стоял ко мне спиной так же, как и вчера, и готовил бодрящий напиток. Господи, он такой прекрасный. Только сейчас я понимаю, что это прекрасное создание теперь моё. Я сейчас точно закричу от счастья. Я даже не думал, что у нас что-то получится после того, что произошло. Но у нас получилось. И блять, это просто чудесно, прекрасно! Что я говорил про прекрасную задницу Фрэнка? Она будет прекрасней в обтягивающих джинсах? Блять, да! Господи, в этих джинсах его прекрасную задницу так хорошо видно. Эти, блять, прекрасные джинсы подчеркивают упругость задницы Айеро. Интересно, на ощупь она такая же, как и на вид? Хм, надо проверить… Я аккуратно присел на стул и сложив руки на столе, стал наблюдать за моим мальчиком. Это так непривычно… Так непривычно знать, что мы вместе. Думаю, скоро я точно привыкну. Через весьма тонкую белоснежную рубашку видно очертания татуировок. Я просто обожаю татуировки Фрэнка. Они такие красивые и интересные. Я бы сделал себе тату, если бы не так сильно боялся иголок. У меня просто в голове не укладывается, что люди добровольно идут за тем, чтобы в их кожу вонзали иголки. Бррр, это жутко…       Пока я находился в своих размышлениях, Фрэнк уже сидел передо мной за столом и попивал сладкий кофе. Он в открытую рассматривал моё лицо, будто бы пытался запомнить каждую деталь. Айеро аккуратно, боясь спугнуть меня, скользил взглядом по моим губам и рефлекторно улыбнулся мне самой тёплой улыбкой. Я улыбнулся ему в ответ и отпил кофе. Между нами повисла тишина, но она не была давящей, нет, она наоборот, была такой уютной, что у меня сводило живот от этого.       — Ты чего голову не помыл? — поинтересовался любимый, рассматривая мой причудливый хвостик.       — Ну, это бы заняло слишком много времени, а у нас сейчас его не так уж и много. — Фрэнк одарил меня странным взглядом, поднялся со стула и побрел к коридору, где стояло средних размеров зеркало, а рядом небольшая тумбочка, на которой лежала расчёска-массажка. Взяв расчёску в руки, Фрэнк вернулся на кухню и аккуратно развязал мой хвостик. Он бережно провел по моим волосам расчёской, от чего я получил чистый кайф. Серьёзно, расчёска Айеро самая лучшая на свете! Я помню свою деревянную расчёску, из-за которой половина моих волос оказывалась меж противных мне зубьев, что только путали мои волосы. Поэтому я просто сжёг это исчадие ада на заднем дворе, во славу Сатане.       — Не пойдёшь ты в школу с грязными волосами. — приговаривал Фрэнки, пока аккуратно расчесывал мои запутанные волосы. Он пропускал пальцы через мои волосы, и это было просто охуенно. Фрэнки разделил мои волосы на две равные части и завязал одну в легкий хвостик.       — Вторая резинка есть? — наклонившись ко мне, спросил он.       — Не-а.       — Сейчас приду. — сказал любимый и снова пошёл в тот коридор, где стояла та самая тумбочка, на которой он ранее взял лучшую по моему мнению расчёску.       Через минуту Айеро вернулся на кухню, как и обещал мне. На его тонком запястье красовались две небольшие чёрные резинки. Откуда он их взял?       — Думаю, если у меня есть резинки для волос, то в этом нет ничего странного. И вообще, я их взял на неопределенный срок у своей племянницы.       Ответ Фрэнка меня вполне удовлетворил, и поэтому я просто улыбнулся ему, получив от него ответную тёплую улыбку. Фрэнки стал что-то делать с моими волосами, что было очень и очень приятно. Он аккуратно переплетал их между собой и проводил пальцами по волосам, которые слегка спутались. Его прикосновения были едва ощутимы, они были лёгкие и осторожные. Я про себя отметил, что Фрэнк пытается сделать это как можно менее больно, что у него очень хорошо получается. Закончив с первой половиной волос, Айеро завязывает их снизу, и переходит ко второй половине. Развязав легкий хвостик, он проделывает всё то, что он сделал с первой половиной моих чёрных и весьма грязных волос. Спустя две минуты его махинаций, я понял, что мой любимый мальчик заплёл мне косички. Теперь-то я точно стану Джессикой. Но думаю, что лучше походить так, чем ходить с грязными и ужасно спутанными волосами.       — Спасибо, — я встаю со стула и оказываюсь прямо перед Фрэнком. Я заглядываю в его тёплые ореховые глаза и невольно улыбаюсь. Он смотрит на мои губы и привстав на носочки, слегка неуверенно целует меня. Я аккуратно обнимаю его за талию и углубляю поцелуй. Господи, мне даже не верится, что это не сон. Прямо сейчас меня целует мой любимый и родной Фрэнки, с которым месяц назад я даже нормально заговорить не мог. Надеюсь, наши отношения не закончатся так же, как два года назад. Я просто не выдержу этого. Лучше умереть, чем отпустить это прекрасное солнышко, в которое я безумно влюблен. Так странно любить. Ты чувствуешь себя счастливо рядом с человеком и тебе ужасно больно и грустно, когда рядом с тобой нет того, кого ты полюбил. Это самая настоящая наркозависимость. Да, влюбленность схожа с наркотиками. Хотя, я же с ними вроде как завязал. Но думаю, что Фрэнки самый сильный наркотик для меня, с которым я точно никогда не завяжу. Фрэнк всё-таки отрывается от меня и смотрит в мои глаза со всей нежностью, которая у него вообще имеется.       — Пожалуйста. — выдыхает он и улыбаясь, уходит на второй этаж, чтобы собрать рюкзак. Я, всё ещё улыбаясь происшедшему, поднимаюсь за Фрэнком наверх.        Я поднимаюсь на второй этаж и нахожу Айеро в его комнате. Он складывает разные учебники и тетради в свою сумку, стоя у своего стола. Как можно тише и аккуратнее, я подхожу сзади к нему и обнимаю его со спины, утыкаясь в идеальный изгиб его лебединой шеи. В ответ на свои действия я получаю легкий смешок со стороны любимого, который все так же собирал сумку. Этот волшебный момент ничего бы не испортило, если бы я не вспомнил про то, что мне тоже нужно взять учебники. Блять! Мы же опоздаем в школу. А первым уроком у нас стоит биология… Так, нужно что-то придумать. Но что?!       — Фрэнки. Мне нужны учебники.       — Ох, я тебе дам учебники, но у меня и у тебя сегодня есть алгебра и английский. Я тебе дам учебники перед твоим уроком, а потом ты мне отдашь их. Хорошо? —заботливо спросил Фрэнки и слегка повернул голову в мою сторону, чтобы оставить лёгкий поцелуй на моём носу. Фрэнк аккуратно выпутался из моих объятий и, подойдя к своему шкафу, в котором он хранил свои диски, он достал из шкафа небольшой чёрный рюкзак, с небольшими белыми вставками на замочках. Айеро протянул мне сумку и, показав кивком на его шкаф с книгами и учебниками, застегнул свой рюкзак и уселся на кровать, чтобы наблюдать за мной. Он мило щурился, пока что-то разглядывал во мне. Неужели, ему что-то не нравится?! О, господи, я же такой урод. За что мама мне дала такую внешность?! Боже, а вдруг Фрэнки разлюбит меня из-за моей внешности? Блять! Я же не вынесу этого. Пока я усердно думаю о том, что Фрэнк разлюбит меня и так далее, сам Фрэнк издает небольшой смешок.       — Я слишком страшный, что ты так смеешься надо мной?! — уже не выдержал я и, повернувшись к Айеро, посмотрел на него. В начале на его лице проскользнуло удивление, а потом он снова хихикнул.       — Боже, что ты вообще говоришь? Ты самый прекрасный и красивый. — Фрэнк подошел ко мне и, взяв моё лицо в свои ладони, поцеловал меня. Поцеловал так нежно, так мило и аккуратно. Он даже не пытался углубить поцелуй или хотя бы поцеловать по-нормальному. Нет, он просто едва прикоснулся своими губами моих так, что я буквально мог растаять.       — Не думал, что буду снова тебя целовать. — отстранившись, сказал он и улыбнулся. Я снова улыбнулся ему в ответ и собрав рюкзак, предоставленный мне Фрэнком, вышел вместе с Айеро из его комнаты. Мы недели нашу верхнюю одежду и ботинки и вышли на улицу.       Для середины ноября погода была не особо хорошей, но мы же живем в Колумбусе. Тут всё возможно. Сейчас погода решила нас немного пожалеть, и поэтому дул довольно нормальный ветер. Он не был слабым утренним ветерком, но он и не был ураганищем. Скорее всего, просто немного усиленный ветер. Но в Колумбусе ветры — частое явление, поэтому мы уже привыкли. А вот Фрэнк… Не думаю, что он привык к ветрам, которые здесь бывают почти каждый день. В его родном Нью-Джерси постоянное безветрие и крайне ясная погода. В общем, Нью-Джерси крайне хороший штат.       — У нас десять минут! — воскликнул Фрэнки и вырвал этим меня из моих мыслей. Блять! Мы же опоздаем!       Будто по команде мы с Фрэнком рванули по тропинке в школу. Мы точно опоздаем! А первым биология… Сука…

