Overlord - Высший Кровавый Лич Момонга (Айнз Оал Гоун)

POV Главного Героя Игра «Иггдрасиль» была для меня всем. Здесь я нашёл единомышленников и смог выразить то, что было на душе. А в душе я был тем ещё монстром. Мне трудно общаться с людьми в реальности, поэтому нет ни семьи, ни друзей. Такова моя суть как японца. Я отличный работник, меня ценят, причём финансово, но вот попытки сблизиться с кем-то всегда заканчивались не так удачно, как различные сделки для компании, на которую я проработал почти всю молодость. Греет душу только богатая старость, а пока жизнь не в радость, кроме часов в «Иггдрасиле». В своей пассивной ненависти к окружающему живому миру я создал образ своего игрового персонажа с одной стороны банальным, но не без хитростей. Высший Лич, да не простой. Была возможность выбрать способ, благодаря которому мой персонаж, как нежить, был бы менее уязвим к смерти от других игроков. Конечно, можно плюнуть на это и просто платить деньги за возрождение, но моя скупость побудила выбрать этот не простой путь. Суть метода заключалась в том, чтобы спрятать артефакт, к которому притянется остаток души и там безопасно восстановиться с потерей в один уровень. Естественно если у меня первый уровень, то его потеря – окончательный конец игре. Не все знакомые мне личи выбирали этот путь, предпочитая брать другие пассивки. Проблема в том, чтобы никто из врагов не нашёл этот самый артефакт. Его разрушение означает конец мнимому бессмертию. Ох, сколько же с этим связано острых и задорных воспоминаний! Вот что значит – хорошая игра. Но и её время подошло к концу. Что толку биться в бессильной ярости от несправедливого закрытия Иггдрасиля, когда лучше достойно провести ещё немного времени в этом мире ставшим мне настоящим домом, пристанищем моей души. Сегодня, ровно в полночь, когда на циферблате будет четыре нуля, сервера будут отключены и уже будет не важно, где я спрятал артефакт, наконец, враг найдёт меня и убьёт навсегда! Но даже так! У меня есть ещё ради чего зайти в игру и с мужеством принять там смерть. Как я уже сказал, лишь здесь мне удалось отыскать тридцать девять единомышленников. Мы вместе создали одну из самых сильных гетероморфных гильдий, на которую многие игроки иных рас устраивали рейды, достойные какого-нибудь мирового босса. И вполне оправдано, ибо мы смогли собрать десять мировых предметов из сорока существующих, тогда как у других гильдий было максимум пять. Мы ценный трофей, где не грех отдать свою жизнь, но побороться за приз. Однако, за годы поражений и неудач, я многому здесь научился из числа тактики, и именно мои решения во многом помогали нашей гильдии успешно отбивать атаки противников. Но то было славное время, когда слава что-то значила. За одно это десятилетие мы создали не только наш уютный дом, но и обжили его собственными творениями – НПС. Не игровые персонажи в здании гильдии это обычное дело, но только мы видели в них собственных детей. В этих детях мы воплощали все свои тайные желания и любые иные помыслы. Правда, ныне я немного стыжусь своего творения «Актёра Пандоры», поскольку создал его пять лет назад, а тогда я был немного другим в душе, но я изменился, а творение осталось неизменным как напоминание, чем я был в прошлом. Но всё-таки наши творения, мои и моих товарищей, это ещё одна причина, почему мне так хотелось умереть вместе с ними. Поэтому я остался до самого конца на сервере, который вот-вот будет отключён. Прогуливаясь по зданию нашей гильдии Айнз Оал Гоун – склепу Назарик, я вёл за собой процессию из всех НИПов. В тронном зале, где было множество эмблем, принадлежавших моим друзьям и товарищам, я решил воссесть и просмотреть данные каждого. Ещё раз узреть всю структуру программы, которую мы заботливо прописали лично. Для людей, не владеющих программированием, была система с готовыми шаблонами, лишь подбери то, что сочетается по твоему вкусу. Но мы пошли дальше и написали собственный код. Их описание – шедевр, в котором отобразилась душа моих согильдейцев. Даже моя душа, но пятилетней давности. Хотя мне не очень нравилось описание лишь одного из НПС – Альбедо, главы стражей Назарика. Конечно, вполне логично существу расы суккуба придать такое описание, но строчка «а ещё она нимфоманка» было чрезмерным проявлением либидо создателя. «Может это ничего не значит, но хотя бы будет весело» - решил я тогда и нажал «отредактировать», чтобы стереть эту крайность из личности Альбедо. «Не оставлять же поле пустым?» - задумавшись над этим, я долго подбирал, а что же вписать вместо этого. Альбедо хороша собой, но я не был ярым гетеросексуалом, просто никогда не пробовал искать интимной связи с мужчиной, как впрочем, и с девушками. Всегда хватало самоудовлетворения и возбуждали как мужчины, так и женщины, так что без разницы, лишь бы внешность соответствовала моим желаниям. «Безгранично и безрассудно любит Момонгу, с готовностью исполнит любое желание возлюбленного Господина». Усмехнувшись в реальности, хотя череп не может выражать эмоции внешне, я рассмеялся как в игре, так и в реальности. «Это всего лишь детская шалость, желание, чтобы кто-то действительно так без границ и рассудительности тебя любил. Впрочем, в этом может быть и недостаток, который я и поправил дополнительным предложением» - циничность и практичность никогда меня не покидала, в этом тоже было проявление моей бесчеловечности. Что впрочем, не мешало мне быть успешным в сфере бизнеса, где подобные качества на вес банкнотов из золота. -Вот бы снова прожить эти десять лет или каким-то чудом