Когти тьмы

Грегор с трудом приподнялся, опираясь на холодные каменные плиты пола. Всё тело ныло, будто его отжимали, как постиранную простыню. Живот крутило, и, если бы он сегодня хоть что-нибудь ел, его наверняка бы вырвало. Во время пребывания в бессознательном состоянии, его опять посещали воспоминания о прошлом. Как всегда, он видел то, чего меньше всего желал вспоминать. Как ни старался, он никогда не мог сосредоточиться на моментах счастливой жизни с семьёй, зато ужас и смерть врезались в его память навсегда и не давали покоя даже ночью. Регулярно он просыпался в поту, после того, как в очередной раз переживал нападение на поместье и смерть матери. Порой сны наполнялись всё новыми и новыми ужасающими подробностями, и чем больше смерти и страданий видел Грегор в своей жизни, тем чудовищнее становились и его кошмары. Грегор пришёл в себя и начал осознавать, что он понятия не имеет, где находится. В пустынном зале с высоким потолком, в котором он очутился, царила тишина и было темно, как в могиле. Мальчик сам не понимал, почему он вообще решил, что находится в огромном зале, ведь он не видел даже собственных вытянутых рук. Возможно, ему об этом подсказал холод, сквозняк и характерное эхо, которое можно было слышать, если постучать по полу. Понемногу, мальчик стал двигаться вперёд на четвереньках, нашаривая дорогу руками. У него не было с собой ни огнива, ни трута, ни чего-либо, из чего можно сделать факел или высечь искру. Оставалось надеяться лишь на то, что, добравшись до стены, он сможет вдоль неё дойти до какого-нибудь дверного проёма. В конце концов, в любом помещении должен быть вход. Далеко отползти он не успел. Гудящую тишину разорвал неожиданный стук, который не мог означать ничего, кроме как падение человека с небольшой высоты. Сразу за этим звуком раздалось ворчание, кашель и шуршание, полностью подтверждающее опасения Грегора. Без сомнения, кто-то последовал за ним тем же путём, каким и сам мальчик оказался в этом богом забытом месте. Человек пришёл в себя быстрее Грегора и закопошился, по-видимому, пытаясь в темноте достать огниво. Воспользовавшись тем, что пришелец создаёт много шума, парнишка пополз назад, пытаясь обойти его со спины. Он понимал, что с появлением света, спрятаться он всё равно не сможет, а значит, станет лёгкой добычей. Через полминуты незадачливому преследователю удалось высечь искру и зажечь небольшой факел, который осветил всё вокруг. Грегор не мешкал. Доля мгновения потребовалась для того, чтобы глаза смогли сфокусироваться на кинжале, висевшем на поясе у чужака. Мальчик метнулся вперёд, выхватил кинжал и вонзил его между лопаток не успевшего опомниться егеря. А судя по одежде и снаряжению, это был именно один из пустившихся по следу беглеца егерей. Охотник упал, издав сдавленный короткий крик, который быстро превратился в стон. Факел выпал из его рук и закувыркался по каменным плитам, чуть не потухнув. Грегору уже приходилось видеть смерть, и даже убивать самому, но он всё равно всё ещё не мог к этому привыкнуть. Нож остался в спине жертвы, руки паренька затряслись, и он отступил на пару шагов. Крови из раны практически не текло – смерть была быстрой. Прошло ещё какое-то время, прежде чем малолетний убийца смог вновь совладать с собой и начать здраво рассуждать. Если один из преследователей появился здесь, значит, в любой момент могут показаться и другие. Не мешкая более ни секунды, мальчик, обыскал тело, снял с него походную сумку с различными полезными для охотника мелочами, подобрал обронённые кремни и факел. Кроме кинжала никакого оружия у егеря не было, на удивление он не взял с собой даже лук. Видимо, это был один из псарей. Вытащив нож и обтерев его об одежду жертвы, мальчик пустился бегом на поиск выхода из западни, в которой он оказался. Теперь, при свете факела, задача существенно облегчилась. Мальчик видел картины на стенах, изображающие странные сцены из жизни непонятно одетых людей, любивших украшать себя перьями экзотических птиц. Многие краски выцвели, а местами фрески обвалились вместе со штукатуркой, однако и сейчас было видно, что неизвестными мастерами была проделана потрясающая работа – они украсили каждый дюйм стен, а