***

      — Извините, за опоздание. Можно войти? — торопливо спрашивает Айеро, пока я привожу своё учащённое дыхание в норму. Фрэнк от волнения заламывает свои пальцы, на что никто, кроме меня, не обращает внимания. Всем больше интересно то, что я и Фрэнк вместе опоздали и то, что мои волосы заплетены. Мы так торопились, что даже не успели оставить вещи в гардеробе. Ладно, после урока оставим. Миссис Джонсон гневно смотрит то на меня, то на моего парня. Если она узнает, что мы встречаемся, то она устроит грандиозный скандал. Но если мы не будем подавать никаких признаков в школе, то она не узнает. По крайней мере, я надеюсь на это.       — Молодые люди, почему вы опоздали вместе? — смерив нас гневным взглядом, спросила учительница. Мы с Фрэнком переглянулись, после чего он тяжело вздохнул.       — Мы делали проект по английскому языку. — попытавшись сказать более правдоподобно и спокойно, произнес Айеро. Врёт и не краснеет!       — Тогда почему Уэй держит тебя за руку? — победным тоном спросила Джонсон, и я сразу же глянул на свою руку, которая сжимала руку любимого. Я сразу же её одернул, будто обжёгся. Когда я успел его взять за руку?!       — Разве друзьям нельзя держаться за руки? — как можно наглее спросил Фрэнк. Вот почему говорит только он?! Почему я такая тряпка, что не могу заступиться ни за себя, ни за своего парня?!       — Не думаю, что вы друзья, молодые люди. После этого урока останетесь в моём кабинете. — прошипела подобно змее учительница, на что все ученики, кроме меня и Фрэнка рассмеялись.       — Но нам нужно отнести вещи в гардероб! — наконец подал голос я.       — Значит, придёте после второго урока. Вместе. — отчеканив последнее слово, сказала миссис Джонсон и принялась объяснять задания, которые будут на контрольной работе. Мы с Фрэнком буквально кипели от возмущения, но ещё больше нарываться не стали. Сев за единственную свободную парту, мы пытались решить контрольную работу, про которую мы вчера совсем забыли. Когда прозвенел звонок, первыми, кто вышел из класса, были я и Фрэнк.

