Медаль за Храбрость или Рождённые стрелять

      Что такое храбрость? Почему у одних её много, а у других её вообще нет? Может это особый дар свыше, нечто предначертанное или просто удачное стечение обстоятельств? Почему, например, Зоя Космодемьянская так отчаянно громила фашистов, при этом ни капельки не боясь умереть? А мы? Почему мы раньше так яростно поднимались в атаку, не боясь поражения? И почему мы и сейчас не боимся Катюшу и её стальные танки? Почему нам смерть никак не страшна? Что в нашей жизни такое произошло, что выкачало из нас весь страх? Именно эти вопросы я задавал, глядя в сторону Правды. Две советские школы здесь сразятся, и победит только сильнейший. Победа достанется только одному. И мы должны приложить все усилия для победы. В глазах у меня горит огонь. Огонь войны, разрушающий всех и вся. А в этом огне горят их танки. Что же, мы можем победить, и да поможет нам товарищ Сталин. От этой надежды в нашего великого вождя рука, что держала мой пистолет, сжимала его всё сильнее. Ещё чуть-чуть и выстрелю в их сторону. Храбрость Зои Космодемьянской кипела в моих жилах. И пускай её убили гитлеровцы, её смелый дух никуда не исчез, он поселился в моей крови, и теперь во мне течёт кровь героя. Мы разгромим этих самозванцев, как большевики белых. А если для этого понадобится разбить всю их танковую армию, ну и пускай! Прощание славянки играл на всю мощь, а наше знамя гордо развивалось, воодушевляя наших парней сражаться до конца. Кто-то как и я, стоял и смотрел в сторону Правды, кто-то даже навёл свои пушки на них, а кто-то выкрикивал фразы вроде "Порвём монстра! Стоять до конца! Слава Адскому Мечу!" Они настроены так же, как и я. Мы еле сдерживались, дабы не начать пальбу прямо тут. Но хватило наших сил часа на 2, потом я не удержался и схватив вторую снайперскую винтовку, которую нам только что привезли, зарядил, нацелился на огромный лоб Катюши и пальнул, вложив всю ярость в этот выстрел. А дальше огненной стеной наши выстрелили из всех орудий. Тут же я взял наше знамя, вцепился обеими руками в него и кинулся в их сторону. За мной кинулись все наши парни. -Ура-а-а-а-а-а-а-а-а! -закричали мы все вместе. С их стороны слышались выстрелы, причём их было немало и многие попадали по нам, но, похоже, мы смогли сломить их боевой дух нашим победоносным Ура. В моих глазах горела ярость и решимость разбить их. Глядя на них, я вспоминаю, как мой дед брал Берлин. Он также шёл в атаку, и в его глазах горел тот же огонь. Теперь он горит в моих глазах, а от каждого побеждённого врага во мне просыпалось настоящее наслаждение от битвы. Они поплатятся, зато, что посмели усмехаться над нами! За Родину, за Сталина, как говорится. Ибо советский солдат никогда не сдаётся, тем более уж советский десантник. Началась рукопашная, в которой мы разбили их окончательно, и я залез на крышу их ангаров, водрузив там наше знамя. Это победа. -Да-а-а-а-а-а-а-а-а-а! -За Родину! -воскликнул я. -За Сталина! -добавили остальные. Огонь потух. Мы добились своего. Эти самозванцы поплатились за все свои насмешки над нами, ибо нашу красную ярость не остановить. Мы жуть как страшны в ярости. И, как тут же выяснилось, наша яростная победа не осталась незамеченной. -Все бойцы Правды убиты! Победила мужская академия Адский меч! 10 минут назад... Ярость ещё не док конца прошла, так что я бил своим автоматом чучело для тренировки рукопашного боя. Все мышцы напряжены, усталости я вообще не чувствую, наоборот, я чувствую прилив сил от такой дикой