Медаль за Храбрость или Рождённые стрелять

       Снова мне снился сон. Этот сон... Он вечно проявляется у меня во время сна. Но почему только он? Что случилось с моей головой, и теперь она проявляет только один сон по кругу? Что произошло, что не должно было произойти и что не произошло, но должно было произойти? Вопросов много, но не все они имеют ответы на себя. А от сна остаются только смутные очертания, но чертовски знакомые и такие... родные? Эти образы... Я вижу ворота. Ворота, судя по всему в рай. Хотя, возможно и в ад, это я абсолютно точно не могу знать. Но это определённо ворота. Ворота в, хрен знает, какое место. А рядом стоит странная девочка, которая постоянно спрашивает меня. -Ты правда меня любишь? Люблю? Но кого? И зачем? Да и где я вообще нахожусь? Конечно, случись бы всё на самом деле, наяву, стоило но бы непременно испугаться. А как же иначе! Но это всего лишь сон. Тот самый, который мне снится каждую ночь. Но всё таки, во сне всегда больше всякие мелочи волнуют: неестественный цвет травы, невозможная кривизна прямых, прочие странности, а реальность, а реальная опасность, готовая всё разорвать здесь и сейчас кажется пустяком. Естественно, ведь здесь нельзя умереть. Я точно знаю, я делал это сотни раз. Но если нельзя умереть, нет и смысла жить. Надо будет спросить у девочки, может она что-нибудь ответит. Да, именно! Спросить например, про сову. Больно уж птица странная. А впрочем неважно. -Ты правда меня любишь? И каждый раз надо отвечать. А иначе никак, иначе сон не закончится, а я не проснусь. Каждый раз так сложно решить что же ответить. Где я, что я здесь делаю, кто она такая? И почему от ответа на этот вопрос зависит так много в моей жизни? Или не зависит? Ведь это просто сон. Просто сон... Проснулся я душевно пасмурный и печальный. Снова этот сон мне всё испортил. Как же он мне надоел. Я бы его удалил из головы, если бы знал, как это сделать. То ли это моя душевная рана, то ли я просто слишком сильно погрузился в свои собственные рефлексий. Да же не знаю что выбрать. Всё вместе быть не может, я бы тогда уже давно застрелился. Ладно, что то я уже разлёгся, пора подниматься, так недолго и завтрак проспать. Я спешно слез со второго яруса, оделся и кинулся в столовку. Народу там было маловато. Похоже, уже опаздываю. Я быстро взял поднос, поел и... отказался приходить на заседание. На вопрос президента "Почему?" я ответил коротко и понятно. -Мне надо побыть наедине со своими душевными проблемами, что бы я мог дальше сражаться. Тот, на удивление, не стал возражать и требовать участия, а напротив, он ответил как настоящий друг. -Я понимаю, Егор. Иди, все проблемы решу я. -Спасибо... -только и смог я из себя выдавить. Ноги сами понесли меня в парк, на ту самую скамейку с крышей. Днём здесь всё иначе, нежели вечером. Вечером, когда виден закат, всё такие прочувствованное, а днём всё слишком в порядке. Сам не знаю, что это за бред, но вечером мне уже всё здесь более привычно. Согласен, здесь не хватает второй половинки. Какой-нибудь девушки, которая понимала бы меня и вечно скрывалась бы в тени. Боже, я снова поймал депрессию. Значит, пора убираться отсюда до заката. И как можно быстрее. Мой выбор пал на пляж, хотя бы смогу позагорать, а то нечего моему крему для загара лежать на пыльной полке дома. Я быстро зашёл домой, надел плавки, сверху одежду полегче, взял полотенце, сам крем и пошёл напевая старую песенку. -Как-то летом на рассвете заглянул в соседний сад, Там смуглянка-молдаванка собирает виноград. Я бледнею, я краснею, захотелось вдруг сказать: "Станем над рекою зорьки летние встречать" Раскудрявый клен зеленый, лист резной, Я влюбленный и смущенный пред тобой. Клен зеленый, да клен кудрявый, Да раскудрявый резной. Придя на пляж, я заметил очень интересную картину. Куча девочек с танком заняли куча места на пляже и, собственно, купались и веселились. Приятно на них смотреть, но я пришёл сюда не за этим. Я нашёл место чуть дальше от них и разложил вещи. Намазался кремом, снял одежду, надел очки и разлёгся на полотенце, типа загорая. Но хватило моего гордого одиночества не надолго. Я почувствовал, как внезапно оказался в тени. Открыл глаза, снял очки и увидел их... 5 девочек и той толпы купающихся. По лицу было видно, что они японки, так что я заговорил на японском, благо я его знал. -Чего вам, красавицы? -спросил я, приняв вертикальное положение. -Мы хотели узнать, кто ты? -Ну я загорающий, как по мне видно. Звать Рэн -такое имя я решил себе взять, когда буду разговаривать с японцами- Вы себя можете не называть, я вас знаю. -Знаешь? -Ну разумеется, Саори-сан. Она немного смутилась. А я уже успел встать. -Ну раз такое дело, разрешите мне узнать почему вы меня окружили. Я не Маус. Они столпились перед моим лицом. -Не стоило, но всё равно спасибо. Ладно, давайте уже не тяните, чего вам? -Да, собственно, ничего. Мы просто заметили тебя, решили узнать кто там лежит. -Ясно. Ну тогда приятно вас всех видеть. Я так понимаю, вы тут отдыхаете с командой. Ну тогда, удачного отдыха вам, а мне пора. -Стой! -воскликнула Михо. -НУ что ещё? -Ты на мне поможешь? -Чем? -Подскажи нам, где у вас тут можно устроить лагерь. -Лагерь? Ну, могу показать одно неплохое место. Но тогда заводите танк я покажу. -Хорошо. И мы пошли на танк. Девочки залезли внутрь, я же сел сзади башни и показывал дорогу. По дороге я бренчал на гитаре, которую я всегда с собой ношу. Вдруг пригодится. В итоге, мы приехали на большую поляну посреди леса. -Ну вот хорошее место. Тут поблизости заброшенный военный лагерь есть, так что осторожней. -Ладно, учтём -ответила Михо, вылезая из люка. -Я на всякий случай пойду проведаю его -настоял я на своём, заряжая свой Мп-41- Михо, идёшь со мной. -Я? -Ну у тебя есть тот пистолет? -Ну да -ответила она, доставая из кобуры. -Отлично, заряжай и идём. -Хорошо. После чего мы полностью исследовали заброшенный лагерь и всё оказалась готовым к лагерю. Ну и в итоге, все девчонки сбежались сюда, а я отказался побыть с ними и пошёл домой. Время уже было позднее, уже должен был отбой прозвучать. Ну что же, весёлой ночи, Михо.