Дым сигарет с ментолом и прочие неприятности

— Мне скучно, — пожаловался Тевильдо и спрыгнул с подоконника. — Дождь не льёт, ветер не дует, ты молчишь, как будто книга тебе интереснее собственного кота… А кот скучает, между прочим! А все в ответе за тех, кого приручили. Маглор вздохнул, отрываясь от чтения. — Тебе стихотворение прочесть, песню спеть? Может, пазлы собирать будем? Или погулять с тобой, пока дождя нет? Чего ты хочешь, котик? Тевильдо возмущённо закатил глаза. — Ты бы ещё предложил привязать бумажку к ленточке или клубок бы кинул, чтобы я за ним носился, задрав хвост! Нет, всё не то. И хоть ты уцитируйся классики, всё не то! Я может быть хочу разговаривать с тобой, мнение твоё узнавать, мир с тобой обсуждать… — Сказки мне рассказывать, — усмехнулся Маглор. — Идёшь направо — песнь заводишь, налево — сказку говоришь… — Ты направо, я — налево, и разошлись мы довольные друг другом, — обиделся Тевильдо. — Хорошо, сам напросился, будет сказка, радуйся! О тебе сказка, как просил! — Страшная? — весело спросил Маглор, с ногами забираясь в кресло. — Я вновь лишусь голоса и меня вновь подставит завистливый музыкант, некогда считавшийся другом? Или, быть может, меня соблазнит роковая красавица и выгонит из моего собственного жилья? Или меня схватят ужасные экспериментаторы, поняв, кто я такой, и будут проводить надо мной опыты? А вдруг… — Не дождёшься, — ухмыльнулся Тевильдо. — И вампиром тебе не быть. Всё будет хорошо. Ну… почти хорошо. Слушай: весна, май, все думают о любви, лете, поцелуях, прогулках, школьники ждут не дождутся окончания учебного года, и ты, ведомый непонятной тягой к новому, приобретаешь билет на теплоход! — И весь рейс стою на палубе, смотрю на воду, рыдая по камню? — предположил Маглор. — А к концу рейса внезапно… — Помолчи, — посоветовал кот, — и не перебивай меня, а то как совью гнездо в твоих белых джинсах. Во всех парах причём, вытащу их из шкафа и устрою лежбище во весь пол. Кстати о джинсах. Вернее, о теплоходе. Прогулочный теплоход, красивый, вместительный, и среди пассажиров ты: высокий, привлекательный, в белых джинсах, тёмной майке! На плечи наброшен белый свитер крупной вязки! Представь, как твои шикарные волосы будут смотреться на таком фоне! Ещё на тебе будут большие солнечные очки в модной оправе, почему бы нет? А в руках… — А в руках, точнее, на руках я буду нести роскошную блондинку в коктейльном платье и не сводить с неё глаз, — не сдержался Маглор. — Кот, дорогой, а не перегибаешь ли ты палку? — Обойдёшься, — злорадно сказал Тевильдо, — хотя твоя ноша порадует тебя сильнее даже голой брюнетки. В твоих руках будет гитара в чехле, скромном, но надёжном! Ты музыкант, ты верен музыке, а как музыканту обойтись без инструмента? Правильно, никак! А надёжность чехла… Право слово, любой музыкант оберегает инструмент сильнее, чем себя самого! Итак, ты ступаешь на борт теплохода, тебе хочется развлечься, отдохнуть, пообщаться с интересными людьми, но… — Но в чехле вместо гитары оказываешься ты и начинаешь вопить, как задыхаешься там и умираешь? — Маглор улыбнулся. — Вдруг тебе внезапно захотелось подышать речным воздухом и вызвать волну умиления и восхищения твоей прекрасной шёрсткой и вообще красотой? — В чехле оказывается гитара, а на теплоходе играет ну совсем даже не оркестр, а музыка из колонок, — Тевильдо ненадолго оскалился и продолжил. — Неживая музыка, если кратко. К тому же, не лучшего качества. Плохая музыка, короче говоря, всякие там девочки, плавки, купальники… Некультурная музыка, умц-умц, боть-боть. И вдруг она прекращается. Не по твоей вине, — тут же добавил кот, заметив, что Маглор уже собирается его перебить. — Просто прекращается, бывает иногда. То ли провод замкнуло, то ли главный по музыке отлучился, возможны варианты. А без музыки на теплоходе плохо и скучно, публика уже приготовилась танцевать, флиртовать, но увы, увы… Ты пока держишься в стороне, ожидая, когда музыку отладят… — Но зло не дремлет, — улыбнулся Маглор. — Верно? — Абсолютно верно, — подтвердил Тевильдо. — Правда, я другое хотел, но раз просишь… К тому же, конфликт всегда интереснее ровного повествования! Сделаем тебе конфликт! Пусть на теплоходе окажется какой-нибудь молодой человек, мнящий себя неплохим музыкантом в силу того, что знает пару аккордов, несколько душевных песен, а его вокальная манера неуловимо напоминает пение парнишек, горланящих у нас под окнами по весне. Не кошачьих парнишек, заметь, человеческих! Означенный душевный молодой человек замечает у тебя в руках гитару и решает: какому-то расфуфыренному фраерку она без надобности, а вот ему самое время душевно для