И такое бывает.

      — Юнги. Голос дрожит, Хана всеми силами пытается сдержать слезы, но брат все равно чувствует, что что-то не так. - Где ты?       — Выхожу из универа. Что случилось? Юнги встревожен, и значительно прибавляет шаг, стараясь пробраться сквозь нескончаемый поток студентов на улицу.       — Можно к тебе? Слезы всё-таки срываются с девичьих ресниц, и падают прямиком на новенькую юбку оставляя на ней некрасивые сероватые разводы.       — Тебя забрать?       — Сама доеду. Всхлипывает девушка поднимаясь, увидев подъезжающий автобус.       — Жду дома. Отвечает брат, и звонок прикрывается.        Ким усаживается на заднее сидение больше не в силах сдерживать поток слез рвущихся наружу. Девушка тихонько всхлипывает, мысленно благодаря за небольшое количество людей в транспорте.       Юнги ждёт сестру возле подъезда многоквартирного дома, где они с Хосоком незадолго до отъезда приобрели собственное жилье. Отец был не против, и даже выделил единственному и безмерно любимому сыну крупную сумму на покупку, и первое время.        Увидев заплаканную сестру он тут же сорвался с места, быстрым шагом преодолевая расстояние между ними, и заключил шатенку в свои обьятия.        - Тише, малыш. Гладя девушку по волосам шепчет Мин. — Расскажи мне что случилось.        — Давай не здесь. Шепчет Хана утыкаясь носом в шею брата.        — Конечно. пойдем. Обняв девушку за плечи Юнги двигается в сторону подьезда, придерживая массивную дверь, пока она входит внутрь.       Квартира встречает их теплыми цветами интерьера, и каким-то невидимым уютом. Просторно. Коридора как такового нет, сразу идет большая и светлая гостиная с бордовым диваном посредине. Слева от входной двери кухня, которую Хана пока не видит в полном размере. Видно лишь круглый столик белого цвета, и четыре стула вокруг него. На противоположной стороне, за диваном расположены три двери. Судя по всему там спальня ванная и туалет.       Разувшись, и помогая сестре снять обувь, Мин проводит ее в зал, и уходит ставить чайник. Девушка вертит головой, и замечает что здесь есть еще и балкон. От изучения обстановки ее отвлекает звук опустившейся на журнальный столик чашки, и приятный аромат мятного чая.        — Теперь-то ты расскажешь? Спрашивает Мин, присаживаясь рядом с девушкой и приобнимает ее за плечи.       Хана устраивается на подтянутой груди парня, и выпаливает разом все, то произошло с ней за все это время.       О случившейся близости между супругами Шуга знал с того самого дня, как и о чувствах сестры. Честно говоря он думал, и видел что со стороны Джина все взаимно, но история с новой физичкой выбила его из колеи. Парню трудно представить что в этот момент пережила его сильная с виду сестренка. Он со злостью сжимает в руках чашку, которая грозится раскрошится мелкими осколками прямо в ладони, и целует Хану в висок.        — Ты даже не дала ему шанс обьясниться. Практически шепотом говорит брюнет.        — Шанс?! Девушка вскакивает как ужаленная, и с яростью в красивых глазах смотрит на брата. — Дать шанс? А как бы ты поступил, Юнги, если бы увидел подобное с Хосоком в главной роли? Кричит она складывая руки на груди, и прожигая парня взглядом.        — Убил бы обоих. Шипит Мин, от голоса которого девушка тушуется, и опускает глаза в пол.       — Это тяжело. Выдыхает она падая обратно на диван, устроив голову на коленях Шуги. — Пусть мы не клялись друг другу в любви, и наш брак - обманка. Пусть то что случилось между нами отчасти моя вина. Пускай чувства есть только у меня, это все равно тяжело. Хана прикрывает веки, и пара кристальных слезинок скатываются на светлые джинсы брата. — Только, в самом начале он говорил что не станет изменять, даже если я не его настоящая жена, а теперь.... а теперь он на моих глазах целует другую, отпуская ее с улыбкой на лице. Это тяжело, Юнги!       Она не кричит, не истерит, всего лишь беззвучно плачет. Если бы не влага, которой пропитываются штаны парня в районе коленей, он бы и этого не заметил. Внутри у девушки пустота. Ни обиды, ни боли... и вот это - тяжело. Для Юнги тяжело. Его сильная, умеющая давать отпор, и без раздумий рвущаяся постоять за себя и друзей сестренка сломалась, оставив в его руках хрупкую плачущую девчонку.       Мин запускает пальцы в волосы Ханы, и начинает тихонько их перебирать. Это успокаивает. Ни ее - его. До боли закушенная губа вырывается из плена острых зубов когда парень медленно выдыхает.        — Ты справишься. Ты со всем справишься, малыш. Шепчет Юнги засыпающей девушке.       Хана просыпается через пару часов от звона битого стекла, и резко подскакивает на диване. Голова идет кругом и она не сразу понимает где находится до тех пор, пока из кухни не доносится отборный мат старшего.       Улыбнувшись она выпутывается из пушистого пледа, и ступая босыми ступнями по теплому паркету идет на звук.        Возле варочной поверхности стоит сгорбленный брюнет собирая веником осколки по всей видимости чашки.        — У кого-то руки из жопы. Фыркает Ким перенимая совок, и помогает брату справиться с разрухой.        — О, кого-то попустило. Язвит в ответ тот. Это не от злости, и Хана это знает, просто Юнги не умеет по другому.       — Ты чего посуду бьешь? Отправив бывшую чашку в мусорное ведро спрашивает шатенка.        — Не могу дозвониться до Хосока. Вздыхает Мин усаживаясь на стул и роняя голову на ладони. — Целый день звоню, а в трубке одно и тоже: "Абонент не доступен". Его начинает трясти, и голос как-то холодеет, и девушка как никто другой знает что последует за этим холодом. Юнги может нахер всю квартиру разнести, и его нужно успокоить.       Хана осторожно подходит к брату, и присев возле него на корточки, накрывает его сжатые ладони своими.        — Скорее всего он отсыпается, Юн. Говорит она поглаживая кожу на костяшках большим пальцем. — Телефон мог сесть, или он специально его выключил, что бы ему не мешали. Не забывай, мы только вернулись после длительного издевательства. Усмехается она оставив легкий поцелуй на щеке брата.       — Вот именно. Обиженно тянет тот, но быстро собирается возвращаясь обратно к плите и помешивает ужин. — Но наверное ты права.       — Я всегда права. Подмигивает Ким покидая кухню, и в уме добавляет "почти". Горькая улыбка трогает ее губы, и девушка решает принять душ. Сегодня она останется у брата. Хана не спрашивает разрешения, знает что Шуга никуда ее не отпустит, да и ему так будет легче, потому что дурацкое предчувствие чего-то не хорошего настойчиво скребет в груди. А ведь не просто так.        В эту минуту ЧонХосок проходит регистрацию в центральном аэропорту. Его рейс обьявлен, и парень спешит занять свое место на борту самолета.