Доктор Кто. Грууаль

      Грууаль. Самая могущественная вещь во всей Вселенной, и так её назвал Игрушечник. Не менее могущественнее обычной штуковины, как бы выразился Доктор, да и Игрушечник тоже. Слишком много тайн о Игрушечнике и Грууале. Но почему-то Доктор был уверен лишь в одном: они были совместимы. Их силы равны, а история так же сложна, как и история каждого бога, или, скажем, Вселенной. Однако люди пока не освоили одного (вернее, теории есть, но никто не мог ответить, правдивы ли они на сто процентов): как же сформировалась их родная планета Земля? Доктор же уже выяснил как сформировалась каждая планета, конечно, не без помощи ТАРДИС.       Но сколько бы Доктор не летел в начало рождения Игрушечника, он так и не смог найти это самое «начало». Тут что-то было не так, скажем, Игрушечник же не мог родиться до каждой Вселенной?       - Сэр, - начал было Эдвард спрашивать в мрачной обстановке, когда на дворе стояла ночь: вернее, в это время каждая раса спала, может пару-тройку за исключением кого-то, однако Игрушечнику было всё равно, главное, что пока к ним не пришли Небесные Терминалы, каждому был позволен отдых.       - Что-то хотел, мой толстый друг? - холодно отозвался его друг, как называл его Эдвард. Однако он не был уверен, что тот действительно его таким считает. Да, он не раз его называл своим «толстым другом», но мужчина хоть и был самоуверен, всё же какая-та часть его мышления подсказывала: всё это неправда, и пока ты можешь чувствовать себя в безопасности, но учти, однажды всё закончится, и даже твоя жизнь.       Весь их разговор проходил в том же самом месте, где и проходят обычно подобные разговоры. А что насчёт Игрушечника, он не был обижен на Эдварда, что тот прервал его сон. Наоборот, он был наконец рад, что «толстый друг» задал хоть какой-то вопрос, который был уместным в данной ситуации.       - Расскажите мне о Грууале. Что это такое? Как оно выглядит? За что борются игроки?       - Грууаль, - повторил Игрушечник, вставая с кресла (в это время Эдвард удобнее расселся на диване) и выставил руки за спиной (это действие Эдвард смог предсказать). Мандарин улыбнулся своей зловещей улыбкой, которой когда-то улыбался, видя как умирают родители Луизы. И в этот самый момент Эдварду показалось, каким был на самом деле Мандарин. Он был серьёзным, а на его лице было видно всё его могущество. Он был упорным, не имел никакой жалости, ни к друзьям, ни к родным, ни к животным. Его сердце - или сердца? - стучало как обычно, и даже приближение его заклятого врага не было приступом для паники. Возможно ли, что Игрушечник умеет скрывать свои эмоции?       После минуты расхаживания туда-сюда, мельтеша перед глазами Эдварда, Мандарин наконец продолжил.       - Ты, дорогуша, слышал когда-нибудь о такой вещи, как Святой Грааль?       Мужчина остановился, глядя в глаза другому мужчине, дожидаясь ответа, но лишь увидел взгляд непонимания.       - Серьезно? - Игрушечник вскинул бровь. - И чему вас в школе учат? Это чаша!       После этого Эдвард протянул: «Ааааа...», но потом замолчал увидев суровый взгляд Игрушечника.       - Это чаша, из которой бог вкушал кровь распятого*. Моя же версия Грууаль. Примерно одно и тоже, согласись? Я собираю кровь, перевоплощаю её в мир, а после чего победитель получает Грууаль, - настала пауза, Мандарин видимо задумался и добавил, - ну почти одно и тоже.       - То есть, - не задумчиво продолжил допрос Эдвард, - Грууаль - тоже чаша?       - Нет. Это нечто интереснее, чем какая-то там чаша. Боги все предсказуемы, мой толстый друг, очень, очень предсказуемы. У одного чаша, у другого кубок. Но я могущественнее любого бога: к примеру, кто-нибудь умеет управлять временем? А пространством? Создает ли он миры? Нет, нет и ещё раз нет! - чуть позже своей же славы и ходьбы туда-сюда, он остановился и пристально глянул Эдварду в глаза. - Я не ответил на твой вопрос, дорогой. Я это знаю. Никогда меня не спрашивай о том, как выглядит Грууаль. Его истинный облик самый страшный и самый могущественный. История Грууаля поистине ужасна. Никто, слышишь? Никто и никогда не узнает о его облике. Потому что его больше нет. Он исчез.       В его голосе чувствовался гнев, ярость, и что-то нечеловеческое. В его взгляде были видны все те миллиарды лет, которые прожил. И он снова улыбнулся. Это было странно, он держал в себе сразу столько эмоций, что Эдвард даже не понял, все ли это эмоции внутри него или есть и другие? Мужчина видел на его лице ярость, безудержную радость, немного печали, но как бы он не мог присмотреться - не видел страха.       - Тогда... - взглотнул Эдвард, его сердце бешено стучало. Он второй раз в своей жизни стал бояться Игрушечника. Впервые это было когда они встретились, а второй раз - сейчас. До этого времени Мандарин не казался ему злым, или устрашающим. Он думал, что всё это Игры. Но теперь стал замечать опасность. Большинству рас, и наконец Эдварду, открылись глаза, насколько все эти Игры ужасны. Значит в той первой встрече Игрушечник правда мог забрать жизнь мужчины и глазом не моргнуть? Вполне. - Что же выигрывают игроки? Если нет истинного облика Грууаля, то что тогда?       Игрушечник продолжал пристально смотреть на Эдварда, а затем сделал улыбку ещё шире, словно его поглотила эйфория.       - ТАРДИС. Машину времени и пространства.

