— Мы всего лишь дурачимся, да, Финн?

В мире невероятное множество вещей, которые, пока еще, не поддаются пониманию для Джека. И как же обидно признавать, что его.. девушка? .. ровно столько же загадочный феномен для мальца, сколько и квантовая физика или какая-нибудь нейробиология. Вообще-то, Джек, в целом, не спец во всех этих романтических взаимоотношениях, но он точно знал, что все его чувства невероятно искренние; однако, он не мог быть уверен, что Элли чувствует то же самое. А вдруг все это – фарс? Грейзер отупело смотрел в яркий монитор ноутбука, не в состоянии подобрать нужных слов. В уголках век скопилась влага, но не потому, что хотелось плакать, а лишь от усталости. Он слишком долго пялился в этот дисплей. Но теперь глаза больше не бегали по немногочисленным строчкам – лишь леденело застыли в одной точке. Точнее, на одном словосочетании. «... если бы не Джек..» Сейчас паренек осознал многое. Осознал, насколько наивным был всегда, насколько добрым, насколько мягкотелым. Осознал, что корысти в этом проклятом мире гораздо больше, чем всегда казалось. Осознал, что если ты знаменит и весьма успешен – на твои чувства могут наплевать. Потому что не они становятся важны. Неужели все девушки гонятся за статусом? Он опустил взгляд чуточку ниже и невольно нахмурился. Невероятных размеров сгусток обиды застрял где-то под кадыком; от этого ощущения стало мерзко. «.. я бы встречалась с Финном..» Быть может, не было бы так погано, если бы она написала чье-то другое имя. Не Финна. Не гребаного лучшего друга. Он захлопнул крышку ноутбука и торопливо привстал с кресла. В руках появился телефон, и пальцы уже набирали выученный наизусть номер.. любимой девушки или лучшего друга? Джанна* сидела за кухонным столиком и пальцами перебирала краешек журнальной странички. Правую руку грела округлая кружка жасминового чая. Женщина медленно потянулась и сладко зевнула, вытягивая руки как можно выше. Откуда-то сверху донесся грохот, довольно приглушенный, но вполне слышимый. Джанна последний раз выгнулась в спине, намереваясь, видимо, наконец проснуться, и лениво приподнялась со стула. Довольно скоро она оказалась на втором этаже. Еще парочка шагов – и вот она, комната Джека. Женщина приоткрыла рот и уже почти произнесла "Всё в порядке?", как из-за двери буквально пулей выскочил юный актер. Он (лишь на мгновение) замер в проходе, оторопело оглядывая «вторую маму» и стараясь выдавить что-то вроде улыбки. Но это не та улыбка. Не его. Не малыша Джека. Любой, кто был знаком с мальчиком, мог найти различие между блеском счастья на губах в моменты, когда он улыбается, и.. этим. Фальшивым, озадаченным, тусклым. — Я договорился с Элли. Думаю, мы сходим в какую-нибудь кафешку здесь, неподалеку. Не беспокойся, — юнец снова опередил Джанну, так и не дав ей вставить ни единого слова. Он подбежал к ней и поцеловал в щечку, изо всех сил пытаясь себя не выдать. Но, господи, какая ирония.. Актер, который не может обмануть. Это твоя худшая роль, Джек Дилан Грейзер. Женщина сжала губы, не отрывая взгляда от глаз мальчика, торопливый топот которого очень скоро пронесся по лестнице. Ей стало чертовски неприятно, но не от того, что мальчик пытался от чего-то увильнуть или соврать, а от того, как, должно быть, плохо сейчас ее любимому Джеку. Она любит мальчика. Всегда любила. С самых первых дней, как только смогла с ним сблизиться, стать для него второй матерью. Джанна тяжко вздохнула, закрыла дверь в комнату мальчика, которую он второпях оставил приоткрытой, и медленно направилась к своей спальне. Она была твердо уверена, что сможет дать мальчику столько поддержки, сколько только сможет, но сейчас, очевидно, юнец нуждался в ком-то другом. — Кафешка.. кафешка! — Джек взвыл и откинул голову назад, прикрывая лицо ладонями, — Ты мог придумать что-нибудь гораздо оригинальнее кафешки... Он сидел в каком-то неприметном парке неподалеку от дома Элли, не решаясь подойти к нему ближе и хотя бы постучаться. Робость и неуверенность в себе так быстро всплыли на поверхность, что юнец просто растерялся и не смог найти дорогу из этого странного, местами мерзкого, состояния. Обида, ревность, злость, непонимание.. Что-то одно или все вместе? Мальчик натянул капюшон на лицо и подогнул ноги, исподлобья наблюдая за всем, что движется вокруг. Синяя машина.. Нелепый грузовик.. Одинокий скейтер на тротуаре.. Молодая парочка.. Девушка с собакой.. очень милой и забавной. Джек невольно улыбнулся, но спустя полминуты снова поник. Сознание издевательски подкинуло образ Финна Вулфарда почти сразу же после того, как юный Грейзер задумался о собаках. Лучший друг получил роль и уже вовсю снимается в одном новом занимательном проекте, буквально окруженный псами. Должно быть, фильм окажется очень милым, может местами трогательным, но в целом беззаботным и интересным. Джек, как и многие, не знал всех подробностей «Dog days», однако ему было достаточно того, что его дружище принимает там участие. Он искренне радовался и даже неоднократно ловил себя на мысли, что с нетерпением жаждет увидеть канадца в новых амплуа. Вообще, он часто ловил себя на множестве странных мыслей. Внезапно зазвонил телефон, и