оказаться в мире Иггдрасиль навсегда. И так как я жаден, то забрать все сорок мировых предметов и богатства всего мира, - ироничная ухмылка озарила моё лицо, а в игре челюсть раскрылась для последующего смеха, который для людей прозвучал бы зловеще. * * * От третьего лица. В миг, когда звёзды сошлись и четыре ноля встретились, время замерло на короткое мгновение. Сервера отключились, но Сатору Судзуки услышал голос, который счёл за свой собственный внутренний голос. «А ты готов действительно стать своим аватарой? Проявить наружу свою нечеловеческую душу?» Слова отозвались в душе теплом, и Сатору мысленно ответил не громкое, но твёрдое «Да». Поскольку ответа не последовало, человек счёл, что это был плод его воображения, да и некогда было в дальнейшем задумываться об этом, ведь желание было исполнено. Однако первые мгновения в реальности Иггдрасиля, немного обескуражили попаданца. Если бы не пассивное умение нежити, подавляющее эмоции до минимума, наверное, Момонга повёл бы себя крайне истерично. -Что? Что происходит? – удивлённо воскликнул Момонга, осознавая, что что-то пошло не так, как с болью ожидалось. «У меня что галлюцинации? Кто смеет так шутить надо мной и моей болью? Стоп, а почему боль уже утихла? Только что я был на грани, и тут…стоп непись живёт своей жизнью?!» -Господин Момонга, что-то случилось? – обеспокоено спросила Альбедо, робко приподняв взор на Владыку Назарика. «Ну и хладнокровие у меня, однако, если то, что я вижу, правда, мне стоит лишь принять этот подарок. Боги, они же могут выполнять приказы как живые! Это же то о чём мы мечтали! Никакая программа не заменит подлинную жизнь!» -Да, Альбедо, подойти ко мне, - предвкушение прозвучало в тоне и властность от уверенности в себе. «Если это то, о чём я всю жизнь молился, мне не стоит сомневаться. Все страхи от человеческого прошлого, но я более не человек, я могущественный Высший Кровавый Лич!» - не заметил Момонга, как осознал себя «кровавым», но то было не столь важной деталью. -Да, Владыка, - лёгкая тень радости проскользнула в голосе стража, ибо Альбедо также предвкушала возможность быть ближе к объекту страсти и любви. Как только прекрасная суккубка оказалась напротив Повелителя Назарика восседавшего на троне более величественно, чем любой из королей, Момонга протянул руку, в которой держал посох гильдии Айнз Оал Гоун, и вещица воспарила неподалёку, костяшки пальцев коснулись перьев и, перемещаясь вверх, вовсе коснулись талии нимфетки. -Ах, Владыка, - восторженно воскликнула Альбедо, словно её вот-вот накроет волна оргазма, впрочем, такое утверждение было недалеко от правды. -Хм, стой смирно, - холодно повелел Момонга, но мысленно, лич усмехался, ибо это доставляло ему моральное удовлетворение эта маленькая и сладкая власть над могущественной и прекрасной суккубкой. Конечно, пассивное и не отключаемое умение нежити не позволяло эмоциям перейти определённый порог, но и этого было довольно, чтобы ещё немного помучить несчастную суккубу, ведь это настоящая пытка для живой плоти – дразнящее касание и невозможность получить разрядку. Огладив аппетитно упругое бедро, рука лича забралась под юбку одеяния, проникая между ляжек в самое сокровенное место, где было невероятно мокро и жарко. «Я лишён плоти, но все же каким-то образом способен воспринимать через не существующие органы чувств. Слух, зрение, возможно вкус, осязание и даже чувство тепла. Неужели всё это мне доступно лишь с фентезийной точки зрения, что я магическое существо. Боги, ваш подарок мне нравиться всё больше!» - радость Момонги была прервана задушенным стоном стража, который всё-таки испытала оргазм от его действий. -Я разочарован, ты так быстро кончила. А не в моих правилах продолжать, если партнёр уже получил удовольствие, - лёгкий укор был слышен в его тоне, но Момонга не всерьёз винил Альбедо, но на будущее ещё намерен научить суккубшу терпеть и ждать его команды. -Простите меня, Владыка! Ваша раба поступила непростительно, - Альбедо всё же приняла это за чистую монету, и была готова к любому наказанию, однако в тоже время в душе не жалела, ведь мгновение удовольствия от Его руки было высшим счастьем, маленьким сокровищем, и всё это огорчалось мыслью, что она чем-то оскорбила Его – владельца её души. -Ты вновь неверно меня поняла, Альбедо. И не считаешь ли ты, что лишь я имею права решать, какой проступок является непростительным? – Момонга решил сразу объяснить главе стражей, что она не имеет права судить о своих поступках, пока он сам не выскажет что-либо по этому поводу. -Да-да, Владыка. Молю простите, я лишь жажду служить вам и не разочаровывать вас, - отчаянно взмолилась демоница. -Я научу тебя и всех вас, мои стражи. А теперь, расскажите мне кое-что…кто я для вас, - милосердно промолвил Момонга, а затем задал этот животрепещущий вопрос. -Позвольте мне от лица всех стражей высказать их общие мысли? – робко обратилась Альбедо, ведь ещё свеж в памяти миг провала. Момонга молча кивнул. -Все стражи благодарны вам, Господин Момонга, за то, что не покинули нас, как остальные небожители! Мы все присягаем вам в вечной и безгранной верности. Молю, не сомневайтесь в нашей преданности! Наши души принадлежат вам! -Владыка склепа Назарик, лидер сорока Высших Существ, владелец наших душ, Господин Момонга! – воскликнули все стражи вместе со своим главой. Представление было невероятно пафосным и приятным, с одной стороны не сомневаешься в их словах, но с другой стороны они теперь живые, и что если однажды свобода воли расшатает те настройки, которые были