***

      После первой Игры Эми тут же сделали капитаном команды. Её взяли с утверждением, мол, «Ты круто отделала Ангелов!». Девушка не могла отказаться, ведь она видела, как каждый человек на неё смотрел, особенно стоило подчеркнуть взгляд Луизы, который был полон надежды. Эми согласилась, а девочка радостно её обняла, чуть снова не воскликнула «спасибо, мама», когда она осознала, что хочет это выкрикнуть, просто прикрыла рот, так ничего не сказав.       Эми, как главной среди людей, сказали, что она может на следующее испытание собрать новую команду, выбрав из тех пятерых людей, которые так и не участвовали, а просто были зрителями. С ними Эми не доводилось заговорить, как и со Стефани или Корвином, с которыми она впервые поговорила лишь на Игре. Но теперь она хоть примерно знает, на что они способны, и менять игроков не желает.       Даже Корвина, который остановился перед Ангелами, поддаваясь своему страху. Эми была уверена, что на следующей Игре этого не повторится. Что он наконец доверится своей команде.       Вот на следующий день, когда должна была случится вторая Игра, Эми и остальные четверо людей сидели в кафе, обсуждая дальнейшие события. Луиза тем временем лежала в спальне.       Эми оглянула всех, а после начался оживленный разговор, но если до этого всего разговор был на любую тему, то тут только две темы: Игры и Как-Нам-Выжить-После-Них. Девушка познакомилась с теми, с кем ещё не разговаривала: одна женщина Лурд Эрхарт и двое мужчин Марк Фэлиз, Бобби Фишбэк.       Бобби ей показался достаточно милым, застенчивым пареньком, Лурд женщина с характером, а Марк волновался по пустякам. Эми знала, что из этой троицы могла бы быть Лурд вместо Корвина, но даже так ей не хотелось менять команду. Но потом Эми вспомнила, что кроме этой троицы не хватает ещё двоих людей, а именно: Бэн Хупер и Эдвард Остин.       Но спустя некоторое время обсуждения плана, команда Эми и оставшиеся люди были согласны на то, чтобы выгнать Луизу и взять Лурд. Девушка не хотела этого, но тут, что странно, просили её все, даже Марк и Бобби. Одна Лурд молчала. Ей было приятно или она просто не знала, что добавить?       После этой дискуссии Эми пошла в спальню, к Луизе. Поговорить с ней насчет этого. С одной стороны: её нужно было убрать. Если «Плачущая Игра» была опасной, - а это первая игра - то что будет дальше? В комнате Луиза сидела на кровати и читала книгу, которую ей одолжила Лола. Она была начитанная романами, а Луизе это и надо было. Ещё у Лолы была книга из жанра фантастики, но, как сказала Луиза: «За последнее время в моей жизни слишком много фантастического».       - Мисс Понд? - сразу же на неё обратила внимание девочка. Её ноги свисали с кровати, а глаза были приподняты от романа. Лёгкая улыбка появилась на лице, но её скрывала книга. На пришедшей тоже была улыбка, но её было видно, отчего Луиза улыбнулась ещё сильнее.       - Привет-привет, - начала Эми. - Как твои дела? Извини, что с пустыми руками, я просто не могла достать тортик. Понимаешь, он уже в моём животике, - девушка словно ребенок покрутила свои пальцы у пуза, а после уселась с Луизой.       - Мисс Понд, - повторила девочка, - я рада, что вы здесь.       - Я тоже рада, что я здесь, а не там, в кафе. Там много народу, и все что-то болтают и болтают, ты уже думаешь, чтобы все замолчали, а они болтают и болтают.       Луиза сразу поняла, что Эми говорит это невсерьёз. Она пыталась поднять настроение, и, кстати, это у неё вышло на «ура». Луиза Колберт нежно улыбалась, словно рядом не Эми Понд, а её мама.       - И что они наболтали? - поинтересовалась девочка.       - Ох, там было столько чуши. Например, - дальше Эми посерьёзнела, до сих пор не зная, как сказать. Она подумала, что если говорить всё в форме шутки, станет полегче, однако ошибалась.       После небольшой паузы и Луиза посерьёзнела, она невольно спросила Эми, хотя уже понимала, что услышанное ей не понравится:       - Что такое, мисс?       - Они хотят тебя выгнать из команды, - произнесла та, но в глаза не решилась посмотреть. Их взгляды встретились только после окончания предложения.       Сказать, что Луиза удивилась - ничего не сказать. Она хоть и маленькая, но не тупая. Девочка понимала, что рано или поздно её захотят выгнать из команды, и, как ни странно, причина лишь в её возрасте.       - Пожалуйста... - лишь сказала Луиза, её голос выдавал лишь одну эмоцию - печаль.       Эми дожидалась окончания предложения, обняв девочку, положив её голову к себе на колени.       - Не надо меня выгонять. Я знаю одно. Я.. знаю.. что Он вернется.       - Кто вернется? - спросила Эми.       - Тот, кто убил моих родителей. А с ними вернутся и врачи. Я хочу посмотреть на Него. Взглянуть в его глаза.       - А потом что?       - Не знаю, мисс, - выдохнула девочка холодный воздух. - Но я уверена, что мне помогут Мандарин и Доктор. А потом я их познакомлю.       Девочка приподняла взгляд на Эми, и на ней вновь скользнула улыбка. Такая заразительная, что была и во сне у Доктора. Эми невольно тоже улыбнулась, но очень грустной улыбкой. Луиза до сих пор не знает всей правды. А рассказать ей - и она умрет, возможно с муками, а возможно и без. Мандарин, или же Игрушечник, очень страшный, даже смертоносный.       - Вот увидите, мисс Понд, они будут лучшими друзьями!       Девушка вздохнула, и посмотрев на ребёнка, на её глаза, которые были минуту назад полны грусти, а сейчас с упоением глядели на Эми. Мысли Луизы были о долгожданной встрече Доктора и Мандарина, не подозревая, что они заклятые враги.       - Только обещай мне кое-что.       - Мисс?       Эми стала очень серьёзной, она стала бояться за Луизу. За её будущее. Да, Эми хоть однажды это и рассуждала, и скажет сама себе ещё раз. Когда всё закончится, когда Мандарин падёт, а Вселенная будет спасена, Луиза отправится с ней и Доктором. Она увидит то, чего не доводилось видеть любому ребёнку.       - Обещай мне, что ты будешь рядом со мной. Как можно ближе, чтобы я тебя видела. И всегда будь сильной. Я знаю, ты самая сильная девочка во Вселенной.

