provoker

Если честно, Тэён заебался. Последнее время его выводило из себя абсолютно все: тренировки, тренировки, снова тренировки, гиперактивные дримы, которые, казалось, вообще не устают от их супер загруженного расписания, очередные тренировки, Джонни и его привычка просыпаться рано утром и будить всех остальных. Но было кое-что, а точнее кое-кто, кто бесил больше всего. Накамото Юта. Этот любитель скиншипа легко может довести Тэёна до точки кипения. Обнимашки с Джехёном? Легко. Затискать ВинВина? Да за милую душу. И подобное происходит не только на камеру, когда подобное поведение является почти обязательным, но и в общежитии тоже. И в обоих случаях Тэён оказывается за бортом, так как по неизвестным ему причинам Юта по собственной инициативе касается всех, кроме него. Либо делает это очень, очень, ОЧЕНЬ редко. Тэёна это злит. Он каждый раз до скрипа сжимает зубы, когда видит, что е г о парень в очередной раз кидается на шею одному из их одногруппников, целует в щеку или просто гладит по волосам. Обычно подобной экзекуции подвергается Сычен, как наиболее любимый из младших. И Тэёна это откровенно бесит, он любит ВинВина и всегда заботится о нем, но поведение Юты переходит все границы дозволенного. Иногда Тэён не выдерживает, зажимает Юту где-нибудь в темном углу их общежития и яростно вгрызается в его губы. Целует долго и жарко, не обращая внимания на тонкие ладони, что упираются ему в грудь, вжимает в стену всем телом. А когда слышит приглушенный поцелуем стон и чувствует, как руки Накамото потянулись к нему, то разворачивает его лицом к стене и несильно кусает у основания шеи, стараясь не оставлять следов. Юта прислоняется лбом к стене и шумно выдыхает, а Тэён отстраняется и уходит в ванную, демонстративно громко хлопнув дверью. Принимает прохладный душ, пытаясь успокоить свои нервы, хотя очень хотелось вернуться и сорвать злость на ком-нибудь. Желательно на Юте и желательно каким-нибудь необычным способом. Но зайти дальше грубых зажиманий в углу Тэёну не всегда удается, ведь на самом деле он мягкий и нежный любовник, он привык холить и лелеять младшего. Но в связи с последними событиями (читай, испортившимся поведением Юты), Ли стал все чаще и чаще замечать за собой порывы действовать куда грубее, чем обычно. Покусать, пометить (жаль, что нельзя), отшлепать или просто грубо трахнуть. Тэён стал так часто беситься, что держать себя в руках становилась все сложнее и сложнее с каждым разом. И не только дома, но даже на записи очередного музыкального шоу он ловил себя на мысли, что неплохо было бы прямо сейчас сотворить с Ютой что-то непристойное. Возможно, сказывалось еще и вынужденное воздержание в связи с продвижением нового альбома, ведь шоу были практически каждый день, танцевать приходилось много, а после секса с этим могли бы возникнуть проблемы. У Юты, не у Тэёна. Ли не понимал или не хотел понимать, что все, что происходит вокруг, происходит совсем не случайно. Уже все вокруг поняли, что последнюю неделю Юта злит старшего н а р о ч н о. Все, кроме самого Тэёна, да. Юта специально крутится вокруг младших, тискает их, делает совместные селфи, но все это только в том случае, если Тэён рядом. Старший бесится, Юту это веселит, а грубость Тэёна заводит не на шутку. Только вот Тэён жестко тупит и не позволяет себе сорваться, хотя японец видит, как ему этого хочется. Есть одно веское но, которое его останавливает, и Юта это понимает – промоушен, все дела. Получается, что Юта зря старается вывести своего парня из себя? Но, кажется, в этот раз он точно добился своего, иначе как объяснить тот факт, что Тэён, забив на безопасность и чистоту (а в этом месте было не особо чисто, да), вжимает его в стену в какой-то подсобке сразу после записи на очередном музыкальном шоу? День начался как обычно. Как обычно хреново, если точнее сказать. Тэён заебался уже с самого утра. Он практически всю ночь не спал, крутился с одного бока на другой, то спихивал с себя одеяло, то снова кутался в него, чем мешал спать лежащему рядом Юте, поэтому младший психанул и ушел спать на свое законное место. То есть, в комнату к Доёну и ВинВину. Тэёну это, конечно же, не понравилось, о чем он не постеснялся позднее сказать, пока они всей группой пытались перехватить что-нибудь на кухне. Юта смерил его угрюмым взглядом, а после расплылся в очаровательной улыбке и притянул к себе за плечи все еще сонного Сычена. – Зато никто ночью не ворочался и не мешал мне спать, – ответил японец, целуя ВинВина в щечку. Он посмотрел на Ли и с удовольствием отметил, как раздуваются в гневе его ноздри, а пальцы с силой сжимают спинку