Великая Имперская Война

После памятного происшествия прошла неделя, поэтому у меня было время всё обдумать. Известие о том, что в моей «ситуации» замешан сам Шеогорат сначала привела меня в шок, затем, правда, сменившийся странным спокойствием, навеянным осознанием того факта, что от меня всё равно в этой ситуации ничего не зависит и ничего в моей жизни кардинально не поменяет. Сейчас на первом месте – выжить в войне, которая в каноне продлилась около четырёх лет и закончилась поражением Империи и расколом части её общества. А ещё это «задание» лорда Безумия о прекращении деятельности отдельно взятого святилища Вермины на Севере Скайрима. Как я это сделаю – не имелось ни малейшего понятия, ведь нет у меня влияния и ресурсов, чтобы послать солдат на зачистку, а самому в одиночку там делать нечего, да и не отпустит меня с фронта никто, а дезертировать не вариант – рано или поздно кто-нибудь узнает, после чего остаётся ждать только палача, либо жить остаток жизни в лесах и пещерах, что тоже не радует, поэтому этот вопрос нужно тщательно обдумать, ведь Шеогорат любит действовать не напрямую, а использовать полезные совпадения и подстроенные ситуации, может и у меня что-нибудь получится…позже, ведь строгих временных рамок мне никто не ставил – время особо неважно для бессмертного существа, вроде лорда безумия. Пока командование согласует множество вопросов, касательно того, куда корпус пристроить на хаммерфельском направлении, у нас появилось немного свободного времени, которое я решил провести с пользой для себя и изучить хоть немного редгардское боевое искусство. Для этих целей мне посоветовали в городской страже Элинхира, где мы сейчас расквартированы, одного ветерана, к которому я и направился. Мужик действительно серьёзный – восемь лет службы в Легионе и ещё двадцать лет в наёмных отрядах на стороне фракции Предшественников. Сначала старый редгард заломил сотню септимов за одно занятие, но я сумел сторговаться до двадцати, сыграв на том, что старик был патриотом Хаммерфела. Мой контраргумент в ценовом вопросе был прост – чем лучше старик меня обучит, тем больше я смогу убить эльфов-оккупантов, что пришли с войной в его страну, на что редгард согласился, ведь антиэльфийские настроения были очень сильны в Хаммерфеле, сильно пострадавшем и продолжающем испытывать на себе тяготы войны с Альдмерским Доминионом. Хотя денежный вопрос у меня не стоял так уж остро, ведь отправлять деньги семье, как это делали многие легионеры, мне не надо было, по причине отсутствия этой семьи, а Легион обеспечивал солдат и офицеров всем необходимым, хотя и с перебоями.Вот и сейчас, я пришёл на очередное занятие и поздоровался с «сенсеем», после чего тот начал рассказывать свои истории, попутно показывая приёмы. - Нас, редгардов с детства обучают, делая упор на индивидуальное мастерство и владение несколькими видами оружия, что открывает широкие перспективы на рынке наёмников, где постоянно нужны разнопрофильные специалисты, но некоторые всё же идут в Легион, где приспосабливаются к строевому бою. Эти люди уже давно разработали свой стиль, в котором традиционная подготовка Йокуды сплавлена с имперской военной системой, чему я тебя и пытаюсь научить эти несколько дней, хотя, на такое нужно потратить годы, чтобы зваться мастером. - Я пытаюсь, учитель. – Выдохнул я, отбиваясь утяжелённым деревянным тренировочным мечом. - Вы, имперцы слишком полагаетесь на строевой бой и прикрытие. Но, что если ты отстал от своих? Отправился в разведку? Единственный выживший? Именно в таких ситуациях наша подготовка выигрывает перед вашей. Продолжим… Спустя пару часов, я вымотавшийся и в