«Диджерс Райзер. Твой новый друг и спутница по жизни» или «вот так все началось»

- Подъеееем... - послышался протяжный неохотный стон из-под синего одеяла. Вставать в 5:30 утра - это, конечно, жесть для Райзер... На сборы Диджерс потратила достаточно времени, хотя и старалась делать всё быстрее. В итоге, до начала её рабочего дня оставалось всего-то минут 15, в связи с чем девушка торопясь бежала к уже знакомому зданию. В такое ранее время мало кто находился на улицах, да и вообще людей толком не было. Машин тоже мало, авто лишь изредка мелькали на дорогах, словно перекати-поле в пустыне. Стоит отметить, что утро в Токио холоднее дневной температуры, девушка даже захватила с собой тёплую кофту с замысловатой цитатой на английском языке на груди. В чёрной юбке бегать не совсем удобно. Ты хочешь сделать широкий шаг и преодолеть большее расстояние, однако вещица знатно сокращает твои возможности. Туфли на невысоком каблуке также были слегка неудобны. Девушке больше нравились кроссовки или другая подобная этой обувь. Туфли Диджерс обычно надевала на мероприятия, притом они имели высокую шпильку; снимая такие туфли после рабочего дня, ты впадаешь в блаженство. Причёска сегодня у Райзер была такой же, как вчера: высокая коса, закреплённая помимо обычной резинки ещё и неким «кольцом», которое дополнительно приподнимало её. Длинная боковая прядь спадала на плечо Диджерс, а её покрашенные в синий цвет кончики чуть приподнимались от лёгкого ветерка, затем ложились обратно. Макияж девушки нельзя назвать строгим. Уж очень он походил на праздничный: синий цвет помады, синие тени, под нижними веками которые образовывали две стрелки, одна длиннее, другая покороче; чёрные длинные ресницы - это единственное, что девушка не тронула. Они и без туши выглядят симпатично. Под ранее кратко описанной чёрной кофтой скрывалась белая рубашка. Из украшений на Диджерс были лишь чёрные сережки-гвоздики и неброский кулончик с маленьким милым камушком. Считанные минуты убегали, как сквозь пальцы. Девушка живо вбежала в здание и, на ходу предъявив охране пропуск, понеслась в сторону лифта, где судорожно нажимала по несколько раз на кнопку вызова. "Пожалуйста, родненький, не медли" - у Диджерс будто даже дыхание сбилось. Как только лифт прибыл, американка шагнула внутрь и «приказала» тому поднять её на седьмой этаж. Вроде, успевает. Время в запасе имеется, как раз для получения инструктажа, - "А теперь собраннее, Диджерс. В конце концов не развлекаться идёшь" - поставив себе четкую позицию, девушка перевела дух и поправила чёрную кофту, из-под ворота которой виднелся белый воротник рубашки. Знакомое «дзинь» оповестило Диджерс о прибытии на нужный этаж. Далее, двери, как и вчера, распахнулись. Девушка вышла в коридор и отправилась в кабинет к Маруде. Удивительно, что среди сотни дверей и поворотов в другие коридоры, Райзер с точностью запомнила, куда ей нужно идти. Поворот туда, затем прямо, потом поворот сюда, опять прямо, теперь ещё один поворот, и вот ты уже перед знакомой дверью, внешне ничем не отличимой от многих других дверей. Сперва Диджерс постучалась, затем заглянула внутрь, - Охаё годзаимас, господин Маруде! - с легкой отдышкой выпалила девушка. Мужчина в тот момент попивал свой утренний кофе, элегантно оттопырив мизинец и прислонясь губами к краю своей кружки. Сделав пару глотков, следователь с глухим стуком поставил кружку на стол, после чего дал ответ пришедшей, - Охаё годзаимас, Райзер. Поздновато вы свой день начали. Тут Диджерс впала в ступор. Почему поздновато? Ей же к семи надо приходить, сейчас только 6:56, она пришла на четыре минуты раньше... Ну это так, если утрировать. - А вот потому что принято приходить на полчаса раньше положенного времени. Норма японского менталитета. В срок тоже конечно неплохо... Однако если хотите оказать хорошее впечатление о себе, то приходить вам желательно в 6:30. - Ицуки деловито сомкнул свои руки под подбородком и с интересом смотрел на недоумевающую девушку. Это что ж получается... На работе ей надо быть уже в 7:00, встаёт Диджерс при этом в 5:30 утра. А если в 6:30 по каким-то там «правилам хорошего тона» надо быть уже на своём рабочем месте, то вставать что, надо в 4:00?! Нифига себе, распорядок... Теперь не удивительно, что некоторые японцы умирают от переутомления... Да что там умирают! Ещё удивительнее другое: как с таким графиком они вообще ещё все не вымерли? - Простите пожалуйста... Я даже и не знала... - Диджерс неловко