Два Галахада

Специальному агенту Галахаду снятся сны… Нет, не так – мальчику по имени Эггси снятся сны. Каждую ночь. В основном, кошмары. Ему снится Гарри и его смерть. Он никому не говорит об этих снах. Никому. Ни Рокси, ни Мерлину, ни матери, хотя ближе них у него никого нет. Подобным он мог бы поделиться лишь с одним человеком. Какая ирония – именно его Эггси и потерял. Выстрел в голову. Секунда – и все. В этом мире больше нет самого главного человека. Самого главного человека для Гэри Анвина. Эггси видел это на экране ноутбука. Но в своих снах он стоит всего в нескольких шагах от Гарри и его убийцы. И, как это часто бывает в кошмарах, не может пошевелиться. Даже кричать не может. И ему остается только наблюдать, как агент Галахад падает навзничь, и брызги его ярко-алой крови разлетаются во все стороны, подобно крошечным рубинам. И вот тогда-то Эггси и просыпается, в холодном поту, дрожащий и несчастный. Чаще всего к этому моменту его подушка уже влажная от слез. Разумеется, у Эггси проблемы со сном. И не только со сном. Любой психоаналитик в два счета распознал бы все признаки скрытой депрессии. Но дело в том, что Эггси слишком хороший агент Кингсмэн. А хороший агент всегда держит свои эмоции под контролем. Боль, страх, тоску, которые постепенно переполняют душу и, не находя выхода, грозят разорвать ее в клочья. К счастью, этого не происходит. Благодаря работе, которой агент Галахад посвящает всего себя. На личную жизнь у него нет ни времени, ни желания. Скоротечный роман с принцессой не принес ничего, кроме разочарования и дополнительной боли. Случайные прекрасные незнакомки время от времени мелькают на горизонте, но исчезают слишком быстро, не оставляя даже воспоминаний о себе. Эггси одинок, как никогда прежде. Пустота внутри дает о себе знать все чаще. Спасение одно – работа. Только Мерлин что-то подозревает. Недаром же он так пристально смотрит на агента Галахада и иногда задает наводящие вопросы. Дважды предпринимает попытку отправить Эггси к мозгоправу. Галахад вежливо, но решительно протестует. Во взгляде Мерлина тревога, но… Но непреложное правило в действии - эмоции подождут. Джентльмен должен сохранять спокойствие. Совершенно убийственно для Гэри Анвина, потерявшего свою опору и главный ориентир в жизни. А потом происходит чудо, совсем как в сказке. Воскресший из мертвых Гарри, которого они находят в Штатах. Гарри, переставший быть самим собой, но живой, живой… Кажется, вместе с Хартом воскресает и Эггси. Мерлин видит, до какой степени потрясен мальчик, и только сейчас осознает, как близко Эггси подошел к черте. Гарри, бывший агент Галахад, ничего не помнит о своей насыщенной жизни. Кингсмэн, Мерлин и даже Эггси, его творение – все ушло, затерялось в закоулках памяти. С той самой минуты, когда Анвин увидел живого Гарри Харта, он постоянно пребывает в пограничном состоянии. Где-то между эйфорией и отчаянием. Потому что ему нужен прежний Гарри. Наставник, друг, путеводная звезда. Блистательный, сдержанный Гарри со спокойным, проницательным взглядом и улыбкой, от которой так сладко сжимается сердце… Когда Гарри отстраняется от его объятий, Эггси чувствует такую боль, словно его грудь разрывают стальные когти. Но еще больнее от непонимающего взгляда Гарри. «Он меня не помнит!» Почти все агенты Кингсмэн мертвы. С американцами пока ничего не ясно, мир вот-вот превратится в ад кромешный. А новый агент Галахад думает только о том, как вернуть старого агента Галахада. Он снова страдает, но уже не так, как прежде. Тогда его страдания походили на постепенное схождение в бездну. Теперь у него есть надежда. Наблюдая за Эггси, Мерлин все больше убеждается, что не ошибался насчет состояния мальчика. Видимо, его эмоциональная связь с наставником намного сильнее, чем он мог предположить. Настолько прочные узы обычно связывают близких родственников или любящих супругов. Интересно, а что именно чувствует Эггси к своему наставнику? Мерлин решает, что ему не следует копать так глубоко. Дело в том, что Эггси и сам еще не разобрался в характере своих чувств к Гарри. Раньше казалось, что Гарри заменяет ему отца. А еще Харт был для него другом и учителем. И как получилось, что в итоге Гарри стал чуть ли не смыслом его существования? Эггси мучительно ищет выход из создавшегося положения. Гарри и все, что с ним связано, волнует его гораздо больше, чем сверхважная миссия. И очень скоро его живой, изобретательный ум (а также исстрадавшееся, полное любви сердце) находят решение. Потрясенное лицо Гарри, побелевшие губы, которые тихо произносят его имя. И огромное облегчение, от которого кружится голова, а глаза против воли наполняются слезами. Бесследно исчезает напряжение, стальным обручем сжимавшее сердце Эггси, и он понимает, что все это время не мог даже полноценно дышать из-за терзавшей его боли. И он наконец-то делает то, о чем грезил столько времени – обнимает