синяках побрёл в казарму, где офицерам были выделены жилые места. Приняв душ (а ведро воды, опрокинутое на голову здесь именуется именно так) и заслушав отчёт об отсутствии нарушений в центурии от заместителя, я решил пройтись по городу до небольшой арены, какие были почти в каждом хаммерфельском городе (культ силы, как никак), чтобы посмотреть на тренировки местной молодёжи, либо чьи-нибудь выяснения отношений, что редгарды, традиционно делают на песке ристалища. Однако и тут есть имперское влияние – тотализатор. По рядам бегает ушлый мужичок, предлагающий поставить пару септимов на бойца. Сейчас это воспринимается вполне нормально, но ещё несколько столетий назад было неприемлемым, так как поединок считался священным – через него высшие силы доносили свою волю, а потому, как-то играть на этом строжайше запрещалось. Увы. Дойти до арены не удалось, так как я был перехвачен адъютантом легата, посланным, чтобы собрать в зале совещаний казарм стражи всех офицеров экспедиционного корпуса. Прибыв на место одним из первых и дождавшись легата с остальными, все сумбурно друг друга поприветствовали, и легат взял слово. - Господа. Сегодня утром пришло известие о крупном народном восстании на острове Строс М'Кай. В связи с этим, командующая альтмерскими силами леди Араннелия отправляется подавлять его, планируя забрать часть гарнизона города Хегат. Это шанс, который мы не можем упустить. Прибрежный город, захват которого открыл эльфам дорогу на Сентинель, до которого они не добрались лишь ценой ожесточённого сопротивления Легиона и редгардских армий. Хегат отделён от нас пустыней Алик'р, являющейся естественной преградой. Так подумали талморцы, не ожидая нападения из-за песчаных барханов, откуда мы и ударим двумя колоннами. Первой будет руководить Ифрит Убар из Венценосцев со своими наёмниками и приближёнными, выступив из Сентинеля. Второй колонной будет управлять Каррод из Предшественников, что выдвинется из Драгонстара сегодня-завтра. Мы, примкнём к Предшественникам, но командование будет раздельное. У них свои офицеры, у нас свои. Я надеюсь это все понимают, как и то, что не стоит сердить без причины вспыльчивых редгардов. Завтра утром выдвигаемся ускоренным маршем – дорога каждая минута. Хотя в это время года море неспокойно и часты штормы, что должно замедлить Доминион – нужно спешить, чтобы успеть захватить город с минимумом гарнизона до возвращения Араннелии, ведь оборонять город почти всегда легче, чем захватывать его же. На этом всё. Отдыхайте, силы вам понадобятся и скажите солдатам сделать так же, но не говорите им о конечной цели похода – у Талмора много информаторов и пусть они дальше будут уверены в невозможности наступления со стороны пустыни. От этой новости я моментально выпал в осадок: марш-бросок через полстраны это одно, но переход через пустыню – совсем другое. Для этого нужны хорошие проводники, правильно собранный багаж и одежда, пригодная для такого события. Как это всё подобрать и организовать я не знал – в обоих жизнях не довелось иметь дело с пустынями, кроме как через экран, поэтому необходимы советы профессионала. А кто разбирается в пустынях лучше, чем редгарды? Наверное, никто. Именно поэтому, несмотря на довольно позднее время, я направился домой к наставнику, который упоминал, что был в Алик'ре. Старый редгард выслушал меня с пониманием (военные планы, разумеется, озвучены не были), даже похвалил, что я не стал бездумно соваться в пески. Разумеется, я припомнил, как в моей истории непривычные к жаре и закованные в железо крестоносцы жарились заживо в песках Анатолии и Ближнего Востока, чем активно и пользовались турки-сельджуки