Мечты сбываются иначе (дополнительные главы)

Когда мужчины аппарировали Анну на тропинку, ведущую к слишком современному и простому для волшебника двухэтажному коттеджу в английском стиле, её шаг замедлился. Взгляд — цепкий, дерганый — ловил всё: подвесные горшки с шалфеем, вид на озерцо и дикий ландшафт вересковых полей с полным отсутствием соседей на горизонте. Снейп открыл дверь в дом и жестом пригласил своих спутников. Подбежавший золотистый ретривер заставил Анну вздрогнуть от неожиданности. Однако пес получив приветствие от хозяина и начальника Аврората, быстро обнюхал женщину и потеряв, интерес убежал обратно. Дом обволакивал тонкий аромат кофе и корицы. Из гостиной слышался легкий гул голосов. Сделав вдох, женщина вслед за провожатыми вошла в уютную гостиную, где сидела небольшая команда волшебников. Взгляд Анны упал на чужеродный для дома волшебников ноутбук, потом телевизор и прочие магловские вещи. Разговор оборвался сразу. Все повернулись. Кто-то с интересом, кто-то с осторожностью. Алина поднялась с кресла — прямая, сдержанная. Её взгляд прошёлся по Анне сверху вниз, оценивающе. Не враждебно — скорее профессионально. — Это Анна, — произнёс Снейп. — Та, чья дочь исчезла. Неловкая пауза. Потом Алина указала на кресло, которое занимала до этого. — Анна, прошу вас присесть здесь. Возможно вы хотите чай или кофе? Женщина под взглядом незнакомцев заняла предложенное место, но от напитка отказалась. Сириус уселся поудобнее. — Прямо как в старые времена. Смертельная угроза, чужая женщина, неясные перспективы. Осталось вино открыть. — Твой сарказм можно продать на вес, — буркнула Тонкс. Анна неуютно заерзала. — Это… команда? — спросила она, с недоверием. — Вы… будете искать мою Мари? — Да, — ответил Гарри. — не обращайте внимание на их шуточки и препирательства. Все здесь опытные профессионалы. Каждый в своем направлении. Познакомитесь ближе чуть поезже. Сейчас нам нужно понимать детали. Поэтому повторите всё. Ещё раз. Анна вдохнула и села на край кресла и повторила свою историю. — Значит, они использовали зелье. — Да, Один влил мне зелье — я до сих пор чувствую ожог. — кивнула Анна. — Для начала, — заговорил Снейп, — я хочу попробовать определить, что именно тебе влили. То зелье. Слишком много неизвестных. Если мы определим состав, поймём, кто его варил — это поможет нам выйти на след. — Хорошо. Как? Он подошёл ближе, в руке материализовался — тонкий стеклянный флакон и деревянная палочка для сбора. — Это просто. Я возьму немного слюны. Никакой боли. Просто… анализ. — Сейчас? — она чуть отшатнулась. — Простите… — Мы можем пройти в другую комнату, но не вижу в этом смысла, просто поведу палочкой по слизистым глотки и все, — спокойно сказал Снейп. — Но каждая минута — важна. Анна помедлила, затем выдохнула и кивнула. — Делай. Он взял образец быстро, профессионально. Наложил чары изоляции, затем отдал флакон Алине, та, кивнув, отправилась отнести состав в лабораторию. — Есть ещё кое-что. Это не обязательно. Но может быть важно. — Что? — Легилименция. Анна побледнела. — Ты… хочешь залезть ко мне в голову? — Я лучший в этом, — тихо сказал он. — Без боли. Без взлома. Я не ищу секреты. Я хочу только увидеть, как это было. Их лица. Их действия. Твои ощущения. Даже фрагменты — могут помочь. Она молчала. Губы дрожали. Она сжимала руки, как будто решалась прыгнуть в холодную воду. — Сначала — анализ зелья, — сказал он. — Если будет подтверждение, что оно — подавляющее, или с примесью