перенесены в реальность? И как ответ на этот вопрос, все стражи сделали глубокий надрез на груди, отключив свою не человеческую регенерацию. Ощутив кровь, Момонга инстинктивно почувствовал, что должен сделать и просто сделал это! Он ментально стал тянуть их кровь, собирая в сферу, а затем, приоткрыв свою робу заклинателя, соединил с имеющейся под рёбрами алой сферой. В этот самый момент Момонга кое-что понял и осознал. «Этого не было в игре Иггдрасиль. Ах, впрочем, что это я пытаюсь опираться исключительно на него? Но что это такое? В игре это было лишь текстурой, которая создавала антураж страшного лича, но в этой реальности у текстуры появилось вполне ясное назначение!» Алая сфера была ни чем иным, как сбором неизвестно чьей крови, служившей ему сердцем и источником хит поинтов вместе с манна поинтами. Верно, если суметь навредить этому месту, можно нанести солидный урон. Однако сфера хорошо защищена не только прокаченным телом скелета, но и имела собственный магический барьер, который выдержит множество высокоуровневых атак магии и физики. А теперь к ней он присоединил ещё и кровь всех стражей. Теперь он яснее чувствовал каждого стража, как и Актёра Пандоры, который в данный момент был не среди стражей, а в сокровищнице. «Значит, они решили признать меня своим Творцом? Я получил больший доступ к ним, чем если бы оставался Главой Гильдии, теперь я Единоличный Хозяин всего что есть в склепе Назарик» Удовлетворённый этими мыслями Момонга расхохотался, невольно излучая ауру ужаса. Всегда, когда нежить испытывает веселье, она невольно вселяет и ужас в присутствующих, особенно если они из категории «живых». И этого Момонга ещё не осознал. -Что ж, теперь я безоговорочно верю вам, мои стражи…нет, дети мои. О да, и вы научитесь многому у меня, я обещаю быть хорошим учителем и достойным вашего доверия правителем! – привстав с трона и не без пафоса, но Момонга также поклялся им в ответ на их искреннюю клятву, так скажем не оставил их чувства без взаимности. -Да! – радостно воскликнули стражи. Вновь умостив свои кости на царском седалище, Момонга резко изменил своё настроение и тему. -А теперь, я хочу получить полный отчёт о состоянии гильдии. Её финансов и всех магических предметов. На всё у вас ровно час, время пошло, не тратьте его попусту! – отдав этот приказ, он не только занял своих неписей делом, но и себе дал время на раздумье. А размышлять лич телепортировался в свой родной кабинет, где заодно было зеркало дальнего видения. Нужно было осмотреть локации, если здешние земли и ландшафт так можно назвать. Всё же это более не игра, хотя многое оттуда перекочевало в реальность. Рядом с ним над душой стоял только Себас – дворецкий Назарика и левая рука Момонги. Он ни имел ничего против, да и в целом не обращал на старика никакого внимания, хотя будь это в реальности, максимально вежливо попросил бы удалиться. «Видимо нежити наплевать на то, что кто-то стоит за спиной. Воистину, будучи живым, был тем ещё параноиком» Дар с небес стал ещё более ценным подарком. Сколько не сравнивай, а для него сплошные плюсы быть личом в этом мире. К слову сам мир тоже оказался многообразным, хоть в чём-то и походил на Иггдрасиль. Но всё же оказалось, что тут три страны, подробности придётся дознавать от жителей. А ещё нужно проверить свою мощь. И при осмотре уже не дальних земель, а тех что неподалёку от Назарика, Момонга натолкнулся на совершенно…обычную картину? В какой-то деревушке происходила натуральная резня невинных жителей от рук рыцарей. Были ли это вражеские рыцари или их правители решили наказать непокорных селян? Неизвестно. «Однако, будь я человеком, не остался бы настолько равнодушен даже к крови, не говоря уже о том, как режут младенцев, беременных женщин, стариков и прочих жителей этой деревушки. Видимо мне совершенно всё равно. Но будет ли азарт и желание самому убивать? По логике нежить ненавидит суть жизни и жаждет её искоренить. Будь это так, я бы желал смерти моим стражам. Они живые именно из той категории живых, что и эти селяне, только уровень могущества разных у живых созданий. А живой ли я сам? Эта сфера крови, от которой я в высшей степени зависим. Что это такое? Почему я отчасти воспринимаю себя живым? Кажется, я признаю, что являюсь Высшим «Кровавым» Личом это в моём сознании столь естественно, как человеку дыхание. Похоже, это делает меня до селе неизвестным видом нежити. Это уже интересно. Это вызов! Совсем как в те дни, когда я только пришёл в Иггдрасиль. Я познавал для себя и эту игру и то, кем я играю. Я определённо хочу найти ответы путём проб и ошибок! Боги, как же это…весело! Я живу, я веселюсь, я могу взять от своего бытия всё, чего мне недоставало тогда…быть может то был страшный сон, а это реальность?!» Окрылённый этими мыслями, Момонга решил, что эта деревушка и тамошняя ситуация подходит, чтобы провести несколько экспериментов, а главное примерить на себя нетипичную роль спасителя. И это-то от лица нежити! Воистину это будет забавно! -Себас, вели Альбедо идти за мной в полной экипировке, а я отправляюсь немедленно, - отдал приказ Момонга, поднимаясь и беря в руку посох. -Будет сделано, Повелитель. -Врата, - скомандовал лич артефакту, используя посох как ключ доступа, в противном случае вызов врат был бы чуть более медленным. * * * Он появился вовремя, прямо позади двух юных крестьянок, двух сестёр. За ними гнались гнусные солдаты-разбойники. Подобно молодым волкам, их привлекал азарт погони и всесилие над слабым. Они так погрузились в своё развлечение, что забыли о том, что