Прости, что я не гей

      Каждое его прикосновение заставляло Донхёка вздрагивать от удовольствия и мурлыкать. Его нежные губы накрывали его, а руки ласкали румяные щеки, тонкую шею и крепкую грудь... Ли хотел, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Но как бы он этого не хотел, у всего есть свой конец. Однако, если судить со стороны, то кажется, что именно их история не видит конца ни в ближайшем, ни в дальнейшем будущем. Всматриваясь в эти карие глаза, в которых отражался весь свет ночного города, он чувствовал, как ещё глубже вязнет в любви.       Ещё чуть-чуть — и он задохнётся от первой любви в свои семнадцать лет.

***

      — Эй, Донхёк, как насчёт свиданки вслепую? — заявил Донхёку его одноклассник.       Это предложение показалось ему диким и пугающим. Он никогда не доверял ему и чувствовал подвох в его словах, однако, тот так увлекательно разъяснял суть ситуации, что появлялся большой интерес, от которого хотелось сказать несколько раз "да", несмотря на ежедневную занятность. Но после нескольких минут сопротивления, Донхёк крикнул ему на ухо: "да отъебись ты от меня, наконец. Согласен я!". Лицо одноклассника засветилось от этого заявления Хёка, и в тот час же он дал ему адрес старого кафе, назначил число и время. По его словам, Хёк должен будет встретиться с милой девушкой: она довольно привлекательная, имеет неплохой вкус в моде, следя за последними новинками сезона, а её гладкие светлые волосы слегка достают до плеч, идеально гармонируя с яркими, выразительными глазами, заглядывающими прямо в душу; занимается она плаванием, участвуя при этом в различных соревнованиях. Донхёку, конечно же, описание показалось хорошим, даже, сказал бы, первоклассным, и появилось ещё больше желания встретиться с этой красавицей.

