Великая Имперская Война

Серана сидела на кровати и в очередной раз переосмысливала свою жизнь. Сейчас она устроилась в алхимический магазин, где помогала с зельями и настойками, а взамен получала комнату с кроватью и процент от проданных снадобий. Ботела – так звали хозяйку, была умной женщиной, а потому и не лезла в дела явно подозрительной девушки. Ей было достаточно того, что познания в алхимии у незнакомки были определённо выше среднего. Сам город ещё не оправился от последствий восстания, но быстро восстанавливался, чему способствовал наплыв купцов из Скайрима и Хай Рока, ведь многие хотели разжиться дефицитным товаром в обход пошлин и наценок Восточной Имперской Компании. Другой новостью, обсуждаемой на рынках и в тавернах, была свадьба сиродильского императора и некоей Инессы Диренни из того самого клана. Странный выбор, думала Серана, но, при этом, она отдавала себе отчёт в том, что в современной политике не смыслит ровным счётом ничего. Решив, что можно и пройтись по рынку в свободное время, девушка надела плащ, накинула капюшон и вышла на улицу, благо, пасмурная погода позволяла легче переносить дневное время. Почти все свои деньги Серана потратила на книги и теперь у неё осталось совсем немного этих септимов. Вампиресса понимала, что Ботела неплохо зарабатывала на ней, ведь сама девушка считала себя хорошим алхимиком, да и продажи явно подросли со времени её трудоустройства, но пара сотен септимов были нормальным разменом за анонимность, которую предоставляла женщина своей работнице. Народ на площади активно обсуждал вышеупомянутую свадьбу, ведь подобные события очень нравятся простому люду, особенно слухи. Кто-то надеялся на «особые штучки» альтмеров, а многие утверждали, мол «остроухая колдунья заколдовала нашего императора!». На это Серана только и смогла фыркнуть – смерды всегда рады поверить любым слухам, не удосужившись хоть немного подумать о составляющей этих самых слухов. Продуктовые ряды нордку решительно не интересовали уже очень и очень давно, а вот к книжной лавке ноги сами помнили дорогу. - С возвращением, госпожа! Я могу вам как-нибудь помочь? – расплылся в улыбке продавец, приглашающе махнув рукой. - Я посмотрю, – холодно бросила брюнетка и принялась за разглядывание печатной продукции. Вампиресса раздраженно поджала губы, ведь доброжелательность этого индивида пропорциональна потраченным здесь деньгам – за несколько дней Серана оставила в лавке почти две сотни единиц валюты с именем почившей династии. Вот и сейчас у мужичка, в предвкушении новой прибыли, быстро забилось сердце. Впрочем, Серана была достаточно умна, чтобы не позволить своему высокомерию дать выход больше положенного. Всё-таки в этом городе она никто и звать её никак, а разбирательства с местными могут привлечь нежелательное внимание, потому она просто произнесла: - Вот эту. – Указала девушка пальцем на книгу в красном переплёте, которую продавец торопливо стал заворачивать в обёрточную бумагу, которую она разорвёт спустя пять минут, но пока с улыбкой смотрела на усердствующего торговца. Человек назвал сумму, которую тут же и получил, а Серана пошла по рынку дальше. По пути она пересчитывала оставшиеся у неё всё ещё непривычные монеты. В первый день её пребывания в Маркарте, девушка решила купить тканевые перчатки от солнца, но её обсчитали на рынке, пользуясь явным незнанием видов денег. Просто дали неполную сдачу монетами мелких номиналов, а заметила она обман уже в алхимической лавке. Далее её путь лежал в таверну, где Серане нужен был не ассортимент, а слухи и новости, которые льются в подобного рода заведениях не хуже эля. Заняв стул за барной стойкой, вампиресса заказала бутылку самого дешёвого вина, ведь просто так сидеть в таверне нельзя, а запах пива был ей противен. Удивительным было то, что все бретоны, именуемые здесь ричменами, обходили её стороной, явно боясь проблем от надменной нордской аристократки, вид которой усиленно на себя напускала девушка. К сожалению, этот эффект не срабатывал на нордов… - Ик… привет! – крякнул молодой светловолосый северянин, занимающий в это время соседний стул, - Можно ли с вами познакомиться, прекрасное создание? От подобной наглости Серана на пару секунд потеряла дар речи. Её хватило только на злой взгляд, а всё самообладание ушло на то, чтобы не устроить в таверне локальный апокалипсис грозовой магией. Но существо, подсевшее к ней, было иного мнения об этом молчании. - Ну вот, вы даже потеряли дар речи от моего бескультурья! Где же мои манеры?! Позвольте представиться – меня зовут Огмунд Певец и я выпускник Коллегии Бардов из Солитьюда! – шутливо поклонился этот музыкант, не подозревая, что в воображении