блокировок, — я откажусь. Это опасно. — А если нет? Он посмотрел на неё прямо. — Тогда мы сделаем это. Осторожно. Только если ты согласна. — Я… подумаю, — прошептала Анна. — Прости. Я должна... переварить. — Это нормально, — тихо сказал Ремус, впервые заговорив за всё время. — Ты не обязана делать всё сразу. — А теперь — вам лучше отдохнуть, — Гарри кивнул Юманзи. — Сайрус проводит вас на кухню. Анна посмотрела на Снейпа. Он кивнул. Женщина понимала, что они хотят поговорить без свидетелей. Она поднялась, но уже у выхода вдруг замерла и обернулась: — Просто… скажите. Хоть что-то. Для чего им моя Мари? Что они с ней делают? Тишина. — Вы знаете. Я вижу это. Вы все смотрите друг на друга. Молчите. Как перед бомбой. Скажите. — На самом деле - не знаем, — тихо сказал Снейп. — Пока нет фактов. Предположение и догадки. Скорее всего, Мари не единственный пропавший ребенок. Но это все, что я могу озвучить в данный момент. — Вы боитесь, что я не выдержу? Что я начну кричать? Я уже прошла через всё, что можно. Говорите. — Анна, — мягко, но твёрдо сказала Тонкс. — Вам лучше пройти с мистером Юманзи. — Нет! Я не уйду, пока вы не скажете! — почти выкрикнула она. — Это моя дочь. МОЯ! Если вы знаете, что с ней — скажите! Снейп поднялся. Его голос был холодным, безжалостно ясным. — Анна. Сейчас здесь работают профессионалы. Не родители. Не спасатели. Мы ведём расследование. И чтобы это сработало, ты должна довериться. Или уйти. Третьего не дано. Она вздрогнула. Потом — просто кивнула. И пошла с Юманзи, не оборачиваясь. Тишина накрыла комнату. — Ну, и что вы думаете? — тихо спросил Гарри, вернувшись. — Что она не врёт, — сказал Ремус. — Ни одной фальшивой эмоции. — Либо мастерски играет, — вставил Сириус. — Маловероятно, — отрезал Шакпи. — Я видел испуг. И травму. — Но вот совпадения… — Гарри сел. — Контакт именно с Снейпом. История, в которую слишком удобно поверить. Всё слишком идеально. — Это может быть и правдой, — тихо сказал Снейп. — Именно поэтому это так опасно. — И что ты чувствуешь, Северус? — впервые спросила Тонкс. — Что это? Ловушка? Или шанс? Он смотрел в огонь. Долго. — Я не знаю. Но если есть хотя бы один шанс, что её ребёнок жив — нужно приложить все усилия. И никто не возразил. *** В лаборатории — в скрытом от посторонних глаз личном зельеварческом пространстве в руках Снейпа — оживали инструменты. Алина стояла у высокого, полированного стола, вглядываясь в крошечную колбу. В ней медленно вращалась прозрачная капля слюны, отливая бледно-голубыми прожилками. Над ней — шар магического реагента: тонкая пленка алхимических чар, позволяющая разделить состав на слои. Снейп закатал рукава, активируя вторую ступень диагностики. Его движения были точны, как всегда: без суеты, без слов, но с невидимым напряжением под кожей. — Удивительно, — тихо сказала Алина, когда чары начали расщеплять образец. — Я ожидала остаточной магии. Хоть чего-то. Но здесь… Она замолчала, вглядываясь в плотную линию на шкале. — Здесь нет ни одного магического компонента, — закончил Снейп. — Ты уверен? — Абсолютно. Вот этот слой, — он указал на полупрозрачный фрагмент, — остатки буферной органики. Стандартно. Но вот этот… Он поднёс флакон ближе к подсветке. Свет прошёл сквозь, показав чёткую серо-бежевую полосу. — Это не магия. Это химия. Причём маггловская. Очень специфическая. — Узнаваемая? — В рамках… — Снейп нашарил в столе планшет с энциклопедией токсикологии. — Дай мне минуту. Алина подошла ближе. Её рука