В плену Акацки

Аяме сидела вот так, с остывающим чаем, думая о родной деревне, когда в дверь требовательно постучали. «Кого это в такое время черти принесли?» - насторожилась девушка. Аяме медленно, с опаской подошла к двери, робко спросила: - Кто это? - Открывай! – не удосужился ответить акацк. По его голосу дочь повара поняла – Пейн. «Не к добру все это». - Открывай! – настойчиво повторил рыжеволосый. – А то я дверь выломаю! Аяме окончательно испугалась, сняла металлическую цепочку и раздвинула сёдзи. Пейн тут же заскочил внутрь. - Я знаю, что ты слышала наш разговор. Шпионка из тебя хреновая. - Ну, извини... Что я должна была делать, если вы так громко разговаривали? Выражение лица лидера превратилось из зловещего в добродушное. Он задумался, почесал затылок и вдруг сказал неожиданное: - Аяме... Тебе нравится здесь? «Он здоров?» - Эээ... Не то, чтобы нравилось, но могло бы быть и хуже. - Если тебя кто-то обижает или еще что-нибудь... Ааа... Ну... – замялся лидер от собственной неловкости. - Ты тогда мне скажи. Я разберусь. Аяме с трудом удержала уголки губ, которые так хотели подняться вверх: - Договорились. - Спокойной ночи, Аяме. - Спокойной ночи, Пейн. Аяме задвинула седзи, закрыла обратно на цепочку. Сейчас на лице девушки читалась фрустрация. «Что это было? Чего это лидер так мил со мной?» ***** Чуть позднее, тот же самый вопрос задавала Конан своему любимому, истерически надрывая голос и метая в него тапками. Все члены организации уже разошлись по своим комнатам, кто-то спал. Пейн зашел к Конан, чтобы, как обычно, одарить возлюбленную лаской на ночь для хороших сновидений. Но его девушка была не в себе. Она наблюдала за ним, и видела, как ее драгоценный бойфренд выходил из комнаты поварихи. - Ты с ней любезничал! Я слышала! - Я с ней вовсе не любезничал. Тебя ведь там не было, ты не знаешь. - Мне не обязательно быть там! Я сама могу догадаться! - Во! – нашел зацепку рыжий. – Как ты сама только что сказала, это всего лишь догадка. У тебя нет доказательств. - Да я вижу, как ты на нее пялишься каждый день! - ¿Dios qué hiciste esto a mí?* – выпалил Пейн, подражая героям мексиканских мыльных опер. - Как она появилась в организации – ты сам не свой! Я убью эту повариху из Конохи! Пейн подошел к Конан и нежно обнял за плечи: - Ты ведь знаешь, мне нравишься только ты, дорогая. Зачем трогать повариху? Она хорошо готовит и, потом, у нас в доме стало намного чище и уютнее. - Да, с этим не поспоришь. – согласилась девушка, обняв Пейна в ответ и прижавшись к нему телом. Мягкие голубые волосы Конан лежали так красиво на руках и плечах лидера. Только он знал Конан, скрывающуюся за маской грозной и сильной куноичи. Дав Пейну видимое спокойствие, Конан совсем не собиралась забывать об Аяме. Куноичи дала себе установку, самой пообщаться с поварихой и выяснить все ли тут чисто. _____________ ¿Dios qué hiciste esto a mí?* - (исп.) Боже, за что ты меня так наказываешь? (Мне показалось, что это весело, видеть Пейна в роли интригана мачо. А еще испанский язык просто создан для каваиной ругани).