Вместе, через века.

      Девушка сидела на качелях и плела венок. Ее волосы, которые, казалось, были уже длиннее ее самой, медленно колыхались в воде. Девушка плела венок из синих цветов-кристаллов с ярко зелеными перьями-листьями: ей нравились эти цветы даже несмотря на запрет создателя.       "Арум, ты опять ослушалась." в голове возник знакомый голос, девушка подняла голову, дабы встретиться глазами с собеседником.       "Ты опять намочила волосы, я говорил тебе собирать их в хвост когда идешь качаться над водой."       "Я не хотела, мне и так нравится" - девушка отвела взгляд, вновь вернувшись к своему занятию: венку.       "Я говорил тебе произносить слова вслух, тебе будет сложно общаться с остальными если не привыкнешь, к тому же я просил тебя не выносить цветы из темноты"       "Я хотела сплести венок, к тому же ты мало чего мне разрешаешь, зачем вообще это слушать" - Говори ВСЛУХ. - громкий голос собеседника разорвал тишину, птицы в далеке поднялись ввысь. - я не говорю лишь потому, что мой круг общения иной, ты же вскоре сама захочешь общаться с подобными тебе, но не сможешь потому что не тренировалась. "Понятно?" - голос в голове звучал мягко, совсем не так как вслух. - Понятно - девочка насупилась и окончательно уткнулась в свое занятие не желая больше замечать фигуру парящую в двух метрах над водой.       Фигура существа на время замерла. продолжая рассматривать девочку, после чего резко оказалась очень близко, отобрала венок и отлетела от дерева подальше - туда где крона дерева не закрывала водную гладь озера от солнечного света: "смотри"       Мужчина вытянул руку перед собой, его рука, впрочем как и всё его тело, была закрыта черной тканью. Цветы под прямыми солнечными лучами стали окончательно менять форму: то, что еще оставалось лианами окончательно превращались в казалось бы обычные зеленые листья. Красно-фиолетовый. Желтый. Зеленый. Всё, листья окончательно изменили цвет, вдруг цвет стали менять и лепестки-перья. Арум никогда не видела чтоб эта часть цветка тоже меняла цвет, ей стало интересно и она подаваясь эмоциям немного вытянулась вперед. Лепестки стали желто-оранжевые и вдруг синяя коробочка-кристалл взрывается. Арум инстинктивно отодвигается, до нее конечно не долетают брызги: мужчина отлетел на достаточное расстояние. Ткань на пальцах медленно приходила в негодность. Она видит как сок, стекающий с того, что когда-то было прекрасным кристаллом, медленно, но очень эффективно разъедает ткань.       "Я говорил тебе не играться с тем, что тебе не подвластно и чьей природы ты не знаешь. Ты не пострадала до сих пор лишь потому, что я до сих пор вовремя убирал из твоего места отдыха все лишние вещи. Представь что бы было, если бы подобная вещь осталась с тобой во время сна."       Арум пристыженно опустила голову, теперь она уже не хотела смотреть в глаза наставнику по иной причине. Её часто подводил собственный властный характер. Создатель же говорил, что у нее славный характер и что дело не в нем, а в отсутствии знаний. Но откуда же им взяться если Арум на постоянной основе находилась лишь на этой земле, изредка покидая привычную комнату отдыха: лишь тогда, когда ей становится настолько скучно, что сидеть на месте она просто не могла. Именно в одну из таких вылазок она и наткнулась на двери коридоров и там же на прекрасные растения, которые, к её сожалению, не хотели расти около ей отведенного места. После она нашла большую и малую воду: малую воду можно было обойти по берегу и вернуться в тоже место откуда начал путь. А у большой воды не было видно края и она откинула мысль "обойти её по берегу" так как до заката Солнца всё равно бы не успела вернуться - чего не терпел её защитник. Впрочем после, спустя долгое время - она не знала сколько прошло, но когда она решила совершить это путешествие её волосы были лишь до плеч, а когда поняла, что это не возможно банально потому, что берег был кругом внутренним, волосы уже постоянно мешались ей под ногами. Она даже не могла их расчесать временами: когда пропускала утром расчесывание. Она сама не знала на что надеялась - что они не запутаются? Впрочем, скоро их навестил второй создатель, он был очень нежным существом и кожа у него была почти как у тех цветов: черная, с синими светящимися участками, особенно ярко светились впадины глаз и некоторые узоры и прямые линии на теле. Отличие заключалось в том что он ядовитым не был и очень любил Солнце, он даже иногда разговаривал с ним, Арум, правда, не слышала о чем ни говорят: если голос создателя был непонятен, но она его хотя бы слышала, то голоса Солнца она не слышала вовсе. Он очень бережно к ней относился и научил убирать волосы: ей очень нравилось как смотрелось это переплетение на ее голове, она даже потратила несколько дней чтоб повторить тоже самое. Он также сказал, что цветы можно посадить рядом с собой, несмотря на все протесты второго наставника, но сажать самой запретил: сказал, что разрешит, когда подопечная станет более наблюдательной. После того как он нанес визит первый раз он стал навещать ее довольно часто: почти так же как и первый создатель, принес ей ушные украшения и сказал, что это её символ.       "Я лишь потом узнала, что этот подарок был от Вильгельма, но он не хотел чтоб я думала, что он начал позволять мне больше и попросил передать подарок отца... Это были прекрасные дни, наверное самые теплые с самыми любящими родителями, жаль что райский сад не впускает обратно... Впрочем..."        Пасифика открыла глаза. Руку в сторону - телефон на тумбочке, на зарядке. Время... "Черт, 3:22,с чего так душно в комнате, я забыла открыть окно?" - златовласка приподнялась на кровати, окно было открыто. Пить хотелось, потому встать бы всё равно пришлось. Она выглянула в окно: небо было уже довольно светлым, но Солнце еще не собиралось показываться из-за горизонта, она хотела поздороваться с ним... Как вдруг поймала себя на мысли, что обращается к нему как к живому созданию. Глупость.       "Мейбл еще спит. наверно, сейчас проверять её нет смысла" - Пасифика допивала стакан минералки, листая при этом ленту соц. сети и готовясь пойти досыпать, ей снилось что-то приятное и она надеялась, что сон продолжится с момента, как её тело вырвало её из этого чудесного состояния.