легла на край стола, но глаза оставались на мужчине. — И всё-таки… — негромко сказала она. — Тебе не кажется странным, что им понадобился именно такой способ? Снейп не ответил. Он уже листал магловскую базу веществ, сняв с руки защитные перчатки. Через минуту он резко остановился. — Вот оно. Алина наклонилась. На экране мигал термин: "Клонидин" — препарат центрального действия, в высоких дозах вызывает потерю сознания, торможение дыхания, коматозное состояние. В малых — эффект схожий с отравлением. В крови и моче разрушается быстро. При вскрытии через 6–8 часов — не определяется стандартными тестами. Не берем в расчет мои возможности, мы говорим о магглах. — Мерлин, — прошептала Алина. — То есть они хотели её убить. — Или сделать вид, что убили, — уточнил Снейп. — Отключить, оставить тело, инсценировать смерть. Без следов. — Но… она выжила. Как? Снейп посмотрел на неё. В его глазах было не удивление — тяжёлое узнавание. — Она, конечно, сквиб. Но её тело… это тело выжившей. — Он говорил медленно. — Я тогда варил мощные многосоставные обезболивающие коктейли. Алина кивнула. — Иммунитет. Организм уже перестал подчиняться обычной токсике. — Не иммунитет, — поправил Снейп. — Полуразрушенная система, адаптированная к яду. Ирония в том, что то, что её почти убило в прошлом — спасло сейчас. Они замолчали. На миг в комнате повисло ощущение чего-то подземного, тяжёлого, как память. Алина первой нарушила тишину. — И всё-таки… — она отвернулась к полке с реактивами. — Ты ей веришь? Снейп поднял глаза. — В смысле? — Анне. Ты ей веришь? Он не сразу ответил. Потом пошёл к полке в углу, поправил стоявшие там книги заклинанием. Только после этого заговорил. — Я… не знаю. Её эмоции — настоящие. Паника. Отчаяние. Но... Лина, я не раз видел, как боль можно подделать. Я сам учил некоторых делать это. И всё равно — не чувствую фальши. Пока. Не волнуйся, я еще не стал сентиментальным идиотом. Хоть мое неравнодушие кажется очевидным. Это тоже мера манипуляции. Если она — ключ, я использую его. Если — жертва, я спасу. Если — приманка… — он замолчал. — Ты знаешь, что я сделаю, если это ловушка. Алина кивнула. Они понимали друг друга без слов. — Хорошо, — сказала она. — Тогда теперь проведем сеанс легилименции? Он посмотрел на ампулу с реагентом и пробормотал: — Завтра. Я возьму анализ повторно. Я не имел опыта работы с людьми под подобными препаратами. И я не могу утверждать, что дорос будет чистым. Поэтому , сначала дождемся, когда показатель будет нулевым. *** Когда Снейп и Алина вышли из лаборатории, в коридоре их сразу обдало запахом чеснока, томатов и расплавленного сыра. Они переглянулись. — Если я правильно чувствую, то это не оборотное зелье, а пепперони, — хмыкнул Снейп. — Он всё-таки это сделал, — сдержанно пробормотала Алина, покачав головой. — Хотя сказал, что у него строгая диета и детокс на этой неделе. — Сириус? — Снейп приподнял бровь. — Детокс — это когда он не запивает шаверму виски. Когда они вошли в гостиную, Сириус уже успел накидать коробки с пиццей на журнальный столик. Пицца с хрустящей корочкой, пармезаном и разными видами мяса — классика, Виктория всегда заказывает именно это, но и за неимением прямо сейчас жены рядом Блэк не предает традиции. Гарри сидел на подлокотнике дивана с тарелкой и бесцельно ковырял вилкой, он был слишком сосредоточен на наблюдении за потерпевшей, которую Юманзи уже вернул из кухни. Тонкс с Шакпи обсуждали что-то, уткнувшись в один пергамент. Ремус