Джек вздрогнул от громкости мелодии. На экране красовалось имя человека, до которого еще совсем недавно пытался дозвониться чертовски расстроенный Грейзер. Юнец закусил уголок нижней губы. — Хаййй, — заговорил чей-то голос на «другом конце провода», когда Джек наконец ответил на звонок, — Прости, у меня не получилось взять трубку, когда ты звонил сегодня. — Привет, Финн.. — тихо, размеренно. И чертовски неловко. Неловко не перед Финном или кем-то еще. Неловко перед собой. Набрать номер Элли, встретиться с ней, поговорить, расставить все по полочкам – сделать то, что было бы логичнее – он не смог. Не решился. Не нашел ее контакт в телефоне, не договорился о прогулке, не навестил ее дома и даже не написал обычную смску. Просто позвонил Финну. — Что-то случилось? — Нет, все в порядке.. то есть, не все.. ну, в целом неплохо, но.. точнее... — Джек замямлил, ведь такие вопросы обычно приводят в тупик, сбивают человека с толку.. дурак, Финн, не спрашивай об этом, просто поболтай со мной. — Чт.. — Мне хреново, — наконец выплюнул мальчишка и тут же затих. Он сказал это слишком резко, так что в следующие несколько секунд оба друга молчали. — А я писать хочу, но в туалете засел Ник, так что мне тоже хреново. — Чт.. — Тихо-тихо, я шучу! — засмеялся «Ричи Тозиер» и тут же понял, что «Эдди Каспбрак» действительно в плохом настроении. Джек шумно выдохнул и невольно нахмурил густые брови. В его голове промелькнула мысль: "А действительно ли мне это надо?..", и что-то внутри моментально сгенерировало ответ: "Очень надо. Надо слышать его голос. Надо слушать глупые, но забавные высказывания. Надо умиляться с его смеха. Надо представлять, с каким выражением лица он говорит утешительные слова, в которые, может быть, сам даже и не верит. Надо впитывать его поддержку, как нечто жутко необходимое. Надо улыбаться, а не гнить в собственном негативе. Надо, Джек. Очень надо." — Оххх, ты не настроен на серьезные разговоры, — тихо усмехнулся Грейзер, опуская голову еще ниже и напоминая теперь какую-нибудь унылую, скрюченную мокрицу. — Нет, но я настроен выслушать тебя, приятель. — Еще бы. — Выкладывай. — Ничего такого, на самом деле. Но мне очень интересно: как сильно статус затмевает личностные качества человека? — Не совсем понимаю, к чему ты клонишь.. — Что нужно делать, чтобы люди любили тебя, а не твою.. успешность? — Ах, кажется, теперь понимаю. — Ты беден – тебя не замечают, ты богат – ты центр вселенной, но не той, что нужно! И неужели другим актерам это нравится? — Они старые скупердяи. А тебе стоит относиться к этому проще, делов-то. — Я не могу засунуть свои чувства в задницу. — Элли просто маленькая засранка. Мы все дети, чувак, и нам следует относиться проще. — Ох, так ты тоже видел то сообщение.. — Эта хрень расползается очень быстро. Она писала это не всерьез, и, уверен, вкладывала иной смысл. Уголки губ Грейзера слабо растянулись в подобие улыбки. Мальчик чувствовал, как постепенно становится легче, как что-то, что сжимало сердце и теперь пыталось добраться до мозгов, ослабило свою хватку. Ему, как никому другому, важно было знать, что на этот счет считает Вулфард. Что ж, как и ожидалось – рассуждает как хиппи-подросток. — Мы дети. Не давай этому дерьму настигнуть тебя сейчас. Оставь для него место в будущем. И.. — .. и пускай взрослый «я» расхлебывает это? — Понимаешь. — А что если.. что если я не хочу, чтобы это длилось настолько долго, что могло бы дойти до взрослого меня? Финн тревожно выдохнул. Этого не услышал Грейзер, и, наверняка, даже не почувствовал обеспокоенность друга, но Финн действительно вздохнул. Он закусил нижнюю губу и невольно сжал телефон, уткнувшись куда-то в стену. Канадец не знал, как было бы правильнее поступить сейчас. Куда направить друга. Помирить их? Или покончить с ней? Сердце билось размеренно, но как-то неприятно, и оттого мальчик запутался еще больше. Слишком долго он подавлял в себе негатив по отношению к Элли, по отношению ко всей ситуации. Он знал, что все это – не должно его касаться, но переживать за маленького ранимого Джека - его забота. Ненавидеть Элли было бы глупо, очень глупо, и Финн, конечно, не относился к числу ее хейтеров, но какое-то гадкое чувство обволакивало актера день за днем с тех пор, как Грейзер влюбился в нее. И Финн знал о многом, чего не знал никто другой. У Финна было множество веских причин испытывать к ней злость, и ровно столько же причин полюбить эту девочку. Вот только их союз не приносил юному Вулфарду радости. Неужели это ревность? — Джек, — последняя доля секунды на размышление, подталкивающая принять окончательное и действительно правильное решение, — Не превращай ситуацию в еще большую драму. Просто поговори с ней, расставь все по полочкам. Осторожный выдох мимо трубки. Лишь бы Джек не слышал этого. Лишь бы не заподозрил. — Ты.. так считаешь? — Я уверен, что все будет в порядке, приятель. Джек сухо улыбнулся, приподнимая голову. Он вернулся в реальность, снова замечая вокруг себя животных, деревья, машины, людей, ставших в этом парке какой-то дорогой декорацией. Взгляд врезался в силуэт бесцеремонной наблюдательницы, так внезапно оказавшейся на лавочке напротив.