на запах бойни может прийти более сильный хищник. И такой враг прошёл сквозь магический портал, представ перед обмочившимися мужчинами, как смерть, пришедшая по их души. От ужаса сделали позорную лужу и две девчушки, замерев от страха на месте, но в обнимку друг к другу. -Хватка сердца, - Момонга начал сразу с любимого и эффективного заклинания высокого уровня, но враг пал в одно мгновение, и лич даже не успел, как следует прощупать сердце рыцаря. С руки лича капала кровь от раздавленного органа, приятно омывая кости. «Определённо кровь мне по душе» - сделал вывод Момонга. -Значит, нападать на слабых, так вы первые, но на тех, кто сильнее уже кишка тонка? Испробуем на тебе другое заклятие. Молния дракона, - с указательного пальца сорвалась белая вспышка молнии на миг формируясь в образ дракона и сожгла дотла противника. -Совсем всё печально. Насколько ещё мне понижать силу магии, чтобы узнать уровень их силы? – отчасти Момонга был разочарован, но с другой стороны со слабым противником и драгоценную манну тратить не надо, двоякое чувство, ничего не скажешь. -Рыцарь Смерти среднего уровня, - воззвав к силе призыва, Момонга направил свою волю на два мёртвых тела. Наличие мёртвых нужно, чтобы активировалось заклинание, но в Иггдрасиле тела не использовались, они просто должны быть, а здесь сила вселилась в тела погибших и появились Рыцари Смерти. «Внушает, но это также наводит мысль на ограничения. Если нет трупа, не будет и моей армии нежити. Досадно, придётся искать в памяти все заклятия массового поражения, чтобы сначала обеспечить себя трупами» - вполне логический вывод, но в такой не человеческой манере, хотя для Момонги это более ничего не значило. -Рыцари Смерти, убейте солдат в деревне. Крестьян не трогать! – отдав чётки приказ, Момонга снова слегка удивился тому, что воины убежали от него так далеко. В Иггдрасиле призванные монстры всё равно бегали в зоне видимости, атакуя лишь то, что им приказывают. «Что ж, я думал, что мне придётся их сопровождать, как в игре, но так даже лучше. Всё равно я не зря послал за Альбедо. Без сопровождения не останусь» В этот момент из портала показалась выше упомянутая особа. Демоница была облачена в элегантный, но полностью закрытый чёрный доспех. Естественно это был качественно зачарованный комплект брони, и в настройках этого НИПа было прописано умение обращаться с конкретным видом оружия и как сражаться в данной амуниции. -Подготовка заняла какое-то время, Господин. Я жду ваших приказаний, - сдержанно промолвила Альбедо, но от Момонги не укрылось, то с каким презрением та кратковременно посмотрела на двух крестьянок. -Наши враги – люди в доспехах. Я уже послал пару Рыцарей Смерти порезвиться… - поясняя положение вещей, Момонга прервал свои размышления вслух, едва его взор коснулся девушек, на одной из которых была глубокая рана. Крови вытекло уже не мало, но адреналин держал девушку в сознании. Достав из инвентаря, к которому он как глава гильдии имел особый повсеместный доступ, флакон с малым лечебным зельем, Момонга протянул его старшей крестьянке. -Выпей, тебе станет легче. -Я-я, выпью, но моя сестра, пожалуйста… - юная блондинка явно боялась, но пересиливала страх, однако руку старшей оттягивала младшая. -Сестрёнка, не надо! «С трудом вспоминаю, что означает эта реакция. Верно, я не выгляжу спасителем, скорее хищником, который отобрал добычу у более слабого охотника. И Альбедо в ярости, удивительно ощущать эмоции стражей. И всё после той кровавой клятвы» - мгновенный хладнокровный вывод помог Момонге быстро найти решение. -Если не выпьешь лечебное зелье, то очень быстро присоединишься к моему маленькому войску мёртвых, - лёгкая угроза, раз уж он для них враг, но в купе со словами, что эта жидкость излечит… кто знает, поймёт ли девушка, что ей хотели помочь, а не навредить. Без промедления старшая взяла и осушила флакон алой эссенции до дна, и сильно удивилась, когда боль в спине исчезла в одно мгновение. -Теперь, когда тебе не грозит переход за грань, поговорим. Ты знаешь, что такое магия? -Да, в нашу деревню приходит один целитель и использует магию, - робко ответила юная крестьянка. -Отлично, тогда объяснение будет ещё проще. Я заклинатель, хотя по расе и Лич. Впрочем, не важно. Промолвив несколько заклятий, Момонга создал защитный барьер, а затем бросил сквозь него пару магических предметов. То был низкоуровневый рог «генерал-гоблин», который призывал отряд гоблинов под предводительством генерала. Два таких рога могут запросто защитить и эту девушку и всю деревушку. Уровень рога был третий, Момонга надеялся, что и этот уровень достаточно весомая сила, ведь давать предметы более высокого уровня уже не позволяла жадность. Момонга предупредил не дуть в рог, пока он не уйдёт вместе с Рыцарями Смерти, в противном случае бедным гоблинам не сдобровать. -Спасибо большое! – искреннее воскликнув, поблагодарили крестьянки. –Молю, скажите своё имя! -Зовите меня Айнз Оал Гоун. Момонга решил так представиться лишь с одной целью – прославить имя гильдии. И кто знает, может кто-то из игроков Иггдрасиля тоже здесь? Но если нет, тогда всё веселье ему одному! Воистину если он умер в том мире и переродился здесь, то цена за такое счастье не велика, а равноценна. * * * А тем временем Рыцари Смерти всласть веселились, словно им как детям дали порезвиться на родном празднике. А для нежити нет более приятного праздника, чем убивать живых! — ОХХХХХХХААААААААААХХХХХХХХ! — Рев потряс окрестности. Это ознаменовало начало другой резни. Охотники стали добычей. Всех