***

      - Дамы и Господа! Наши дорогие расы! Добро пожаловать во ВТОРУЮ ИГРУ! - голос из ниоткуда кричал как никогда раньше; заразная душераздирающая радость заполнила все трибуны. Те показали это бурными аплодисментами.       Команда людей была абсолютно такой же: Стефани и Кристофер были не рады тому, что Луиза всё же осталась с ними, а остальные, кроме Лолы, были нейтральны. Лола же обрадовалась, показав это лёгкой улыбкой. А что насчет Луизы? Та обещала не отходила от Эми Понд, а девушка оглядывалась, чтобы видеть за собой ребенка.       И снова все стояли в том же месте, где и раньше. На поле стадиона, наблюдая за игрушечными зрителями. Вокруг плавно плыли теннисные мячики с синим единственным глазом.       - Итак, дорогие расы, зрители. Вот ваши участники следующей Игры: Талы: планета Скаро; Ледяные войны: планета Марс; Люди: планета Земля; Мэри Галлел: планета Тиаанамаат; Ракносс: планета Темные Времена.       Снова последовали рукоплескания, оглушавшие всю планету.       Мандарин улыбнулся ещё шире.       Он стоял в своём кабинете, раздвинув роскошные шторы и раскрыв окна, наблюдал всё сверху вниз, на стадион, на группу различных игроков, радуясь рукоплесканиям своих же игрушек. Эдвард, который стоял за его спиной и тоже наблюдал за игроками и Мандарином в качестве судьи, не улыбался и вовсе. Он был равнодушен к такому началу, к этим хлопкам, и особенно когда что-то говорил Игрушечник. Зачастую он не понимал его. Он ждет лишь саму Игру.       Руки у Мандарина за спиной сцеплены в замочек, а когда улыбка у него приподнялась ближе к ушам, то замочек сжался ещё сильней. Игрушечник знал весь исход. Всё, чего теперь жаждал он, так это лишь то, ради чего был рожден. Ради чего, как он считал, Вселенная бы не существовала. Она бы умерла в скуке Мироздания. Это слово могло полностью оправдать собственное второе имя, придуманное самим Мандарином.       Азарт.       Да, именно это. Всю свою жизнь он только и азартничал, а упустить такую возможность - никогда. От этого одного слова у него улыбка становилась ещё шире. Теперь эта улыбка напоминала настоящего свихнувшегося безумца. Игрушечник развернулся на 360 градусов, вглядываясь в лицо Эдварда.       - Мой толстый, дорогой, превосходный и просто офигенный друг. Пора делать ставки! Вот я, например, могу поставить всё: планету, где ты будешь строить новый созданный мир; собственную Вселенную, галактику, всё-всё-всё. Только у меня есть вопрос, - Игрушечник косо взглянул на мужчину, а тот не испытывал радость того человека, который осознавал, что он мог стать не только богатым, а настоящим богом всего мира, или даже, Вселенной. Он предвидел вопрос Мандарина, и невольно взглотнул, и пока его слюна протекала в горле, по телу прошла дрожь. - А ты что сможешь поставить?       Когда Игрушечник договорил фразу, Эдвард ещё немного смотрел в глаза безумца. В первой Игре он не просил этого, наверно потому что ему хотелось узнать на что способны игроки. А вот сейчас Эдвард понял, - хотя бы частично понял - кто он такой.       Мужчина думал о поражении. Он думал о смерти. А в его голове прошла мысль: «Если мне всё-таки удастся выжить, то я заведу свой собственный дневник. Да, я всегда думал, что этим всем занимаются только девочки, но я заведу. Мне всё равно. А начну я его именно так: Вы когда-нибудь видели настоящего азартного человека? Давайте, расскажите мне про десятки таких людей, которых по слухам никто и никогда не сможет обыграть. Давайте, ну же, не стесняйтесь! А теперь я Вам расскажу, что значит Азартный Человек».       - Ну же? Чего молчишь? - упрямо сказал Игрушечник, и лишь потом Эдвард понял, что уже прошла половина минуты, а тот ни слова не промямлил. Эдвард словно ушел в астральный мир, и только что вернулся, забыв прихватить магнитик.       - Вы правы, сэр, мне нечего отдать, - неожиданно всерьёз начал мужчина, хотя думал, что в его голосе будет одна лишь дрожь, а в глазах настоящий страх, - поэтому я отдам что-то другое. Нечто равноценное. Я отдам мою жизнь. Планета против моей жизни, сойдёт?       - Вполне, - Мандарин явно был горд, что подобный азарт присутствует в его друге, - запомни наш девиз, дорогуша.       - Девиз?       - Да, девиз. Нет игры - нет жизни. Ведь согласись, какая же может быть жалкая жизнь, если ты не попробуешь придумать собственную Игру и не поставить ставку. А самое главное: какая может быть ставка, если ты в итоге ничего не потеряешь, а твой соперник теряет жизнь, - и тут уже Эдварду стало страшно, а мурашки захватили его тело. Мандарин это заметил, но лишь улыбнулся.       - Подойди ближе к окну, - снова не унимался Игрушечник, - выбери любую команду: если она выживет, то планета твоя, если проиграет, то твоя жизнь - моя.       Эдвард медленно обошел Мандарина, а тот повернулся спустя пару секунд. Они оба смотрели через окно вниз, наблюдая за игроками. Эдвард Остин думал только о двух расах, убирая людей, девочку - расы, которые внешне похожи на человека. Он никогда не запомнит названия этих рас.       - Я выбираю ту паукообразную штуку, - наконец сказал он.       - Хм, Ракносса значит? Хороший выбор, очень хороший. А я, пожалуй, уберу людей, Талов, и Мэрри Галлел, потому что это смешно. И выбора у меня, похоже, не остается, как взять Ледяных войнов.       Сделав ставки, Эдвард стал от стресса попивать вальярум, а Мандарин от удовольствия.