улыбнулась, пройдя с той же неловкой улыбкой в кабинет, - Больше не повторится, обещаю. - Ну смотрите у меня. - как-то не было видно, чтобы мужчина злился. Его отношение к девушке было скептическим, то есть не было раздражительности, но и лишней ласки тоже не предоставлялось. Он, скорее, относился к Диджерс, как к забавному существу, прибывшему в сие страну с намерениями изучить всё и вся. Поэтому вместо жестких команд, Маруде адекватно и совершенно спокойно объяснял Райзер, что к чему. - Ладно, с этим разобрались, - японец встал со своего мягкого кресла и вышел из-за стола, - Идемте, я покажу вам ваш офис. - Офис? - наступил второй повод для недоумения. Какой ещё офис, если изначально ей предоставлялась задача лишь разносить бумаги? - Хах, если вас устраивает работа «местного почтальона», то без проблем. Я предложу вам что-то более адекватное и менее смешное. - похоже, Диджерс вызывала у Маруде доверие. Удивительно почему и удивительно как. Мужчина обошёл американку, пройдя к двери и в тот же момент выйдя в коридор - Идёте или нет? - Да-да-да, естественно! - она чуточку подрастерялась. Ей словно сделали подарок... Райзер последовала за следователем, по пути пытаясь проанализировать только что случившееся. То есть, ей доверена ещё бОльшая работа? Так ещё и без опыта...? Нет, если говорить об опыте, то ей точно не доверят подписи бумаг. Может, сортировка какая, это как максимум. В любом случае, девушка уже заранее благодарна господину Маруде. Маршрут был относительно длинным. Сначала до того самого лифта, затем на четвёртый этаж. После, похождения по длинным светлым коридорам, которые ничем не отличались от тех, что находились парами этажей выше. Однако в отличие от седьмого этажа, на четвёртом этаже было более оживленно: проходя мимо некоторых дверей, можно было услышать еле уловимое щелканье автоматической ручки; за другими дверями слышались мимолетные переговоры сотрудников; за третьим типом дверей была тишина; ещё были двери, открытые нараспашку, что позволяло увидеть содержимое некоторых комнат: это объединённые в одно целое офисы, столы которых отделялись друг от друга только подобием пластмассовых стен. Одежда следователей была одинакова: у мужчин это строгие синие или чёрные костюмы, у женщин того же цвета юбки-карандаши, пиджаки и белые рубашки. - Райзер, у меня к вам сразу «задание на дом». - Ицуки обернул голову назад, обратив своё внимание на идущую за ним Диджерс, которая уже была готова его слушать, - Я найду время и распечатаю для вас вкратце то, что должен знать каждый человек, работающий так или иначе следователем. Без минимальных знаний вам здесь делать нечего, поэтому если ещё не передумали здесь оставаться, то вам придётся осилить всю информацию в течение своего испытательного срока. - Без проблем, я справлюсь. - хороший настрой у девушки присутствовал всегда. Если верить в лучшее, то все получится - эту фразу она повторяла если не каждый день, то раз в два-три денька точно. Для совершеннолетнего человека Диджерс была слишком схожа с добродушным и верящим в чудо ребёнком. Хотя, возможно, в этом есть свои плюсы. - Отлично. - монотонная и слегка матёрая речь следователя порой заставляла задуматься: «А что я сделал/сделала не так?». Его интонация была такой, словно он открыл твой страшный секрет и пытается не палиться, притом ты себя чувствуешь виноватым, - Сегодня я покажу ваше рабочее место и познакомлю вас с вашим отделом. Остальная ваша обязанность на сегодня - это разнести документы, как изначально вы планировали. Вдобавок здание повнимательнее изучите. И ещё: заскочите ко мне в час-два дня, хочу контролировать ваши действия, чтобы потом не было никаких проколов. - Поняла вас, без проблем. Значит, заканчиваю я работу сегодня в семь вечера, основное дело - разнос документов и бумаг, в час-два дня заглянуть к вам для контроля. - для профилактики девушка повторила всё, что услышала. - Именно. Раз все поняли, можем приступать. На этом их маршрут закончился. Мужчина остановился около открытой двери, однако задерживаться не стал и после небольшой паузы вошёл внутрь. Следователи трудились, не покладая рук, многие даже не заметили, как в отдел зашёл Маруде. Внимание таких людей привлёк громкий намеренный кашель Ицуки, просящий «минуточки внимания»: - Доброе утро, уважаемые. Прошу отвлечься на пару секунд, хочу представить вам вашу новую коллегу, - говорил японец внятно и чётко, что придавало дополнительной уверенности в своих же