их просто переполнял ужас, но они даже не пытались бежать. Не из храбрости, ведь каждый был парализован страхом. Они так дрожали, что гремели доспехи. Верь они, что можно убежать — отчаянно побежали бы, спасая свою жизнь. Но они знали, что не могут сбежать. Это был центр деревни — деревенская площадь. Тут собрались шестьдесят людей, крестьяне, которых схватили и привели сюда. Группа детей пряталась за высоким деревянным постаментом. Некоторые из них держали палки, пытаясь защитить родителей, но не принимали боевую позу и из-за полного изнеможения палки были опущены. Никто не осознал, что случилось, столь невероятным это было. Никто не мог поверить своим глазам, что хорошо натренированного бойца в полном комплекте доспехов подбросило в воздух, ведь хоть и было возможно уменьшить вес магией, полностью его убрать было невозможно. Тот отлетел дальше, чем на семь метров, и приземлился с оглушительным грохотом, перестав двигаться. А на том месте, где он раньше стоял, была картина ещё невероятнее — там стоял ужасающий монстр-нежить, "Рыцарь смерти", он медленно опустил щит, которым и послал в полёт бравого рыцаря. И что хуже всего - их было двое! — Ааааааа! — раздался вопль. Один из окружающих площадь рыцарей не выдержал ужаса и с отчаянием попытался убежать. В таком состоянии было трудно и дальше держать построение, а с высоким напряжением окружение могло и вовсе рухнуть. Однако ни один рыцарь не попытался сбежать вместе с ним. Из-за того, что тотчас же с ним случилось. В уголке зрения каждого из примёрзших от страха рыцарей появился черный вихрь. Хотя у Рыцаря смерти было большое тело размером побольше обычного человека, он был невероятно подвижен. Убегающий рыцарь сумел сделать лишь три шага. Как только он собирался ступить четвертый шаг — его тело в блестящих серебряных доспехах было перерезано напополам. Отделенные правая и левая половины упали в разные стороны. Сразу же рядом распространился запах кислого газа, а в линии сечения разбросало розовые внутренности. — Гоовууувууувууу... — Размахивая волнистым мечом, забрызганный кровью "Рыцарь смерти" громко взревел. Это был крик наслаждения... Даже те, кто не видел его гниющего лица, знали — он наслаждается. Рыцарь смерти со своей подавляющей жаждой убийства наслаждался человеческой слабостью, ужасом и отчаянием. Рыцари держали мечи, но никто не смел атаковать первым. Оправившись от первого потрясения, они попытались атаковать, но даже когда меч проходил через защиту противника и удачливо по нему попадал, увы, поцарапать доспех не мог. А Рыцарю смерти даже меч использовать не понадобилось, он одним щитом послал многих рыцарей в полёт. Мало того, удар не был смертельным. Оно намеренно открывалось, желая не более чем "поиграть". Было очевидно, что Рыцарь смерти хочет насладиться их схваткой за жизнь. Лишь когда рыцарь пытался убежать, Рыцарь смерти становился серьезен и наносил смертельный удар. Им хватило увидеть это дважды, чтобы понять, что Рыцарь смерти не желает давать им уйти, никто не посмел попробовать снова. Их атаки были неэффективны, а попытка сбежать означала мгновенную смерть. Оставалось лишь одно — играть с ним до самого конца, до своей смерти. Хотя на всех них были шлемы, полностью скрывающие лицо, сейчас уже все должны были осознать свою судьбу. Эти взрослые мужчины заплакали, как дети. Они пришли запугивать слабых, но никогда в жизни не могли представить, что их постигнет та же участь. — Бог, пожалуйста, спаси... — Боже... * * * При помощи магии «полёта» Момонга медленно воспарил ввысь к небу. Вскоре к нему подлетела Альбедо. Вместе они летели на звуки бойни, средь которых был и звук рога, командующего отступление. — ...Рыцарь смерти, если рыцари ещё живы, не убивай их. У них всё ещё есть определенная ценность. Рыцарь смерти выслушал приказы Айнза и подчинился команде. Однако то, что Рыцарь Смерти чувствовал, когда ответил на свой новый приказ, было довольно трудно описать. Но если кратко «грусть». Пока Момонга летел, он быстро проанализировал этот аспект и понял, что вообще-то был солидарен с Рыцарем Смерти, что было бы правильно продолжить резню, однако, мышление Айнза отличалось от стандартов типичной нежити и только поэтому тот не был заложником своей новой расы. «Главное не быть заложником своей расы. Это касается всех, если припомнить, то люди тоже скованы своими цепями. Как хорошо, что пусть и немного, но я отличаюсь от стандартных видов Высшей нежити». К концу размышлений, Айнз долетел до центра деревни, воспарив над замершим на месте Рыцарем смерти. Момонга быстро посчитал умерших и посмотрел на четырех выживших рыцарей, которые едва двигаться могли. Выжило больше, чему ему было нужно, впрочем, будь их даже ещё больше, ему было бы всё равно. Аинз, в сопровождении Альбедо, медленно опустился на землю. Рыцари были ошеломлены их прибытием. Они, очевидно, ждали подкрепления, но пришли не те, кого они хотели видеть, их надежды полностью разрушились. — Это наша первая встреча, почтеннейшие рыцари, меня зовут Аинз Оал Гоун. Никто не ответил. Но можно было услышать звон металла, то стучали части доспехов, от сильно дрожжи закалённых воинов, в приступе страха и паники. — Если сдадитесь, сможете сохранить себе жизнь. И, может быть, сражаться в другой день... Один из мечей тут же упал. Вскоре неряшливо упали все четыре меча. Никто не промолвил ни слова, лишь тяжёлое сбитое дыхание доносилось до незримых ушей Айнза. — ...