Гарри. Для этого ему приходиться подняться на цыпочки, но что за беда? Он мог бы простоять так целую вечность. Какое счастье – обнимать самого близкого человека, чувствовать его тепло, его дыхание на твоей щеке. Эггси с трудом сдерживает слезы, которые готовы хлынуть нескончаемым потоком. Но нет, подобная реакция может повредить Гарри, ведь он только что пережил сильнейшее потрясение. Такого Эггси не допустит, ни за что на свете. Поэтому специальный агент Гэри Анвин, он же Галахад, загоняет свои эмоции поглубже, как его учили. Сейчас нужно прежде всего думать о Гарри. События мелькают с пугающей быстротой. Впрочем, кого этим удивишь? Только не агентов Кингсмэн. Десятки раз оба Галахада оказываются на краю гибели. Но они словно находятся внутри магического круга и остаются целыми и невредимыми. Может быть потому, что они вместе? Они проходят весь путь до конца. Вдвоем. Два Галахада – вот и все, что осталось от агентства Кингсмэн. Гибель Мерлина потрясла обоих, эта потеря невосполнима. Как и другие потери. Миссия завершена и обоим агентам необходим отдых. Уютного дома Гарри Харта больше нет, но они могут пожить в хорошем отеле. По молчаливому согласию Гарри и Эггси заселяются в один номер. По сути, это даже не номер, а небольшая, комфортабельная квартира. Но даже если бы им пришлось тесниться на двадцати квадратных метрах, Харт и Анвин все равно остались бы вместе. Потому что теперь они нуждаются друг в друге больше, чем когда-либо. Вечер, в камине уютно потрескивают поленья, блестит полированное дерево, мягкие отсветы ложатся на дорогую обивку кресел. Гарри протягивает другу бокал с мартини. Несколько секунд они просто молчат, понимая друг друга без слов. Потом Гарри поднимает свой бокал. - За погибших друзей. - За Мерлина, - тихо отзывается Эггси. Он очень бледен и непривычно серьезен. Теперь, когда все опасности позади и безумная гонка прекратилась, юноша чувствует себя опустошенным. И Гарри это видит. Его сердце переполнено нежностью, но пока она не может найти выхода. Они вспоминают всех тех, кого они потеряли. По глотку спиртного за каждого, иначе им пришлось бы опустошить не одну бутылку. Эггси ставит свой бокал на стол, делая это с преувеличенной осторожностью. И старается не смотреть на Гарри. А когда тот наклоняется к нему, то понимает причину – глаза мальчика полны слез. - Эггси… - Нет, Гарри, это… это ерунда. Не бери в голову. Мартини на меня так действует, что ли… - говорит Эггси с нервным смешком, но его голос дрожит. Он прижимает обе ладони к лицу. А Гарри понимает, что его сердце вот-вот разорвется от любви, если он не предпримет что-нибудь прямо сейчас. Он обнимает Эггси за плечи. Тот вздрагивает и пытается отстраниться. - Гарри, дай мне минутку, пожалуйста… Я сейчас приду в норму… - Эггси, мальчик мой, - Гарри осторожно разворачивает юношу лицом к себе. Тот опускает руки и теперь можно увидеть, что агент Галахад-младший плачет. Гарри крепко прижимает Эггси к груди, мысленно посылая ко всем чертям свою знаменитую сдержанность. Он ласково гладит юношу по волосам, зарывается в них пальцами. Рыдания с небывалой силой сотрясают тело Эггси, вся боль, которую он так долго носил в сердце, наконец прорывается наружу с безудержными слезами. Очень скоро рубашка на груди Гарри становится мокрой от этих слез. Галахад-старший держит юношу в своих объятиях, с предельной четкостью осознавая, что никого ближе и дороже у него нет и никогда не было. Он касается губами мягких русых волос и шепчет: - Мальчик мой дорогой, успокойся… Я с тобой, слышишь? Я больше никогда тебя не оставлю. Тише, тшш… Но проходит немало времени, прежде чем Эггси затихает в объятиях Гарри. Все еще всхлипывая, он поднимает лицо, смотрит снизу вверх на Харта. - Мне… мне так тебя не хватало, Гарри. Я думал, что сойду с ума и… Гарри наклоняется и снова целует мальчика в лоб. - Но все позади, Эггси. Я ведь здесь, рядом, - мягко говорит он, не в силах отвести взгляд от родного лица. Господи, он же еще такой юный! Брутальный агент Кингсмэн или нахальный уличный мальчишка – это только маски, скрывающие тонкую, ранимую душу и золотое сердце. Эггси, его Эггси… Мальчик улыбается, снова нечаянно всхлипывает. А потом вдруг сам обнимает Гарри за шею. - Я тебя люблю, - шепчет он горячо и Гарри старается запомнить эту минуту - счастливейшую в его жизни. - Я тоже люблю тебя, мальчик мой. Всем сердцем, - тихо отвечает он. Когда он в последний раз плакал? Может быть, в детстве? Эггси прижимается к нему так крепко, что Гарри чувствует, как бьется его сердце. - Эггси, ты уверен? Я ведь намного старше тебя, - считает своим долгом заметить Галахад-первый. Ну да, он бывает слегка… занудным. - Ох, Гарри, только не начинай! Эггси привстает на цыпочки и очень аккуратно целует Гарри в губы. Этого достаточно для того, чтобы сомнения, тревоги и страхи бесследно исчезли. Два Галахада вместе, отныне и вовеки веков.