словах. Ицуки обернулся назад, приглашая Диджерс войти. Девушка зашла, увидела десятки заинтересованных лиц и быстро взяла себя в руки, - Диджерс Райзер. Следователь бюро... - она хотела продолжить, но что говорить - не придумала. Вроде, имя, фамилия и категория работы - основная информация, более не требуется. Её запинка вызвала уже ставшую обыденной усмешку у Маруде, который подправил создавшуюся неловкую ситуацию: - Что ж, Райзер теперь в ваших рядах, ребятки, вы там уж помогите, если что. Я вас оставлю, продолжайте работать. Райзер, ваше место номер 24. - это стало конечной фразой, после которой японец собрался уходить. Следователи сразу ответили уходящему мужчине, в большинстве своём ответом была фраза «поняли вас, господин Маруде», а дальше все вернулись к работе, на Диджерс толком никакого пристального внимания обращено не было, слишком уж люди заработались. "24 так 24..." - девушка мысленно повторила число, затем направилась искать своё рабочее место. Оно, к слову, оказалось неплохим: прямо напротив окна, и светло, и не жарко, и отвлечься можно, посмотрев вдаль. Стараясь никого не отвлекать от работы, Диджерс присела на чёрный стул и положила на пока что не заваленный никакими бумагами стол свою сумку. Документы уже были подготовлены, находились они по правую сторону от девушки. Всё было в кучу: отдел кадров, архивы, рабочие справки, копии документов и прочее, прочее, прочее. Даже удивительно, как такие пунктуальные люди, как японцы, смогли смешать всё со всем... "Ну вперёд и с песней" - Диджерс придвинула к себе бумаги и с улыбкой на лице принялась сортировать большую толстую стопку, надеясь управиться к обеду. А что тут сложного? Ничего, просто разложить листики по стопочкам, так ведь? А вообще... Это было утомительно... Жутко утомительно... Сидишь, пялишься часами в сплошные тексты, пытаешься в порыве усталости разобрать, где какой иероглиф, вспоминаешь, что ты вообще сортируешь... В какой-то момент Райзер даже подумала, что такая работа не для неё... Однако наступил момент спасения: стрелки часов указывали на 2 часа дня, что так и кричало о пришедшем времени перерыва. Диджерс устало потянулась на своём стуле и с облегчением сделала выдох. Все документы были разложены по стопкам, притом каждая стопка была помечена разных цветов листами бумаги, чтобы потом можно было по цветам определить, что и куда нести. Оценив свою работу одобрительным кивком, девушка встала и потянулась второй раз, пытаясь хорошенько прогнуть затёкший позвоночник. "Забегу к господину Маруде, занесу это, а потом быстрее кушааать..." - с начала её работы прошло уже почти восемь часов, за всё это время она только два раза вставала со своего места по естественным причинам, уж простите за прямоту. А, нет, погодите, был один перерыв, длиной в 30 минут. Но за это время она бы не успела побежать в кафе и что-нибудь съесть. Пришлось терпеть до этого момента, до момента, когда перерыв будет долгим - часа полтора. Сложив стопки одну на другую, при этом закладывая между каждой палец, чтобы бумаги не попутались, Диджерс направилась к некоторого рода «начальнику». - Господин Маруде, я закончила! - опережая стук в дверь, девушка уже с порога объявила о завершении своей утренней работы. Диджерс заглянула в кабинет. Похоже, Ицуки сам только-только пришёл, так как крутился вокруг да около стола. Заметив американку, следователь обернулся к ней. - Ну так показывайте, что вы там наделали - в некоторого рода шутку обратился мужчина, заведя руки за свою спину. Диджерс подошла и положила на его стол целых шесть стопок аккуратно сложённых документов. - Я разложила все бумаги по категориям, в некоторых даже разделила кое-какие документы ещё на парочку категорий. А ещё пометила каждую стопку цветными стиками и подписала их, так что теперь легко понять, что куда нести, - Райзер распирало то ли от гордости, то ли от удачно проделанной работы. Хотя, возможно в данном случае между этими двумя вариантами разницы нет. - Вот оно как. - мужчина с интересом осмотрел лежащие на столе листы, - Неплохо, - похвала сдержанная, без лишних слов и эмоций. Так, чисто для подтверждения правильно выполненной работы, - Идите на перерыв, я пока проверю ещё раз всё это. Потом подойдёте опять, отдам вам то, что надо будет разнести по кабинетам. - Агааа - протяжно согласившись, она скрылась за дверью, не дав Маруде шанса договорить что-либо. Не факт, что у японца ещё были «высказывания» в адрес девушки, но всё же. Да, наконец-то