***

      Судья закончил что-то бормотать. После последних рукоплесканий у всех игроков разом заболела голова, как и в прошлый раз. Открыв глаза, кто-то увидел твёрдую и засохшую землю: будто весь игровой мир был сделан из земли, в которой обозначался неровный твердый круг. А кто-то увидел небо: лучше бы они увидели землю.       Те, кто увидел это необычайное небо, не мог оторваться. А те, кто смотрел на землю, перевернулся на спину, тяжело дыша: у них расширились зрачки. Луиза разинула рот, так же поступила и Бесси, Стефани, Кристоффер, Корвин. Некоторые из Тал, Мэрри Галлел, а у остальных лицо было равнодушным: у Ледяных воинов не было видно зрачков, а Ракносс видела что-то более красивее и значительнее.       Хоть некоторые из Тал, или даже Эми Понд, не показали удивление на своём лице, то зрачки их выделили: они расширились больше чем у тех, кто всё же разинул рот.       Небо было кристально-чистое. Можно даже сказать, что вся Вселенная превратилась в огромный кристалл с различными узорами, которые, кстати, и поблёскивали.       «И они же изображались в моих зрачках, - подумала Эми, - да и во всех других зрачках, у кого, конечно, они есть».       По небу поплыли маленькие метеориты, и если приглядеться на них, то можно увидеть... что это? Кубик? Внезапно этот самый «кубик» обрел настоящие краски. И уже потом Эми поняла, что это Кубик Рубика. Потом ещё кое-что пролетело, и ещё.. и ещё. Различные метеориты имевшие свою форму, которые постепенно обретали краски. Теперь на кристально-чистом небе было что-то вроде игрушек, или конструктора: вот плюшевый мишка из детской программы, названия которой Эми уже давно забыла, а вот пролетела кукла, мотоцикл, естественно игрушечный, маджонг в форме бабочки, а рядом в форме пирамиды. И ещё множество игрушек, настольных игр или просто безделушек.       И тут любования каждого игрока прервал голос, а его представитель был нигде. Расы встали с твердой земли и стали слушать то, что им скажет этот загадочный судья:       - Здравствуйте, здравствуйте! Ох, прошу прощения за эти боли в ваших головах, но иначе никак. О! Зато есть хорошая новость! Вы попали на мою самую любимую локацию! Добро пожаловать! - и тут голос прервался, судья явно гордился собой. - В общем, дорогие мои, у вас задание найти самого свирепого война и одолеть его. Но сначала вам нужно найти купол. И одолеть. Правила таковы: воин может убить, в результате вы окажетесь в зале ожидания! Так же произошли изменения в Ледяных войнах. В этой Игре они будут чувствовать идеальный комфорт, что нельзя сказать про остальных. Они не могут находиться более двух минут под солнцем. Для этого тут есть карточные домики. Так же осторожно, вы можете попасть в лабиринт из домино, опасность в том, что вы заблудитесь и не успеете выйти через две минуты в тень. Солнце вас убьёт, и вы окажетесь в зале ожидания, где вам подадут попить. Игра называется «Вселенский Полицейский». Вроде бы ничего не забыл, ну что же, удачи вам!       Голос так поспешно говорил, словно куда-то опаздывал. Потом выяснилось, что Игру уже давно надо было проводить, а время поджимало. Судья исчез и настала тишина. Воздух тут был горячим, а Луиза послушно придерживалась Эми. Та понимала, что зря она взяла с собой девочку, тут ситуация намного опаснее.       В небе вспыхнуло пылающее солнце, и каждый понял, что время пошло, и спустя две минуты каждый, кроме Ледяных воинов, сгорит. Но даже с такими привилегиями те не решались взглянуть вверх, чтобы вновь поглядеть на кристальное небо. Нет, вдруг этот голос обманул? Вдруг всё подстроено против Ледяных воинов?       Они и не подозревали, что...

