Дурацкая способность

       Тёмные тучи окутали все небо и грозно рычали, пугая весь животный мир. Яркая молния осветила на миг все вокруг. В этом светло-фиолетовом свете можно было разглядеть каждую деталь окружающей среды. Природа как будто фотографировала местность, а вспышка была сильнее вспышки любого фотоаппарата. Впрочем, природа всегда была намного сильнее человека. Человек играл лишь роль бактерии. Некоторые вредили, их следовало истреблять, а некоторые приносили пользу. Сейчас, в эту ужасную грозу, вся сущность природы, планеты приобретала вид живого существа, явно злившегося на этих бескорыстных бактерий.        Ева сидела за своим чертежным столиком и смотрела стеклянным взглядом в окно. Все её внимание было сосредоточено на ощущениях. Когда сверкала молния, то внутри все напрягалось и застывало в ожидании, затем гремел гром, разрывая ушные перепонки треском, и ужас вырывался наружу, заставляя тело покрываться мурашками. Одновременно с этим Еву не покидало чувство уюта, появившееся с ощущением полной безопасности. Она улыбнулась с тем же стеклянным видом, и в этот момент, в дверь постучали. Девочка повернулась и подошла к двери. Дверь не пришлось открывать, её отворил Енох. Ева отшатнулась и уставилась на высокого массивного парня с серьёзным выражением лица. Он оттолкнул дверь и отпустил ручку. Его взгляд пришёлся по маске, которая теперь была одета на область глаз и нос, чтобы Ева могла есть, не снимая её. Это была очень красивая белая маска, которой пользовались женщины для маскарада. По бокам шли мелкие стразы, ленточку, крепящую маску к лицу, было вообще не видно. — Тебе особое приглашение на ужин надо или сама соизволишь спуститься? — Съязвил тот и, не дожидаясь ответа, широкими шагами ушёл прочь.        Сказать, что Ева опешила, это мало. Её всегда звал кто-нибудь из ребят, и уж тем более никто никогда не хамил. Тут даже повода для хамства не было. Она медленно вышла из комнаты и, пребывая ещё в шоковом состоянии, спустилась вниз. Енох даже внимания на неё не обратил, когда та вошла и села за стол. Как обычно, мисс Перегрин пожелала всем приятного аппетита и принялась есть. Ева какое-то время тупо смотрела на еду, потом, поймав на себе недоуменный взгляд мисс, принялась есть.        Ева быстро съела ужин и умчалась подальше от остальных, прямо в библиотеку. Она собственно не знала, что ей здесь нужно, но идти сейчас в свою комнату не хотелось, поэтому она начала ходить вдоль шкафов, разглядывая пыльные книги, среди которых находились книги Марка Твена и Джека Лондона. Она остановилась на новенькой книге Теодора Драйзера «Сестра Керри» и села за маленький столик. В её сознание вспыхнули приятные представления о том, как она начинает в ответ дерзит Еноху, как меняется его выражение лица, как он поднимает в удивлении свои брови, как отступает назад, не находя аргумента в ответ. Ева улыбнулась мыслям и элегантно выпрямила спину. Наконец, составив план ответа на будущее, она принялась за книгу. Погрузившись в чтение, девочка даже не заметила, как дверь в библиотеку открылась, издавая протяжный скрип. Через пару минут на столик перед ней упала толстая чёрная книга, на которой едва ли были заметны надписи, протертые со временем. Ева вздрогнула и подняла глаза. Фонарь осветил грубое лицо Еноха. Он облокотился на стол всем своим весом и нависал над девочкой как скала, выражая этим свое господство в данной ситуации. Все мечты и планы Евы пошли крахом, она открыла рот и ничего не смогла сказать. — Вот за какую книгу тебе надо для начала браться. — Он придвинул к ней толстый том.        Она даже не взглянула на книгу, продолжая испуганно сидеть. Енох быстро, но аккуратно выхватил из её рук книгу и сунул под мышку. Никакой реакции. Это походило на игру маньяка с жертвой, когда та ещё в напуганном состоянии не понимала что происходит и никак не приходила в себя, ничего притом не делая, не оказывая даже малейшего сопротивления. За год жизни в детдоме Ева отметила для себя несомненно пугающий факт. Енох манипулировал предметами, заставляя делать их то, что он прикажет. Для неё оставалось загадкой, сможет ли он тоже проделать с человеком? Не найдя ответа на этот вопрос, девочка серьёзно начала опасаться марионетчика. При виде двух сражающихся между собой кукол, она чувствовала одновременно восторг и страх. Страх, что он может так проделать и с человеком, подчиняя его волю себе. Енох протянул руку и постучал ладошкой по книге. Ева наконец то обратила внимание на надпись. «Алфавит» — прочитала она. — Можешь начинать. — Он развернулся и уже собрался уходить, но… — Стой… — Решилась она.        Енох остановился и замер, даже не поворачиваясь к ней. — Почему? — Прозвучало возмущения.        Он нахмурил брови и медленно развернулся. — У тебя есть парень? — Резко сменил он тему.        Она отшатнулась. Ева прекрасно знала, что он просто обожает издеваться над её невозможностью открыть лицо. В её голове снова вспыхнули сцены со школы, в которой за ней бегали толпами, потом взрослый пацан, угрожающий убить её, если та не даст, ей повезло тогда, их застал полицейский. Сцена с пожаром и гибелью родителей встала на передний план и пробудила в ней обиду, за которой последовала слепая смелость. — Естественно есть, — непринужденно ответила она, слегка улыбаясь, — а главное, у меня есть выбор.        Лицо Еноха приобрело оттенок злости, но он продолжал сдерживать себя. Лёгкость и нежность наполнили душу девочки, заставляя почувствовать себя на некоторое время по статусу выше марионетчика. — Есть? — С показательной язвительностью переспросил он. — И он не жалуется, что не знает, как ты выглядишь? Или ты ему уже себя показала? Мисс Перегрин тебе запретила… — Нет, я не показывала ему лицо. — Перебила она его и заметила, как после этих слов он как будто бы вздохнул с облегчением. — Но в будущем, возможно покажу.        Енох замер на месте, впрочем как и она. Его тёмные карие глаза пронизывали её насквозь, пытаясь тщетно счесть всю информацию по интересуемой его теме. Время будто остановилось. Ева сразу же обратила внимание, какая в библиотеке оглушающая тишина. Это место было как будто отдельно от всего дома, будто находилось в вакууме, в космосе, в самом тихом месте на планете. — Делай что хочешь. — Наконец тихо произнёс он и быстрыми шагами, не желая слышать ответа, вышел прочь.        Ева села обратно, положила голову на руку и уставилась на золотые буквы на книге, прокручивая в памяти произошедшее.