***

      Я встречаю Фрэнки возле кабинета биологии. Он замечает меня и, подбежав ко мне, обнимает. Слегка опешив, я его обнимаю в ответ.       — Хэй, с чего такие нежности, Фрэнки? — спрашиваю я, пока Фрэнк пытается прижаться к моей груди как можно ближе. Честно, я удивлен тому, как этот комочек агрессии может быть таким нежным. Хотя, ему этой нежности никогда не хватало, и теперь он в ней безумно нуждается. Что ж, я тебе её дам.       — Я боюсь. — честно признаётся он, а потом смотрит на меня своими прекрасными огромными глазами орехового цвета. Я улыбаюсь ему, и слегка щёлкаю по носу, на что Фрэнки мило морщится и наконец решается зайти в кабинет. Я захожу за ним и закрываю за собой дверь.       Мы садимся за первую парту первого ряда прямо перед учительским столом, за которым сидела миссис Джонсон и ждала нас. Она оглядела нас своим фирменным презрительным взглядом.       — Молодые люди, вы должны знать, что гомосексуальность — это серьезная болезнь, которую нужно лечить в специальных заведениях по типу психбольниц. Это отклонение в психике, которое вызывает столь ужасные последствия, как СПИД. Думаю, вы знаете, что люди, больные СПИДом, долго не живут. Я беспокоюсь за вас и за ваше здоровье. Поэтому я понаблюдаю за вашим поведением и, если отмечу за вами гомосексуальные наклонности, я буду обязана позвонить вашим родителям для того, чтобы они смогли на ранних стадиях оказать вашему психическому здоровью должное лечение. А теперь, если вы всё поняли, вы свободны. — закончив свою недолгую и ужасно глупую речь, Джонсон махнула рукой к выходу, говоря о том, что нам пора бы выметаться. Фрэнк сразу же схватил свой рюкзак и вылетел пулей из кабинета. Немного опешив, я вышел следом за ним. Выйдя из кабинета, я обнаружил Фрэнка в коридоре, сжимающего лямки своего рюкзака и еле сдерживающего слёзы. Я просто не мог придумать ничего лучше, чем просто обнять его. Он сразу же обнял меня в ответ, сжимая на моих плечах черный свитер. Я аккуратно гладил его по голове, запутывая его ужасно мягкие и пушистые волосы. Фрэнк тихо всхлипнул и, отстранившись от меня, взял меня за руку и потащил меня в сторону столовой, в которой обычно встречались я и мои друзья. Ничего не сказав, я пошел за Фрэнком.

***

      Придя в столовую, мы сразу же уселись за наш стол, за которым всегда собиралась компания, состоящая из Джоша, Брендона, Райана, Патрика и Пита. Сегодня за столом сидели Джош, Брендон, Патрик и Пит. Почти вся наша компания была в сборе, за исключением Райана, который до сих пор болел.       — Привет. Чего вы такие грустные? — поинтересовался Дан, смотря на Фрэнка, который пытался подавать как можно меньше признаков жизни. Он лишь тихо вдыхал и выдыхал запахи этой столовой.       — Привет. Ничего такого, всё хорошо. — заверив друга, я украл у него кусочек хлеба, из-за чего тот жалобно запищал. На этот писк Фрэнки поднял слегка красные глаза и легко улыбнулся, после чего он снова продолжил усиленно пытаться исчезнуть. Боже, я никогда не видел любимого в таком состоянии. Нужно будет обязательно узнать, почему он так отреагировал на слова Джонсон. Хотя вполне логично, что её слова задали Фрэнка. Честно, все эти слова учительницы полный бред гомофоба.       — О боже! Джеральдина, что с твоими волосами?! — воскликнул Пит, привлекая внимание похоже всех учеников, которые сидели в столовой. Спасибо, идиот.       — Пит, не неси бред! — шикнул на Вентца Патрик, и я заметил то, как он его пнул ногой под столом.       — За что?! — обиженно засопел парень Патрика. Патрик лишь снова шикнул на него, после чего стал что-то бормотать про невыносимость его парня.       — Спасибо, Пат.       — Ага, обращайся. — раздраженно пробормотав мне в ответ, Стамп устало протер глаза под очками.       — Так что тут делает он? — указав рукой на Фрэнка, спросил Брендон. Блять, у него мозги есть?!       — Тебе какая разница? — я не знал, что могу так злобно говорить. Вау, блять!       — Ну мы тут как бы сидим, и мне интересно, почему он тоже здесь сидит. — сказал Ури. А вот сейчас я реально на него разозлился.       — А что, нельзя? — злобно спросил я, сверля Бойда самым злобным взглядом, который у меня есть. Похоже, он даже не понимал, что разозлил своими словами меня.       — Ладно, ладно. Я просто поинтересовался. — пожав плечами, ответил Брендон. Боже, наконец он заткнулся.       Тяжело вздохнув после переизбытка эмоций, я глянул на Фрэнка. Он все также молчал и смотрел куда-то в пол.       — Ты в порядке? — аккуратно приблизившись к нему, шёпотом спросил я. Фрэнки как-то нервно дернулся и потом отрицательно покачал головой.       — Хочешь поговорить? — снова спросил я, на что Фрэнк легко кивнул. Ничего не сказав друзьям, я встал из-за стола и взяв рюкзаки, подождал Айеро. Когда Фрэ собрался, мы молча вышли из столовой под озадаченные взгляды друзей и не только. В коридоре было море из людей. Я бы сказал, что они меня пугают. Все эти люди такие жуткие и странные, брр… Взяв Фрэнки за руку, я его повёл по коридору, выкрашенному в голубой цвет, в мужской туалет, где мы бы могли спокойно поговорить. Мне поскорее хотелось зайти в более уединённое от этих учеников и учителей место. Немного ускорив шаг, я отвел Айеро в туалет и закрыв за нами дверь, я повернулся к Фрэнку. По его выражению лица было видно, что он не в порядке.       — Что случилось? — спросил я, аккуратно убирая волосы парня с его лица.       — Она сказала, что позвонит родителям. Что будет, если она позвонит моей матери?!       — Эй, успокойся. Она так сказала, чтобы нас запугать. Она никому не позвонит. — я попытался успокоить страх Фрэнка, хотя и сам боялся. Зная Джонсон, можно ожидать всего, чего угодно, вплоть до звонка родителям. Но Фрэнку я, конечно же, этого не скажу.       — Точно? — спросил Фрэнки и поднял голову, чтобы уличить меня на лжи.       — Точно. — слегка тяжело сказал я, после чего поцеловал Фрэнки в лоб, для уверенности. Когда прозвенел звонок, мы пошли на уроки.