и Фатимиды из Египта. В итоге – немалая часть европейцев выбывала из строя ещё до столкновения с противником. Понимая, что здесь всё может оказаться так же, я решил восполнить пробел в своих познаниях, касательно пустынных переходов. - Понимаешь, пустыня не терпит слабых. Если ты переоценил себя, то ты труп, ведь пески Алик'ра не знают жалости. Именно поэтому племена кочевников, что бороздят пески Алик'ра, посвящают юношей в мужчины, именно оставляя последних на некоторое время выживать в пустыне, ведь во время поединка можно схитрить, обмануть или может банально повезти, но пустыню не обманешь – она вытащит твоё нутро с потрохами наружу, покрутит и засунет обратно. Конечно, фактор удачи и здесь никто не отменял, но всё же это честнее, по крайней мере, по версии многих поколений кочевников. А касательно твоего вопроса, то начать следует с одежды. - Я слушаю. - Для начала – ни в коем случае не надевай доспехи. Сталь раскалится на солнце до невозможных пределов, что будет убивать тебя крайне болезненно. Тебе нужна одежда из плотной ткани, которая будет иметь минимум открытых участков тела, для предотвращения ожогов и попаданий песка, желательно вместе с чалмой, оставляющей открытыми только глаза. Далее идёт обувь. Жизненно необходимы будут сапоги с толстой подошвой, что положительно скажется как на устойчивости, так и на сохранении ног от жары и мелких пустынных тварей, что любят зарываться в песок. Ничего тебе заново изобретать не нужно – всё давно придумано Алик'рцами. На любом рынке в Хаммерфеле сможешь найти комплект такой одежды, кстати, очень рекомендую приобрести, ведь стоит он гроши, а польза от него неоценима. - Понятно. Деньги ещё остались, поэтому так и сделаю. А дальше? - Ну, это снаряжение и обоз. В пустыню нужно брать только самые нужные вещи, не захламляя пространство, ведь лишний вес на невыносимой жаре может сыграть с тобой злую шутку. Что до вещей, то ты должен сам решить, но так и быть, поделюсь с тобой опытом поколений, что обычно берут с собой наши. Оружие – это однозначно. Запас продуктов долгого хранения важен. Вода – это вообще будет твоей религией в пустыне. Плотная палатка – как жарки дни, так и холодны ночи в Алик'ре. Ну и всё, что ты сочтёшь важным и нужным, только не переборщи. Потом, у вас есть обоз? - Конечно, есть, хотя и небольшой. Мы ведь лишь корпус, а не полноценный Легион. - Это не важно. Главное то, что ваши лошади не приспособлены к такому испытанию. Настоятельно советую заменить их верблюдами. - Да, это имеет смысл. Боюсь, что я не имею таких полномочий, но скажу об этом легату. Это ведь не всё? - Верно. Осталось самое главное – правила поведения. Ты можешь быть хоть трижды правильно одет и иметь правильный набор вещей, но без умения вести себя в пустыне долго прожить не удастся. Самые простые правила – экономь воду – сколько бы ты её не взял, всё равно окажется недостаточно. Идите строго в нужном направлении, иначе рискуете заблудиться, ведь дорог в Алик'ре нет, хотя имеются указатели, а лучше всего – наймите проводников. Кроме прочего, следи за состоянием своего тела, а голову вообще желательно время от времени поливать водой, а если таковой мало (а как мы выяснили, её всегда мало), то мочой. - …- Только и хватило меня. - Не нужно так смотреть, парень. Это пустыня, а не ваш изнеженный Сиродил. Здесь правила выживания совсем другие. Ни один редгард не засмеётся, если ты расскажешь ему, как в Алик'ре использовал свою мочу. Выживание важнее благопристойностей, поэтому не трать зря воду и не позволяй это делать солдатам, ведь один потянет за собой ещё нескольких. Вообще же, в пустыне есть несколько