Дети все же вырастают...

— Вот! Все так и было! А потом он просто взял, и ушел!!! — у Хайда началась истерика. — А, Мисоно, это нормально?! — Для кого как. — сухо ответил Алисейн, но в его глазах сверкали радуги. — Быть может, он смущается. А? Лавлесс зарылся в подушку и ныл, что «Ангел-чан жестокий!!!». А сидевшие рядом Мисоно и Лили слушали его, и давали советы: — Соблазни. — Лили. — Сноу, тупица!!! Поговори! — Мисоно. — Скажи что ты тоже его любишь. — Лили. — Попроси прощения. — вяло произнес Мисоно. — За что просить прощения? — не понял Сноу. — Да он типичная Омега, они такие сентиментальные. Попроси прощения низачто. — Алисейн поднялся с кровати. — Нам с Лили пора идти. — А ты Альфа? — Сервамп ухмыльнулся. — Ответь. — У нас не Омегаверс, ребята! — шикнул на них Хайд. — Пока. Пара Похоти ушла, оставив Жадность наедине со своими мыслями. Он думал, как ему лучше попросить прощения? Просто зайти и сказать? Не, лучше не надо. Может что-нибудь купить? Точно! Он любит конфеты! Зайдя в магазин, Лавлесс увидел красивую коробочку шоколадных конфет с добавлением ликера. Не задумываясь, он купил ее. Ведь сам Хайд очень их любил! — Лихт? — вампир на цыпочках прошел в гостиную. Там после выступлений любил сидеть его Ив. — Ты тут? К его удивлению, Тодороки спал, укрывшись пледом. Лавлесс принял разумное решение, что лучше парня не будить. Подойдя к нему, он аккуратно положил конфеты рядом с Лихтом. — Спокойных снов. — Хайд поцеловал Ива в лоб. — Ну что, я все сделал. Потянувшись, вампир пошел к себе в комнату. Там он сбросил с себя лишнюю одежду и укрывшись, заснул. Примерно через час крепкого сна, в вампира прилетела подушка. Тот резко вскочил, и огляделся. В дверном проеме в майке и облегающих леггинсах стоял Лихт. Лавлесс было удивился по поводу этого наряда, но вспомнил, что Тодороки всегда так спит. — Ну, Крыса, это твое? — фыркнул парень. Только сейчас Жадность заметил, что в него прилетела не подушка, а та самая коробка конфет. Немного не поняв суть происходящего, Хайд вопросительно выгнул бровь. — Да, я тебе купил. А что? — Ножиком в плечо. — огрызнулся Тодороки. — Состав читал?! «Какой прихотливый» — подумал Сервамп. — «Состав еще смотреть…» — Не смотрел, а на кой-тебе? — Беззаконие ухмыльнулся. — Боишься «Ешек»? Или ГМО? — Нет. — Лихт поднял конфеты и тыкнул коробкой Хайду в лицо. — Ликер. Видишь? — Вижу, виижуу! Убери это от меня! — пищал вампир. — Эй! Тут он вспомнил… Лихту нельзя конфеты, если в них есть ликер! Ему же сразу по пьяни плохо станет! Тупой Еж, хотел хозяина своего споить?! — Ой! — крикнул Лавлесс. — Я забыл, прости. — Тц. — Тодороки ухмыльнулся. — Тупая Крыса. К Мисоно пойдешь, а, Хайд? — А-ага… — Хайд не мог понять, как он догадался. — А что?.. — Отнеси это. — парень протянул Сервампу коробку тех злосчастных конфет. — Или сам съешь? — Не-не! — улыбнулся Еж. — Я не жадный. — Жадность не жадный… — Лихт задумался, а затем быстренько поцеловал вампира в щеку, и вышел из комнаты. — Ты это, недолго будь. Не то обед остынет. Хайд на это лишь кивнул, но все же, ему было приятно, что Лихт проявил к нему чувства. — Хорошо. Я тоже тебя люблю. — Я этого не говорил!!! — донеслось из кухни, но вампир только ухмыльнулся и ушел. Через некоторое время братец Жадность все же прибыл в особняк Алисейнов. Там его встретил Лили, все такой же дружелюбный, только на этот раз он был очень счастливым. — Брат? Ты чего тут делаешь? — не убирая улыбки с лица произнес Сноу. — Вот, держи. Это вам. — Хайд протянул коробочку. — Это конфеты. Можешь их от себя Мисоно подарить. — С-спасибо… — Похоть был удивлен щедростью брата. — Хорошо. Слушай, у вас с Лихтом все нормально? Он тебя не убил из-за манги? — Нет, все отлично! — улыбнулся Хайд. — А как Мисоно? Он все еще переживает из-за этого? — Ахаха, нетушки. — теперь время Лили улыбаться. — Мы заказали еще манги, теперь Мисоночка ждет! Кстати, сегодня я ему в любви признался! — И получил книжкой по голове? — рассмеялся Беззаконие. — А? — Не-а. Получил поцелуй. — Какого?! Нечестно?! — Все честно, братец, просто у меня Ив добрее! — Добрее?! Да у нас обоих они на сахар! — Сахар, просто один кусочек не хочет растворятся, а вот второй легко принял все это, и растворился… — Философ хренов!!!