***

       Я вышел из школы, когда прозвенел звонок с пятого урока, оповещающий детей и подростков о том, что они наконец могут идти домой или ещё куда-то. Сейчас стало значительно теплее, чем утром, хотя погода была далеко не летней. Только сейчас я осознал, что уже середина ноября. Такое ощущение, будто только вчера на дворе стоял теплый июнь. Боже, время так быстро летит. Сейчас мне шестнадцать лет, а совсем скоро я проснусь, моя жизнь будет совершенно новой, я буду уже взрослым человеком с кучей проблем, кредитов, женой и детьми.* Даже не верится, что со мной может такое произойти. Можно я останусь в своём возрасте? Краем глаза я заметил невысокую фигурку, выходящую из здания школы. Я сразу же догадался, что это Фрэнки и поспешил подойти к нему. Быстрым шагом я приблизился к Айеро. Он, конечно же, поднял на меня голову и его губы сразу же растянулись в доброй улыбке. Я тепло улыбнулся ему в ответ и заметил, что ему довольно холодно. Его синеватые губы выдавали это.       — Холодно? — вау, ты же видишь, что ему холодно, идиот. Фрэнк, видимо, не понял к чему этот вопрос и слегка нахмурившись, отрицательно кивнул.       — Я же вижу, что тебе холодно. Вон, губы все синие!       — О, я не знал. — наверное, я немного смутил Фрэнка своей репликой, ибо его щёки залились румянцем. Я нашёл это очень милым.       — Согреть? — спросил я, наклоняя голову в бок и заглядывая в его глаза, которые были наполнены счастьем и ещё чем-то странным, что меня пугало. Я даже слегка сбился с толку, когда увидел это нечто в тёплых глазах Фрэнка. Тряхнув головой, чтобы откинуть сомнения, я вновь посмотрел на него. Он же меня любит. Или нет?       — Согрей — я потянулся к Фрэнки и почти невесомо коснулся своими тёплыми и даже горячими губами холодных губ Фрэнка. Он легонько углубил поцелуй. Его губы постепенно начали теплеть, а мои сомнения уходили всё дальше и дальше. Улыбнувшись ему, я приобнял его, чтобы его окончательно согреть. Когда воздуха стало меньше нормы, я отстранился от Фрэнка.       — Согрелся? — спросил я, отмечая про себя то, что губы Айеро пришли в нормальный для них вишнёвый цвет.       — Согрелся. — ответил Фрэнки, закусывая нижнюю губу. Я снял с себя рюкзак с учебниками и, поблагодарив Фрэнка, поцеловал его на прощанье. ШАРЫ — Безупречный       Сейчас время тянулось безумно долго, будто специально оно хотело задержать меня тут на большее время. Некогда безоблачное небо стало затягивать вескими тучами, которые были больше похожи на пепел, развеянный по небу. Глаза так и поднимались к небу, затянутому серыми тучами. Это вдохновляет на что-то. на что-то мрачное, такое же, как и эти облака. Я бы остановился сейчас и никогда бы не ушел отсюда, но не могу. Что-то сейчас мне говорит, что вся жизнь такая бессмысленная. Зачем мне жить, заводить детей и жену, если после меня останется лишь пепел?! **

