Дым сигарет с ментолом и прочие неприятности

— Почему ты никого не учишь пению? — поинтересовался Тевильдо, почему-то глядя в записную книжку Маглора. — Ты же великий певец всей своей сущностью в конце-то концов! Ладно, будь ты лишь великим музыкантом, я наверное бы тебя понял, возможно люди беглостью пальцев и прочим подобным эльфам уступают по природе. Никогда не задумывался, пусть. Но великий певец, никого не обучающий пению, непонятный для меня персонаж! Ты, мне кажется, любого певца способен если не сделать великим, то несомненно улучшить. Конечно, не исключаю, у тебя просто такой период и однажды ты откроешь свою вокальную школу, но пока ты никого пению не обучаешь! Знаю, повторяюсь, но исключительно от непонимания! — Даже интересно, от каких моих заметок у тебя такие мысли появились, — Маглор с улыбкой отобрал у кота записную книжку. — Ммм, струны, тестер, старые магнитофоны, сведение… Сразу видно, животное у меня удивительно разумное. — А если не шутить? — Тевильдо нахмурился. — Да, приборы, магнитофоны, записи, но заметки по пению где? Нет их! Ты же не прячешь их от меня, опасаясь, что я их порву! Но нет, ни за что! Понимаю, тебе заметки ни к чему, но возможным будущим ученикам, мне кажется, они бы пригодились?! Или ты прячешь те заметки, если они существуют не от меня, а вообще? Могу понять, наверное, но всё же… Маглор погладил всё ещё хмурого кота по голове. — Я и не шучу, ты в самом деле удивительно умное животное, почти правильные выводы сделал, — сказал он и почесал Тевильдо за ушами. — Кот, милый кот, сам видишь, занимаюсь я много чем. Настройка звука, ремонт инструментов и техники, выступления… Спустя рукава учить пению мне не хочется. — Но всё-таки, пению ты не обучаешь, — глубокомысленно выдал Тевильдо и зажмурился от удовольствия. — Так почему ты не оставишь настройку звука и прочие починки инструментов ради обучения вокалистов, певцов, настоящих вокальных если не гениев, то мастеров? Не из-за денег же, считать я умею, не забывай! Ты же не сноб! Эльфийская гордость и эльфийское высокомерие, мне кажется, не сюда, ты ведь, как я уже говорил, голос и пение в первую очередь, у тебя это даже в твоём настоящем имени заложено! Но ни одного ученика… как-то заставляет задуматься. — Я уже сказал, мне не хочется обучать пению, не отдаваясь этому полностью, больше мне нечего тебе сказать, — Маглор подул на спинку кота и погладил его по бокам. — Если решишь, что из гордости, твоё право, котик. Когда меня просят я, если не заметил, не отказываю. Правда, не отказываю я, если вижу в обучении смысл и нужность ученику. Но просят меня редко, — и улыбнулся. — Вот ты и задумываешься, где не нужно от редкости просьб. Тевильдо, не отвечая, шумно вздохнул и перевернулся на спинку, подставляя Маглору живот.