по-прежнему сидел в кресле, но теперь с куском "Маргариты" в руке и совершенно невозмутимым выражением лица. Анна сидела в кресле, с нетронутым куском пиццы на картонной тарелке, лежащей на коленях. При их появлении она настороженно выпрямилась и пицца упала. Северус невербально просто испарил оброненное с пола. — Сириус. — Алина сложила руки на груди. — Я понимаю, что трагедии легче переживаются под сырной коркой, но это немного рано. Ты заставляешь нашу гостью думать, что вместо срочных поисков и серьезной команды она попала на посиделки кружка по интересам. — Наоборот, идеальный момент, — сказал Сириус, не поднимаясь. — Нам всем нужны калории и силы. Анна, вам особенно. В этом доме все слишком увлечены, чтобы думать о приземленных потребностях, а домовик и вовсе сложил с себя кулинарные полномочия, судя по всему. Снейп опустился в быстро трансфигурированное кресло, уступая настоящее Алине, и потянулся к куску грибной. — С первым утверждением согласен, — зельевар принюхался перед укосом, — На счет Бонка — вопрос спорный. Его просто сегодня нет. Другие задачи... Тонкс левитировала Анне еще один кусочек пиццы на новой картонной тарелке. Алина принялась переставлять коробки, стоящие друг на друге, проверяя, какие еще вкусы остались. — А где сырная с грушей? — с укором посмотрела она на Блэка. — Увольте, за такие извращения я платить не буду, — Сириус отсалютовал жирным куском пармской ветчины уложенном на тонюсенькое тесто. Анна осторожно откусила кусочек пиццы. Жар, аромат, мягкость теста — всё было неожиданно реальным. Она не помнила, когда последний раз ела что-то не из супермаркетной скидки. Или когда ела с кем-то кроме Мари. Наступила короткая тишина. Гарри отложил свою тарелку и заговорил: — Нам всем стоит представиться Анне, чтобы она понимала, что действительно имеет дело с серьезными людьми. — Поттер отлично считывал волнение потерпевшей. — Справедливый запрос, — мягко и чуть устало улыбнулся Ремус. — Ремус Люпин. Я сейчас руковожу отделом по защите прав детей при Министерстве. В это кресло я попал благодаря директору "Фогфрога", чьей привычкой является брать на себя больше, чем можно унести. Он кивнул Алине, передавая ей слово. — Фогфрог? — Анна с непониманием посмотрела на женщину, одетую с претензией, в отличается от всех здесь собравшихся, всех кроме мужчины, который и принес пиццу. — Что-то вроде магического детского сада, совмещенного с начальной школой. Не пансионат, как Хогвартс. Скорее, место, где дети и их родители, даже если они маглы, могут получить первичные знания о новом для себя мире и, конечно, просто развиваться, расти и общаться со сверстниками, — коротко объяснила Алина, — Зовите меня Лина. Анна кивнула. Её взгляд метнулся к следующему. — Сириус Блэк, — произнёс он, эффектно приподнимая руку в театральном жесте. — Орденский рецидивист, ныне — преподаватель в Хогвартсе. Предмет — магические дуэли и защита. По совместительству — голос совести местного директора, — он ткнул пальцем в сторону Снейпа. — Мы предпочитаем термин «инструмент раздражения», — парировал тот, не оборачиваясь. — Подождите! — впервые на лице Анны кроме сосредоточенности, горя и страха проявились эмоции удивления, — Ты директор Хогвартса! ТЫ? И Министерство это допустило с учетом всего. — Да они его еще и в Министры запакуют, если так дальше пойдет, — хмыкнула Тонкс, — Нимфадора Люпин. Но зови меня просто - Тонкс. Аврор, иногда практикующий, иногда сидящий на отчетах. А, наш героический