***

      Пока я шел до дома, я думал. Думал о том, что все бессмысленно. Думал о том, что я бы мог спокойно умереть и избавить своих родных и друзей от проблем***. Таким образом мое настроение за дорогу от школы до дома испортилось настолько сильно, что мне стало противно от самого себя. В кого же я превратился? В жалкое существо, вот в кого. Все мое желание испариться — подростковый максимализм? Мне еще больше стало тошно от того, что к подросткам так и относятся. Не слушая то, что мама мне сказала, когда я пришел домой, я поднялся в свою комнату и сразу же лег на свою кровать. Слезы стали скапливаться в уголках глаз, застилая все передо мной сплошной пеленой. Первые слезинки упали на мою подушку, сразу же впитываясь в нее.

***

      С серого неба падают первые снежинки, приземляясь на холодную землю и на такое же холодное тело в дубовом гробе. Я не могу понять, кто там находится. Незнакомые люди закрывают всё пространство перед гробом, и я не могу разглядеть человека в нём. Оглядываясь по сторонам, я понимаю, что здесь есть только два цвета: серый и чёрный. Люди тоскливо передвигаются к гробу, чтобы в последний раз увидеть своего друга или родного человека. Но единственное, что меня пугает — это то, что все их лица жутко смазаны, они имеют неестественный серый оттенок, и они не выражают никаких эмоций. Я будто попал в ужастик. Когда девушка в чёрном платье и чёрной шляпе подошла к гробу, я не увидел эмоций на её лице, я даже не увидел её лица, его будто не было. Я лишь услышал полный мольбы и отчаяния крик. Хотя, это трудно было назвать криком, это было мычание умирающего. Когда она повернулась, чтобы уйти прочь, я наконец заглянул в её пустые глаза, не выражающие ровным счётом ничего. От этого мне стало не по себе, и я отвернулся. Вдалеке я увидел яркое пятно зелёного цвета. Пятно передвигалось в воздухе, примерно моего роста. Даже не знаю почему, но оно меня заинтересовало. Я побежал за ярким маяком среди серых тонов. Я понял, что это было не пятно, это был человек. Человек, с ярко-зелеными волосами и светлой кожей.**** Он заметил меня, и я увидел его глаза. Они были красивого коричневого цвета, но выражали лишь сожаление. Этот странный человек побежал прочь, и я побежал за ним. Резко потемнело, и я почувствовал, что моя голова соприкасается с чем-то мягким, похожим на подушку.       Я раскрыл глаза и понял, что нахожусь в этом же сером месте. Передо мной стояли те же безликие люди. Они что-то кричали, отчего моя голова начала безжалостно болеть. Повернув голову, я понял, что лежу в гробу. По телу пробежалось стадо мурашек. Неужели, я умер? Передо мной снова появился человек с сигаретой, которого я смутно помнил. Его татуировка в виде скорпиона на шее была в крови. При виде меня он слабо улыбнулся и, кинув сигарету на асфальт, закрыл мои глаза.       — Увидимся на том свете. — прошептал его мягкий голос, и темнота заполнила собою всё вокруг. Я умер?!