народа спеть и покорить всех! Он же не знает, какой ты великий музыкант, право слово, на тебе не написано в конце-то концов. Мордобой устраивать не будем: он вежливо подойдёт к тебе и попросит гитару. Ну… относительно вежливо, но нам же нужен конфликт, да? Пусть он подойдёт к тебе с видом «знаем мы таких, жизни не нюхали, а гитару для понта и для фотографий в инстаграмчике с собой носят. Играть-то он не умеет, вижу…» ну и далее в подобном духе. Рамки он не перейдёт, я слишком хорошо понимаю, чем может закончиться для него драка с тобой. Гитару ты ему, конечно, вручаешь. Подумал, вдруг паренёк в самом деле невероятно споёт, кто знает скрытые способности людей. Или ещё по какой причине, пока не сочинил. — Но он поёт плохо, и меня это злит? — Маглор внимательно посмотрел на кота. — Или?.. Тевильдо пошевелил ушами, показывая, что слышит и задумался. — Пока не сочинил, — признался он. — Думал, этот душевный паренёк ломает твою гитару, но затем представил, что от него останется после такого надругательства над инструментом и решил драку не устраивать. Да и гитару жалко, она уж точно не виновата! Маглор рассмеялся. — Тебе жалко гитару, жалко придуманного парня… Может, тебе и меня однажды станет жалко, и ты немного… — Снобом ты не будешь, доволен? Ты слишком хорошо понимаешь, кто ты, чтобы задирать нос из любви к задиранию носа, — Тевильдо ухмыльнулся. — Это всё уже было, да и сказка не о том! Получается, надо вывести тебя из спокойного состояния! И хорошо так вывести! Гитару портить не стоит, если ты схватишь парнишку за грудки за порчу инструмента, дело уже того… керосином пахнет. И административным правонарушением, — кот важно распушил хвост. — Впрочем, ему всё равно грозит твоя ярость, даже если тот паренёк попытается гитару, к примеру, умыкнуть. Но зачем ему подобную глупость творить? Да, впечатления силача ты не производишь, а рост ничего не значит, но воровать дешёвую на вид гитару он решил бы только очень, очень пьяным. А нам никого спаивать не надо. Пойдём другим путём! — Решил отказаться от конфликта? — Маглор улыбнулся. — Мы мирно поём дуэтом? — Нет, — вредно хмыкнул Тевильдо. — Без конфликта, разумеется, можно, но это же пресно, а иногда хочется, такого прямо знаешь… цыгане с медведями! Например, он мог наступить на твою гордость. Представь: взял у тебя гитару и запел ужасную песню, предварительно расстроив инструмент, для душевности звучания. Не специально, ну слух у него такой, к дворам приближенный и к душевности, которая важнее искусства. Но публике его пение будет нравиться, душевность же ближе искусства, понимать надо! — Но я всё равно не вижу конфликта, — Маглор закусил губу. — Да, мне будет неприятно, если он расстроит гитару. Я обязан остановить его уже здесь, для инструмента подобное оскорбительно. Парень посоветует замолчать, ведь я ничего не понимаю в хорошей музыке. А вот он сейчас как сыграет, ведь изучил потребности публики. Но что потом, киса? Что потом, скажи? Он поёт, я кусаю губы или перебиваю его пение своим? — У тебя взыграет гордость, — Тевильдо насупился. — Ты мирно ждёшь, когда твой соперник доиграет и спокойно просишь у него гитару обратно. Он отдаёт её тебе без возражений. Ему аплодировали, его снимали на телефоны, он уже предвкушает, как видео с его пением кинут в интернет с каким-нибудь завлекающим названием! «Простой парень поёт, как будто…», «вот кого надо показывать по телевизору»! Нереальное пение простого паренька!». Он, в конце-концов, может приметить среди публике хорошенькую девушку и представлять, как она пригласит его к себе, и всё закончится в постели. А ты просто поёшь, и все симпатии моментом оказываются у тебя, ибо голос! Маглор покачал головой. — Симпатии останутся у него, разочарую. Вероятно, публике на теплоходе больше понравится моё выступление. Я перепою кого угодно, это не хвастовство, но симпатии слушателей твоей сказки останутся у паренька, не у меня. По сути, он не совершил ничего плохого, только гитару расстроил. Это, конечно, для меня преступление, но я могу объяснить ему, как настраивать гитару, как играть правильно, даже покажу, как играть хорошо и верно. Но он спел. Никого не оскорбил. Всем понравилось. А я из гордости порчу парню настроение и, возможно, расстраиваю долгожданное свидание. Время для драки? — И усмехнулся. Тевильдо обиженно вытянулся на полу. — А потом ты недоумеваешь, почему у публики испортился вкус! — пробурчал он и перекатился на спине, чтобы не видеть Маглора. — Я могу просто спеть, никого не перебивая и никому не мешая самовыражаться, — улыбнулся тот и вернулся к книге. Тевильдо тяжело вздохнул, не сказав ни слова.