Дурацкая способность

      Группа из медсестёр окружила солдата. Каждая пыталась привлечь его внимание к себе. Худенькая молоденькая медсестричка изящно расстегнула верхнюю пуговку халата и закусила губу. Солдат безразличным взглядом окинул девушку и закатил глаза. — Девушки, бегом по палатам, чего сгруппировались. — Окликнул их грубый женский голос.        Посреди коридора, поставив руки в боки, нарисовалась пухлая высокая женщина, с бордовыми щеками, кожа на которых готова была разорваться от такого количества жира, и хилым пучком из жирных блондинистых волос. Медсестры быстро забегали и уже через минуту, как ни в чем не бывало, крутились вокруг своих пациентов. — А вам чего, молодой человек? — Сузила она глаза, хотя они и так были как щелочки, а сейчас превратились в две линии, больше похожие на складки на коже, и теперь казалось, что на лице глаз вообще не существует.        Солдат отогнал от себя эти мысли и сосредоточился на задании, которое дала ей миссис Перегрин. Она в тот день была очень хмурая и злая, томным голосом продиктовала ему адрес больницы и предупредила, чтобы на девочку, до того как он её увидит, надели маску. — Вам должно было прийти сообщение от некой… — Миссис Перегрин? — Перебила его старшая медсестра. — Да, странное прозвище, идём за мной.        Она изящной медленной походкой начала спускаться по лестнице вниз. — По вашей странной просьбе мы одели на девочку медицинскую маску, скажите, она болеет чем? Может, мы тоже заразимся? — О, нет конечно, что вы, просто… — Он запнулся, и, не придумав что ответить, промолчал.        Она, слава богу, после первых его слов успокоилась и не настаивала на продолжении. Они спустились в тёмный узкий коридор. Стены давили, но медсестра чувствовала себя вполне комфортно и солдат, опустив глаза, старался не отставать, ибо она, как будто торопилась, пустилась во весь ход в конец коридора. Они остановились около низкой двери с облезлой белой краской. Она нащупала в кармане ключи и судорожно начала искать нужный ключ. Послышался скрежет замка и дверь распахнулась. Медстестера отошла в сторону и солдат протиснулся через неё в комнату. На кровати сидела темноволосая девочка с большими голубыми глазами. Чёрные длинные ресницы подчеркнули тёмные стрелки, которые несомненно были нарисованы с самого её рождения. Они были естественными. Их обрамляли аккуратные брови, интересной формы, которая заставляла сосредоточить внимание на себе. Остальное лицо закрывала помятая маска, плотно прилегающая к лицу. Они молча всматривались друг в друга. — Вы ведь представитель Детского дома? — Спросила, сосредоточившись, медсестра. — Ах да, конечно… Мистер Абрахам, — Протянул он руку девочке, — а вас как? — Ева. — Скромно и мелодично прозвучал её голос.        Она аккуратно и нежно пожала руку солдату и тот повернулся к медсестре. — У меня есть все документы, могу ли я забрать ребёнка?        Та помедлила, начала соображать, а потом резко кивнула и пригласила идти за ней. Абрахам взял девочку за руку и повел наверх. Они остановились у стойки. Медстестера начала судорожно рыться в документах, то и дело, что доставая из стопки, щуря глаза, отрицательно качая головой и снова перебирая бумаги. Молоденькая сестра подошла к девочке и увела в кабинет, чтобы сделать так нужные прививки. — Знаете, что произошло с девочкой до того, как она попала сюда? — Ухмыльнулась старшая медсестра.        Солдат отрицательно покачал головой и внимательно посмотрел на неё. Взяв под мышку бумагу, сестра, облокотившись на стойку, загадочно улыбнулась. — Мальчишки, которые толпами бегали за ней, решили сжечь их дом и украсть девочку. Пустить её по кругу, а потом выкинуть как использованную тряпку. Так ей и надо было, — Она скорчила недовольную рожу, — Но наш дорогоуважаемый полицейский заметил как горит дом и вытащил змею из самого пекла. «Боже, она просто красавица» — говорил он. Цветы ей носил, а меня больше не замечал вообще. Вот пришлось соврать, что её увезли в Москву, так он за ней дернулся, благо, начальство мозги вправило, правда, сейчас в барах ночью спивается, бедолага. Змеюка эта мелкая. Змеюка…        Абрахам спокойно выслушал жалобу сестры и почесал голову. «А меня больше не замечал» — снова прозвучали в его голове мысли. Как будто до этого замечал, это все воображение. Бедная девочка, губительная красота. — Ну, с этим мы разберёмся. — Выдавил он наконец. — В женский монастырь её надо, чтобы не повадно было. — Продолжала медсестра. — В чем она виновата? В том что такая красивая? Никто не выбирает себе внешность. — Взбесился он.        Лицо сестры посерьезнело. Она отшатнулась и хлопнула бумагой по стойке. — Вот. — Резко крикнула она и удалилась.        Из кабинета вышла Ева и солдат приказал следовать за ним.