***

      Я раскрыл глаза и резко сел на кровати. Боже. Что это был за сон?! Почему Фрэнк сказал мне это?! Кто этот мальчик с зелёными волосами?! Я провел рукой по лбу и понял, что я весь вспотел во сне. Ну конечно, не каждый же день такой сон приснится. К чему этот сон? Он явно что-то значит. Но что? Нужно будет разобраться, но не сейчас. Сейчас у меня нет сил на это. Мне нужно просто немного отдохнуть. Думаю, мне нужно перекусить. Я не ел почти весь день. В подтверждение моих мыслей живот предательски заурчал.       Я спустился вниз на кухню, откуда исходил приятный запах какой-то выпечки. Когда я зашел на кухню, я увидел маму, которая сидела за столом и читала книгу, дожидаясь, пока выпечка будет готова. Услышав мои шаги, мама обратила на меня внимание и отложила книгу.       — Выспался? — спросила мама, складывая руки на столе и внимательно изучая меня. Этот взгляд мне показался каким-то странным. Тут явно что-то нечисто.       — Хорошо. — как можно более непринужденно ответил я.       — Сынок, мне звонили из школы… — издалека начала мама, хотя я сразу же понял о чем идет речь. Мама остановилась, чтобы проверить мою реакцию. Я в принципе этого и ожидал.       — Ага, знаю я. — раздраженно сказал я. Говорила же, что еще подумает. Что-то слишком быстро она думает.       — Она попросила меня поговорить с тобой. — продолжила мама, будто не услышала того, что я только что сказал.       — Говори. — махнув рукой, я сел за стол, ибо понял, что это надолго.       — Кто этот мальчик? — мама поправила свои волосы, глядя на меня из-под сильно накрашенных ресниц. Она явно переживала, будто она сейчас говорит не со своим сыном, а с каким-то убийцей.       — Фрэнк. — без какого-либо энтузиазма ответил я, пытаясь не смотреть на маму.       — Миссис Джонсон сказала, что она видела тебя и этого Фрэнка после школы. — голос мамы напрягся прямо как я. Теперь ясно, почему она всё-таки позвонила. Нужно было же подумать, прежде чем целоваться возле школы!       — Джерард, сынок, ты же знаешь, как я к этому отношусь, но большинство людей не одобряют однополые отношения. Тем более... Ты же встречался с Джошем? — спросила мама. Да, моя мама нормально относится к моей ориентации. За это я ей очень благодарен. Мама всегда была понимающей женщиной.       — Встречался, мам. Сейчас я встречаюсь с Фрэнком. — мама довольно удивилась тому, что я сказал. Хотя я бы тоже удивился, если бы мой сын поменял парня так быстро.       — Расскажи о своем парне. — попросила мама и приняла позу, означающую, что она готова слушать. Я тоже сел слегка поудобней, чтобы было удобней рассказывать.       — Ну, начну с того, что Фрэнка я знаю очень давно. Помнишь того мальчика из интерната? — я остановился, чтобы услышать ответ мамы, которой было интересно послушать о Фрэнки.       — Тот, с пирсингом? — уточнила мама.       — Да. Это и есть тот Фрэнк. — ожидая реакции мамы, сказал я.       — Вы с ним встречались раньше? — слегка удивленно спросила мама.       — Угу.       — А Джош?       — Мы с ним друзья. Тем более ему вообще нравится Тайлер. — Хотя Джош не говорил того, что ему нравится Тайлера, я сам догадался об этом. Да и Джош Тайлеру тоже не безразличен. Иначе он бы не стал его целовать. Вау, у нас целая Санта-Барбара развилась.       — Тайлер? Ого. — добродушно рассмеялась мама, из-за чего я тоже легко улыбнулся.       — Сколько вы встречаетесь, и почему ты мне раньше не сказал? — отойдя от смеха, спросила более серьёзным голосом мама.       — Один день. Когда я бы тебе успел сказать, если мы вчера только начали встречаться снова? — я приподнял бровь и посмотрел на маму.       — Ладно-ладно. Главное — чтобы ты его любил. Ты же его любишь? — мама встала из-за стола и наклонившись к духовке, заглянула в неё. Выключив прибор, мама открыла дверцу духового шкафа, откуда сразу же повеяло приятным запахом.       — Очень сильно люблю. — признался я, на что мама добродушно улыбнулась. От маминой улыбки исходил свет, который освещал собой все невзгоды. После всего того, что мама пережила, она до сих пор остается счастливой и сильной женщиной.       — Ты же дашь мне посмотреть на своего любимого? — спросила мама, а улыбка так и не спадала с её лица.       — Конечно. — улыбнувшись в ответ, сказал я.