***

      ...Мандарин намерен, чтобы эта раса одержала победу.       - Так нечестно! - возражал Эдвард, но его голос дрогнул под конец предложения, осознав с кем он разговаривает.       - Нечестность. Обман. Это давно в прошлом, так думали они. Да, так думали они. Но нет, я черт возьми останусь таким навсегда, - Игрушечник был как никогда свирепым и словно говорил сам с собой. Эдвард не мог понять кто «они», и о чем талдычит это существо. Он развернулся к мужчине, который привычно должен был сидеть на диване, но теперь он просто стоял, испуганно глядя в глаза зверя. - Я, дорогуша, сею хаос и разрушения. Я дух озорства, появившийся в начале Вселенной! Вот кто я на самом деле.       Дыхание Игрушечника билось о лицо его друга, а тот всё так же стоял как статуя, пораженный неожиданной речью Мандарина. Страх заполнил всё его тело, а сам он уже думал, что волосы поседели. Но, к удивлению, этого не было. Сердце бешено стучалось. Неужели этот монстр действительно появился в начале Вселенной? Кто это такой? Призрак? Это же полный абсурд! Если это существо положит глаз на какую-либо Вселенную, то только настоящее чудо спасёт существ с того измерения. Если, конечно, Мандарин уже не проглотил это «чудо».       Игрушечник выпрямился, встряхнув руки и снова их замочком положив за спину. Теперь он был спокоен. Убийственно спокоен. Его взгляд был устремлен к огромной плазме, висевшей в его кабинете. А в ней происходила та вторая Игра, которую снимали теннисные мячи.

***

      Талы, выглядевшие точь-в-точь как люди, но при этом отличались, как и Доктор, своими органами: их легкие несколько тоньше и длиннее, к тому же они отличались тем, что имеют большую устойчивость к радиации.       Но всё это никак их не могло спасти от солнца, поэтому они мирно проживали в карточном домике с людьми. Наблюдали, как девочка прижимается к девушке, думая, что маленькая девочка - дочь, которая прижимается к матери. Мило, не правда ли?       - Здравствуйте, - начал было один светловолосый из представителей Талов, одетый в светлую куртку. Точнее, они все были так одеты и все имели такие волосы. Отличались формой лица, телосложением и просто кто-то был добр, а кто-то нет. - Меня зовут Кларк. Мы не хотим враждовать, просто хотели бы спросить: есть ли предположения, где находится этот «Вселенский Полицейский»? Это состязание не требует того, чтобы мы убивали друг друга. Так что, думаю, мы должны работать сообща.       - Согласна, - согласилась Эми Понд, но как только она что-то хотела сказать своей команде, как тут на Кларка откликнулся ещё один Тал.       - Кларк, что ты делаешь?! Ты хочешь доверится людям? Этим.. жалким... людям?!       - Не говори так! Однажды они спасли нас!       - Нет, это были не они! Это были... был... Доктор!       - Доктор? - сразу откликнулась Эми. - Вы сказали Доктор?       - Да, он спас нас, девушка, и прошу прощения. Но мы не просим перемирия, мы уходим.       Тот мужчина хотел взяться за плечи Кларка, но тот отдернул его руки и отошел немного назад. Они гневно смотрели друг на друга, а Эми быстро сообразила: раз никто не идёт их разнимать, значит главный тот, который зол.       «Ох, эти взрослые!» - подумала Луиза, но ни слова не сказала. Да все молчали, один Кларк и тот странный мужик спорили.       - Мы должны быть заодно! - утверждал Кларк.       - Будем за одно и погибнем к чертям! - сказал другой, отмахиваясь от него.       - Ты хоть знаешь, чему учил Доктор? Он всегда был за нас. Он боролся, сражался. А ты не можешь просто согласиться на перемирие с людьми, они же, черт возьми, не Далеки!       - Мальчики, может хватит? - наконец ввязалась Эми, на что Луиза была благодарной.       Все лица мигом повернулись к девушке, а та даже не знала что и сказать дальше. Ну, что же. Придётся импровизировать. Как всегда.       - За что вы спорите? - Эми лихорадочно думала о следующих словах. Ей понравилось то, что Кларк предложил перемирие, но жаль то, что он не главнокомандующий. - Мы безоружные. Мы ничего вам не сделаем. Я командир этой команды, и я согласна на перемирие. А этого сейчас нам всем надо. Вы только посмотрите, что происходит! Да наши планеты будут взорваны после Игр, а в конце концов и Вселенная!       - Девушка, хорошо, - начал было главнокомандующий, но Эми не понравился его тон, - допустим у нас перемирие. Что это нам даст? А вдруг в следующей Игре мы будет враждовать? Если, конечно, останемся живы. Что тогда? Привыкнем к друг другу тут, а потом нам сложно будет убить друг друга.       И тут рыжеволосая девушка действительно задумалась. В какой-то момент он был прав, но в другой.. это было достаточно серьёзное испытание, а Эми очень хорошо понимала, что она на время должна будет куда-то оставить Луизу. Нужно будет сражаться, но и ей же нужна вся команда. Ребёнок не должен быть один. А няньки, к сожалению, на Игры не предлагают. От этой мысли Эми невольно улыбнулась, на что двое представителей Тал косо взглянули на неё.       - Я знаю Доктора, - сначала она не хотела это разглашать Талам, потому что: во-первых, она не хотела такого большого внимания, ведь к ней подошли все оставшиеся Талы, из них двое - женщины. Пятеро Талов и пятеро людей. Думаю, сказала Эми сама себе, нянька найдётся.