Сераны уже умер десяток раз мучительной смертью. - Фьора. – Коротко бросила она, используя то имя, что придумали они с Тарном. - За вас, госпожа Фьора! – прокричал блондин, выпивая кружку мерзкого пива, - позвольте узнать, откуда такая прекрасная дама родом? - Даггерфол, - бросила первое, что пришло на ум Серана. - А, благодатные места! Знаю я песню одну, прекрасная госпожа. Не желаете послушать? Молчание Сераны, видимо, было растолковано им, как знак согласия. - Дамы и господа! Следующая песня посвящается прекрасной леди Фьоре из Даггерфола, посетившей наш многострадальный город. Готовы? Начали! Со-олнце встаёт над за-аливом Иллиак… Неизвестно откуда, но в руках норда появилась лютня, а барду скоро начали подпевать несколько человек. Стоило признать, что голос у певца был действительно неплох, как и игра на лютне, но на этом достоинства заканчивались. Зато, как поняла Серана, этого барда здесь уважали и не подходили к ней, пока рядом сидел этот Огмунд. Это было терпимой платой за его подкаты. - Ну как тебе песня? Стой! Не отвечай сразу, ведь нужно вначале обдумать, а потом уже выносить вердикт. Так нас учил Виармо из Коллегии. Хороший преподаватель, хоть и альтмер. Когда началась эта война, его собрались было затравить студенты и даже некоторые преподаватели, но профессор Инге Шесть Пальцев по секрету рассказала нам, что Виармо некогда бежал из Алинора, так как был из семьи чиновников, оставшихся лояльными последнему королю Саммерсета, за что и получили смертный приговор от Талмора. Грустно, наверное, осознавать, что твоя родина теперь тебе враждебна и желать ей поражения, ведь иначе Талмор таки доберётся до него. – Неожиданно расчувствовался норд. - Понятно. – Донеслось от девушки. - Хех, ты, наверное, думаешь: «Когда уже это пьяное отродье от меня отвалит?», да? Не дождавшись от вампирессы ответа, он продолжил. - Не смотри на меня так! Плохим я буду бардом, если не смогу угадывать настроение людей, ведь за неуместную песню можно не только чаевых лишиться, но и в морду получить! Норд перевёл дух, приложившись к бутылке вина Сераны, но её такая мелочь не волновала, ведь сама она сделала лишь пару глотков для вида. - Эх-х-х, ну и кислятина! Как только имперцы могут это пить! Да ладно имперцы, в нашем Солитьюде каждый трактир имеет один-два вида пива и целый список вин! Пока я учился там, в Коллегии, то выучил биографию братьев Сурили лучше, чем «Сказ о Языках»! Несмотря на нелестную характеристику алкоголя, поглощение последнего продолжалось ещё несколько минут, после чего последовал следующий вопрос. - Будет ли мне позволено узнать, каковы ваши дела в Скайриме, госпожа Фьора? - Думала учиться в Коллегии Шалидора, а там – как пойдёт. – Выдала брюнетка заранее заготовленный ответ. - Эм-м, вы имели в виду Коллегию Винтерхолда? – уточнил бард, наливая вино в стакан. - Верно. – Выдавила из себя подобие улыбки девушка. Мысленно Серана готова была влепить себе пощёчину. Она забыла, что ранее это учебное заведение именовалось именно так, только с тех времён прошло уже более тысячи лет. Незначительная деталь, но кто-нибудь может начать подозревать что-либо, а вампиресса училась избегать ошибок. Воцарилось молчание и, когда нордка уже мысленно обрадовалась, то бард снова подал голос. - Знаете, я ведь почему сегодня, как свинья напиваюсь? Потому, что сегодня вступил в Легион и скоро отправлюсь на Юг, чтобы воевать с Доминионом. Вот, поглядите, - достал он несколько листов бумаги, на каждом из которых был вензель и сургучная печать с изображением дракона, - Получил сегодня подтверждение с подписью трибуна Тарна. Буду полковым музыкантом! Они хоть и получают меньше рядовых легионеров, но и в гущу боя не лезут, хотя хотелось бы денег побольше, конечно… - А кто получает больше? – бросила невзначай девушка. - Так ясное дело, что боевые маги! – сказал с непонятным воодушевлением Огмунд, - Колдуны гребут деньги лопатой, чтоб их! Правда, умирают они тоже чаще, ведь враг перво-наперво старается выбить именно этих, чтобы колдунством своим не мешали, но грамотный офицер не даст своих магов в обиду и организует правильное прикрытие. Кстати, - хлопнул себя по лбу бард, уплетая раздобытый где-то сухарь. – Если маг умеет алхимию варить, то там какие-то надбавки предусмотрены, а по окончанию службы дается эта… как там её… субса… субсида… в общем, скидка на дальнейшее обучение в Синоде - это сиродильские маги так себя обозвали. Я сегодня всё это в вербовочном пункте слышал, когда в очереди стоял и заполнял бумаги. Тогда ещё мысль возникла: «Вот бы знать магию! Деревяшку в золото превратил бы…[1]». – Распинался в рассказе норд, но Серана его уже не слушала, думая о своём.