стоящего рядом стула. Обстановка заметно накалилась, поэтому Джэхён, кашлянув, предложил всем идти собираться, в противном случае они рискуют опоздать на запись. Тэён покинул кухню самым первым и заперся в душе, плеская себе в лицо холодную воду. Это мало чем помогло, он уже был раздражен, а помочь справиться с этим ему никто не мог. Конечно, Юта мог бы, но времени на то, чтобы зажать его где-нибудь не было, поэтому Тэён так и поехал на запись, раздраженный и злой на весь мир, в первую очередь на этого демона с ангельским лицом, которого по недоразумению Ли очень сильно любил. В машине они сидели отдельно друг от друга, и Тэён, к превеликому своему горю, мог видеть, как Накамото тихо что-то обсуждает с Джэхёном, практически положив голову тому на плечо. Еще немного, подумал Тэён, и он будет убивать. И начнет он с неугомонного Юты, ей богу. В голове медленно зрел план расплаты. Ли не был уверен в нем до самого конца, но терпеть подобное поведение любовника сил не осталось. Юта слишком явно напрашивался на грубость сегодня. И не только сегодня, если так подумать и вспомнить всю прошедшую неделю. Определенно, с ним нужно было серьезно «поговорить». Сразу же после записи, не переодеваясь, в сценической одежде, он впихнул Юту в какой-то открытый чулан и запер дверь, подпирая ее спиной. Младший непонимающе посмотрел на Тэёна, скрещивая руки на груди. – Что? – спросил он, стуча пальцами по собственному предплечью. Тэён отстранился от двери и стал наступать на японца, который в свою очередь попятился, пока спиной не наткнулся на стену. – Что? – повторил он свой вопрос, глядя в глаза нависшему над ним Ли. В глазах лидера сверкали огоньки злости, ревности и чего-то еще похлеще, что Юта разобрать не смог. Похоже, он нарвался по-настоящему. – Ты представляешь, как ты бесишь меня? – прошипел Тэён, наклоняясь ближе к лицу Юты. – Как меня заебали твои выходки? Как меня достало то, что ты так и тянешь свои тощие ручонки ко всем подряд? Юта на обвинения в свой адрес лишь пожал плечами, а Тэён, уже почти доведенный до истерики, ударил сжатой в кулак рукой по стене рядом с головой Накамото. Юта и глазом не моргнул, его вообще мало чем можно было напугать, и это еще больше разозлило Тэёна. Даже сейчас, когда они были только вдвоем, этот пизд… Юта делал все, чтобы у Ли сорвало крышу. И ему даже не пришлось открывать свой рот, потому что он бесил и без этого. Тэён зарычал и сделал то, что делал всегда в таких случаях – поцеловал его, жадно, грубо, мокро, буквально вгрызаясь в мягкую плоть зубами. Юта тут же приоткрыл губы, позволяя языку Ли проникнуть внутрь, углубить поцелуй, сделать его еще более страстным и жарким. Времени у них было немного, максимум минут пятнадцать-двадцать, но им больше и не надо было. С громким чмоком Тэён отстранился и опустил ладонь на затылок Юты, сжимая густые волосы. – Да что на тебя нашло? – хрипло прошептал Юта, когда этот дикий поцелуй прервался. Тэён недовольно цокнул языком и тут же присосался к шее младшего, целуя мягкую, чуть солоноватую от пота кожу, но стараясь не оставлять следов. Невозможность вцепиться в Юту зубами, пометить его, бесила настолько, что Тэён зарычал и, опустив ладони на бедра Юты, обтянутые узкими джинсами, вжал в себя. – Ты на меня нашел. Говорю же, бесишь. – Оу. Чем же? – Не прикидывайся, будто не знаешь. – Нет, не знаю, – игриво протянул Накамото, вплетая пальцы в темные волосы его лидера, чем заслужил легкий укус в основание шеи. – Прикидываешься невинной овечкой, хотя это совсем не так. Лезешь, милуешься с младшими у меня на глазах, как будто специ… Тэён замолчал от неожиданной догадки. Ну конечно, как он сразу не понял, все было подстроено. Это же Юта. Он не был бы самим собой, если бы не делал что-то специально. – Дошло, наконец. Может, прекратишь уже болтать и сделаешь то, ради чего притащил меня сюда? У нас не так много времени, минут пятнадцать, не больше. Юта засмеялся, когда Тэён резко развернул его лицом к стене и вдавил в нее одной рукой, другой расстегивая и стаскивая с него джинсы. – Сделаю, можешь не переживать насчет этого. Провокатор хренов. – Такой серьезный, – Юта не переставал смеяться, пока Ли сзади шуршал уже своей одеждой. Он вновь прижался губами к шее младшего и не удержался, оставив совсем крохотный засос на задней части шеи. – Просто заткнись. Тебе позволяется сейчас произносить только одно слово, и это слово – мое имя. Понял? – хрипло прошептал Тэён на ухо младшему, и тот кивнул, замолчав. Он был возбужден еще с самого начала, с того момента, как Тэён притащил его сюда, и сопротивляться не было ни сил, ни желания. Ли