— Мы всего лишь дурачимся, да, Финн?

— Это ужасно, — обреченно вздыхает Джек, — Я правда не хочу, чтобы тебя так оскорбляли. Элли сдержанно хмыкает, но улыбается, и что-то в этой улыбке заставляет актера хмуриться. Девочка замечает это и делает уверенный шаг навстречу. — Все в порядке, Джек, — она чуть наклоняется и берет мальчишку за руки, крепко сжимая его ладони. Грейзер неуверенно съеживается и отводит взгляд в сторону; ему гадко на душе. Гадко и обидно куда больше, чем самой девочке. Она подверглась огромному количеству нападок в социальных сетях, но самое ужасное в этом то, что главная причина всему этому дерьму - Джек. Это неправильно. Это чертовски неправильно! Им всего лишь по четырнадцать лет, а они уже успели испытать на себе тонну гнусной ненависти буквально от всего мира. Мальчик был уверен, что Элли ненавидят даже в какой-нибудь российской глуши. — Я должен высказать им всем, — хрипло произносит Грейзер и глазами утыкается в стену, — Я должен сказать, что думаю. Мулатка тихо цокает и тянет мальчика на себя, говоря тем самым, что хочет обняться. Упрямый Джек машет головой в разные стороны и еще сильнее хмурится. Почему она не злится на них так, как злится сейчас он? — Джек. — твердо произносит Элли, — Я сказала, все в порядке. — Но ты мне очень нравишься! — выпаливает паренек и резко поднимает голову, устремляя взгляд прямо в глаза девочки. — Нам пришлось расстаться из-за них! Тебя устраивает?! Щеки мальчика вспыхнули огнем. Элли потопталась на месте и неуверенно пожала плечами. — Но ведь это ты создал этих монстров, — мулатка расплывается в улыбке, отпуская руки Джека, — Ты и Финн. Финн. Джек редко заговаривал с ним об этом. Он и сам не знал, почему избегает этой темы, но.. Финну, кажется, было абсолютно плевать на оскорбления в адрес Элли. Плевать на саму Элли. Как и всем остальным. Во всем гребанном мире. Иногда он показывал другу забавные картинки, на которых Ричи целовал Эдди то в щеку, то и вовсе в губы. Смотря на них, Финн хохотал, но вовсе не смущался. Почему-то такая реакция не удовлетворяла Грейзера; и в какой-то момент Джек понял, что уже очень давно, еще задолго до выхода "ОНО" в прокат, хочет видеть невозмутимого канадца смущенным. Это стало нездоровой необходимостью и переросло в огромное количество гомосексуальных шуток, ребяческих поцелуев в щеку и прочего-прочего-прочего. И теперь до Джека наконец дошло, что они заигрались и сами не заметили, как сильно сблизились во всей этой суматохе. — Снизошло озарение? — саркастически ухмыльнулась Элли, разглядывая лицо мальчишки, — Вот нефиг было лизаться с Вулфардом перед каждой камерой. Она рассмеялась. Ей правда было смешно. А Джек снова недоумевал.. почему? Почему она смеется? — Я не гей! Мулатка кивнула. Вот. Так. Хорошо. Не гей. Всем все понятно? — Я не держу зла на этих людей, Джек. Они правы: в твоих с Финном отношениях гораздо больше любви, чем в наших.. — Элли снова сделала шаг и встала еще ближе, чем раньше. — Но я не имею в виду, что не люблю тебя, ведь мне очень нравится проводить с тобой время. Элли затихла, в ожидании заглядывая мальчику в глаза, и, когда он ничего не смог ответить, произнесла: — А тебе нравится проводить время с Финном. Понимаешь, о чем я? В очередной раз за вечер, Джек хмурится. Внутри мальчика загорается злость. Злость по отношению не только к хейтерам, но и к самому себе. И.. к Финну. Мальчик склоняется навстречу и мягко обнимает Элли. — Мы просто шутим, детка, просто дурачимся, ты же прекрасно знаешь. — Так скажи всем об этом. — отрезает мулатка, приобнимая мальчика в ответ.