Похождения Тигрицы.

      Погода была не очень хороша. Темные тучи все больше закрывают небо. Скоро ливень будет. Тигрица немного напряженно смотрит на улицу через плохо промытое окно номера. Из угла пошел запах кофе. Шень с мягкой улыбкой протягивает горячую кружку цвета слоновой кости. — Ночью хорошо спала? — спросил он.       Взяв чашку, она забрала кружку. Затем улыбнулась. — Этой ночью ты был настолько горяч, что недосып мгновенно исчезает, — улыбалась девушка.       Альбинос обнял ее. Они оба такие теплые. Жаль, что скоро им выходить, где холод.

***

      Силует Тигрицы ушел из поля зрения. Провожая взглядом, Шень махал крылом и желал хорошего дня. Вдруг сзади кто-то его обнял. Как ни странно это был Лей. — Я так по тебе волновался... Где ты был? — ласковым голосом говорил павлин, все крепче обнимая его.       Шень с трудом выбрался из крепких крыльев Лея. — Я уснул на скамейке в сквере, — коротко ответил альбинос. — Не ври мне, куколка. Я же знаю, у вас что-то было с этой девицей, — лукаво улыбался малиновый. — Это наше личное дело, — нахмурился Шень, отводя глаза от собеседника. — Ты так говоришь, будто у вас тайный роман, — все также улыбался малиновый павлин.       На этом альбинос ничего не ответил. Не дожидаясь ответа, брат Миянга приобнял его. — Ладно, пошли домой.       Когда они подошли к дому, Шень вдруг спрятался за спиной Лея. — Куколка, ты чего? Боишься? — ласково спрашивал он. — Тут ничего страшного нет. Миянг тебя просто поругает и все. — Тебе-то легко говорить. Тебя не насилуют, не избивают и не обзывают проституткой, — пробурчал тот.       Малиновый павлин прикоснулся за нижнию часть клюва и осторожно направил на свое лицо. — Я с ним поговорю, — шепнул нежно он.       Но встревожинность Шеня ни куда не ушла. Увидев раздраженное лицо Миянга, сердце стало колотиться еще больше. — Отлично! Хоть мой ангелочек нашелся, — голос богача был каким-то спокойным. Но тут же стал холодным и строгим, — Где ты был?       Лей коснулся его плеча. — Братец, нам нужно поговорить.       Они ушли на кухню. Там младший брат рассказал то оправдание Шеня возле конторы. — Ты не ругай его. Он и так весь на иголках. — А какого черта он ночевал в сквере?       Тут Лею было неудобно об этом говорить. — Пойми, не все же такие кролики, как ты. Ему, скорее всего, надоели ваши постельные игры, которые чуть ли не каждую ночь происходят. Шень устал. Он хочет где-нибудь спокойно отдохнуть.       Еще немного они разговаривали. Потом Миянг, выйдя из кухни, подсел к Шеню. Тот его сильно боялся. Вопреки всем ожиданиям, Миянг лишь погладил его белоснежную щеку. — Приятно, когда гладят? — спросил молодой мужчина.       Альбинос кивнул. — Так сильно меня боишься, что даже не можешь ничего сказать? — все также спрашивал он. — А что мне говорить? — тихим голосом отвечал Шень вопросом на вопрос. — Уже ничего, — улыбнулся синий павлин и обнял альбиноса.

***

      Весь последующий день прошел скучно. Шень не спеша мыл посуду. За спиной послышались шаги. — Красивая у тебя улыбка, — послышался голос Лея.       Павлин подошел к стареющему мужчине. — Весь день улыбаешься. Раскажешь почему, красавец? — Тебе не обязательно об этом знать, — равнодушно ответил Шень.       Малиновый ожидал такого ответа. Он встал слишком близко к Шеню, косаясь его бедер. — Не скажешь — заберу у Миянга. Там буду тебя мучать, — прошептал на слуховое место павлин, после лизнув его.       Альбинос съежился. — Как скажешь, но пообещай мне, что не скажешь брату, — вздохнул белый павлин.       Он описывал вчерашнюю ночь с Тигрицей. Иногда даже облизнулся. — Ты ее сильно любишь? — спросил Лей. — Очень, — шепнул в ответ Шень. — Ты не представляешь, как это было прекрасно... Я уже не помню, когда я с ней испытвал такое блаженство... — Значит, ты так отдыхаешь от секса? — вдруг прохвучал строгий и холодный голос Миянга.       Шень ошарашено посмотрел в строну выхода в гостинную. Ноги подкосились, увидев обозленного богача. — Как ты мог, Шень? — раздраженно задал вопрос синий мужчина, едва сдерживаясь, чтобы сразу не накинуться на любовника.       В ответ альбинос не успел ничего сказать. Молодой мужчина грубо взял за крыло Шеня и повел на верх. Лей, к сожалению, не мог ничего сделать. Он всегда боялся старшего брата. С детства он знал, что если помешает брату, то ему не поздоровится. Хрупкое тело Шеня грубо падает на кровать. Почти-пожилой мужчина повернул голову. В крыле синего павлина был ремень. — Братец мне говорил, что ты уснул на скамейке, — проговорил с ноткой усмешки павлин. Потом перешел на строгий крик, — а на самом деле уснул в постели с этой гадиной!       Удар. Из глаз полились слезы. Шень просил прощения, но Миянг был беспощаден. Пятнадцать минут кожанный ремень оставлял еле видные красные следы на молочных перьях. Затем садист поставил беднягу в таком расположении, чтобы было легче насиловать. — Миянг, прошу тебя не надо, — еле как произнес страдалец, но другой будто не слышал его.       Вот ширинка штанов почти расстегнута. Вдруг в спальню врывается Тигрица. Она, не долго думая, ударила кулаком, попав в уголки клюва.