Дым сигарет с ментолом и прочие неприятности

— Заметил, что с дрессированными кошками почти никто не выступает? — Тевильдо шумно спрыгнул с подоконника и подошёл к Маглору, разбирающему старый микрофон — Я имею в виду всяких там бродячих артистов, выступления в торговых центрах, цирки, ярмарки... Никто не приводит с собой кошек, у всех собачки, через обруч прыгающие! Или танцующие под плохо исполненный на расстроенном синтезаторе "Собачий вальс"! Пошлость, пошлость и непрофессионализм! Вопиющий! Милые собачки, сю-сю-сю, все в восхищении, хотя кошка — гораздо более чистое, аккуратное и приятное животное, чем, например, еноты там, хорьки и собаки, конечно! — Решил прыгать через обруч в торговом центре? — Маглор со вздохом отложил отвёртку и посмотрел на в очередной раз сердитого питомца. — Кот, милый мой кот, а не закапризничаешь ли ты на месте выступления, вспомнив, что кошка — животное вольное, независимое и людским командам, как жалкие шавки, не подчиняющееся? Зная тебя... Конечно, могу найти кого-то, согласного на такое безумие, но ты хотя бы понимаешь, чего хочешь и чем это может обернуться? И главное, зачем оно тебе? Тевильдо завёл глаза к потолку и от души фыркнул. — Мне просто интересно! — сообщил он. — Понимаешь? Просто интересно! Все, вот просто все вокруг сюсюкают над фотографиями котят, обожают кошек, едва ли не до дрожи, если верить их речам, а в цирках умиляются танцующим собачкам и верещащим под дудку птичкам?! Да, ты можешь возразить мне, видео с кошками ужасно, ужасно популярны и цирки с животными уже становятся никому неинтересны из-за из негуманности, но всё-таки... Люди аплодируют танцующим собачкам! Ах, ужасно мило, обычно так они говорят, думая, что кошки на такое неспособны, ведь кошки не настолько умны? Почему бы им... не знаю... — Не пойти погладить кошечек и вообще, хватит это терпеть, — пробормотал Маглор. — Кот, а всё-таки, чего ты хочешь? Демонстрировать глупым людям кошачий ум? Пятнадцать минут славы? Собственное шоу? Заработать? Кошачью демонстрацию за свои права? Меня в клоунском прикиде, подающего тебе обруч для прыжков? Ещё не определился, чего же тебе надобно? У меня работа стоит. — Признания кошачьего ума мне надо, всеобщего и безоговорочного, как можно этого не понимать? — Тевильдо трагично шлёпнулся на пол спиной к хозяину. — Собачки, видишь ли, умные, они ведь вальсируют, через обруч прыгают, упражнения разные делают, сумочки в зубах носят, и этот цирк, видите ли, доказывает, насколько собаки умнее нас, кошек! Нас ведь это унижает! Восторг публики от ходьбы на задних лапках и прыжки через препятствия как доказательство собачьего ума, видите ли! А мы тоже милые и очаровательные, вот! И мы не глупее собак! Мы... мы... — Особенно такие коты, как ты, — Маглор кивнул. — Милый котик, не ходи на задних лапах и не танцуй гопака при людях. Знаю, тебе хватит воображения на подобное, но думаю, не стоит. — Боишься, меня поймают и сдадут в цирк? — Тевильдо дёрнул ухом и ненадолго обернулся к Маглору. — Боюсь, ты доведёшь кого-нибудь до обморока, — пояснил тот, беря в руки отвёртку. — А для цирка, причём любого, ты слишком непредсказуемая личность.