***

      Эми рассказала, что она спутница Доктора, и что тот готовит в ход какой-то гениальнейший план на спасение. Правда какой, девушка пока не знала. На няньку согласилась одна очень милая девушка по имени Ханна. Главнокомандующего оказывается звали Андр. Поверили они не с первого раза. Талы сперва позадавали вопросы девушке о будке или о Докторе, чтобы убедиться в её правоте.       Луиза с Ханной остались в том самом карточном домике, где и происходила дискуссия Кларка и Андра. Девочка много раз взглядывала в просторы домика, и он был по-настоящему хорош собой. Снаружи рубашка карт: всякие красивые узоры. А внутри уже карты: дама буби, валет червы, туз крести. Даже джокер! Двери тут не было, а солнечный свет сюда не попадал.       Люди и Талы шли держась бок о бок. Кто-то засекал две минуты, и уже когда оставалось примерно полминуты, они лихорадочно искали, а после забегали в карточный домик. И вот так скитались по планете, пока не обнаружили Ледяных воинов (Доктор о них рассказывал. Эми поняла, что эта раса умом уж точно не блещет), Ракносс, и где-то в другой стороне была маленькая и тоже миленькая девочка - Мэрри Галлел.       Наконец они нашли то, что искали.       Капсула.       Рядом была табличка «Вселенский Полицейский». Взглянув на капсулу, она выглядела как белая колонна, стоявшая на одном месте. Низ и верх был рельефный, а этот рельеф никакой узор не показывал.       И тут солнце внезапно ушло прочь, отчего Луиза с Ханной вышли на улицу. Они услышали вновь голос судьи из ниоткуда. Впрочем, он был по всей планете.       - А вот и он, наш долгожданный противник! Вы когда-нибудь могли представить себе, насколько нужно быть зловещим, чтобы вся Вселенная могла согласиться с тем, что он самый настоящий убийца?       Зрители на трибунах замерли, лихорадочно бегая глазами по экрану. Игроки же из голоса судьи слышали лишь «зловещим», «убийца», «противник» и прочее.       - Он чрезвычайно опасен. Такие как он разрушают сотни и сотни галактик. Впрочем, он даже уничтожал множество планет. Ведь именно такая была его радость - уничтожить планету! Не так ли?       Дверь посередине колонны стала медленно приподниматься вверх, и сразу же можно было заметить коричневую обувь. А из колонны повеяло странным холодом. Холодом, который в книге могут назвать «холод быстрой смерти», «холод смерти», «холод приближения убийцы» и по-разному.       - Это существо побывало везде. Он был во всех историях, убивающий время различными парадоксами, а пространство - своей изящной загадочностью. Ведь...       Уже были видны штаны. Страх комом застрял в горле. Ледяные войны и Ракносс же ждали одного, скорого появление этого «убийцы времени». Нет, они не чувствовали ни единого страха. Ледяные войны потому и называют себя «войнами». Они не боятся, они идут вперёд и сражаются.       - ...есть на свете то, что может привести его в гнев? Или нет? Это вопрос. Вопрос - и ты труп, да, именно так он и поступает! А вскоре исчезает, и вновь появляется. И убивает.       Твидовый пиджак. Эми эта одежда, это телосложение показалось жутко знакомой. Неужели, это?..       - И у нас...       Синий галстук-бабочка. Это он! Это он!       - Ну же! Покажите его лицо! Мы все заждались!       Голос звучал устало от того, что всё происходит слишком томительно. Но теперь, наконец показали его лицо. Эми зажала рот руками, а сзади, подбегая, были Ханна с Луизой. Та тоже зажала рот руками. Он вернулся! Девочка просто бросилась мимо Ханны, мимо Эми, подбегая в его объятия, но после остановилась, когда судья во всеуслышание закричал:       - ДО-О-ОКТО-О-ОР!!!       На пороге капсулы у них стоял Доктор. «Вселенский Полицейский», его назвали именно так. Только этот Доктор был странным. Сейчас бы он съязвил что-то эдакое, от чего хотелось бы улыбнулся, от чего можно было бы расслабиться. Но тут было иначе. Мужчина в капсуле просто стоял. А для Доктора это было дико странно.       - Это не Доктор, - поняла Луиза, подбегая назад к Эми, а та взяла её за плечи. Каждый взор был прикован к Лжедоктору. Но судья не переставал разглагольствовать.       - Доктор, который уничтожает планеты, дарует смерти своим спутникам и как гласит легенда: он убьет любого, кто задаст вопрос. Ну же, смелее! Все вместе! ДОКТОР КТО!       - ДОКТОР КТО! ДОКТОР КТО! ДОКТОР КТО!       Все кричали, орали, никто и даже сам судья не мог расслышать своего голоса, хотя он говорил в громкоговоритель. «ДОКТОР КТО» распространялось везде, по всей планете, может даже по множеству Вселенных. Это же орал и Мандарин у себя в кабинете, а Эдвард вжался в диван; трясся в руке бокал с вальярумом.       - ДОКТОР КТО! ДОКТОР КТО! ДОКТОР КТО!       Эми не понимала, что происходит. Луиза вообще не слушала ни трибуны, ни судью. Её взгляд не мог оторваться от этой наглой фальшивки, и теперь говорить такие паршивые вещи. Бог, подумала девочка, убьёт всех, кто говорит такое про Доктора, величайшего спасителя всех времён. А не те гадости, что только что сказали.       Но тут внезапно все замолчали, а Лжедоктор поднял правую руку словно робот. Его глаза загорелись алым цветом. Как будто «Доктор Кто» - это его включатель.       В его руке была звуковая отвертка. Докторская звуковая отвертка, подчеркнула Эми. У настоящего Повелителя Времени она служила намного полезнее и тоже была чем-то даже могущественна или волшебна. А что будет у этого Доктора и представить страшно. Впрочем можно было не представлять, все расслышали пронзительное жужжание отвертки, и не только игроки, но и трибуны прикрыли уши. Мандарин же был бесконечно рад. Его тело просто трясло от волнения, он жаждал увидеть уже саму Игру.       Жужжание стало сильнее, чуть свистящим, протяжным, и всё это прикрывала пронзительность. Это резало уши, а потом раздался резкий взрыв, огонь которого почти достиг игроков. Только что Лжедоктор взорвал карточный домик, ничего не оставив при этом. Разумеется, кроме кратера. Взрыв был силён, словно Вселенная только что сильно на кого-то разозлилась. Вероятнее даже то, что и дистанция достигла бы игроков и их мигом бы поджарило. Но это было лишь показом, на что способна отвертка. Солнце не вставало, давая хоть какие-то шансы на победу, но лишь люди, Талы или Мэрри Галлел понимали, что это нереально. Это проигрыш.       Все принялись бежать, а Ледяные войны и Ракносс решили сражаться, размахивая своими большими рыцарскими мечами. Только они и царапинки не оставили на Лжедокторе, а тот взглянул на них не с презрением, а с усмешкой. Да, он улыбнулся. Навёл на них отвертку и снова этот пронзительный визг. Убегавшие пытались не поддаваться этому, но с трудом получалось. И тут снова огромный взрыв: пали Ледяные войны, а с ними и Ракносс, которая ничего не успела предпринять. Эти тупоголовые Ледяные войны мешались.       Когда огненная буря прекратилась, и лишних звуков, которые могли приглушить болтовню, больше не было слышно, Эми резко повернулась к девочке:       - Мисс Понд, мне страшно, - на её глазах легко могли появиться слёзы, но было видно, что девочка держалась не на шутку. Девушка обняла девочку, пытаясь придумать какой-нибудь план, но ничего не приходило в голову. Кто-то даже крикнул, возможно, из Талов или людей. Эми не поняла, она была слишком занята мыслями.       - А если мы все умрём! - крикнул чей-то голос и этот комментарий остался без ответа.       И тут Луиза неожиданно вскрикнула, вылезая из объятий Эми. Девушка испугалась, ничего не поняв, а как только повернулась, то заметила отвёртку с зеленым наконечником, которая так и тыкала в ребенка и девушку.       - Мисс Понд... простите... - Эми глянула на Луизу, а у той немного потекли слёзы. Она не сдержалась, она не оказалась по-настоящему сильной девочкой во Вселенной. Она подвела Эми, и теперь ей за это нужно расплатиться смертью.       Докторская звуковая отвёртка зажужжала.