ярости. Однако, всю картину мучил зверский голод, собственно, из-за него я и попросил наших парней накрыть стол для девушек из Правды. Но я не обращал внимание на этот голод, я просто пытался убить эту ярость, избивая чучело. Но всё таки я понял, что это не поможет, поэтому я не раздумывая засучил правый рукав и вцепился в руку зубами. Только потом я понял, что это плохая идея. Но, как ни странно, эта зверская ярость прошла, её заменил не менее зверский голод. Собственно, поэтому я и пошёл к столу, где мне оставили немного еды. Я всё по быстрому съел и пошёл нашим грузовика обеспечения. Придя к ним, я открыл кузов и просто сел туда, уставившись на звёзды. Эта победа нам далась куда тяжелее, чем раньше. Надо бы окончательно успокоиться. И тут я увидел, как большое облако ушло, и мне открылось огромное звёздное небо. Боже, каким же бесчувственным стал после этой ярости. Я променял этот прекрасный пейзаж на эту яростную ярость. Как я посмел? Чувство стыда оказалось сильнее ярости. Я уже было готов себя ругать благим матом, как вдруг... Ко мне кто-то подсел. От него или неё веяло каким-то приятным запахом. Это точно девушка, но кто это? Я опустил голову и... Увидел там зам. Катюшы, вроде её зовут Нонна. -Э-э-э-э-э, Нонна? -Очень приятно. А тебя как звать? -М-Мосаёки. Накано Мосаёки. -Приятно познакомится. Она улыбнулась. -Э-э-э-э, Нонна, а тебе чего надо? -Ничего, можно просто посидеть тут с тобой? -А вдруг нас заметят? -Ну и что? Тут я задумался. С одной стороны, вполне возможно, что она - очень хорошая компания, и с ней есть о чём поговорить. С другой, если нас вообще любой заметит, то сразу подумает немного не о том, о чём надо. Но в любой случае, внешне красотой природа её не обделила. -Ну ладно, как хочешь. -Спасибо. Она улыбнулась. Я "немного" удивился. У нас её вроде прозвали "Стальная леди", за то что она почти не показывает своих эмоций. А теперь. Эта не та "Стальная леди", которую я много раз видел в ящике, а совсем нормальная японская женщина своих лет. Её подменили что-ли, или ей что-то подмешали в еду? Можно долго гадать, но я сейчас это делать не буду, уж слишком красивое небо. Раньше я звёздное небо видел только(почти) в Яндекс.Картинки, а тут на тебе - настоящее прекрасное звёздное небо. Ничего прекраснее я не видел, хотя бывал я много где. Всю объехал в поисках счастья, и вот, я его нашёл. О боже, будет ли у меня ещё возможность увидеть такую красоту, да с такой хорошей компанией? Стоп. Я назвал Нонну хорошей компанией? Но я даже ничего о ней знаю. Это плохо. Но мои мысли прервала падающая звезда. "Пусть у нас всё будет хорошо" Скромное такое желание, но мне большего не надо. Тут я почувствовал, как что-то держу. В этот же момент я заметил, как держу руку Нонны. -Ой, твою же республику, прости. Я попытался убрать руку, но она мне не дала. Я сразу покраснел. На её лице я заметил сияющую улыбку. -Н-Нонна? -Не бойся, всё путём. Можно мы ещё немного так посидим? -Ну, если ничего плохо не случится, то да. Её милое лицо расплылось в счастливой улыбке. Даже я не устоял и заулыбался. На секунду я задумался. У меня вроде был один роман, но долго он не прожил. Да и было это давно и вряд ли кто-то поверит в это. Собственно, поэтому никто, кроме меня, не знает про это. Даже не знаю, стоит ли это когда-нибудь рассказать всем, ну или не всем. И тут меня осенило. Может, я просто слишком сильно вогнал себя в рамки безразличия и однотонности? Так почему бы не сломать эти рамки и не начать радоваться самым простым