можно хорошенько пообедать. Диджерс так проголодалась, что съела салат, горячее, запила это газировкой, а потом ещё и десерт с чаем умяла. Ну и кто тут прожорливее? Гули или она? Во всяком случае на обед у неё ушло около часа, в запасе имелось ещё полчасика, которые она потратила на обследование здания CCG. Уж очень оно запало ей в душу, Райзер наворачивала круги по одним и тем же коридорам, бывало находила новые места по воле случайности. Оказалось, что здесь есть также спортзал, душевые (простенькие конечно, ибо зачем заморачиваться с душем, если это не необходимость. Однако при всей простоте душевые очень даже ничего) и что-то вроде маленького буфета (ну а вдруг времени пойти и поесть в кафе нет?). Работать здесь, наверное, одно удовольствие. Но это лишь первоначальное мнение... Диджерс просто не представляет, какая ответственность лежит на CCG, с чем им приходится сталкиваться каждый день, сколько человек прощаются с жизнями, поступая на следователей... Увы, не так уж всё красочно. Перерыв окончен. Девушка уже заскочила к Ицуки за бумагами, выслушала очередной инструктаж и прочую необходимую болтовню. Если верить словам Маруде, то впереди, до конца рабочего дня, у Диджерс ещё будет иметься один перерыв в 30 минут. После отдыха её рабочие способности вновь были на высоте, американка уже разнесла несколько папок в нужные кабинеты, а сейчас направлялась к следующему. Кстати говоря, такая работа, как её назвал Ицуки «местный почтальон», ей нравилась больше, чем сидеть пятой точкой на стуле и сортировать бумажки. Так хоть двигаешься, а там сидишь до тех пор, пока попа не приобретёт форму стула. Нет смысла описывать последующие её действия, так как они чередовались в порядке: «Разнёс документы, вернулся за ещё одними документами, разнес документы, вернулся за ещё одними документами». Их оказалось многовато, так как вдобавок было доложено еще десятка два-три. Рабочий день потихоньку подходил к концу, на руках Диджерс оставались три-четыре папки. С усталым, но не теряющим при этом бодрость выдохом, Райзер глянула на «форзац» лежащего сверху документа. В строке «имя» было напечатано «Джузо», в строке «фамилия» - «Судзуя». Но бОльшую важность играл в данный момент номер кабинета, без него Диджерс бумаги адресату так и не донесёт. Номер был указан, поэтому она смело отправилась на его поиски. Кабинет она искала долго, ибо уже запуталась во всех этих цифрах, числах, этажах и вообще во всем, где участие принимали цифирные значения. Побродив по зданию, как по древнегреческому лабиринту, где за каждой дверью тебя что-нибудь поджидает, цель была обнаружена на пятом этаже. За нужной ей дверью тишина, значит, кабинет либо личный, либо там никого сейчас нет. Диджерс на всякий случай вновь проверила номер кабинета, сверяя его с номером, указанным на документе. Все верно, она на месте. "Ну что, поехали?" - подбодрив саму себя, девушка постучалась, после чего повергнула ручку двери и заглянула внутрь - Добрый вечер, меня вопросили отнести сюда бумаги, поэтому... - договорить Диджерс не смогла... То, что она увидела, заставило её резко замолчать в порыве удивления и внезапно промелькнувшей доли жалости... Около окна стояла инвалидная коляска. В ней находился мальчишка, на вид не больше лет 16; белые или может серебристого цвета волосы чуть вились на кончиках, кожа бледная, на лбу чёлка фиксировалась четырьмя заколками в виде римской цифры «XIII»; сам мальчик был худого телосложения, особенно в глаза бросались худенькие кисти рук, лежавшие на подлокотниках коляски; пухловатые детские губы, острый носик, большие глаза с алым цветом радужки, ресницы пушистые, словно кукольные. Его взгляд казался Диджерс грустным и словно уставшим. А может не казался, может мальчик действительно не был весел. Но что было более удивительно, так это одна нестандартная деталь: шея, рука, нижнее веко и нижняя губа, мочки ушей, да и вообще, похоже, на многих участках тела присутствовали аккуратные красные шовчики, сделанные явно не для скрытия шрамов, а для красоты... Однако можно ли «зашитого человека» назвать красивым? Что-то в этом милом белобрысом существе привлекало девушку, он показался ей необычным. Всё же была ещё одна броская деталь, вызвавшая ту же жалость: у мальчишки не было одной ноги... - Я извиняюсь... Это вы Судзуя...? - её голос вдруг зазвучал тише и будто даже растерянно. - Да. - ответ альбиноса был положительным. - Судзуя Джузо... Я Райзер Диджерс, будем с вами знакомы....