Не тот выбор

Наступило двадцать девятое января. А через день, как пить дать, начнется течка. На протяжении трех лет она не сбивалась у Сиэля. Ни раньше и не позже. И это означало, что надо поговорить с родителями, чтобы те отпустили его к любимому бете. Поговорить получалось только с папой. Отец опять рано утром уехал на работу. Да и боязно рассказывать именно ему. О-папа лучше поймет, и даже если в глаза скажет, что знает о ком идёт речь, будет не так стыдно и страшно. Отыскал Сиэль папулю в их спортивном зале. С недавних пор родитель стал заниматься спортом, зарядку делать, на беговой дорожке наматывать километры, да обручи крутить. Сегодня Сиэль застал его на беговой дорожке. — Сделаешь перерыв? — попросил, присаживаясь на небольшой пуфик, что стоял специально для таких целей. — Что-то важное? — задал вопрос старший омега и переключил скорость до ровного шага. — Это касается завтрашней течки. — Та-ак… Поняв, к чему клонится разговор, Ориэль перевел скорость до нуля и сошел с беговой дорожки. Висящее на ручке полотенце он забрал и обтер вспотевшую кожу вокруг шеи и затылка. — Выкладывай.   — Отпустите меня к моему бете? Молодец, что смог сказать спокойно и лишь слегка покраснел. Ориэль, отпив немного минералки из бутылки, стал пристально осматривать сыночка. И пусть он ожидал подобный вопрос, глубоко в душе надеялся на другой вопрос. — Ты никогда не рвался проводить течки с альфами. Почему же изменил свое мнение с бетой? — Потому что я нашел того, кого на самом деле полюбил. И того, кто полюбил меня за то, что я просто есть. Со всеми моими недостатками. Слышать, что избранник бета, не важно сколько прошло времени, все так же тяжело для Ориэля. Он прикрыл глаза, справляясь со своими внутренними демонами, которые всячески против отношений между парами, которые не связаны по сущности. И все же не мог осудить выбор сына. К тому же со столь сильными чувствами. Только принять, как есть. — Беты контролируют себя всяко лучше любого альфы и омеги. Нежелательной беременности можно избежать. И все же я не хотел бы тебя отпускать. — Я знаю, — Сиэль улыбнулся папе. — Но я очень его люблю. Да и мы с ним до этого вообще не вступали в интимные отношения. Договорились подождать. — Оу, — прикрыв рот кончиком полотенца, старший омега, кажется, немного смутился. — Так он… — Что? — Такой… правильный. Сколько ему лет, Сиэль? — перешел родитель в режим нападения. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? Возможно, он много старше тебя, м? — Ему всего двадцать два. — Когда ты нас познакомишь? — Только отцу не говори, — решил все-таки поделиться. С кем, если не с папой. — Но вы с ним знакомы. Это Себастьян. — А ведь он так и предполагал. И я был с ним согласен, уж слишком все странно обернулось. Сразу, как Себастьян появился, ты вдруг воспылал чувствами к бете. И просил у отца отдать тебе Себастьяна, не желая видеть других водителей. — Но не мог же я прямо сказать, что влюбился именно в него, — проворчал Сиэль. — Достаточно того, что Клод его подчиненный. — Сейчас тебе терять нечего, — Ориэль сел рядом, на пуфик, и выпил еще немного минералки. Жажда мучила невыносимо. — Отец не рассердится. — Думаешь? — Поверь мне, — улыбнулся мужчина и потрепал ребенка по волосам. — А вот отпустит ли тебя к Себастьяну, уже другой вопрос. Я, с горем пополам, могу дать согласие. За отца не могу говорить. А он прекрасно знает, в какие периоды у тебя и у Алоиса начинаются течки. — Мы подготовились. Я купил легкое лекарство. — Вот, поговоришь с ним сам. — Поговорю, — Сиэль обнял папу. — Спасибо, что понял. — Ну все, отпускай, а то ведь я мокрый весь, — с тихим смехом отстранился мужчина, — лучше скажи, ты предупредил преподавателей? — Да. Сказал, что все лекции обязательно восстановлю. Домашние задания вышлю потом в отсканированном виде. — Если с отцом сегодня не удастся переговорить, я тебя прикрою, — заговорчески подмигнул Ориэль. — Только без глупостей, Сиэль. Я еще не готов стать дедушкой. — Себастьян обещал предохраняться, — подмигнул в ответ парень. — Хорошо если так. — Пап, я же сказал, что мы подготовились. Он будет единственным, кто соображает в нашей паре. — И только этот факт греет мое сердце, — с ещё одним тихим смешком, мужчина вернулся к тому, на чём остановился. А как только вошёл во вкус, разговор их на том подошёл к концу. Уходя из спортзала, Сиэль подумал о том, что отец скоро прекратит эти каждодневные физические упражнения. Не дело это, избавляться от округлых форм.