Вы выглядите уставшими. Но учитывая, что вы стоите перед хозяином Рыцаря смерти, вы, кажется, держите голову высоковато. Рыцари быстро стали на колени и низко опустили голову. Они не выглядели как рыцари, кланяющиеся своему королю, они выглядели как заключенные, ожидающие казни. — ...Я позволю вам уйти, сохранив свои жизни. Но я хочу, чтобы вы пошли к своему хозяину и передали сообщение, — Аинз применил облегчённую версию заклятия «полёт», подлетел к одному из рыцарей, и посохом поднял голову мужчины за подбородок. Вглядываясь в напуганные мокрые от слёз глаза своими красными точками из тьмы, не громко прошептал почти над ухом: — Не вызывай здесь никаких проблем. Если не послушаешь моего совета, в следующий раз ты станешь моим слугой, а твоя страна склепом вокруг которого будет одна общая могила. Едва Момонга сделал шаг назад и провёл жест рукой, как рыцари тут же пустились наутёк, забыв обо всём, бежали сломя голову. «Как же велик соблазн послать Рыцаря Смерти добить их или самому принять участие. Но нет, есть более важные дела» - совершенно неожиданно, но Айнз почувствовал этот позыв, вероятно, это и есть естественное желание, даже не так - подавляющая жажда нежити охотиться и убивать живых. «Впрочем, наградой мне будет вся кровавая дань, которую выбил из живых мой рыцарь» - в подтверждения мыслям, Момонга воззвал к крови, что пропитала эту землю, и вытянул её всю, как павших рыцарей, так и невинных крестьян. Все присутствующие созерцали, кто со страхом, кто с благоговением, на то, как Высший Кровавый Лич своим костями поглощал кровь, которая поднималась с земли, движимая его зовом. «Я ощущаю не только приятное чувство, но и…верно, если у меня останется мало здоровья и манны, я могу вот таким вот образом восполнить эти потери. Но куда же я дел этот ценный ресурс? В пустую?» - удовольствие и радость едва не сменилась горечью, но ответ успокоил душу Айнза. Снова сфера крови в центре грудины Момонги дала о себе знать. Хоть кровь и прошла через кости лича, даруя наслаждение, но в итоге сконцентрировалась внутри сферы, а там похоже перешла в режим резерва. «Нужно где-нибудь получить урон, чтобы проверить догадку. Возможно, чем больше этой крови, тем выше временно моя регенерация!» - вывод казался вполне разумным, но требовал проверки. «Если у врага смехотворный урон, придётся требовать подобного от Альбедо. Ах, ведь будет истерика, она не сможет вот так запросто поднять на меня руку» - ощутив фантомную головную боль и раздражение от мысли, что при всей преданности ему вряд ли кто поможет с экспериментом такого рода, Айнз вновь был благодарен пассивному умению нежити и всё как рукой сняло. Осмотревшись, и видя лишь страх в глазах селян, Момонга задумался, в какой формулировке ему объяснить им, что опасаться себя не стоит. «А ещё они видели это кровавое представление. Опрометчиво. Впрочем, почему я должен заботиться о том, что обо мне подумают? Да, будет сложнее контактировать, но что мне до этого?» - зло цинично решил всё Момонга. -Кто из вас старейшина этой деревни? – задал вопрос Момонга громко и властно. Некоторое время не было никакой реакции, все просто тряслись от страха и никто не собирался давать ответ нежити. Кто-то сзади даже пытался сбежать ползком, прикрываясь теми, кто не мог от страха даже вдохнуть свободно. -Пожалуйста, не усложняйте ситуацию и не пытайтесь бежать. Если вы не намерены идти на диалог, то в качестве платы я возьму ваши души, - вот так парой реплик Момонга прервал даже самые смелые попытки побега на корню. -Я старейшина, сэр - не выдержал старик и решил поверить, что нежить просто хочет поговорить. -Прекрасно. Могу я узнать ваше имя и где бы нам уединиться для разговора об оплате? – на черепе этого не видно, но в голосе прозвучала радость и облечение, Момонга был доволен, что нашлась крупица смелости у этого пожилого человека. -Меня зовут Малес. Прошу за мной, господин Гоун, - то, что человек ещё и запомнил его имя, когда тот представился, внушало уважение. Когда человек напуган, последнее что он запомнит – имя, и, конечно же, маловероятно дождаться какой-либо вежливости от напуганного зверя, пусть и столь разумного, как человек. «Однако, как я циничен стал. Сам был человеком, прекрасно помню, понимаю, но…более не ощущаю и не соотношу себя с людьми. Немного смущает, что трансформация прошла так быстро, хотя с другой стороны и головной боли меньше» - пока Айнз размышлял, старейшина привёл гостя к своему дому, одному из немногих не разрушенных и не подожженных. -Господин Гоун, простите старика за дерзкий вопрос, но какой резон Вам спасать живых? – человек одновременно боялся и в тоже время был готов, что его убьют, но ответ его интересовал почему-то больше собственной жизни. -Смелый вопрос. Наверное, вы задали его потому, что интуитивно видите моё отличие от общеизвестной нежити, хотя я сомневаюсь, что ваше познание нашей иерархии так высоки. Из мне подобных, я, мягко говоря, белая ворона. Я понимаю мышление живых, в особенности людей. Кроме того я один наделён любопытством. Пока мне интересно, я могу сколько угодно даже не думать об охоте за душой живых. Другие Высшие Личи вряд ли столько же продержаться, сколько и я, - уклончиво ответив, Момонга дал понять, что является этаким изгоем своего вида. -Пожалуй, я даже обрадую вас. Но я давно не видел своих сородичей. Я в этом уверен, ибо мы способны чувствовать друг друга на определённом расстоянии, - Айнз не лгал, но в этом и не было правды. Это был неподтверждённый факт, что других Высших Личей нет в этом мире кроме него. Но пока что это факт. -Я понял вас. Но что вы хотите в качестве платы? – покорно опустив голову, заодно