***

- Сколько, говоришь, это стоит? Отвечай! – рявкнул высокий эльф, одетый в золотистые доспехи с символикой Альдмерского Доминиона. - Д-двадцать эйре[2], господин. – С запинкой ответил человек за прилавком, безуспешно пытаясь унять дрожь. К сожалению, такие картины были не редкостью в оккупированном Имперском городе. Несмотря на меры по смягчению обстановки, подобные случаи встречаются в любых армиях всех времён. Невзирая на повсеместное хождение в обороте септима, оккупационная администрация принудила всех выставлять цены в валюте Доминиона, ведь бывшая столица Империи ныне входила в его состав. Курс обмена, к слову, был безбожно завышен альтмерами, что являло собой очередной виток грабежа населения. - Двадцать эйре?! Так-то ты приветствуешь солдат Доминиона Альдмери? – не унимался горластый эльф, пока не почувствовал, что кто-то положил ему руку на плечо. Решив узнать, кто нашёлся такой смелый, солдат повернулся, но увидел совсем иную картину. Стоявший сзади тоже был альтмером, причём далеко не молодым, а его лицо представляло собой отталкивающий рисунок из морщин и шрамов. Но самым главным было не это, а чёрная роба, зачарованная так, что почти звенела от мощной магии. На ней был изображен символ организации, которую боялись все в Доминионе и за его пределами – Карателей, прозванных «щитом и мечом партии". - Имя, номер подразделения и имя командира. – Неприятно скривившись, проговорил Алдимион, которого уже достал крик одного солдата. - Г-господин, я ничего не сделал! Да я бы никогда… - Вмиг растерял спесь эльф. - Я не спрашивал, что ты сделал, делаешь и будешь делать. Я спросил твоё имя, номер подразделения и имя твоего командира, а ответа пока не услышал. У меня появились вопросы к твоему офицеру, который явно плохо доносит до подчинённых директивы лорда Наарифина. А может, ты считаешь себя выше этого, раз Талмору приходится персонально тебе объяснять важность вертикали власти? – прищурился Алдимион. Неизвестно, что случилось бы далее, если бы не вмешалось третье лицо, являющееся высоким эльфом в фиолетовой мантии. - Прошу прощения за действия моего подчинённого, господин. – Проговорил новоприбывший. – Сотник Альдамин из третьей дивизии. Даю вам слово офицера, что он, - кивок в сторону солдата, - будет ближайшие дни занят на самой грязной и тяжёлой работе, какая только найдётся в этом проклятом городе. - Надеюсь на вас. Только когда альтмеры разошлись, торговцы смогли вздохнуть свободно. Сегодня им повезло, но вообще жизнь в оккупации была тяжёлой, а сохранение жизни и имущества стало наиглавнейшей целью на улицах города. - Повезло нам наткнуться на того эльфа в чёрном. Наверняка, он какой-то большой начальник в этом их Талморе. – Затянул торговец, едва не пострадавший сегодня. - Только вот опять курс повысили, теперь уже до семи септимов за эйре. - Ещё до войны, каджит отправлялся навестить родственников в тёплые пески Эльсвейра, пока границы не закрыли. Так вот, тогда каджит менял только три септима за эйре, но даже так, родня сказала, что каджита обманули мошенники. – Рассказал всем собратьям-торговцам лавочник из кошачьего народа. - Так и есть, друзья мои. Так оно и есть… - Высказал один из торговцев общее мнение.

