Лёрк, оно того стоило?

      Билли шагала по черепице, время от времени переносясь на другую крышу очередного аккуратного домика.       Её терзали сомнения: правильно ли она поступила? Такой огромный путь проделан, столько крови пролито, для того, чтобы в итоге спасти его. Спасти Чужого.       Из-за этого Черноглазого ублюдка рушились империи, мучились люди, погибали невинные.       Но он тоже страдал.       Чужой никогда не просил судьбы Бога. Он страдал из-за других, так же, как и другие страдали из-за него.       Билли помотала головой: сомнениям нет места. Первое, чему научил её Дауд — никогда не сомневаться… и не тратить время на извинения.       Ещё одна крыша. И ещё. Лёрк проходила над домами будто призрак. Под ногами всё громче шумит черепица, на улочках вечерней Карнаки стихают все звуки. Она уже близко.       Впереди виднелся берег. Воды залива Карнаки отражали лучи заходящего солнца, становясь похожими на один гигантский костёр.       Старый дом, откуда, наверное, оттуда открывался захватывающий дух вид. А на крыше кто-то сидел.       Вот и он…

***

«Билли! Приходи к пристани Клементе как можно скорее. Мне нужно с тобой встретиться. Я буду ждать тебя на крыше старого дома. Не волнуйся, его ты не пропустишь. Томас.»       Это письмо Лёрк получила пару часов назад. Какой-то мальчишка сунул ей пожелтевший конверт прямо в руки. Внутри оказалась записка, в которой корявым почерком были выведены эти слова. «Томас? — подумала Билли. — Он ещё жив? Или это очередная ловушка?»       Впрочем, такую возможность она не могла пропустить.

***

      Лёрк, сама того не осознавая, разогналась, буквально пролетая над крышами и улицами, уже не обращая внимания на редких ахающих прохожих.       Этот дом совсем близко.       Билли, сама не зная, зачем, подпрыгнула как можно выше и перенеслась прямо на нужную крышу. Черепица под ногами треснула. — Томас, — спокойно проговорила она. — Билли, — чуть ли не прошептал он в ответ. — Скажи мне, Лёрк, оно того стоило? Стоило нам убивать, проливать свою кровь, сражаться с ведьмами по указке Черноглазого ублюдка, лишь для того, чтобы убить его? — Он не убит, Томас. Чужой стал человеком.       Тишина.       Такая неуместная пауза.       Минута.       Две.       Наконец, бывший китобой вздохнул: — Вот как. А Дауд? Он счастлив? Он добился своего? — Дауд мёртв. — А?.. — Его дух обрёл мир в Бездне.       Снова пауза. Билли показалось, что Томас начал трястись.       Он сглотнул и ответил слегка дрожащим голосом: — Я… Я надеюсь… Он был мне дорог… Конечно, наверное, Дауд был дорог всем, но… — по щеке китобоя скатилась почти незаметная слеза. — Лёрк, а ты помнишь свои первые дни в его окружении? Мы благоговели перед ним. Назвать его «мастером» было великой честью. Хах… А когда он обратился ко мне по имени? Когда впервые позвал: «Том?» Я думал, что упаду в обморок от счастья. Но ты… Ты была лучшей из всех. А я же так старался, чтобы Дауд ещё раз назвал меня Томом, но мастер выбрал тебя… Мы все так завидовали, когда он назначил тебя правой рукой. Но зачем? Зачем ты предала его?       Билли села рядом, положив руку на плечо китобоя, и тяжело вздохнула. — Я не знаю, Томас. Тогда мне казалось, что он слаб. Что он достаточно долго был нашим мастером. Но Дауд таковым никогда не был… Даже там, в Бездне, когда нами решалась судьба Бога, он нашёл в себе силы простить Чужого и освободить его. — Так это всё игра? Пародия на царя горы? Вся эта кровь была лишь на потеху Черноглазому? — Зелёные. — Что? — У Чужого зелёные глаза.       Глубокий вдох: — Вот как.       Томас выдержал паузу: — За эти шестнадцать лет китобоев почти не осталось. Кто-то спился, кого-то убила стража, многие остались в наёмниках и погибли на заданиях… Я даже не знаю, где они похоронены и похоронены ли вообще. Не могу представить, что опытнейшие убийцы закончили свою жизнь в канаве. Они же все были такими сильными, ловкими. Опаснейшими бойцами Дануолла, если не всех Островов. Неужели, нас и вправду связывала только чёрная магия? Костяные амулеты, руны, эликсиры, воля Чужого… Мы без них ни на что не были способны? Впрочем, сейчас это уже не важно. Пожалуй, наша миссия в этом мире выполнена. Нет. Твоя миссия, Билли. Я сделал должное уже давным-давно… — Томас повернулся к Лёрк. — Что ты теперь будешь делать? Вновь возьмёшься за контракты? — Нет. Хватит с меня смертей. Это я поняла, когда не смогла убить Чужого. Почти все из нас заслуживают жизни, — она встала, подошла к краю противоположному краю крыши и собралась прыгнуть, как её остановил голос Томаса. — Он счастлив? — Он простил его.       В последний раз окинув взглядом освещенный заходящим солнцем Залив Карнаки, Билли растворилась в воздухе. Закат больше никогда не будет прежним.