Дым сигарет с ментолом и прочие неприятности

Тевильдо почему-то сердито осмотрел Маглора, причёсывающегося перед зеркалом, несколько раз прошёл вокруг него и, наконец, спросил. — Ну и куда ты собрался в таком виде? — В оперу, — Маглор вздохнул. — Кот, что тебе не нравится в моём облике? Брюки, пиджак, белая рубашка, ботинки... Галстука нет, согласен, галстуки ты надёжно спрятал, точнее, заиграл, но мне кажется, всё хорошо и без галстука. Тевильдо закатил глаза. — Ты... сам не понимаешь, да? Вот совсем-совсем не понимаешь? Что у тебя на голове, скажи, пожалуйста! Вот что у тебя на голове такое творится? — Волосы растут, — хмыкнул Маглор. — Мои, длинные чистые, некрашеные. Завязывать хвост не хочу, ибо уши. А так... Лёгкая неформальность даже оперный театр не смутит, как думаешь? — Оперный театр, мне кажется, не смутит ничто, — Тевильдо ухмыльнулся, — чего только там не ставят в нынешние времена, ужас! Я чего только не читал о современных постановках! Ведь если подумать... Нет, о таком даже думать не хочется! — И потому ты не хочешь отпускать хозяина в столь злачное место, как оперный театр, меня осенило, — Маглор покачал головой. — Но мне туда хочется, разочарую. Киса, теперь-то ты скажешь, что не так у меня на голове? — Уже всё так, — хмуро пробормотал Тевильдо и, внимательно осмотрев хозяина ещё раз, потянулся. — Хотя-хотя-хотя... Не напомнишь, тот театр, куда ты отправляешься... Он старый и окружённый всяческими слухами, да? — В прошлом году открыли, — напомнил Маглор. — Если за год никто не увидел там привидений и каких-нибудь... — Замечательно! — Тевильдо, услышав это радостно замахал хвостом. — Просто великолепно! У тебя... У тебя есть все шансы сделать театр легендой... точнее, поселить легенду там! — Тебя? — Маглор усмехнулся. — Себя! — Тевильдо шикнул и провёл когтями по полу. — Нет, я не предлагаю пробоваться на главного тенора там, главного баритона... на солиста, да, на солиста, ничего в операх не понимаю, точнее, кое-что после общения с тобой всё-таки прояснилось, но не обязан же я держать все тонкости в голове! Я кот всё-таки, а не дирижёр, к примеру. И не директор оперы. И не концертмейстер. В солисты тебе, как ты сам говоришь, нельзя, ты ведь не стареешь, а исчезнувший по алгоритму рок-звезды оперный певец... да, так не бывает, мы уже обсуждали это! Но если ты решишь посвятить себя опере... Ты можешь стать призраком этого театра! Ты нолдо, к тому же, сын величайших из мастеров, устроить в подвалах этой оперы хитрое жилище тебе будет несложно... Разве плохая идея? Сам посуди, музыка рядом, можно помогать труппе с творчеством, чтобы не терзаться от не умеющих играть музыкантов и не умеющих петь певиц... И можно, даже нужно нацепить маску, скрыв своё вечно молодое лицо и... — ...менять смазливых хористок в ученицах в зависимости от настроения, пока не надоест. — Маглор покачал головой. — Едва хористка обучена в приму, можно снять маску и поразить деву своей неземной красотой, чтобы она упала в обморок и забыла меня, как прекрасный сон. Ты это в виду имеешь, милый котик? Тевильдо нахмурился и тяжело вздохнул. — И вовсе даже не это. Ну... почти не это, хотя про маску я сказать хотел. Но смазливые хористки... они вовсе не обязательный элемент! Да, с хористкой будет антуражнее, грустнее, всё такое, вдобавок ты наверняка не захочешь быть одиноким, но у тебя буду я! И, пока будешь в опере обустраиваться, скучать тебе не придётся! Это же работа рук, ума, воображения! Придумать ходы, механизмы, способы сотворить театру репутацию загадочного, но такого манящего места! Люди повалят на плоды твоего воображения! И артисты, и творцы, и зрители... — ... а потом от трудов праведных я захочу завести вдобавок к коту смазливую хористку, — договорил Маглор за питомца и рассмеялся. — Тевильдо, мне хорошо и так. А тебя туда отдавать мне не хочется. Тевильдо нахмурился ещё сильнее. — Ведь Намо не одобрит, я прав? — пробурчал он и тут же обиженно растянулся на полу. — Раз нам суждено быть вместе, ты не имеешь права меня выставить вон, да? — Потому что ты мой кот и я к тебе привык, — просто сказал Маглор. Тевильдо решил не отвечать и продолжать дуться.