местами оставили целые тексты, записанные крючковатыми иероглифами. За время своего обучения Грегор успел прочесть немало книг, а домашний учитель рассказывал ему много интересных историй, в том числе мифов и легенд о давно ушедших народах. Однако ничего подобного Грегор не слышал ни от кого. Он бы с удовольствием остановился изучить всё подробнее, но сложившаяся ситуация не позволяла ему терять ни секунды. То, что за ним последовал лишь один преследователь было невероятным везением. Возможно, сам Белиар заметил мальчишку и помогает ему бежать. При этой мысли, мальчик невольно улыбнулся. Он всегда хотел быть избранным. Конечно, в детстве он представлял себя паладином и победителем сил тьмы, но за последние годы его предпочтения претерпели существенные изменения. Теперь он никого не ненавидел так сильно, как магов огня и короля. Сейчас он бы без колебаний отдал бы всю Миртану в рабство оркам и богу тьмы Белиару, лишь бы знать наверняка, что самозваные служители сил света, прикрывающиеся именем Инноса, будут истреблены до единого. За этими мыслями мальчик не заметил, как набрёл на ещё одну платформу, очень похожую на ту, что он встретил в пустынной пещере. Теперь он не спешил, и тщательно всё обдумал, прежде чем ступить на обманчиво устойчивый камень постамента. Без сомнений, это были древние телепорты. Грегор слышал, что на самом крупном из островов Южного архипелага до сих пор есть подобные устройства, позволяющиеся быстро перемещаться от одного города к другому. То, что такие же платформы есть на Хоринисе, до сих пор было то ли неизвестно, то ли тщательно скрывалось. В любом случае, это играло мальчишке на руку. Чем дальше он окажется от того места, где его ищут, тем в большей безопасности будет. Едва ли трусливые егеря решатся пройти за ним в портал, тем более после того, как найдут труп своего товарища. Нет, королевские холуи испугаются и будут дожидаться прибытия магов. А это даст Грегору время. То время, которое он уже считал безвозвратно потерянным. Проход через второй портал прошёл менее болезненно. В этот раз Грегор собрался и был готов к падению и побочным эффектам пространственного переноса. Голова закружилась, дыхание перехватило, пульс участился, но всё же он смог приземлиться на ноги, хотя почти сразу завалился на четвереньки. Новое место было жутковатым, но несмотря ни на что более уютным. Можно было решить, что это жилище какого-то отшельника. В сравнительно большом зале была даже кое-какая мебель: пара сундуков, письменный стол, стеллаж с книгами. Впрочем, если даже когда-то здесь кто-то и жил, то сейчас это место было заброшено и уже успело порасти паутиной, каменный свод зала зарос плесенью и каким-то неприхотливым мхом. По полу шныряли мясные жуки – закованные панцирем многоножки размером с кулак. Сами жуки были практически безобидны и питались лишь падалью, однако их присутствие было очень плохим знаком – поблизости мог обитать опасный хищник, а эта заброшенная пещера могла оказаться его логовом. Костей или других свидетельств кровавого пиршества видно не было, но всё равно стоило убираться оттуда поскорее. В центре помещения стоял уже знакомый постамент. Почти наверняка это был ещё один портал. Грегору надоело испытывать судьбу – неизвестно, куда его могло занести в следующий раз. Это место явно было близко к поверхности, он даже видел лучи света, пробивавшиеся с одной стороны из прохода, ведущего наверх. Прежде чем броситься к выходу, мальчик решил всё же обследовать новое место и заглянуть в сундуки. В конце концов в той ситуации, в которой он оказался, любая мелочь могла пригодиться. Так получилось, то на этот раз именно предусмотрительность и дальновидность и загнала паренька в ловушку. Стоило ему приоткрыть крышку сундука, как перед глазами поплыло, он покачнулся и завалился набок. Последнее, что он услышал – как вновь захлопнулась крышка злополучного сундука. *** – Этот гадёныш далеко ушёл. Ещё чуть-чуть и мы бы его потеряли. Интересно, что его вырубило, – пробился сквозь темноту чей-то голос. – Заклинание-ловушка для защиты от мародёров и любопытных искателей приключений, – ответил другой каркающий голос. – Никогда не слышал ни о чём подобном. – Ты много о