пряча взгляд полный страха и дабы случайно ещё раз не взглянуть на эти две алых точки в кромешной тьме глазниц. -Я вновь не буду банален, но информацию. Дело в том, что я недавние несколько лет провёл в затворничестве в своём склепе и, так вышло, что ко мне не поступала информация о происходящем в мире. В том числе, мне было интересно проверить, чего достигли люди. Но как выяснилось, моё колдовство всё ещё опережает возможности человечества. А раз так, сражаться не особенно-то и интересно. Расскажите всё что знаете о своей стране, в особенности мне интересно какой политики придерживается ваш Король. И кто были те, кто на вас напал. Заваленный тонной вопросов, старейшина Малес в поте лица умственных усилий и страха отвечал столь подробно, как мог. К сожалению, малообразованный селянин в глухой деревушке не смог поведать достаточно информации, но и эта кроха в купе со смелостью мужчины – уже что-то. -Благодарю, было интересно, хотя и мало. Но ничего, я найду новых информаторов. В этот момент мужчина напрягся, поскольку такой тон заранее настраивал на что-то нехорошее, даже если собеседник не имел ввиду ничего плохого. Айнз это заметил и мысленно усмехнулся, но в тоже время поспешил успокоить нервного старика. -Однако, у меня есть к вам интересное предложение. В обмен на защиту, я бы хотел, чтобы люди этой деревни сделали над собой усилие и перестали меня бояться. Понимаю, это противоречит здравому смыслу, но разве у вас есть альтернативы получше? Как я понял, собственному королевству некогда защищать мирян, - дьявольски хорошо поставленная речь не дала даже шанса отказаться. Вернее не так, отказаться-то можно, но предложение звучало столь заманчиво, логично и интересно, что вероятность отказа снизилась до минимума. -Это щедрое предложение, господин Гоун, но чем вы будете нас защищать? – Малес недаром поинтересовался о способе защиты. Если это будут Рыцари Смерти на подобии тех, что всё ещё стоят на площади, то это вызовет немного беспокойства у жителей, хотя и послужит стрессовым фактором, к которому нужно привыкнуть. -Есть у меня на примете вид монстров, которые специализируются на маскировке, так они будут охранять границы и стеречь покой в самой деревне, не появляясь перед потенциальным врагом, дабы застать его врасплох. Кроме того я также наложу несколько заклятий, которые предотвратят незаметный приезд в деревню заклинателей. То есть они не проникнут сюда незамеченными, чтобы натворить беды с помощью магии. В будущем, может, ещё чем-то укреплю оборону, пока идей нет, поскольку даже не знаю с чем можно столкнуться. И если дело примет оборот серьёзной войны, тела в могилах могут подсобить и пополнить ряды моей нежити, - последнюю фразу Момонга невольно промолвил жутким тоном, подкрепленным аурой страха - первого уровня. Старик схватился за грудь и едва не рухнул на пол, но Момонга подхватил его тело и от беспокойства отключил ауру также бессознательно, как и включил. Существовало пять уровней этой ауры. Самый последний уровень равным врагам наносил ощутимый урон. «Нужно научиться определять уровень живых. Вдруг и первого уровня слишком много?» - забеспокоился Айнз увидев, как старика чуть не хватил инфаркт от страха. Усадив бессознательного старика на кресло, Момонга достал артефакт, который помогал снимать негативные эффекты и прикоснулся им ко лбу Малеса, тот час спящий человек задышал ровно и спокойно, словно просто спал. -До чего же вы хрупкие, но от того всё более соблазнительно. Не могу поверить, но даже крошечный позыв предстать пугающее отразился таким образом. Хотя я недавно хвалился, что отличаюсь от нежити, подобной мне. Наверное, я всё-таки лгал сам себе, да так убедительно, что уже сомневаюсь. Ладно, сначала я найду способ, как определять ваш уровень и проэксперементирую на людях этой деревни до какой степени мне стоит контролировать себя. Бессмысленные смерти мне ни к чему, поэтому придётся попотеть. Но разве не интересно исследовать? Да, утомительно, но надеюсь, что результат окупит мои труды, - поразмышляв так немного вслух, Момонга достал другой артефакт из инвентаря и с его помощью привёл старейшину в сознание. -А? Что произошло? – обеспокоенно промолвил старик, с трудом припомнив события, но не удержался и обмочился при первом же взгляде на величественного и ужасающего лича. -Мои извинения, похоже, я недостаточно хорошо запечатал ауру, которая повлияла на вас несколько негативно. Вы упали в обморок. На сей раз я более уверен, что случайностей не будет, - промолвил всё в успокаивающей манере, Момонга показал браслет. Безделушка была самой обычной, но она нужна была для веры Малеса, что этот артефакт сдержит ауру лича. На самом деле её сдержать невозможно ничем, кроме собственно воли Айнза. Если он пожелает, она будет бушевать на полную силу, если же нет, то никто никогда не узнает, что лича может окружать что-то подобное. -Что ж, мне понятно, почему вы хотите, чтобы мы не боялись вас. Вы и сами хотите научиться быть среди людей, верно? Смелая догадка была не далека от реальности, но всё же это не прямое попадание в суть. -И это тоже, - согласился Айнз, не видя причин отрицать. -Тогда я поговорю с жителями. Думаю, что уже завтра мы будем готовы учиться смотреть на вас не как на врага. Тем более это резонно, ведь вы наш спаситель! – Малес стремился придать себе в душе оптимистичности, но выходило пока крайне слабо, как потуги младенца. Оно и понятно, вера в добро от лича только-только рождалась, как крошечный огонёк свечи, главное собственными действиями не