Bubblegum heart

— Юнги-оппа, ты мне нравишься, ты не хотел бы сходить со мной в кино после лекций? — густо краснея до самых корней волос, щебечет девушка, даже не поднимая взгляд на парня. Он же лишь улыбается неловко, запуская пятерню в копну выжженных волос, в которых еще видны бледно-зеленые пряди, совершенно не зная что с этим делать. Сейчас только середина сентября, а уже три девушки, причем не только с его курса, признались ему в симпатии. И Юнги искренне не понимает, что все эти студентки находят в нем, первокурснике с уже несколькими выговорами от преподавателей. Возможно, скейтборд, постоянно торчащий из его рюкзака, привлекает их, как красная тряпка быка. Только девочкам этим ничего не светит. Потому что Юнги уже по уши и, кажется, надолго в ученика второго класса старшей школы, который имеет слабость к обтягивающим коротким шортам, курткам с блестками и роликам. — Ты, без сомнения, милая, — аккуратно подбирая слова, начинает Юнги, все так же кривя губы в неловкой улыбке, — но у меня уже есть человек, которого я люблю. — Ох, — девчушка поджимает губы и поднимает расстроенный взгляд на блондина, — ей наверняка повезло встречаться с оппой. Юнги посмеивается смущенно. О да, ему точно повезло.

***

Кислотно-розовые шнурки завязываются в аккуратный бантик, шарик из клубничной жвачки, подходящий им по цвету, звонко лопается, и Чимин с уверенностью поднимается на ноги, готовый провести на площадке несколько часов подряд, пытаясь повторить очередной трюк из интернета. Сначала было жутко неудобно учиться кататься на роликах с четырьмя колесами, а теперь Пак с легкостью рассекает по площадке и рампам, аккуратно огибая людей и избегая столкновений. Впереди долгое лето, и Чимин уверен, что проведет на площадке еще не один десяток часов. Главное, что и лучший друг втянулся в это дело, сначала тоже неловко размахивая руками в попытке найти равновесие. — Чимин-а, — Тэхен подъезжает к Чимину, широко улыбаясь, уже не имея проблем с обычной ездой, — я думал ты не придешь уже. — Первый день лета, а я проведу его где-то, но не тут? Ты плохого обо мне мнения, — Чимин снова щелкает жвачкой, ослепительно улыбаясь, — мне просто купили новые ролики. Подмигнув, Чимин описывает круг рядом с Тэхеном, показывая ему свои новые голубые роликовые коньки с ядовито-розовыми шнурками, а после резко удаляется вглубь парка, где людей больше, и не только на роликах, но и на велосипедах и скейтах. Чимин любит лавировать между скейтерами, которые частенько матерят его за это, но не обижаются – привыкли уже к Чимину, его шкодливым повадкам и высокому смеху в аккомпанементе с щелчком лопнувшей жвачки. Пак как девчонка из какого-нибудь олдскульного зарубежного сериала: громкий, шаловливый, красивый и с необъяснимой тягой к коротким шортам. И в этот раз Чимин не делает исключения, кружа вокруг одного из скейтеров. Чонгук лишь закатывает глаза, в очередной раз сбиваясь и едва ли не падая, когда Чимин, проезжая мимо него, резко поворачивает в сторону его пути, весело хохочет, и, перевернувшись, продолжает ехать задом наперед, не обращая ни грамма внимания на то, что творится у него за спиной, так по-детски показывая Чонгуку язык. — Учись ездить, мелкий! — выкрикивает Чимин перед тем, как столкнуться с кем-то и наотмашь упасть на спину, прорывая шорты. В голове гудит от неслабого удара, и Чимин жмурится, болезненно охая и поджимая расцарапанные ноги под себя. — Совсем с головой не дружишь? — слышит он голос с легкой хрипотцой и явно проскальзывающим акцентом, — Ты там жив вообще? Чимин лишь стонет болезненно, голова все еще идет кругом, и он надеется, что это не сотрясение. Но справившись, он все-таки открывает глаза, сразу же встречая встревоженный взгляд чужих карих глаз. Парень, у которого на щеке и подбородке царапины кровоточащие и волосы в мятный цвет вытравленные, поднимается на ноги и протягивает руку Чимину, в безмолвном жесте предлагая ему помощь. — Спасибо, — тихо выдавливает из себя Чимин, крепко хватаясь за протянутую руку, и, поднявшись на ноги, ни на минуту не задумывается о том, что нужно отпустить чужую широкую ладонь. Все перед глазами идет рябью, и кажется, что он упадет, если останется без какой-либо опоры. — Вау, да ты хорошо, кажется, приложился, — чувствуя, как хрустят собственные пальцы от крепкой хватки, констатирует незнакомец. — Ага, и мне интересно, — часто моргая, в попытке убрать черные вспышки перед глазами, говорит Чимин, — ты мне кажешься таким красивым, потому что я приложился головой, или ты и правда такой? И меня Пак Чимин зовут, кстати. — Мин Юнги, — сквозь заливистый смех представляется парень, — а тебе надо куда-то сесть. И Юнги тянет его за руку до ближайшей лавки; благодаря роликам, это получается куда легче, чем могло быть. Когда Чимин усажен на скамейку, к ним сразу же подкатывают Тэхен вместе с Чонгуком и еще пара знакомых скейтеров. — Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Тэхен, моментально приземляясь рядом с Чимином и аккуратно осматривая его. — Да ничего страшного, он налетел на меня, — стирая кровь с подбородка отвечает Юнги, — ему в больницу надо, он головой хорошенько приложился.