***

Споров вечером было много, но Сиэль выпросил у отца разрешение отправиться к своему бете. И, чтобы тот не допытывался об адресе у Себастьяна, Сиэль решил поехать на своей машине сам. За пару месяцев знакомства с возлюбленным, настолько привык быть исключительно пассажиром, что сесть за руль оказалось до жути непривычно. Но, как это не странно, езда захватила с головой. Это было прекрасно. Навыки, как говорится, не пропьешь. Сиэль быстро вернулся к прежнему статусу водителя. Но дорога закончилась с той же скоростью. В восемь утра Сиэль уже стоял на пороге квартиры своего возлюбленного. А ведь договаривались к десяти часам. Несколько секунд звонков в двери, стука, одного пропущенного звонка на мобильный, с подозрением, что хозяин дома отсутствует, и дверь открывается. С порога Сиэль увидел своего благоверного: сонного, хмурого, помятого, очаровательного, для одного влюбленного омеги, и до жути желанного. — Ты уже здесь? — немного хрипловато ответил Михаэлис и, слегка качнувшись, отошел в сторону. Затем открыл дверь пошире, предлагая войти. — Чего так рано? — Доехал с ветерком, — Сиэль поставил рюкзак с некоторыми вещами на пол. — Ты только проснулся? — А по мне этого не видно? — съязвил недовольный столь ранним подъемом. — Видно, и ты очень милый, — Сиэль обнял возлюбленного за плечи. Весьма не дурный способ задобрить, вызвать если не улыбку, то уж наверняка спокойствие. Словно по волшебству хмурость исчезла, тело расслабилось, а ответная реакция не заставила себя ждать. Себастьян слегка наклонился, чтобы омеге было удобнее, и обнял в ответ, слегка поднимая над полом. — Привет, — тихо выдохнул. Поздоровался, хоть и с припозданием. — Привет. Сиэль подтянулся к губам Себастьяна, чтобы поцеловать. И не было важно, что тот еще мог не чистить зубы. Ему не слишком-то и позволили далеко зайти. Простое прикосновение губ. Видимо, какое-то опасение по поводу не свежего дыхания у беты включилось. Он быстро отстранился и отпустил возлюбленного. — Насколько ты себя контролируешь в первый день? — В первый день нормально, — Сиэль улыбался. — Правда может тошнить и болеть живот. — Особый режим питания? Принятие таблеток? Антиспреи? Гигиена? К чему мне стоит быть готовым? — завалил вопросами Себастьян и схватил сумку с пола, решив распределить вещи в своей спальне. Сиэль посеменил следом. — Все нормально. У твоих девушек были месячные? — Сиэль не сдержал смешка. — Да, но в такие дни обычно секса не ждут. Скорее наоборот. И лучше бы не злить девушек в их дни. Непредсказуемые создания могут убить, если не словом, так делом. — Вот, все то же самое, но без желания убить, но с желанием секса, — успокоил Сиэль, погладил по щеке. — Черт, — не сдержал тихого ругательства Себастьян. И, дабы не обидеть своим резким словом и отстранением, поцеловал возлюбленного в ладонь, после чего принялся за раскладывание вещей. Прекрасная возможность на них отвлечься и приготовиться к нескольким дням течки. Что звучит, на чистоту, еще страшнее, чем месячные. — Ты переживаешь? — догадался омега, присев на край постели. — Не поделишься? Я могу рассказать, что знаю. — Скорее, виной всему волнение, — после недолгого молчания заговорил Себастьян. Вещи уже начал разбирать. — Перед неизвестным. А ещё… проклятье, — вновь выругавшись, парень отложил вещи и присел на кровать, недалеко от омеги, тут же хватаясь за голову. — Не волнуйся, — Сиэль обнял за плечи, устроив подбородок у парня на плече. — Я тоже немного волнуюсь. Я ни с кем