погасить её в зародыше. «Это можно сделать в любое время, куда сложнее сотворить противоположный эффект» - Айнз мысленно указал сам себе на эту точку зрения. -Что ж, тогда до скорой встречи. Мне ещё необходимо закончить дела в склепе и позвать слуг, которые с завтрашнего дня займут свои места для защиты деревни Карн. Но едва они вышли из дома старейшины, как один из селян обеспокоено подбежал к ним и сообщил Малесу, что к деревне едет порядка пятьдесят конных всадников и пока неясно - какую страну представляют эти гости. Будут ли они как те мерзавцы из Империи Багарут, или уже собственная страна прислала головорезов, а быть может Теократия Слейн? Да, поди и разберись… -Полагаю, отъезд домой отменяется. Тогда мне придётся призвать их прямо сейчас, - на самом деле они уже были здесь, среди теней, незаметны благодаря навыкам маскировки, но Айнз специально нагонял пафоса. -Но быть может, опасения поспешны, раз их всего пятьдесят. Воинов Багарута было намного больше, - непонятно кого пытался успокоить Момонга, просто рассуждал мыслями вслух. Вскоре воины въехали в деревню и так как никто из них не проявил агрессии к мирным селянам, а их командир явно двигался на встречу к старейшине, Момонга пока что велел монстрам кинжалопаукам не рыпаться и ждать прямого приказа. Лидер всадников был обеспокоен, но судя по тому, как беспокойство не переросло в страх и панику, Айнз сделал вывод, что мужчина обладает некоторой выдержкой и рациональным умом. -Вы старейшина? – спросил воин. -Да, а вы, сэр? – ответил Малес, и с каждой секундой становился всё радостней и радостней. -Я капитан особого взвода королевской стражи, Газеф Строноф, - представился тот, достойно держась всем телом. -А кто вы? – тут же поинтересовался Газеф, обращаясь к личу. -Моё имя Айнз Оал Гоун. Как вы, наверное, поняли, я Высший Лич, но я также заклинатель. До вашего прибытия я отбил атаку рыцарей Багарута и в данный момент мы договариваемся о том, чтобы в дальнейшем мои чары оберегали деревню Карн, - получился какой-то частично отчёт о деятельности, но Момонга счёл, что пусть лучше этот капитан узнает побольше и умерит своё беспокойство по поводу присутствия нежити среди живых. -Понятно, - Газеф спешился и подошёл к чародею с довольно спокойным душевным состоянием, а затем взял костяную руку, пожимая так, как принято у людей. –От всего сердца благодарю вас, что встали на защиту деревни. Без вас, мы бы нашли здесь пепелище. Стыдно признавать, но вельможи нашего королевства медлительны в вопроса о защите таких деревень как эта, - пылка и искренняя речь вызвала сильное изумление у Момонги, что отразилось на его алых точка в глазницах, которые засияли ярче и стали чуть больше обычного. -Такой искренней благодарности я не слышал ни разу за всю свою вечную жизнь, - всё было правдой, кроме слов о вечной жизни, скорее вечное задроство, вечерами и ночами напролёт в мморпг Иггдрасиль. -Мне было очень приятно, господин Строноф, но впредь хочу вас предупредить, не стоит касаться костей высшей нежити. Обычно у них активен пассивный навык отравляющий всё живое к чему тот прикасается. Но я исключение, господин Малес не даст соврать, - на ряду с ответной благодарностью, Момонга не просто так выдал такой секрет, ему понравился этот человек и лич не желал ему смерти, поэтому пусть лучше лишний раз не касается даже его самого, поскольку в следующий раз он может забыть отключить этот негативный эффект. -Ах, простите. Эмоции затмили мне разум. Я прекрасно помню, что контакт с любой нежитью не несёт ничего хорошего, однако, желание поблагодарить перекрыло весь здравый смысл, - было видно, что Газефу очень стыдно, ведь этот человек выжил во многих схватках, лишь потому, что никогда не терял бдительности, и тут банальное чувство благодарности едва не отправило мужчину на тот свет. -Понимаю. Впредь, берегите себя. Мне по душе общение с такими людьми, и естественно общение намного приятней пока они живы, - двоякая речь, однако, не сильно-то и смутила слушателей. -Капитан, наши дозорные заметили отряды магов, прошу идти за мной, вы нужны нам! – воскликнул один из солдат, опасливо озираясь на лича. -Кажется сегодня неудачный день, невозможно уйти в родной склеп и заняться другим делом, - слегка раздражённо промолвил Айнз, но дальше лёгкого раздражения эмоции не поднялись. –Посмотрим на этих самоубийц, а быть может они даже помогут мне размяться, - вымолвил мысль вслух, следуя за Стронофом. Наблюдая из-за укрытия, они вместе оценили то, насколько опасен противник. По оценкам Стронофа всё хуже некуда, но сам Момонга не видел ничего опасного. Призванные Ангелы – монстр Иггдрасиля, по памяти не были выше десятого уровня. При имеющемся сотом это просто смехотворно! У него все параметры на максимуме, есть активные пассивки на иммунитет к урону от слабых противников и даже ауры которые могут просто на месте убить подобную шваль. «Но если я уберу пассивку на иммунитет, тогда я хотя бы впервые смогу ощутить, что такое урон, а главное испытать усиленную регенерацию от крови, что храниться в резерве» Сложившаяся ситуация определённо была заманчивой. Позволив Стронофу сделавшему свои выводы побежать и геройствовать, Айнз незаметно нацепил на человека заклятие, которое вскоре позволит ему поменяться с ним местами и заняться противником лично, пока Газеф будет лежать в лазарете и отдыхать. «Выжить должен только ты, твои подчиненные пусть лучше послужат материалом, который я перенесу в Назарик и когда понадобиться, задействую для поднятия нежити, возможно, даже высокого уровня»