***

      Толкнув дверь вперед, Ли перешагнул порог кафе, в котором и была назначена встреча, где-то сверху зазвенели колокольчики. Но пустота в нем отталкивала его. Он думал, что зашел не туда, однако адрес совпадал, а времени было довольно много. Хёк прошелся и сел возле окна за небольшой покрытый лаком деревянный столик, предназначенный только двум посетителям.       Он сидел неподвижно, смотря в окно и плотно прижимаясь к стене. И ждал её, ждал до последней минуты. Но она не пришла. Было обидно, но в то же время, вроде бы, и хорошо, ведь он даже не знает её, что она из себя представляет. Если бы не этот одноклассник, который предложил свидание вслепую, то был бы уже давно дома и в приятном одиночестве смотрел сериал за чашечкой горячего шоколада, который им принято пить только зимой, однако, в теплое время захотелось чего-то необычного. От окна исходил прохладный, но довольно терпимый, можно даже сказать, приятный воздух, который появлялся в результате неощутимого удара ветра в стекло. От него не хотелось убегать в сторону, подальше от нападения природного явления. А наоборот, прижаться сильнее к окну и закрыть глаза, чувствуя себя в безопасности.       Возмущенно посмотрев в последний раз на часы и недовольно фыркнув, Донхёк встал и вылез из-за стола, повернувшись спиной к выходу, поднимая упавшую кофту.       — Простите, — он услышал мужской приятный голос и его сбитое дыхание. Видимо, куда-то торопился. Повернувшись, Донхёк столкнулся с милым парнем, обладателем кудрявых светлых волос и красивых глаз, смотрящих прямо в его душу, словно метко целились дабы убить жертву. — Вы Донхёк?       — Да, а Вы?.. — с подозрением посмотрел на него.       — Прошу прощения. Я опоздал на свидание.       Донхёк приподнял брови, ровно изгибая их в дуги. Он пытался перезагрузить свой мозг, чтобы он продолжил усваивать новую и довольно забавную информацию. В мыслях промелькнуло, что незнакомец тоже пришёл на свидание в слепую и также не смог найти девушку, тем самым приняв Донхёка за неё. Однако тот факт, что он знает его имя, не давало покоя — по спине пронесся холодок. Незнакомец указал на стол и наклонился, предложив Донхёку сесть первым. Не отводя глаз от него, он и сел, ожидая с жутким интересом продолжения.       — Меня зовут Минхён, приятно познакомиться, — он не сводил с него взгляда и на ощупь притянул к себе меню. — Ты уже что-то покупал? Будешь что-нибудь? Я плачу.       — Э... нет, я уже сыт, спасибо, — солгал Хёк, даже не краснея. Ему было неприятно осознавать то, что какой-то парень будет платить за него, при этом называя их встречу свиданием. — Послушай, это какое-то недоразумение.       — В смысле?       — Как "в смысле"? Я как бы пришёл на свидание вслепую, ожидая симпатичную и талантливую девушку.       Марк скромно засмеялся, спрятав улыбку за слабым кулаком. Его плечи еле дрожали, чтобы не засмеяться.       — Нет никакой девушки, — Донхёк вопросительно взглянул на него и преподнес край своего стакана к губам, который ещё остался до его желания уйти. — Это был сайт для геев, где и познакомился с твоим одноклассником, — Ли сделал глоток, но уже был готов выплюнуть жидкость обратно, но сдержался, закрыв рот ладонью и после с трудом проглотив.— Но, к сожалению, он не смог прийти на свидание, так что пообещал познакомить меня с очень интересным человеком.       Локти его рук упёрлись о стол, а ладони расположил на подбородок и щеки, удерживая так свою голову. Таким образом глаза опустились ниже и смогли взглянуть в удивленные карие пуговки Донхёка. Его улыбка нежно расплылась по лицу, вспоминая план друга по интернету, как он решил обмануть любимого одноклассника, лишь бы тот согласился. Что и, в общем, удалось.       Донхёк накинул лямку сумки на плечо и стремительно встал, чтобы поскорее добежать до выхода и сбежать из этого дурдома, но Минхён следом встал и потянул его обратно за руку.       — Дай мне шанс. Вот увидишь, всё не так плохо, — Донхёк напрягся, чувствуя отвращение от одного прикосновения парня, и попытался вырваться, однако попытки оказались напрасными. Он расслабился и вернулся на место.       Общение складывалось поначалу не очень. Ясен пень, ведь мало кто сможет смириться с тем, что придется сидеть с геем за одним столом и общаться на странные для натурала темы. Но Марк пришел в кафе уже с открытыми дверьми сердца, готовый впустить малознакомого, но симпатичного парня в свою жизнь. По его улыбке, глазам, голосу, даже по поведению было заметно, насколько сильно он хочет испытать любовь. И это пронзило Донхёка. Он заметил, как тот искренне ведет себя рядом с ним, сдержанно и мило, пытаясь показать только все свои лучшие качества. Ему показалось, что был бы не против иметь такого друга. Но об этом даже речи не может идти. Минхён только желал интимной близости, а не простые переписки и разговоры, что напрягало Хёка. Казалось, что от одной мысли о сексе с парнем в желудке все скрутится, и он побежит в туалет блевать. Однако он держался, пытался не показывать свои истинные эмоции Минхёну.       Время подходило к вечеру. Минхён, как и обещал, заплатил за перекус, и они вышли из кафе сытыми и вдоволь наговорившимися, что даже никто из них не мог найти новую тему для разговора. Как изначально было спланировано, парни направились в сторону парка, куда приехали аттракционы, столь популярные сейчас среди молодежи. Открытие мероприятия было как раз через несколько минут, но они не торопились, ведь это было ни к чему. Солнечные лучи тянулись к верху, но солнце тянуло их за собой, говоря, что уже давно прошло их время, и пора освобождать место ночной покровительнице, дарящей людям серебряный свет, который освещал темноту. Машины давно включили фары, фонари загорелись, и витрины магазинов так же отдавали свет, падающий на тротуар, — где бы ни были, везде есть то, что осветит даже самые темные закоулки. Но чем ближе парни подходили к парку, тем светлее было. Казалось, парк — единственное место, где можно ощутить резкую смену времени, словно настал день. Каждый аттракцион горел разноцветными огоньками, ослепляя глаза людей, а громкий бит музыки и разговоры людей били по барабанным перепонкам. Каждый пытался перекричать друг друга, чтобы услышать, что рассказывает говорящий.       — Какой аттракцион предпочитаешь? — громко спросил Минхён.       — Думаю, никакой. Куда не посмотри, везде есть что-то связанное с высотой, — Донхёк дернулся и оглянулся по сторонам в поисках чего-то безопасного.       — Высоты боишься? — в ответ кивок головой и краткое мычание.       Минхён обнял его за плечи, и тот было хотел отпрыгнуть, но тут все внимание привлек заглушающийся людскими криками плач. Донхёк замер на месте и ушел на время в себя, находя среди облаков фрагменты из прошлого.       Маленький мальчик сидит на обочине и заливается слезами, громко плача в одиночестве. Ему было тогда лет пять, никак не меньше, — это Донхёк помнит хорошо, особенно, свои чувства, испытанные в тот ясный и жаркий день. Он сидел и говорил "мама", надеясь, что она вот-вот увидит любимого сына, прибежит и обнимет. Но та совсем забыла о нем.       Когда Ли повертелся в поисках источника детского плача, он заметил девочку, прижавшую коленки к груди и опустившую в создавшийся кружок голову. Минхён уловил в Хёке его встревоженный взгляд и расслабился. Донхёк спокойно подошел к ребенку, оставив того позади.       — Девочка, — он коснулся её плеча, отчего она испугалась и отползла подальше в сторону. — Не бойся, — продолжил спокойным голосом Ли, внушающий частичку доверия. — Ты потерялась? — она кивнула головой и протерла красные опухшие глаза.       — Тогда вставай, пойдем искать твоих родителей, — заявил Минхён.       Донхёк встал и возразил против. Он посчитал, что гулянья по парку бессмысленны, ведь они могут как встретиться, так и пройти мимо родителей, так и не заметив друг друга. Но в этом и есть своя правда. Такими темпами они никогда не смогли бы найти нужных им людей. Тогда Минхён тяжко вздохнул и сел рядом с девочкой, пытаясь с ней заговорить. Донхёк присоединился к ним, и все втроем разговорились о всяком, чтобы хоть как-то отвлечь девочку от дурных мыслей и от беспрерывных хныканий. Сначала её было трудно разговорить, но потихоньку она раскрывалась чужим ей дяденькам, свободно улыбаясь своей детской улыбкой во все неполные тридцать два зуба, демонстрируя щели после выпавших маленьких клыков. Мокрые дорожки на щеках высохли после целых ручейков соленой воды, и глаза блестели от счастья, слушая смешные шуточки от двух парней. Они выглядели со стороны так, будто знакомы уже вечность. Будто раннее знали интересы друг друга и знали, о чем позволено говорить, а о чем нет, мысленно контактируя друг с другом. Им было весело. Донхёк улыбнулся и посмотрел на Минхёна, вытиравший с глаза слезинку, которая появилась в процессе смеха. Его щеки приподнимались от широкой улыбки, и нижние веки закрывали глаза, делающие их уже, но когда он успокаивался, и веки рассоединялись, в зрачках отражались огоньки. Казалось, будто они горят от веселого времяпровождения. И вот именно тогда Донхёк почувствовал в своей груди, как что-то екнуло. Кровь ударила в голову, и щеки покрылись красным оттенком, придавая телу больше жара. Он тут же отвел взгляд в сторону, но взор упал на женщину, стремительно бежавшую в их сторону, стуча каблуками по асфальту. Она остановилась напротив и приложила к груди руку, пытаясь успокоить сердце, сбесившееся от страха и физической нагрузки, и отдышаться. Ее глаза моментально наполнились слезами, и она упала на колени, прижав к себе девочку.       — Как же я напугалась. Мама с тобой.       Донхёк ухмыльнулся и встал с места, мотнув головой в сторону, намекая таким образом Минхёну, что им пора идти. И он послушно последовал за ним.       — Спасибо большое, — послышался женским голос позади.       Обернувшись, Донхёк увидел рядом со своей матерью девочку, которая махала ручкой и кричала невнятное "пока" несколько раз. И он помахал ей в ответ, неосознанно улыбаясь.       После пятнадцатиминутной прогулки по парку, парни купили себе сладости, чтобы просто заполнить свои рты чем-нибудь и пожевать, и сели на скамью, уединенную от общества за забором парка. Однако разговора так больше и не было между ними. Им обоим было неловко молчать, но и не знали, о чем бы сказать, будто закончился список вопросов, которые можно было бы еще задать собеседнику в случай неприятной, напряженной тишины. Донхёк перебирал все возможные предложения вплоть до "какой у тебя размер ноги?". Но все он опровергал, понимая, насколько все это тупо. Куртка Минхёна зашуршала, и из кармана вылез телефон, освещающий милое лицо старшего.       — Кажется, пора идти домой, — сказал он, не отрывая глаза от экрана мобильного. — Я так понимаю, что мы встретились в первый и в последний раз, верно?       В его голосе слышалось столько грусти, сожаления и печали, что не смог Донхёк просто проигнорировать. Почему-то он почувствовал, что виноват перед ним, но сказать "прости, что я не гей" тоже неприлично. Минхён встал с места и пошел вперед, сказав прощальные слова напоследок, не оборачиваясь к нему лицом.       — А ты ничего так! — выкрикнул Хёк и тут же замолк. — Ну... я имел в виду, что... я был бы не против встретиться ещё.

***

      И их встречи продолжались, казалось, ежечасно. Они были везде вместе, словно жить друг без друга не могут. И это сыграло свою роль.       Марк прижимал Хёка к себе все ближе и ближе. Так, что тот просто не имел возможности вырваться из удушающих объятий. А затем и лицо покрывалось нежными поцелуями, чтобы затем ощутить на своих губах сладость его уст. Головы кружились от передоза ласк. Каждое прикосновение друг друга сводила их с ума, словно на покрове имеются маленькие пузырьки наркотиков, обменивающиеся между собой и впитывающиеся в тела новых хозяев.

"Я не гей", — твердил он ему. Но кого же обманывать?