оазисов, но их расположение мне не известно, да и у этих мест хозяева есть – всё те же Алик'рские кочевые племена. Ну и не забудь ещё то, что двигаться лучше ночью, таким образом, можно ещё ориентироваться по звёздам, если конечно умеешь. Ну, вроде всё. Не пропади там парень. – Сказал с лёгкой улыбкой темнокожий старик. - Ясно. Спасибо за всё. Удачи вам и прощайте! – Вполне искренне сказал я. Несмотря на поздний час – часть торговых прилавков ещё работала, либо собиралась закрываться. Немного поспрашивав, я действительно всего за тридцать септимов стал обладателем полного комплекта Алик'рской одежды, которая включала в себя всё, что описывал наставник и прекрасно подходила для нашего «сафари». На утро, я сразу отправился к легату, который проверял бумаги и встретил меня с удивлением. Разговор состоялся по поводу готовности корпуса к переходу. Юстиниан Квилий был не дурак, поэтому сообщил, что уже договорился об обмене лошадей на верблюдов. Однако, пришлось сильно постараться, чтобы убедить его заменить парням доспехи на пустынные одеяния. К счастью, несколько подошедших офицеров сочли мои доводы убедительными. Так, большинством голосов, оказавших давление на легата, было принято решение о закупке пустынной одежды. Разумеется, в плане имелось несколько оговорок: поскольку обоз не утащит броню всех солдат, то доспехи переоденут при приближении к Хегату только офицеры и бойцы авангарда, как самые подверженные вражескому удару. Остальные доспехи и иное снаряжение будет доставлено в город морем из Сентинеля, после освобождения Хегата.

***

Сказать, что леди Араннелия была в ярости – это значит, ничего не сказать. Сейчас, когда ситуация более-менее начала выправляться в пользу Доминиона и с Алинора стали поступать первые поздравления и похвалы случилось это. На самом труднодоступном, но таком важном для военной кампании месте, как остров Строс М'Кай случилось крупное восстание, явно спровоцированное Империей. Теперь ей придётся снимать солдат с фронтов и гарнизонов, запрашивать корабли и плыть в это треклятое место, чтобы вздёрнуть на пальмах жалких короткоживущих, что посмели попытаться разрушить то, над чем Араннелия трудилась столько времени и что было оплачено кровью многих солдат Доминиона. Большую часть карательной экспедиции эльфийка решила взять из Хегата. Это было рискованным решением и талморка это понимала, ведь город стоит на прямом пути в столицу провинции Сентинель, откуда может не заставить себя ждать контратака. Но, с другой стороны – это был тыл, когда на других направлениях солдат бы пришлось снимать с фронта, тем самым ослабляя его. Некоторую уверенность давала и пустыня, являющаяся природным щитом данной территории. Разведка сообщала, что в пустыне почти не возможна навигация, в виду отсутствия дорог и губительного климата, поэтому Легион вряд ли без больших потерь справится, даже если и пойдёт на эту авантюру. В любом случае – эта война уже давно перешла те рамки, что прогнозировали большинство политиков Талмора, когда рассчитывали время и ресурсы, которые были бы затрачены на боевые действия. Не хотелось признавать, но Доминион сильно недооценил Империю, хотя и та, слишком сильно понадеялась на свои Легионы. Вдобавок ко всему, провалились переговоры с этими жалкими предателями, носящими имя Диренни, которые не хотят присоединиться к своим сородичам, заняв зрительное место в этой войне. Несмотря на все усилия Альсиэля, клан владельцев острова Балфиера нашёл тысячу и одну причину не поднимать мятеж в Хай Роке, ссылаясь на сложное политическое положение. В любом случае, нужно действовать, ибо война затянется на неопределённый срок.