Северус, да - директор, пока что, с учетом того, что слывет самым сильным магом Британии. — Все так, кроме последнего, — отозвался он спокойно. — Директор Хогвартса. Профессор зельеварения в прошлом. Теперь — в основном бумаги, отчёты и то, чтобы Блэк или Малфой-младший не сожгли лабораторию. — Один раз, — буркнул Блэк. — И ты сам признал, что котёл был бракованный. — Малфои выкрутились, как и всегда... — протянула Анна. — Люциус мертв. Его сын — мастер зелий в Хогвартсе, заслуженно. Нарцисса, тоже свободна, — коротко прокомментировал Снейп. — А вы? — Анна обернулась к Шакпи, пытаясь разобраться со статусом каждого. — Шакпи Квелин. Аврор. Специализация — нестандартные магические травмы, работа с памятью, ментальные структуры. Когда-то был проклят до бессонницы, теперь это выгодно — могу работать по ночам. Анна медленно кивнула, впечатлённая. — Юманзи, — сказал молодой и улыбчивый парень, — Аврор. Артефактолог. Ведущий эксперт Министерства по распознаванию и нейтрализации магических предметов. Анна медленно, очень медленно осознавала, в чьей компании оказалась. Директор Хогвартса. Глава Аврората. Женщина, которая основала новое учебное заведение в закостенелом мире магической Британии. Преподаватель из рода Блэк, авроры высшего класса, ментальные аналитики, артефактологи. Смешные, уставшие, живые. Такие непохожие на тех волшебников, которых она знала раньше. Им явно часто бывало весело друг с другом, наверное и в годы войны, несмотря на угрозы и обстоятельства. Не вульгарно, не насмешливо, а по-настоящему по-домашнему. Как будто между тайнами, исчезновениями и страхом смерти можно позволить себе шутку. Как будто они уже научились жить с болью — и не прятать её, но и не позволять ей пожирать всех вокруг. Анна не помнила, чтобы видела таких волшебников. В её детстве и юности магия была холодной, церемониальной. Всегда — силой. Властью. Давлением. Магия отца — молчаливая, унижающая. Магия дяди — жестокая, безумная. Магия на «сборах» — извращённая, садистская. Она была всем, кроме тепла. А потом — маггловская жизнь. Где не было ни магии, ни, по сути, людей. Только смены. Шефы, которые дышат перегаром. Коллеги, которые хватают за задницу. Комнаты без окон. Люди без лиц. А эти… они выглядели как персонажи из ситкомов, которые она так любила смотреть ночами в хостелах и рабочих подсобках. Чтобы хотя бы на двадцать минут забыть, кто она. И вот теперь она стояла в доме человека, которого боялись даже многие упивающиеся смерти — и он оказался среди них. На светлой стороне. Не просто рядом, а частью этого мира. Анна села на самый край дивана ободренная. Гарри улыбнулся впервые за весь день. — Я гарантирую, что все здесь - профессионалы, а также заинтересованные в поиске люди. Мы не привыкли сдаваться. Мы добьемся правды и приложим все усилия, чтобы безопасно вернуть Мари. Анна кивнула и потянулась за еще одним куском пиццы, сдержанно, неуверенно. Все отреагировали по-разному: кто-то не заметил, кто-то улыбнулся. Алина молча передвинула к ней салфетки. Она взяла еду. Откусила. Горячая, острая, настоящая. И — тёплая. Не только на вкус. В ощущении. — Спасибо, — прошептала она. — Я правда… очень благодарна, что вы отозвались. Я очень на вас надеюсь. Поттер тоже наконец взял пиццу не для декорации, а для того, чтобы после фразы: — В магической Англии, дети должны быть в полной безопасности. Эта наше первоочередная задача. И мы с этим разберемся. — Откусить большой кусок. Не без наслаждения.