не делил постель в эти дни. Но я доверяю тебе. Что такое секс, мы оба знаем. Все будет нормально. — Я могу неудовлетворить тебя, — шепотом, словно боясь сказать это громче, Себастьян признался в своих думах, постыдным, и резко отнял руки от головы. Слишком сильно сдавил волосы. — Ты удовлетворишь меня просто если будешь рядом, — Сиэль мягко улыбнулся. — К тому же я припас кое-что любопытное, что позволит немного поэкспрементировать. Пришло время для подозрительности и лёгкого напряжения. Себастьян удержал в себе желание вздрогнуть и медленно повернул голову. — И что же это? — Брат решил надо мной немного поприкалываться. Купил кое-какие игрушки. Я подумал, что это будет любопытно. Но не обязательно же их использовать. Речь зашла о БДСМ. Поняв это, Михаэлис удержал тяжёлый вздох. Ему бы и так справиться, да не опозориться. Уж очень он сомневался, что сможет удовлетворять возлюбленного омегу так долго. Он не секс-машина. — Я в любом случае буду любить тебя. К тому же, омегам достаточно одного хорошего секса. И можно даже заниматься своими делами, — прикинул Сиэль. С бетами должно быть так же, как и с альфами. — Я правильно тебя понял? — перевел взгляд Себатьян, слегка запутанный в выложенном на его голову противоречием. — Одного раза в период течки будет достаточно для тебя? — Вполне, — согласился Сиэль. — Родителям хватало. Максимум могли поразвлекаться вечером. — Но как же теории о том, что вами движут инстинкты, которые невозможно подавить, пока сами они не схлынут? — Они подавляются естественным путем, — улыбнулся Сиэль. — А дальше как медовый месяц. Что ж, новая информация принесла значительное облегчение и заставила взглянуть на мир омег и альф по другому. Все то, что он слышал от других оказалось полнейшим бредом. Вот он, источник достоверной информации, сидит рядом и не соврет. — Я тебе говорю по опыту родителей. Мы даже с Алоисом уходили только на часика два. — А что до других? В периоды течки ты сможешь выходить на улицу, предварительно скрыв свой запах, и все будет нормально? — Не желательно. Но можно со всеми таблетками, спреями и прокладками. Пусть так, Михаэлис лишь хотел удостоверится в новой своей теории. И, получив ответ, пришел к выводу, что не отпустит, даже если это безопасно с предворительным вооружением. Дальнейшее действие проходило как в обычный день, будучи вдвоем. Себастьян разобрал вещи своей пары, пока тот решил приготовить завтрак, они посидели за столом, поговорили, решили посидеть в гостиной за просмотром нового фильма, затем насладиться партией игры по шахматам и даже сыграть в карты на желания. Сиэль, как и говорил, первый день чувствовал только лёгкий дискомфорт в животе. Это позволяло вести нормальный образ жизни. Но к вечеру понадобилось в душ. Он почувствовал зуд. Как бы посреди ночи ему не захотелось своего доступного, на все согласного бету. — Если я разбужу тебя посреди ночи, — решил предупредить, устраиваясь на кровати рядом с возлюбленным, — не ругайся. — Процесс пошел? — спросил тот, откладывая телефон и подпирая рукой голову. — Пока несильно, — кивнул Сиэль, вздохнув. — Если боишься, еще не поздно выпить мне лекарство. — Я не боюсь, — тут же хмуро ответил бета. Подобное заявление бьёт по самолюбию. Скорее, слегка нервничал. Это более подходящее слово. — Давай спать, а там посмотрим. Погасив свет настольной лампы и погрузив спальню в темноту, Михаэлис лег поудобнее. Сиэль устроил голову у него на груди. Побыстрее заснут — побыстрее пройдет время.

