Меня ведь не обманешь...

      Похлопав себя по карманам, Асуи достал сигареты и закурил. Между бровями пролегла напряженная складка. Лито топтался рядом, не зная, как сказать ему, что он не выносит сигаретного дыма, как впрочем, и всего дыма. Асуи выдохнул, погрузившись в свои мысли. Неловкая пауза между ними все больше нарастала.       — Мм… — несмело начал Мицуода. — Почему вы с Хироми Леорией так плохо ладите?       — Что он сказал тебе на ухо? — перебил его Асуи, нервно делая три затяжки подряд.       — Н…ничего такого… — вспыхнул Мицуода. — Он просто…       — Хироми Леория славится своей распущенностью. — процедил Итароки. — Его клан — самая могущественная легальная группировка в Японии. Мы тесно с ними сотрудничаем, поскольку нам необходима их поддержка и связи. Он президент компании Коске Корп, и унаследовал этот титул от своего деда, который сотрудничал с моим дедом. Это далеко не якудза, но злоупотреблять общением с такими людьми не стоит. Они делают всю грязную работу, чтобы крупные компании не марали свои белые ручки, а так же подчищают делишки особо отличившихся. Хоть эта компания и занимается контейнерными перевозками, она далеко не логистическая. Их агенты — это люди, заключающие сделки с бандитами, якудзой и другими противозаконными организациями, а таможенные брокеры — это просто находка для любого контрабандиста. Большие компании тоже занимаются подпольными делишками, Мицуода, и Итароки Интертаймент тому не исключение. Мы владеем сетью элитных ресторанов, больниц, складов и прочих компаний, но все это ради денег. Я рассказываю тебе все это не потому, что хочу напугать, просто предупреждаю — осторожнее вертись в моем мире, раз уж ты стал его частью. Я не смогу тебя защитить, если ты будешь слишком честным. Тебя же вокруг пальца обвести — как дошкольника!       Асуи докурил и запрыгнул в джип, предварительно усадив туда Лито. Посмотрев в телефон он ругнулся.       — Черт, Уилль триста раз звонила. — он подключил телефон к машине и включил запись.       — Какого черта не берешь трубку?! — из колонок полился поток ругательств и оглушающего крика. — Ты снова зажимал бедного Лито?! Асуи, у тебя нет совести, оставь несчастного мальчика в покое! Я впрочем чего звонила. НА СЕМЕЙНОМ ФОТО ТЕБЯ, ДУБИНА, НЕ БУДЕТ!!! БЫСТРО ТАЩИ СВОЙ ЗАД НА БАНКЕТ, ЗДЕСЬ СДЕЛАЕМ ЕЩЕ ОДНО!       После этого послышалось шуршание и телефон погас.       — Разрядился? — удивленно произнес Асуи. — Вот блин.       — Что будешь делать? — Мицуода с явным интересом разглядывал какой-то журнал, найденный в машине. — Ух ты, какие сережки!       — Покажи. — Асуи бесцеремонно заглянул в журнал. — Тебе они так нравятся?       — Угу. — покачал головой тот, горящими глазами разглядывая модные аксессуары. — Жаль, у меня уши не пробиты…       Асуи заправил волосы Лито за ухо, переминая мочку пальцами. Потом развернул его голову и то же самое проделал со вторым ухом. Только убедившись, что уши абсолютно целые, Асуи хитро улыбнулся. Значит есть еще один повод поймать его за язык.       — Значит, хочешь сережки…       — Ну, если бы мог, то давно купил! — с удовольствием зажмурился Лито. — Но Крис не разрешил мне проколоть уши в детстве, а потом я как-то не задумывался…       — Хочешь сделаем это прямо сейчас? — загорелся Асуи, медленно пододвигаясь к своей жертве, перебирая пальцами.       — Н…не надо… — отстранился Лито, закрыв уши руками. — Я лучше схожу в салон.       — Слушай, а татуировку хочешь? — не унимался возбужденный альфа. — Мы можем сходить к лучшему татуировщику! Ну и я вообще-то неплохо рисую!       — Этого достаточно. — саркастично буркнул Лито, оттянув воротник и тыкая в шею. — Татуировщик хренов.       — Жестокий. — отвернулся Асуи, заводя машину.       — Следи за дорогой, хорошо? — взволнованно пристегнулся Лито. — Это можно обсудить после.       Стоило только посмотреть на холм впереди, чтобы понять, где сегодня главная вечеринка. Огни прожекторов, громкая музыка и куча богатых машин возле входа на уютной парковке. Лито прилип к стеклу и восторженно охал, перечисляя марки машин и описывая их гоночные характеристики, и Асуи решил, что купит ему спортивную машину, как подарок на день рождения.       — Ух ты, Асуи, это же Ламборгини! — воскликнул Лито, тыкая пальцем в лиловую машину, позабыв о манерах. — Асуи, хочу получше её разглядеть!       — Нет, Лито. — оттаскивая восхищенного парня от машины, Асуи проверил телефон, довольно хмыкнув. — Пойдем, а то все самое интересное пропустим.       Стоило войти в огромный коттедж, напичканный всякими разными световыми прибамбасами, как у Лито затряслись поджилки. Ему еще никогда не приходилось так близко иметь дел с вечеринками. Он и на выпускном-то отрубился не сколько из-за выпивки, сколько от дискомфорта и громкой музыки. Но наблюдая за Асуи все это время, он убедился, что вечеринки — это не так уж плохо. Асуи смеялся и веселился, то пропуская стаканчик за баром, то танцуя с сестрой. Лито сидел в скромном уголке на мягком широком диване и потягивал вишневый сок через соломинку, наблюдая за гостями. Тот бокал, что принес ему Асуи, он оставил нетронутым — этот тупица совсем не понимает, что Лито без труда сможет отличить вишневый сок, в котором подмешан алкоголь, от нормального вишневого сока?       К нему подсаживались различные люди, но тут же появлялся его личный охранник и тех как ветром сдувало, не важно, девушки ли то были или парни.       Мицуода усмехнулся, вальяжно закинув ногу на ногу, посматривая на танцпол. Асуи от души веселится с сестрой, стройной, тонкой и грациозной, словно лань. Он представил, как бы могла пройти его собственная свадьба. Конечно там будет куча свечей, всяких крутых танцоров и много цветов, но пока он не решался рисовать Асуи рядом в качестве жениха. Да как только подумать об этом, сразу в дрожь бросает!       — Это ты Мицуода Лито? — вежливо оборвал его мысли веселый голос. Мицуода удивленно уставился на мужчину.       — Я Тао Олджей, жених Уилль. — он протянул руку в знак приветствия. — Можешь звать меня по имени.       Лито молча смотрел на протянутую руку, не понимая, что от него хотят. В юриспруденции обычно рукопожатием заключают сделки.       — Не бойся. — засмеялся Тао. — Можешь пожать мне руку, я не укушу.       — Да, меня зовут Лито. — улыбнулся омега, несмело пожимая руку. — Очень приятно лично познакомиться с виновником торжества.       — Спасибо. — Тао лучезарно улыбнулся в ответ, поудобнее рассаживаясь в кресле рядом. — Эта вечеринка превзошла мои ожидания.       — Очень красивые машины на парковке! — закивал Лито. — Особенно красная Ламоргини!       — Тебе понравилась? Это машина моего брата. — Тао взял со столика бокал и понюхал. — Можно?       Получив утвердительный ответ, он отхлебнул бордовую жидкость.       — Это вишневый сок с алкоголем. — объяснил Мицуода. — Асуи меня совсем за дурака держит.       — Значит ты не пьешь? — прищурился Тао. — Это же вечеринка, не стесняй себя, расслабься и выпей с друзьями!       — Я знаю только Асуи и Уилль, их родителей и вас, Тао. — замялся Лито, проглотив неуместно-справедливое "с друзьями". — Не думаю, что смогу…       — На, попробуй. — Тао вдруг протянул ему рюмку. — Это тебя взбодрит.       Неуверенно посмотрев на собеседника, Лито взял в руки алкоголь и осторожно понюхал.       — Пахнет мерзко, хотя выглядит как обычная вода. — вынес свой вердикт омега. — Не хочу это пробовать.       — Давай, до дна. — не уступал Тао, подталкивая руку с рюмкой ко рту Мицуоды. — Попробуй, а потом говори.       Простодушный омега осушил рюмку, поболтав немного жидкость во рту, и замер. Тао выжидающе смотрел на него, плохо скрывая улыбку. Он знал, что вежливость японцев заставит его проглотить все. Лито впервые поискал глазами Асуи, словно ища защиты от адского жжения во рту. Зажмурившись, он проглотил ужасное варево и вскочил на ноги. Тао Олджей смеялся, перемежая хохот с попытками вдохнуть.       Я слышал, что ты простой, но чтоб настолько… — тот уже держался за живот. — Прости, Мицуода, я правда полагал, что ты хоть языком сначала попробуешь. А ты… ой не могу, сразу рюмку… прямо как мужик! — Что здесь стряслось?! — принц на белом коне немного опоздал. — Тао, сволочь, ты зачем спаиваешь нашего маленького Лито?! — Уилль, красная от танцев уперла руки в бока. — Оставил меня одну веселиться, а сам подкатываешь налево?! — Да я просто хотел поближе познакомиться с родственником. — вытер глаза Тао. — Что ж, теперь я убедился, что твоему брату достался настоящий алмаз.       Мицуода стоял со слезами на глазах, вытащив язык, и к горлу подкатывала обида. Асуи ведь предупреждал.       — Моя лапочка. — Итароки нежно обнял Лито, поглаживая по голове. — Я же говорил тебе быть осторожнее.       Омега прижался к нему тихо всхлипывая. Рот превратился в адово пламя, шевелить языком было сложно, он словно одеревенел. Лито казалось, что с него слезла кожа, и теперь язык — это просто оголенная мышца без единого рецептора. Асуи внезапно наклонился, чем-то пошуршал, и спустя мгновение в рот полилась живительная сладость, заставив Мицуоду широко распахнуть глаза от удивления. Итароки аккуратно, но крепко придерживал его за затылок, не позволяя пролиться ни единой капле. После того, как влил в рот омеги все, он легко чмокнул его в губы и облизнулся.       — Пьяница моя. — хихикнул директор, вытирая капельку с уголка рта и облизывая палец. — Глотай.       Мицуода вдруг покраснел — до него, наконец, дошло происходящее. Он непроизвольно глотнул жидкость во рту и закашлялся.       — Это был клубничный ликер. — самодовольно усмехнулся Асуи. — Сильно алкогольный. А до этого, судя по всему, водка.       Мицуода обиженно скривился, и плюхнулся на диван, не веря в то, что его два раза надули. Он демонстративно закрыл глаза и нахмурил брови. Язык жгло, и в сердце разгорелся такой же пожар — ему хотелось придушить директора, Тао и хохочущую Уилль, но рот и горло полыхали, и сильно хотелось воды. Протиснувшись мимо них, Мицуода побрел к стойкам с напитками.       — Лито. — позвал Асуи, и как только Мицуода обернулся, снова оказался в плену его ладоней. Тот, не теряя ни секунды, снова что-то влил в рот. Мицуода зажмурился наверняка, отпихивая Асуи, но внезапно с облегчением выдохнул. Это была обычная вода.       — Эй, Асуи! Прекрати это делать. Я тебе не канарейка. — пробурчал Мицуода, вытирая рот, и развернулся. От резкого движения в глазах слегка помутнело.       — Тебе же понравилось. — отозвался тот. — Чего тогда рот открывал?       — Ничего я не открывал! — разозлился омега, гневно почесывая ладони.       — Ты такой сексуальный… — приблизившись вплотную, Асуи снова поцеловал его, влив новую порцию воды. — Как тебе идея заняться сексом на этом диване?       — Иди к черту, извращенец! — Лито отпихнул директора и дал стрекача. — Не иди за мной!       Вопреки ожиданиям, Асуи не стал его останавливать или догонять. Лито добрался до столика с напитками и внимательно осмотрел содержимое, которое ему не понравилось. Потом побрел к бару и уговорил бармена налить ему чего-нибудь освежающего. Взобравшись на стул, он посмотрел в зеркало напротив. Оттуда на него взирал светловолосый мальчишка. Он удивился своему отражению. Видеть себя таким… было мягко говоря странно. Всклокоченный, замученный и усталый, он жадно отпил из принесенного стакана и зажмурился. Это было слабое мохито, но тем не менее алкогольное. Да над ним что, издеваются?! Внезапно его схватили за руку и куда-то потащили.       — Да не отпирайся ты! — цыкнули на него.       — А… Асуи? — наконец, опознал своего альфу Мицуода. — Куда ты…       — На сцену. — улыбнулся он. — Поздравлять молодоженов.       Музыканты перестали играть, уступив микрофон гостям. Асуи приветливо помахал рукой, затем прочистил горло и начал.       — Приветствую вас, дорогие гости, леди и джентльмены, родные и друзья! — грациозно поклонившись, Асуи легко и спокойно улыбнулся. — Все собравшиеся здесь знают, что я прихожусь невесте старшим братом. За все эти годы, что она провела в кругу нашей семьи, я ни разу не услышал от неё слов, которые ранили бы мне сердце. Но сегодня она сказала одно единственное «Да», и это было больно.       Музыканты тихо заиграли грустную мелодию. Лито посмотрел на Асуи, который продолжал произносить свою речь. Его артистичности и элегантности не было равных. Гости, тронутые нежными словами, украдкой смахивали слезы. Асуи говорил так проникновенно, что даже стоящий рядом Лито готов был разрыдаться.       — И сейчас, пользуясь правом брата, хочу станцевать с тобой, Уилль. — Асуи сошел с помоста и протянул руку девушке. Та, вытирая глаза, с улыбкой вложила свою руку в его. Они плыли по залу, словно два лебедя. Словно легкий бриз, словно пушистое облачко среди грозных грозовых туч.       Из динамиков полился нежный мужской тенор. Уилль вдруг распахнула глаза и непонимающе уставилась на улыбающегося Асуи. В её глубоких черных глазах заблестели слезы. Лито, одиноко стоящий у колонны неподалеку, смущенно свел брови — все гости вдруг опустили головы.       — Я знаю… что никогда не повстречаюсь с тобой… когда пробьет тот час — надеть белое… — нежно пел голос на английском. — Но ты услышишь мою любовь к тебе… ты поймешь… что я всегда рядом. Ты такая красивая, я увидел тебя глазами неба… у меня теперь есть крылья, посмотри наверх… что ты видишь?.. с днем свадьбы, сестричка…       Уилль посмотрела вверх. Под самым потолком, среди уютных лампочек, на неё взирал улыбающийся ангел, с которого посыпались конфетти. Спрятав лицо на груди крепко обнимающего её брата, Уилль громко рыдала. Её маленькое тело сотрясалось, и даже поглаживающая рука Асуи не смогла её успокоить. Тао стоял, спрятав свои чувства под маску легкой грусти, хотя ему тоже хотелось плакать. Ведь этот вальс под эту песню значил для семьи, в которую он влился сегодня, очень многое. Серебристый тенор, нежно выдержав высокую ноту, внезапно оборвался. Пара еще немного постояла посреди зала, раскачиваясь под грустную музыку. Гости не спешили аплодировать, а просто ждали, пока стихнет эта боль в груди танцующих.       