прижался грудью к спине Юты и опустил руку вниз, касаясь его напряженных бедер, а после и между ними, заставляя младшего на секунду задержать дыхание. Он почувствовал внутри себя длинные пальцы лидера и прижался лбом к стене, шумно выдыхая. Тэён растягивал его быстро, умело, а после, не давая Юте опомниться, заполнил его собой. Младший зашипел и сжал руки в кулаки – было немного больно с непривычки, ведь они не занимались сексом уже больше недели. Тренировки, выступления, снова тренировки – все это не позволяло им оставаться наедине так часто, как им хотелось бы. Только и оставалось, что зажиматься по углам, спасибо и на том. Ли одной рукой вцепился в талию Юты, другой оперся на стену перед ним, для равновесия. Он нетерпеливо толкался в младшего, выбивая из него приглушенные стоны, губами продолжал терзать его шею, иногда прикусывая, но несильно – следы все еще нельзя было оставлять. Юта подавался на каждый резкий толчок его лидера, выгибался от каждого прикосновения члена к простате и кусал пальцы, подавляя стоны, пока Тэён не прижался губами к его уху. – Терпеть не могу, когда ты специально закрываешь себе рот, пока я в тебе. Убери. Он насильно убирает руку японца от его губ и слышит недовольное мычание. – Ты же знаешь, что я не могу тихо, – на последнем слове Юта вскрикивает и упирается лбом в стену – Тэён специально с силой проехался по чувствительному комку нервов. – Тэён! Прозвучало возмущенно, но Ли хрипло выдохнул и опустил ладонь с талии Накамото на его живот, поглаживая подушечками пальцев и вызывая дрожь во всем его теле. Юта прикусил губу и опустил руку на ладонь Тэёна, переплетая с ним пальцы. Ли опустил их переплетенные пальцы на крепко стоящий член Юты, лаская в такт собственным глубоким толчкам. Младший вновь застонал, на этот раз не пытаясь сдерживаться, сильнее прижался спиной к груди Тэёна и повернул к нему голову, требуя поцелуев. Ли не стал отказывать и прижался к губам Юты в требовательном, глубоком поцелуе. Он не прекращал двигать бедрами ни на секунду, проникая все глубже в младшего и срывая с его губ новую порцию стонов, среди которых с удовольствием разобрал собственное имя. Юта шептал его имя в самые губы, его дыхание было частым и сбивчивым, глаза были прикрыты. Тэён отпустил его ладонь, позволяя ласкать себя в том ритме, в котором ему хотелось, и младший тут же сорвался – ему хватило пару раз провести ладонью по члену, чтобы кончить, в очередной раз выстонав любимое имя. Тэён вжал расслабленного Юту в стену, он и сам уже был на грани, поэтому вбивался в младшего, не жалея. Он низко застонал и с очередным глубоким толчком кончил, даже не думая отстраняться. Он видел, как трепетали ресницы Юты, как подрагивали его губы, когда он бесшумно что-то шептал, пока Тэён продолжал медленно двигаться в нем, продлевая удовольствие. Но вскоре японец очнулся и снова недовольно замычал, больно щипая Ли за руку. – Сволочь, ты хоть немного подумал, прежде чем кончать в меня сейчас? – Нет, – честно признался Тэён, ласково проведя носом по шее Юты, чуть ли не мурлыкая от полученного наслаждения. – В такие моменты я ни о чем думать не могу. Только о тебе. – Это так романтично, что я сейчас расплачусь. – И о твоей заднице. – А вот это нихрена не романтично, знаешь, - Тэён засмеялся и нежно приник к губам младшего, словно извиняясь. – Не язви. – А ты отлепись от меня уже, – Юта пихнул лидера локтем в живот, заставляя отстраниться от себя, что Тэён нехотя, но сделал. Он поправил на себе одежду, а после помог с этим Юте, который переминался с ноги на ногу. – Ты все-таки сволочь, – прошипел он. Сейчас Юта был рад, что на нем была длиннющая толстовка, скрывающая задницу. Идти до машины с пятнами на джинсах как-то совсем не хотелось. – Называй, как хочешь, но ты все равно любишь меня, Юта. – Ты ревновал меня к нашим друзьям и целую неделю не мог понять, чего я от тебя хочу, а потом трахнул в какой-то подсобке, еще и кончил в меня. – И? – Тэён выразительно выгнул бровь и скосил глаза на телефон, который успел достать из кармана, пока Накамото ворчал. У них было еще минуты две на препирательства. – И да, я все равно тебя люблю, Тэён-и, – Ли почти удивленно посмотрел на младшего. Удивленно, потому что думал, что Юта будет препираться дольше. Но тот молчал, и Тэён мягко улыбнулся, касаясь его лба своим. – Я тебя тоже люблю. И если еще раз замечу, что ты вне камер, мне назло, лезешь миловаться с другими мемберами, я тебя искусаю, и плевать мне будет на запрет. И пока Юта не успел возмутиться, Тэён быстро заткнул его поцелуем. Оставшиеся полторы минуты стоит потратить на что-то более приятное.