***

— Сегодня снова в парк? — интересуется Тэхен, стоит только звонку с урока прозвенеть. — Да, мы с Юнги договорились встретиться, — широко улыбаясь, отвечает Чимин. У него на месте учебников в рюкзаке ролики и сменная одежда – очередные короткие шорты с завышенной талией, куртка, белая футболка без рукавов и длинные гольфы до колен, благо погода в середине сентября все еще позволяет так одеваться и не задумываться о холоде. Хотя, даже если будет холодно, Чимин все равно наденет шорты, и не потому что любит их настолько безрассудно, а потому что Юнги таким взглядом время от времени его окидывает, что у Чимина мурашки по спине бегут великим переселением народа из раза в раз. Чимин любит роликовые коньки, милые шорты, курточки с блестками и своего парня — Юнги.

***

Юнги видит Чимина за версту. Рассекая толпу людей, решивших выйти с семьей в парк или на свидание, Мин несется на своей верной и повидавшей разные виды доске прямиком к рампам. Он устал после пар как собака, но не настолько, чтобы отказаться от встречи с Чимином, блеск от куртки которого виден за сотню метров. Он сегодня одет так, будто лично для Юнги все подбирал, по его предпочтениям. Куртка в пайетках, которые на солнце переливаются, короткие джинсовые шорты, белая футболка на выпуск, гольфы до колен с радужными полосами и его неизменные голубые ролики с ядовито-розовыми шнурками, завязанными в аккуратный бантик. И какие тут к черту девчонки, сам у себя спрашивает Юнги, с дребезжащим звуком колес становясь к Чимину еще на несколько метров ближе. — Хэй, не дашь свой номер телефона? — поравнявшись с Чимином, спрашивает Юнги. Пак в ответ лишь смеется, щелкая очередным пузырем из жвачки, и подмигивает, стремительно отдаляясь от Юнги. Блондин знает, что Пак так кокетничает, мол «догони меня». И пусть они оба знают, что Юнги на скейтборде в любом случае с ним сравняется, Чимин любит играть в догонялки. Мин ударяется в погоню за ним, немного поддаваясь и отставая от Чимина, позволяя ему попробовать на вкус чувство превосходства, и сам наслаждается его громким смехом. — Не догонишь, Мин Юнги, — кричит Пак, как и в первую их встречу, несясь спиной вперед. Ускорившись, Юнги быстро подбирается к нему, в считанные секунды равняясь с Чимином, и подмигивает парню. — Догнал, — констатирует он факт. Юнги широко улыбается и уже тянется поймать Чимина за руку, как тот по своей излюбленной шкодливой привычке останавливается у него прямо перед носом. И черт знает как, но Юнги умудряется затормозить, чтобы не снести Чимина с ног; он лишь слабо ударяется носом доски о роликовые коньки своего парня. — Может, ты уже прекратишь останавливаться перед носом? — прижав Чимина за талию, задает риторический вопрос Юнги. — Неа, — Чимин дует очередной пузырь жвачки розового цвета до тех пор, пока он не лопнет. — Клубничная? — Ага, вишневой не было. Руки Чимина медленно оплетают шею Юнги, и младший еще ближе приближается к своему парню, не отрывая взгляда от его глаз. Хитро улыбаясь, Чимин облизывает свои губы, шустро проскальзывает по ним языком. А Юнги эти губы целовать хочется двадцать четыре на семь, пока собственные не перестанет чувствовать. Они и так соблазнительные, а уж когда припухшие от поцелуев, так Юнги совсем башню рвет. Чиминовы поцелуи со вкусом клубничной жвачки и персикового бальзама для губ, и если это не вкус счастья, то Юнги отказывается познавать, что оно из себя представляет. Потому что для Мина оно тут – в одном единственном школьнике со странной страстью к блесткам. — Я люблю тебя больше, чем куртки с пайетками, — разрывая поцелуй, шепчет в губы Чимин. — И больше, чем ролики? — с издевкой интересуется Юнги, кончиками пальцев проходясь по оголенной коже бедра, вызывая тихий смех и мурашки. — О нет, это уже слишком, на такое я не подписывался, — смеется Чимин, шлепая Юнги по руке. — Вы, ребята, такие отвратительно милые, что меня стошнит сейчас, — проносясь мимо них на своем новеньком скейтборде, выкрикивает Чонгук.