Алгоритм "Арктика"

      Искалеченный Страйкер Эврика почти не может двигаться, а Разлом ещё слишком далеко. «Мы не можем доставить заряд». Чак Хэнсен слушает, как маршал Пэнтекост переговаривается с Джипси Дэнжер, и неосознанно кивает. Да, только так. Других вариантов не осталось, что у них, что у Беккета с Мако Мори. Иначе нельзя, и это… правильно.       Сейчас Чак почти не отделяет себя от изломанного ударами кайдзю «егеря». Не чувствует боли, но знает, что конец уже близко. И даже не сразу понимает, что маршал обращается уже не к пилотам Джипси, а к нему.       — Эвакуируйся. Чтобы нажать на кнопку, два пилота не нужны.       — Нет, — другого ответа и быть не может. Пилот не покинет «егеря», пока может — пока они оба могут — сражаться. Хоть как-нибудь. Хотя бы один, последний, удар. Таймер в голове отсчитывает секунды до момента, когда кайдзю развернутся и накинутся на Страйкера. Алые точки на мигающем от перепадов напряжения экране — недолго осталось.       — Это приказ, Хэнсен!       Чак равнодушно усмехается.       — А клал я на все грёбанные приказы.       Маршал не отвечает, никак не реагирует на грубость: его мысли всё так же ровны и непроницаемы, как поверхность тёмной воды. Чака удивляло это с самого начала, он просто не верил, что человек может быть настолько бесстрастен. Что действительно может не принести в дрифт ничего. Теперь он снова мимолётно удивляется такому безразличию — и тут его рывком дёргает вверх, когда крепления начинают двигаться.       Эвакуация. Грёбанная система эвакуации!       Да, разумеется, таковы требования безопасности: чтобы любой из пилотов мог активировать её для своего напарника. Но Чак никогда не думал об этом, и на пару мгновений теряется, а потом уже поздно. Да и что сделать? Отсоединить крепления — всё равно выпасть из дрифта? Как отменить процедуру, он не знает.       Резко восклицает:       — Нет! Не смейте! — а потом просто бранится — тем злее, что сейчас маршал Пэнтекост, сосредоточенно глядящий на экран и только на экран, чем-то напоминает ему отца, — несколько секунд, пока железо и пластик защитной капсулы не отсекают его от всего. От звуков, от маршала, от Страйкера…       «Нет. Не хочу!»       Наваливается перегрузка — капсула запускается с большим ускорением, — вдавливает в амортизирующий слой. Ремни безопасности намертво фиксируют тело, так что не шевельнуться, а Чак судорожно дёргается: безумно хочется садануть кулаком по крышке. Что-нибудь сломать.       Секунды. Таймер. Всё равно уже поздно. Он просто умрёт в другом месте, не в кабине Страйкера, не там, где должен быть. Чак сейчас ненавидит всех и каждого: кайдзю, маршала, отца, даже самого себя…       «Не хочу. Не хочу. Не хочу».       Чего: жить? Умирать?       Без Страйкера.       Ни-че-го.