Уилль Олджей отдалилась от Асуи, схватив юбки, и сделала изящный реверанс, а потом крепко обняла брата. Он вытер с её глаз слезинки и поцеловал. Вновь вернувшись на сцену, директор слегка дрожащим голосом продолжил.       — Спасибо, моя дорогая, за чудесный танец. — он послал улыбающейся невесте воздушный поцелуй. — Он просил передать тебе этот последний подарок. И заказал у меня один вальс с тобой.       Уилль, запрыгала на месте от смешанных чувств грусти и восторга. Она даже не предполагала, что в такой важный для неё день кто-то преподнесет подарок ценнее тех, что им уже подарили. Эта песня была самой важной в её жизни. Ну куда ж на свадьбе без слез невесты? Тао нежно обнял Уилль, и они вместе закружились под медленную музыку, которую продолжили играть музыканты. Лито смотрел на Асуи, который наклонился к микрофону, и размазал по лицу что-то мокрое. Он тоже плакал? Мицуода удивленно вытер мокрое от слез лицо — он ведь совершенно не знает, что вообще тут произошло.       — Ты сегодня, словно лилия, прекрасна. — вывел джазовый пассаж в паузе крепкий, бархатный баритон. — И улыбка, что всех жемчугов белей. Моя милая сестренка, ты ужасна! Хватит плакать, потанцуй же, ну быстрей! И осветят твоих глаз сияньем звезды, землю глупостей, страстей и быстрых фраз. Потанцуй же для меня, пока не поздно, потанцуй под этот быстрый, легкий джаз.       Лито протер глаза. Неужели он видит это?! Неужели… директор поет?! Поет так красиво и самозабвенно, что у Уилль сразу высохли слезы, и она вошла в ритм, покачивая бедрами, лучезарно улыбаясь Тао.       — Подними глаза. Ночное небо распахнуло свои крылья над землей. Я спущусь к тебе, откуда бы я ни был, и станцую танец ангелов с тобой. — пел Асуи, положив одну руку в карман брюк, а второй чуть касаясь микрофона. — Пусть в семье не будет ссор и мелких стычек. Пусть любовью и теплом полнится дом… эй, сестренка, зажигай одну из спичек, когда вспомнишь обо мне. Тебе поклон.       По залу разлетелись аплодисменты и Асуи сошел со сцены. Подцепив Мицуоду, он направился к бару и осушил предложенный стакан, внезапно приникнув к губам омеги. Мицуода сразу же сжал губы, но, кроме легкого запаха алкоголя и влажного языка, ничего не пыталось проникнуть в его рот. Асуи подтянул его за талию и наклонился над ним, заставляя Лито выгнуть спину.       — Я так люблю тебя, — задыхаясь, произнес он. — Что готов раздеть и зацеловать твое сладкое тело прямо тут! Я больше не могу ждать.       — Асуи, успокойся, погоди чуток. — отпихивался Лито, млея от поцелуев, покрывающих его шею. — Ха-ха, перестань!       — Обещай, что отдашься мне полностью! — не унимался Асуи, жадно сжимая его в своих ладонях. — Обещай, что тоже потанцуешь со мной!       — Обещаю тебе один танец. — сдался Лито. — На сегодня один танец.       — Хорошо. — крепко обнял его Асуи. — Хорошо… тогда пошли.       Всучив высокий бокал, он вывел омегу на середину зала, но танцевать не стал. Подхватив микрофон, кинутый ему, Асуи постучал по стакану стоящего с ним рядом Лито, призвав всех к тишине.       — По странному европейскому обычаю, невеста должна. — Асуи слегка прищурился, оглядывая притихших детишек и молодых девушек. — Кинуть свой букет!       