чём не слышал. Такие вещи выходят за рамки классической программы. – Вам виднее, магистр. Что будем делать с убийцей? – Ты имеешь в виду этого мальчика? – Да, его самого. Этот, как вы выразились, мальчик перед побегом хладнокровно задушил двух спящих магов, включая моего наставника. А по пути добавил к ним ещё и королевского псаря, который… – Тихо! – Простите, я не хотел... – Тихо – это значит заткнись, – недовольно оборвал его тот, кого называли магистром, – мальчик пришёл в себя. Грегор понял, что дальше притворяться не имеет смысла, но прежде чем что-либо предпринять, осторожно напряг мышцы рук и ног, проверив, насколько он может на них рассчитывать. Головокружения больше не было, и чувствовал молодой Вейран себя так, будто бы только что очнулся после обыкновенного сна. Разве что поза была неудобная, да от каменных плит пола тело замёрзло и ныло. Однако в остальном он был цел и невредим. – Вставай, – резко скомандовал магистр. Медленными и нарочито неловкими движениями, Грегор попытался приподняться, при этом прикрывая ту сторону пояса, на которой висел кинжал. Ему повезло, что он упал так, что придавил его телом, так что маги не видели оружия. Впрочем, они наверняка догадывались о его существовании. Факел, который Грегор при падении выронил, уже успел потухнуть – хорошо ещё, что на полу не оказалось ничего воспламеняемого. Теперь единственным источником света был равномерно сияющий сгусток света, который удерживался под потолком, словно приклеенный – результат мерзкой магии Инноса. При виде двух магов огня, Грегор еле удержался от безумства. Вместо того, чтобы сразу прыгнуть на одного из них, он схватился за живот, сделав вид, что его тошнит. – С ним нужно покончить немедленно, пока он не натворил ещё что-нибудь, – сказал младший по званию маг, посмотрев на своего спутника. В этот момент Грегор прыгнул, распрямившись, словно сдавленная пружина. Кинжал блеснул в его руке и вонзился в грудь отвлёкшегося мага. Не теряя ни мгновения, Грегор попытался покончить и со вторым врагом. Он рассчитывал, что амулет отца защитит его от магии огня. Мальчик был быстр, как никогда в жизни. Никто не мог ожидать такой прыти и умения от двенадцатилетнего паренька. Однако этого оказалось недостаточно. Огненной вспышки не последовало, но подчиняясь непреодолимой силе, ноги Грегора онемели. Сделав неловкий шаг вперёд, он попытался совладать со своим телом, но, несмотря на все попытки, беспомощным тюком свалился на пол. Удар был сильным, так что зазвенело в ушах, ведь Грегор даже не смог выставить вперед руки, чтобы защитить голову. Рядом с мальчиком со звоном упал кинжал, а в полуметре распростёрлось тело ещё хрипящего мага. – Впечатляет, – спокойно произнёс оставшийся в живых чародей, – однако тебе ещё есть чему поучиться. Твой план был очевиден с того момента, как ты напрягся, проверяя мышцы. Дальнейший спектакль и вовсе мог одурачить лишь такого кретина, как он, – маг показал на своего спутника, который лежал в луже собственной крови. Грегор молчал, он вообще не мог ничего ответить, хотя прекрасно слышал, и даже чувствовал боль в ушибленных местах. Кажется, при падении он сломал нос и из него текла кровь, было сложно дышать, челюсть не двигалась, да и всё остальное тело парализовало. Хотелось кричать, но самое большее, на что он был способен, это слегка шевелить глазами. Впрочем, перед его лицом был пол, и зрение мало чем помогало. Оставалось только слушать неприятный голос колдуна, который по неведомой причине всё ещё не расправился с преступником, убившим за последние сутки теперь уже трёх служителей Инноса. – Полагаю, тебе интересно, почему ты всё ещё жив. На самом деле Грегору было всё равно. Страх, ненависть, боль – всё вдруг куда-то ушло, сменившись безразличием к происходящему. Если чего-то он и желал, так поскорее покончить со всем этим, однако не в его силах было что-либо изменить. – Тебе не интересно? – искренне удивился маг, будто бы прочитав мысли мальчика, – что ж, это даже говорит в твою пользу. Возможно я поспешил с выводами и для тебя ещё не всё потеряно. Однако тебе недостаёт терпения. Я потребовал сохранить тебе жизнь и передать на обучение в монастырь не для того, чтобы спустя