клинофобия

Ночь первая. Ночь вторая. Ночь третья. С того самого приступа паники Лиза больше не спала. Да, ее глаза закрывались на пару минут, но девушка сразу же начинала задыхаться, боясь погрузиться в глубокий сон. Обессиленная, с большими синяками под глазами и побелевшей кожей девушка, словно мертвец, лежала в гостиной изо дня в день и из ночи в ночь. Она умирала, медленно, но безболезненно. Питаясь только уже давно засохшими хлопьями и едой быстрого приготовления. И ничто не тревожило девушку, она ни о чем уже не беспокоилась. Ночь четвертая. Лиза сидела в подвале своего дома. Маленький подрагивающий огонек свечки был единственным источником света в этом темном замкнутом пространстве. Неред не отрывала взгляд от огонька, изредка касаясь его кончиками пальцев. Красные обожженные подушечки сильно ныли, но девушка не останавливалась. Боль — это то, благодаря чему Лиза знала, что еще жива. Девушка выглядела сумасшедшей, но нельзя путать сумасшествие с прирученным буйством. Внутри Лизы все кипело и взрывалось, но девушка прятала это под меланхоличным внешним спокойствием. Неред редко моргала, боясь закрыть глаза, и вновь их не открыть. Страшась заснуть. Девушка не знала, сколько было времени, наступило ли утро или нет, прошла ли эта ужасная ночь, полная одиночества и тишины. Лиза слышала стук своего сердца, чувствовала, как легкие набиваются воздухом, а потом опустошаются, ощущала металлический вкус крови на своих покусанных губах и видела слабенький огонек спасительной свечки. Прошло много времени до того, как девушка, облокотившись о стену, чуть прикрыла глаза. Легкое сопение разрушило гробовую тишину. Лиза заснула, сама не замечая этого. Большая бордовая машина ехала по пустому шоссе с довольно высокой скоростью. Семья, сидящая в транспорте, возбужденно обсуждала новый фильм, который пару минут назад смотрела в кинотеатре. Прекрасная сказочная история произвела большое впечатление на всех пассажиров. В то время как маленький мальчик делился своими мыслями о главном персонаже с его старшей сестрой, у их отца зазвонил телефон. Мужчина отвлекся от дороги и посмотрел на экран мобильника. А дальше белый свет, приближающийся с каждой секундой. Такой яркий и теплый, кажущийся безобидным, словно солнышко, которое светит вам в глаза, пока вы загораете на песчаном пляже. Но только этот свет потом превращается в самые мрачные и темные краски, где пятнами проявляется красный цвет. Кровь и смятая бордовая машина, из окон которой видны конечности счастливой семьи. Бывшей счастливой семьи. Лиза вскочила с пола, визжа и задыхаясь. Ее кожа блестела от пота, покрывавшего все тело и скатывающегося крупными капельками по коже. Неред бил сильный озноб, ее трясло, что-то не давало дышать. Девушка сжимала голову руками, медленно и мучительно оттягивая волосы. Ее лицо скорчилось в гримасе боли. Слезы непрекращающимся потом текли по щекам. Красные и расширенные от ужаса глаза смотрели в никуда, сердце стучало ужасно быстро и сильно, дыхание перебилось. Приступ паники, страх, боязнь и ужасное прошлое не давали девушке жить. Лиза побежала вверх по лестнице, чтобы не видеть больше этот проклятый подвал. Неред зашла в ванную и включила холодную воду. Девушка забралась в ванную, которая скоро полностью наполнилась. Зубы Лизы стучали от холода, тело тряслось, все конечности затекли, кожа стала совсем белой, губы посинели. Но зато девушка больше не хотела спать, она готова была провести в этой ванне сколько угодно времени, чтобы больше не проваливаться в это адское царство Морфея. Первые лучи солнца стали проглядывать в маленькое окошечко в ванной. Лиза взглянула на свет сквозь полузакрытые глаза. Наконец-то, утро. Реснички девушки затрепетали, и она вылезла из воды, сразу накинув на себя большое и теплое полотенце. Вымокшая одежда неприятно прилипала к телу, но заходить в свою комнату, чтобы переодеться, Лиза категорически отказывалась. Неред прошла на кухню, зная, что ничего съедобного там не найдет. Открыв шкафчик с всякими приправами, она достала банку с сахаром, в котором лежало несколько крупных купюр, завернутых в маленький целлофановый пакет. Мама всегда их здесь хранила. Посчитав деньги, девушка отложила их в сторону, а сама оперлась руками о кухонную тумбу. И что делать дальше? Все еще закутанная в полотенце, Лиза вышла из дома и пошла по улицам маленького городка. Мокрая, растрепанная, с красными глазами и синяками под ними. Больше похожая на чучело девушка медленно передвигала ногами. Вдалеке послышалась сирена машины скорой помощи, которая уже через несколько секунд пронеслась мимо девушки. Сочувствую. Девушка зашла в магазинчик под названием «Счастливый сладкоежка». Колени девушки немного дрожали, когда она подошла к прилавку, за которым сидела все та же женщина, которая обслуживала их семью два года назад. Она горько улыбнулась Лизе и очень тихо спросила, как дела у девушки. Неред ничего не ответила, а лишь указала своим тонким длинным пальчиком на шоколадные батончики, а потом протянула десятидолларовую купюру. — На все, — прошептала девушка и посмотрела в пол. Продавщица еще несколько секунд оглядывала Лизу, а потом отвесила большой пакет конфет. Неред вышла из магазинчика, теребя в руках вытащенный из целлофана батончик. Пока девушка шла до дома, конфетка успела растаять в ее руках. Лиза