***

После захвата города на улицах творилась вакханалия, не утихшая даже несколько дней спустя. Лорд Наарифин прикладывал все силы к наведению порядка на улицах, для чего даже казнил двух не подчинившихся офицеров, один из которых оказался пиромантом, возжелавшим спалить город дотла, а второй садистом, издевавшимся над горожанами и не щадивший даже немногочисленных лоялистов Доминиона. Казнь обозначенных субъектов не добавила популярности лорду командующему, ибо покойные были из знатных семейств и имели некоторый круг влияния. В тот момент, неожиданно для всех, Наарифина поддержал Алдимион со своей группой, заявив, что Талмор всецело одобряет методы командующего, а с несогласными может поговорить лично. Желающих, естественно, не нашлось. Старый альтмер, воспитанный методами Легиона времён Септимов, верил, что армия, подвергшаяся моральному разложению – проиграла до боя. Имперские офицеры вбили это в него за время службы и эльф ещё ни разу не усомнился в истинности данного суждения. В одном из помещений Башни Белого Золота, предоставленном группе Алдимиона проходило собрание, где обсуждались новости, а командир должен был объявить дальнейшие планы. - Вы слышали? - спросил один из бойцов отряда, - Тит Мид женился на этой Диренни. Она ведь даже не эльфийка! Полукровка, вроде. Может даже квартерон. Готов спорить на сотню эйре, что эти алхимики из Балфиеры наобещали императору толпы умелых магов в его армию. - Может быть, хоть теперь я увижу от имперцев нормальную магию, а не те потуги, которые нам показывает Синод? – самодовольно усмехнулся Анкано. - Ну не скажи, пару раз их колдуны давали жару и нашим. А вообще, не нужно недооценивать врага, а то вот мы смеёмся над их слабостью, а война до сих пор не окончена, да и погибших у нас немало… - Высказался другой альтмер, сидящий за книгой. Присутствующие ненадолго замолчали, а Алдимион мысленно похвалил сказавшего последнюю фразу. Несмотря на кажущуюся легкомысленность, все члены элитного отряда были очень хорошими бойцами, профессионалами в своей области, а один лишь приказ командира заставлял их заткнуться и перейти в боевое состояние. Каждого из них Алдимион выбирал лично, руководствуясь не рекомендациями партии, где бралась в расчёт идеологическая составляющая, а личными наблюдениями, послужным списком и успехами самого кандидата. Например, Анкано был лучшим в потоке обучающихся магов школы Разрушения, достигнув ранга «Эксперт» к сорока годам, что случалось довольно редко, особенно, после падения Кристальной Башни и ухудшения качества магического образования, затронувшее даже Алинор, пусть и в меньшей степени. - Мастер, - неожиданно Анкано обернулся к командиру, - я слышал, что на днях партия отправила Титу Миду послов с условиями мирного договора. Ничего о результатах не знаете? - Всему своё время. – Отчеканил Алдимион, прикрыв глаза. Вообще, результаты переговоров были секретны, но у старого альтмера было много высокопоставленных знакомых и он знал, что переговоры провалились. Тит Мид II колебался, пребывая в нерешительности и не отверг ультиматум категорично, но и не принял его. Конечно, его можно понять – страна втянута в затяжную войну, к которой была не готова, часть территорий вместе со столицей утеряны, а Совет Старейшин даже сейчас имеет проталморскую фракцию сенаторов, убеждающую монарха на каждом заседании в необходимости заключения мира с Доминионом. Добавить к этому можно дестабилизацию в Скайриме из-за изгойского восстания, быстро подавленного, к слову. Правда, с позиции военного, а так же тайного агента, Алдимион не мог исключать вероятность блефа, используемого императором для убеждения окружающих в своей слабости. Но, старый альтмер имел своё задание и к обычным войскам оно не относилось. - Уничтожение базы Клинков в Храме Повелителя Облаков скоро начнётся. – Открыл глаза эльф, обозревая серьёзные лица, устремлённые к нему. - Полагаю, партия уже разработала план? – донёсся голос подчинённого. - Да, но детали остаются за нами. Мне ещё не прислали свежие разведданные, где бы говорилось о точной численности противника, ведь от этого будет исходить наша тактика. В свою очередь, лорд Наарифин поможет нам. Он даст своих солдат для обеспечения численного превосходства над противником. - Нужно ли нам это… - послышался неуверенный голос рядом. - Нужно. Клинки… те, кто уже сражался с ними знают, какие сюрпризы преподносят эти ублюдки. Они не похожи на всех, с кем вы имели дело ранее. Орден владеет множеством уникальных фехтовальных техник и приемов единоборств. Кроме того, у них есть оригинальное оружие, заточенное под их стили боя, но да вы это знаете, по крайней мере, из теории точно. Всё это