всего каких-то пару лет ты сбежал, устроив переполох, новости о котором дойдут даже до ушей короля. Неужели тебе не хватило ума понять, что, став полноценным магом, ты приобретёшь гораздо больше возможностей? Тех возможностей, которых тебе так не достаёт сейчас. При желании ты бы мог развалить орден изнутри, а став придворным магом, даже добраться до самого короля. Что же ты сделал вместо этого? Убил трёх магов и одного холопа? Это, конечно, невероятное достижение. Ах да, чуть не забыл, ещё ты вернул обожаемую семейную реликвию. Жаль тебя расстраивать, но её-то как раз я не могу тебе оставить. С этими словами маг наклонился и снял талисман с шеи мальчика. Он не сильно церемонился, верёвка больно впилась сначала в шею, а потом чуть не оторвала ухо бедняги. Радовало лишь то, что при этом маг перевернул Грегора на бок и теперь он краем глаза мог видеть происходящее. Чародей открыл злополучный сундук с ловушкой и положил талисман туда. Закрыв крышку, он какое-то время держал на ней руку, после чего подошёл к трупу своего товарища и что-то делал рядом с ним. Когда неведомый ритуал был окончен, маг произнёс: – Теперь другое дело. Запомни – никогда не пытайся найти талисман, это принесёт тебе лишь смерть. Если судьбе будет угодно, и ваши пути связаны, то этот артефакт сам придёт к тебе в руки. Если ты, конечно, доживёшь до этого момента, в чём я лично сомневаюсь. Грегор всё ещё лежал на каменном полу, не в силах пошевелиться. Происходящее казалось ему нереальным, каким-то сном, новым кошмаром, преследующим его по ночам. Он пытался проснуться, пытался убедить себя в нереальности происходящего, но это ему не удавалось. Сон продолжался, и не во власти мальчика было изменить эту реальность. – Я дам тебе ещё один шанс, последний. Тёмное начало в тебе сильно, как ни в ком другом, но несмотря на это, ты всё же можешь его контролировать. Однако для успеха нужно больше. Ты должен научиться контролировать его всегда, никогда не поддаваться ненависти, никогда не действовать импульсивно. Холод и спокойствие должны стать твоими спутниками на этом пути. Только такая дорога может привести тебя к познанию истинной сущности Белиара. Отныне все иные пути для тебя закрыты, ты сам сделал выбор и теперь никто кроме Белиара не примет тебя. Куда бы ты не подался, чем бы не решил заняться, тебя будут преследовать, за тобой будут охотиться. Люди будут чувствовать твою особенность, избегать тебя или ненавидеть. Смирись с этим, свыкнись и живи дальше. Если ты не преуспеешь, то умрёшь, и никто не будет о тебе сожалеть. Те, кто называет себя друзьями, предадут, как только ты покажешь слабость. Те, кто называют себя врагами, выберут для тебя самую мучительную смерть, если ты окажешься в их руках. Твой путь – одиночество, путь ночного хищника. Тебе недостаёт терпения, чтобы его пройти. Твоя настойчивость и целеустремлённость пришлись мне по душе, потому я преподам тебе последний урок, который либо научит тебя жизни, либо убьёт. Если же ты выживешь, то в назначенное время Белиар призовёт тебя на службу, и ты не сможешь отказаться. Чародей не терял времени даром, и пока говорил, собирал силы для какого-то заклятья. В конце концов, он резко свёл руки вместе, и волна прокатилась по телу Грегора. Мальчика будто бы сжало и вывернуло наизнанку. Он потерял ощущение тела, а когда приобрёл вновь, уже не был собой, однако к нему вернулась способность двигаться. Неловко он попытался подняться, и для этого ему пришлось расправить крыло… чёрное вороново крыло. Полумрак подземелья больше не казался Грегору тёмным, он различал всё в мельчайших деталях, ощущая даже тепло, испускаемое телом мага. Чародей улыбнулся, довольный своей работой: – Твоя дорога лежит на запад, через Миртанское море. Все эти годы ты был человеком, был Вейраном и мыслил, как дворянин. Так, как учил тебя отец. Теперь он мёртв, и ты последуешь за ним, если не изменишься. Вы хотели изменить мир вокруг себя и мир за это уничтожил вас. Пришло время изменить тактику – перевернуть себя. Забудь имя Вейран. Теперь ты Райвен, то есть Ворон. Лишь когда ты научишься быть им по-настоящему, ты сможешь оставаться им и в облике человека. А теперь, лети, Ворон. Лети и не оглядывайся.