***

Редгард средних лет сидел на балконе особняка на Строс М'Кае, лениво смотря на возбужденную толпу, что линчевала на площади нескольких альтмеров и их местных пособников. Мужчину звали Овидий, хотя это имя не всегда было с ним. Когда-то он родился в пустыне Алик'р, где каждый день жизни нужно было вырывать из лап смерти. Он не знал своих родителей, но все, кто пережил первые годы жизни, были друг для друга братьями и сёстрами. Как и все мальчики, Овидий проходил тяжёлые тренировки, чтобы впоследствии стать профессиональным наёмником, однако у судьбы было иное мнение на этот счёт. В одном из заданий, где одна семья, в рамках кровной мести, наняла Алик'рцев на убийство члена другой семьи в Сентинеле, произошло то, что предопределило его дальнейшую жизнь. Выполнив задание, не все смогли уйти от погони и Овидий попал в плен. После допроса, на котором парень оказался изрядно избит, противник понял, что поймал лишь одного из исполнителей, который не знает деталей своего заказа. После этого, Овидия хотели убить, но затем передумали и продали в рабство (официально запрещённое, но на деле широко практикуемое в той или иной мере). Впрочем, удача вскоре улыбнулась бывшему пустыннику и он смог сбежать из каменоломни, где трудились рабы и перед ним стал выбор: возвращаться нельзя, ибо тот, кто попался врагу – изгоняется из рядов воинов Алик'ра, как гласил закон детей пустыни, который каждый из них знал с детства. Но, жить хотелось, поэтому едва раздобыв честными и не очень способами нормальную одежду и оружие, Овидий отправился странствовать, как наёмник. Эти странствия привели его в Сиродил, где редгард ввязался в одно очень прибыльное, но сомнительное дело, обеспечивая охрану караванов скумы, нелегально возимой по провинции. Платили хорошо, но и риск был немалый, который однажды и перекрыл удачу Овидия. В то утро на караван с наркотиком напал отряд легионеров, при поддержке Пенитус Окулатус, которые быстро разобрались с охраной, изрядно повозившись только с Овидием, успевшим положить нескольких солдат Легиона. Когда его связали и привели в тюрьму, вместо приговора о казни, редгарда забрали странные люди, оказавшиеся из тайной стражи Императора. Они предложили Овидию жизнь и стереть все упоминания о нём в официальных бумагах, взамен на службу. Не долго думая, пустынник согласился на это, изрядно удивив агентов, когда выбрал имперское имя, которое носил до сих пор. Хотя Алик'рцы просто следовали своему закону, Овидию до сих пор было немного обидно за то, что его исключили из клана, хотя он ничего важного не сказал врагу. Теперь же, приняв имперскую культуру и найдя её весьма удобной для себя, редгард выполнял задания «Зрящих» по всей Империи, хотя, по иронии судьбы, чаще всего ему приходилось бывать в ненавистном теперь уже Хаммерфеле. Это задание отличалось от предыдущих, так как стояло в максимальном приоритете важности, что предполагало участие лучших агентов и выделения значительных ресурсов. Необходимо было тайком проникнуть на остров Строс М'Кай и подбить население на восстание, что и было сейчас сделано. Командование накануне операции сказало, что Башня Белого Золота требует, чтобы была обеспечена инициатива для Легиона, наступлению которого мешает жесточайшее сопротивление эльфов. Овидий и его группа сделали всё как надо: пламенные речи и золото, отданное в нужные руки обеспечили восстанию успех. Теперь альтмеры точно соберут карателей и отправятся приводить остров к покорности, ведь тот лежал между Хаммерфелом и Алинором, а значит, под угрозу ставилась морская навигация Доминиона. Люди продолжали жечь костры и праздновать свободу, ещё не зная, что скоро прибудет армия, против которой они бессильны. Жалко ли было Овидию этих людей? Чисто по-человечески да, но работая агентом «Зрящих», Овидий воспринимал простые человеческие чувства с лёгкой иронией, как слабые места, поэтому его не особо заботило, сколько человек погибнет, главное, чтобы своей смертью они выиграли Легиону время. После войны, если Империя выиграет, то этих людей назовут героями и мучениками за свободу, возможно, поставят монумент или обелиск в их честь, но истинные зачинщики восстания будут никому не известны, как и всегда. Поэтому, к моменту прибытия войск леди Араннелии, Овидий уже будет далеко от проклятого острова, оставляя людей на бойню, как и предполагал план командования.