вещам? Тогда придётся нелегко, если я хочу разломать эти рамки, но я даже не против. И кажется, я знаю с чего начну. Я глянул на Нонну, положившая голову мне на плечо. Первый раз со мной такое. Даже приятно как-то. Но всё таки глянув на часы, я понял, что такой шикарный момент пора заканчивать. -Слушай, я конечно всё понимаю, но может по домам разойдёмся? В ответ я услышал тихое сопение. Вот блин. Хотя, спасение пришло моментально -Нонна! -кричал голос Катюши вдалеке. Выбора у меня особо не оставалось, я взял её на руки и потащил на голос, по ходу крича. -Госпожа Катюша! -Кто такой? -Я из "Адского Меча"! Нонну тащу к вам! Принимайте спящего на борт! В этот же момент я уже спустился с холма и перед глазами выросла Катюша. -Ну здрасьте, госпожа Катюша. -А, это ты тот самый капитан "Меча"? -Ну я и что дальше? -Ничего ничего, давай её сюда. -А вы уверены, что сможете её дотащить? -Ах да. Может тогда ты дотащишь? -А я что по вашему делаю? Ведите уже. Она повела меня в порт к их кораблю. Походу я бросал короткие взгляды на спящую красавицу Нонну. Какая же она красивая, даже красивее, чем кажется. Очень странно, что у неё нет парня, поскольку, выглядит она одинокой. Хотя с другой стороны, на фоне Катюши, выглядит она как мать в раннем возрасте. Можно конечно предположить, что она как бы приёмная дочь Нонны, но такие безумные теорий я пока не буду строить, не вижу в этом смысла, особенно когда я ничего о них не знаю. Глаза даже моргнуть не успели, а я уже оказался на борту Правды. К нам прибежали две морячки и попытались поднять Нонну, но они её чуть не уронили на пол, я на счастье, успел её поймать. Чуть не проснулась. -Ну вот, у вас кажется морячки мало каши если, госпожа Катюша. Ладно, раз я уже на борту, я лучше сам донесу. -Извините нас -смущённо ответили морячка. -Да ладно, в этом деле лучше подойдёт мужчина. -Ладно. Вы двое - марш в каюти! А ты, за мной! -У меня вообще-то есть имя. -А чего тогда раньше не сказал? -Да как-то времени не было. Короче, я Мосаёки. Идём уже. Мы тронулись дальше. Всё чаще я отмечал для себя, что у Правды довольно красивенько. Да и кораблик у них побольше нашего, так что отличий больше, чем кажется. Хотя, стоит отметить, они сильно любят себя, их флаги были повсюду, а у входа на школьный двор было большое здание рядом со школой, похоже, это казарма. Мы туда и зашли, поднялись на где то 10-ый этаж, Катюша открыла и придержала мне дверь и я обнаружил большую комнату в стиле президентский люкс. Катюша показала куда положить нашу соню и я аккуратно её положил на немаленькую кровать. Я ещё и попытался её накрыть, но Катя меня остановила. -Эй, ты чего? Одетую её накрывать? -Во-первых, говори тише, а то пол казармы разбудишь. А во-вторых, раз так о ней заботишься, раздень сама. -Я? -А что, мне это делать? Не, я на это не подписывался. -Я тоже её раздевать не буду, но не оставлять её же мёрзнуть тут. -Тут я ничем помочь не могу. Или это делаешь ты или оставь её так. Но с неё как с гуся вода, махнула рукой, вышла и дверь заперла. Вот блин, теперь уже не денусь, придётся самим решать эту, блин, заботливую проблему. Я медленно и осторожно начал расстёгивать пуговицу за пуговицей. Главное - без резких движений. Потихоньку, постепенно. Закончилось это тем, что я расстегнул ей ливчик и накрыл одеялом, после чего я просто сел на стул и принялся размышлять что делать дальше. Но хватило моей мозговой работы не на долго, я медленно, но верно погружался в сон. В конечном итоге я провалился в глубокий сон.