зашла в гостиную и высыпала все купленное на пол. Любимые конфеты Миши. По щеке девушки потекла слеза, когда Неред вспомнила счастливую улыбку брата, который каждый день получал от возвратившейся с работы мамы конфетку. Лиза села на паркет и один за другим стала разворачивать фантик, а потом поглощать содержимое. Лиза выпила из-под крана холодную воду, не обращая внимания на не унимавшуюся боль в животе. Оставшийся день девушка провела сидя на кафельной плитке в ванной и сжимая живот, боль котороя нравилась Лиза. Ночь пятая. Неред лежала на высокой траве, которая приятно щекотала кожу. Девушка смотрела на высокое чистое небо, на котором, словно рассыпанный бисер, виднелись яркие звезды. Это небесное полотно было настолько бесконечным, что Лиза чувствовала себя ничтожной. Она даже не могла назвать себя точечкой по сравнению с небосводом. Девушка чувствовала себя ничем, абсолютной пустотой. Лиза смотрела на переливы звезд, среди которых летали спутники, мигая желтым огоньком. Неред помнила, как отец рассказывал ей, что на звездах написана вся история. Что они повидали все, что только случалось на нашей планете. Интересно, а они знают мою историю? Лиза прислушивалась к кузнечикам, играющим свою музыку в траве. Неподалеку раздался лай собаки, а потом все затихло. Невыносимая тишина. И звезды вдруг пропали. А вместе с ними и трава, и кузнечики, и собачка. Лиза огляделась по сторонам. Но вокруг была пустота. Неред сделала шаг, а потом все сменилось. Появилась зеленая трава, голубое небо, яркое солнце и одинокий дуб, стоящий на бесконечной поляне. Девушка подошла поближе к дереву и дотронулась до его коры. Такая грубая и толстая. Наверное, дуб был очень древним. Рядом Лиза заметила качели, подвешенные к толстой ветке. Всего лишь два каната и ветка. Неред чуть улыбнулась, вспоминая, как раскачивала брата на тарзанке. — Привет, — послышался голос. Лиза оглянулась, но ничто не заметила. Она обошла дерево, но никого так и не встретила. Раздался смех, и девушка подняла голову. На одной из веток дуба сидел парнишка. Он держался за живот и громко хохотал. Не удержав равновесие, незнакомец свалился на землю, после чего стал смеяться еще громче. Лиза изумлено пялилась на парня, но, все же, не смогла сдержать улыбки. Рыжие волосы парнишки раскинулись на траве, широкая искренняя улыбка не сходила с лица, а серые глаза смотрели на Неред. — Привет, — снова сказал незнакомец и поднялся с земли. Лиза все равно ничего не отвечала. — Эй, ты — злючка, что ли? — чуть улыбнулся парень, и милые ямочки проступили на его щеках. — Кто ты? — Неред держала дистанцию и вела себя настороженно. — Твой друг. — Ты не мой друг. Я тебя даже не знаю. — Значит, я твой воображаемый друг, — пожал плечами парень. — Я — Даня Кашин. Девушка молча смотрела на протянутую руку. — Ну, теперь ты должна мне представиться. — Я — Лиза Неред. — Да, я это знал. А теперь, побежали, — вновь широко улыбнулся Даня и куда-то помчался. Лиза не знала, что делать. Но этот Даня Кашин показался ей довольно милым и добрым пареньком, который вряд ли оказался бы маньяком. Девушка сделала первый шаг, а потом, рванув со своего места, помчалась за новым знакомым. Неред бежала по зеленому полю, трава щекотала босые ноги, а легкое белое платьице, которого у девушки никогда не было, развивалось на встречном ветру. Впереди Лиза видела спину Дани, который уже стоял и смотрел куда-то. Когда девушка добежала до паренька, то посмотрела в ту же сторону. Прозрачная речка текла между двумя островками поля. В воде плавали мальки, на дне виднелись камушки, на поверхности росли лилии и кувшинки. Даня посмотрел на Лизу, а потом бросился в воду, смеясь и зовя девушку. Неред, не раздумывая, зашла в воду по пояс. — Знаешь, а я рад познакомиться с тобой, — сказал Данил. Лиза заглянула в его глаза. Они были чуть сощурены из-за ярко светившего солнца. Но в них можно было разглядеть всю его честность и правдивость этих слов. Неред чуть кивнула и зачерпнула чистую воду ладонями. Потом улыбнулась и выплеснула ее на парня. Тот, опять начав смеяться, принялся обрызгивать девушку, которая не сдавала свои позиции и тоже вовсю обливала Даню. Ребята лежали на траве и смотрели на облака, высматривая в них разных животных, людей, фигуры. И Лиза чувствовала такую легкость, как будто не было последних двух лет, не было этой аварии и дней, прожитых после комы. Словно она всегда знала этого весельчака Даню, будто он не был ее воображаемым другом. Неред повернула голову и посмотрела на улыбающееся лицо Кашина, который продолжал наблюдать за причудливыми облаками. Он же, почувствовав на себе взгляд, повернулся к девушке. Лиза смотрела в эти глубокие серые глаза и видела в них что-то теплое, что-то доброе. Теперь не боль дает девушке понять, что она жива, а эти глаза. Жива по-настоящему, а не то существование на протяжении нескольких дней. Пространство оглушили какие-то сигналы. Короткие, но частые. Лиза сощурилась, а Данил вскочил с земли и оглядел пространство. — Мне пора, Лиза. До встречи, — пробормотал парнишка и исчез. Он просто растворился в воздухе, как будто его и не было. Неред не понимала, что происходит, она звала Даню, но тот не появлялся. Лиза вскочила на ноги и осмотрелась. Все то же звездное небо, все та же высокая некошеная трава, все те же сверчки. И все та же реальность.