***

Ночью омегу разбудило неудобство внизу спины. Он чувствовал, что течка стала набирать обороты. Противная влажность вскоре заменилась куда более ярким ощущением, как только сон отошел на второй план. Желание заняться сексом с человеком, который сейчас так крепко спит. Порадовался Фантомхайв одному - этот человек бета, а не альфа, ибо запах бы будоражил кровь ещё сильнее. Что с одной стороны, что с другой. А так, Себастьян не проснулся даже после всех ерзаний и шуршаний. Чувствовать различие между сном и явью он стал лишь после сладкого шёпота на ухо и нежного поглаживания по груди и животу. — Просыпайся, — выдыхал Сиэль, голос его стал томным. С тихим кряхтением Себастьян и проснулся, чувствуя вместе с пробуждением, весьма нежеланным в столь ранний час, желанные ощущения, переходящие с живота, непосредственно, под трусы. Свистящий звук вылетел сквозь стиснутые зубы. Кровь приливала к паху. — Я тебя предупреждал, — Сиэль подобрался ближе, коротко целуя чужие губы. — Понял уже… Вскоре Михаэлис ощутил не только проворную ручку, ласкающую член, но и полный вес течного омеги, который решил устроится на нем сверху. — Я могу взять инициативу, — Сиэль куснул возлюбленного за подбородок и стал его раздевать. В одном хорошо — Себастьян никогда не спал в футболках или пижамных куртках. Штаны — его максимум. И сейчас, медленно, провокационно, омега стягивал лишние тряпки, сильнее возбуждая своей неспешностью, едва заметными прикосновениями, а так же сам сгорал от нетерпения. Ласковое, такое же неспешное, как процесс раздевания, ласкание руки приносило удовольствие и сбивало дыхание. Себастьян желал получить больше, и он получил. Сразу, как ощутил изменения. Омега плавно сполз вниз, заставив подавиться воздухом сразу, как в районе паха почувствовал горячее дыхание. В руках бета с силой сжал простыни, подавляя желание хотя бы одной рукой вцепиться в сизые волосы и направлять самостоятельно. Секса у него не было очень и очень давно. Он спокойно держался, никогда не доходил до крайностей, и продержался бы еще несколько месяцев, если бы не ситуация с течкой. С похотливым любопытством Сиэль рассматривал довольно крупный член, который находился в полу возбуждённом состоянии. И решил он попробовать это очарование на вкус. Язык коснулся сначала головки. Солоноватой, не дурной на вкус. Не хотелось думать, что в его состоянии любой член был бы великолепен, как на вид, так и на вкус. Нет. Это отвратительно и низко. Он не настолько пал, чтобы полностью отдаваться животным инстинктам. Себастьян стал дышать тяжелее, больше через рот, наблюдая за тем, как старательно омега вылизывает его. Тот балдел не меньше и слегка постанывал в своём удовольствии. Был уже опыт. Единичный и весьма отвратный. Сейчас же все иначе. Сиэль старательно возбуждал, лаская себе слух вздохами беты. Приятно знать, что действия возымели успех. — Ох!.. — первый стон сорвался с губ. Пальцы сильнее закрылись в темные мягкие волосы. — Сиэль… — Что такое? — всего на секунду тот оторвался от своеобразного леденца. — Ничего, — качнулся головой, скрывая стыд за свой несдержанный стон, переросший в имя возлюбленного, и погладил по затылку, — продолжай. Для омеги это был ещё один спусковой крючок. Он старательно стал вылизывать член, который становился достаточно твердым. Когда бета уже был достаточно возбуждён, омега подтянулся поцелуями вверх. По бедрам, по груди, по шее. И вновь прильнул к желанным губам. Именно в поцелуе Себастьян не позволил вести. Стоило ощутить припухшие губы на своих и коснуться чужого языка, как он резко сменил их позиции, оказался сверху, и полностью взял на себя права в поцелуе. Руки довольного омеги сразу же устроились на плечах возлюбленного. Сиэль ответил со всей страстью, немного поерзав, чтобы унять появившийся зуд в заднем проходе. Желание прикосновений стало невыносимым. Он жаждал ощутить любимого в себе. И если не сразу член, то хотя бы пальцы. Он и с ними готов был подняться на вершину блаженства. И, кажется, кто-то услышал его молитвы. Не прерывая поцелуя, бета спустил одну ладонь между их телами, гладил живот, бедро и коснулся пальцами мокрой звёздочки ануса. — М-м-м!.. — простонал в губы омежка. Да, это то, чего не хватало ему с самого начала! — Ты такой влажный, — тихо, словно не веря в подобный феномен, пробормотал Себастьян, сразу, как прекратил терзать губы в жарком поцелуе. Его пальцы оказались внутри на одну фалангу, средний и указательный. Горячая и влажная теснота оказалась очень приятной. Настолько, что вскоре, после протяжного стона удовольствия, Себастьян вошёл на две фаланги. — Я большего хочу! — проскулил Сиэль. — Прости, — тихо пробормотал Михаэлис. До этого, он словно завороженный, изучал строение омеги так тесно и чувствовал себя девственником, который впервые сегодня занимался сексом. Что, по сути, недалеко от истины. С омегой он действительно чувствовал себя девственником. Они значительно отличались строением тела и организма от обычных женщин. Общее у них лишь… сильное природное выделение и возможность деторождения. Вскоре пальцы исчезли. Себастьян осторожно вынул их и пристроил головку члена к анусу. — Я вхожу. — Давай, — прошептал Сиэль, давая добро на любые действия. Вот уж где все проходит естественно, так это в последнем шаге, когда тела сливаются воедино. Чувствуя жаркое влажное нутро, Себастьян прикрыл от накатываемого блаженства глаза, невольно подумав, что внутри омеги так же превосходно, как в девушке. Вот только… немного узко. Но, возможно, в этом их прелесть. Узость доставляла удовольствие, смешанное с некой болью. Для обоих. У обоих вызывала стоны и рыки. Сиэль попрощался с рассудком. Папа говорил, что такое возможно только с альфой. Но, видимо, любовь его к Себастьяну сделала своё дело. Так что и омежья сущность не отличила, спит с альфой или бетой. Плевать на запахи, будоражащие кровь. На слияния душ, в момент единения тел. На связывающие пару естественные, древние как мир, инстинкты. И без лишних явлений они наслаждались. Себастьян не выглядел равнодушным бетой, которому чужды интимные отношения. Сиэль, несмотря на отсутствие в его постели альфы, отдавался с не меньшей страстью. Если не больше. Но вот кончить… течка тем и противна, что скапливаемое напряжение долго не может выйти на волю. Несколько минут яркого удовольствия тянулись едва ли не в часах. Ни одну позу парочка сменила, охваченные желанием. Только ближе к утру, когда все закончилось на первый раз, Сиэль отдался глубокому сну. Он прижался к своему любимому, мило посапывая. Усталость дала о себе знать.