Все радостно запищали и столпились позади невесты. Дети толкали друг друга, споря за право поймать букет. Асуи скомандовал на счет три и Уилль, замахнувшись, бросила букет, который разлетелся на три составляющих. Под веселую музыку и гомон детей гости словили букеты. Кто-то даже обреченно закричал, схватившись за голову, вызвав смех у гостей. Уилль внезапно подошла к Лито и завязала на его руке аккуратный корсаж со своего запястья. Цветочный браслет-бутоньерка вызвал удивление у омеги, но когда он оглянулся, то испуганно замер…       — Т…ты выйдешь за меня?.. — Асуи стоял на коленях, держа открытую резную коробочку, украшенную бриллиантами. Впервые в жизни его руки дрожали. Впервые в жизни он смотрел в глаза Лито, занося над собою меч. Либо он откажет, либо согласится, и от этого выбора зависела судьба черноволосого альфы. Его сердце сейчас стучит, как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть из груди. Асуи до того перенервничал, что его лицо расплылось в натянутой улыбке, а глаза сами собой закрылись, не вынеся мучительного ожидания.       Мицуода пораженно замер, разглядывая коробочку. Внутри, покоясь на мягкой шелковой подушечке, лежало красивое тонкое колечко, украшенное по ободку мелкими черными камушками.       — Ты выйдешь за меня? — увереннее повторил Асуи, напряженно сглатывая. Если этот маленький засранец только посмеет подумать о побеге, или об отказе…       — Я…       — Скажешь нет, и я уделю особое внимание твоим розовым сосочкам вон на том столике, Мицуода. — сладко пропел директор, сделав фразу максимально тихой, чтобы её услышал только Лито, но многообещающей.       — Нет! — тут же вспыхнул Мицуода, но затем испуганно поправился, — То есть, ДА! То есть…       — Я знал, что ты жестокий… — Асуи надел колечко на палец омеги, который послушно позволил взять себя за руку. — Заставляешь меня ждать…       Он вложил в его ладошку кольцо и протянул свою руку. Мицуода с трепетом надел колечко и на его палец. Этим он подписал себе приговор. Лито ясно понимал, что отныне он не принадлежит себе… Теперь у него есть тот, кто будет заботиться о нем… это чувство непонятным пятном всплыло из глубин сознания. Оно одновременно и грело, и раздражало, и манило. Ему было интересно сыграть в эту увлекательную игру. Асуи сделал ему предложение! Чувства разделились напополам — одни вопили об абсурдности происходящего, другие влекли к новым ощущениям. Он не сказал ему точно ни «да», ни «нет», и его молчание было принято за положительный ответ. Ему не дали время подумать, да он уже и не хотел. Губы Асуи, сейчас непривычно нежные и осторожные, мешали думать обо всем. Ему лишь хотелось покрепче прижаться к единственному человеку, растопившему его ледяное сердце и подарившему свое тепло, от которого он так долго убегал. И мысль об этом пришла внезапно — он хочет сделать этого человека счастливым. Да, он хочет видеть улыбку на губах этого альфы, единственного альфы, к которому его неизменно влекло. Он хочет прожить долгую жизнь с одним единственным человеком. Хочет вместе с ним вырастить детей, состариться и умереть… хочет, чтобы его любил только этот человек, и хочет отвечать ему тем же. Хочет отбросить все стереотипы и открыться чему-то новому. Ведь справиться со страхом ему поможет его любимый Асуи, этот несдержанный, нагловатый альфа, с которым он хочет связать свою судьбу. Это кольцо больше не казалось несуразным, наоборот, Лито с гордостью бы выставил его напоказ всему миру! Он больше не будет бегать. Его поймали в самые нежные сети из всех возможных. И ему необязательно выбираться. Осознание своих чувств было настоящим откровением. Возможно, это называется любовью?..       Лито обнял Асуи в ответ, счастливо улыбаясь. Он и правда счастлив…