***

За окном светило солнце. В закрытых шторах оставалась одна небольшая, но очень противная щель света, что, как на зло, попадала на постель. Стоит перевернуться на другой бок и солнце попало на лицо. Себастьян, получивший подобное «приветствие», недовольно сморщился и, с тихим стоном, перевернулся на спину. Пару секунд лежа неподвижно, он наконец соизволил открыть глаза. А когда смог сфокусировать взгляд, едва не вздрогнул от страха, заметив над собой Сиэля. А судя по довольной физиономии, тот уже давно не спал и прекрасно себя чувствовал. — Привет, — улыбнулся Сиэль, быстро урвав поцелуй. — Вставай, я завтрак приготовил. — Доброе, — хрипло, словно сорвал ночью голос, поприветствовал бета и тут же прочистил горло. — Который час? — Половина одиннадцатого, — Сиэль, устроил подбородок на груди возлюбленного. Рука Себастьяна сама потянулась к волосам, немного влажным после душа. А то, что омега вышел из ванной не так давно, хорошо чувствовалось по запаху. — Со скольки часов ты на ногах? — С девяти примерно, — прикинул Сиэль и прикрыл глаза от лёгкой ласки. — И как ты себя чувствуешь? — продолжал задавать вопросы Себастьян. И не успокоится, пока не узнает. — Отлично. И секса пока не хочу. — Твой порыв посреди ночи был вроде ожидаем. Но с другой стороны, к такому сложно подготовиться. Ничего не болит после всего? — Прелесть течки в том, что после не болит ничего, если проводишь ее с партнером, — рассказал омега. Вот ведь стал лучиком. Такого счастья в глазах Себастьян не видал. Разве что в тот день, когда признался, что тоже стал испытывать сильные чувства, очень похожие на любовь. Разглядывания явно поспособствовали дальнейшему напору Сиэля. Окончательно развалился на любимом и припал к его губам. Тогда же, слегка удивленный бета, слегка приоткрыл рот и позволил чужому языку хозяйничать. Поцелуй сладкой патокой тянулся и тянулся, посылая по коже мурашки. И ни один не спешил отрываться. Даже когда позы сменились. Ничего другого они не желали пока. Только поцелуй. — Я люблю тебя, — прошептал Сиэль после первого поцелуя. Его еще и на второй хватит. Момент испортил весьма неприятный запах, доносившийся из кухни. Очень похоже на… — Ты варишь кофе? — Елки палки! Сиэль подорвался и пулей вылетел из спальни. Удивление, появившееся вначале, вскоре сменилось неприкрытым весельем. С губ Себастьяна сорвался смешок, который вскоре перерос в тихий смех. Это ведь надо, поставить кофе и забыть о нем. А раз шел неприятный запах, значит, уже сбежал. — Прости, — омега вернулся в комнату и виновато улыбнулся. — Я все уберу. — Кухня уцелела? — в шутку спросил Михаэлис. — Да, — Сиэль забрался обратно в постель. — Хотел сделать приятное, а не получилось. — Ничего, — мягко ответил парень, захватывая омегу в кольцо рук и прижимая к своей груди. Сам он уже давно принял сидячую позу. — Главное, завтрак цел. Идём, покушаем? — Идём! — радостно согласился омега.