и многое другое они получили от своих хозяев цаэски и были много веков как кость в горле у Талмора. Наша задача – поставить в этом деле точку, окончательно отправив Клинков на свалку истории. - Змеиные выкормыши! - презрительно сплюнул Анкано. - Однако это не всё. Вы же понимаете, что такая организация собирала многие века сведения обо всём, до чего только могла дотянуться. Это значит, что у них есть архив с такой информацией, от которой волосы дыбом встанут. Так вот Талмор ставит задачу добыть документы, хотя я понимаю, что сделать это будет не в пример сложнее в реальности, чем на бумаге. - Всё настолько плохо? – поинтересовался подчинённый, оторвавшись от книги. - Всё ещё хуже. Несмотря на потерю костяка организации, Клинки ещё очень опасны, а Эсберн неплохо видит ситуацию и знает о нас – в этом я уверен. Кроме того, Храм Повелителя Облаков изобилует тайными выходами и тоннелями, расположения которых мы не знаем. Да что там, мы даже план крепости знаем очень приблизительно, ведь ни один наш лазутчик ещё никогда не выбирался из крепости живым, а вся информация – от допроса пленных, которые могли и соврать, чтобы не подставлять своих. - Значит, скрытное проникновение отменяется? Не очень-то хочется лезть к сильному врагу в незнакомую местность. К тому же, те, кто сами столетиями влезали в чужие укрытия – наверняка о своём позаботились. – Предположил один из бойцов. - Что верно, то верно. Сигналки, магические ловушки – ещё не самое главное, что ждёт нас там. Наверняка, из-за угла может даже дремора выскочить. Все замолчали. Отряд знал о лютой ненависти своего начальника к даэдра, которая походила на патологию. Алдимион терпеть не мог всех обитателей Обливиона – от чахлых скампов, до Принцев Даэдра. Причина этому была проста – Кризис Обливиона, который так и не отпустил старого альтмера из прошлого. Тогда, ещё молодой высокий эльф видел, как раскрываются врата прямо посреди города, а чудовища тотчас рвут на части жителей. Именно поэтому Алдимион предпочитал лицезреть даэдра только в виде ингредиентов в алхимической лавке. - К тому же, Эсберн – хороший маг школы Колдовства и призовёт на помощь столько дряни, сколько потянет его резерв. – Продолжал говорить лидер не меняясь в лице. - Тогда, какой план нам предлагает партия? – задал кто-то резонный вопрос. - Они санкционируют использование заклинания «Врата». Предвосхищая ваши вопросы, я скажу, что был против этого, но меня никто не слушал. Анкано, ты готов примкнуть к остальным в исполнении заклинания? - Я? Ну… да, - провёл рукой по длинным волосам указанный альтмер. – Но вынужден вам сказать, что никогда раньше не использовал магию такого порядка, однако, я буду готов к назначенному времени. А когда оно будет, кстати? - Точно не знаю, но до потепления и до возобновления военных действий. Партия хочет, чтобы к весне от "акавирских пособников" остался лишь пепел. Все снова замолчали, ведь использование «Врат» было чрезвычайно сложно и опасно, как следствие – под запретом. Если говорить объективно, то заклинанием «Врата» не являлись, а представляли из себя ритуал, который могли проводить только несколько сильных магов одновременно и суть которого сводилась к открытию нестабильных врат Обливиона для вызова существ иного мира. Опасность ритуала была на каждой его стадии: колдун мог не выдержать потока тёмной энергии, струящейся через его тело и дать слабину, сорвав действо, либо же нестабильные врата могли просто взорваться, отправив в Этериус всех, кто рядом. Но даже, если всё пройдёт как надо, то твари Обливиона могут просто начать атаковать всех, кто рядом находится, начиная с ритуалистов. Именно поэтому сей ритуал требовал трёх вещей: хорошей практико-теоретической подготовки магов, отменной реакции их же на происходящее и добросовестной охраны колдунов, но даже это не давало гарантии на успех и все присутствующие это понимали. Происхождением своим это заклинание было обязано Кризису Обливиона. От поверженных культистов Мифического Рассвета осталось немало рукописей и авторских книг заклинаний, приписываемых Манкару Каморану. Собрав некоторые из них в одном месте, альтмерские учёные много лет разбирали каждую строчку написанного, в результате чего, научились чертить руны и формулы некоторых заклинаний, ранее доступных только поклонникам Мерунеса Дагона. Правда, здесь встала одна деталь – без подпитки от Дагона, сами ритуалы оказались на порядок слабее, чем у культистов, но это было частично компенсировано камнями душ, хоть результат и не шел в сравнение с изначальной мощью. - Может, не надо Анкано туда, а то разнесёт к даэдровой матери весь их портал? – пошутил кто-то в комнате. - Пф-ф, скорее дреморы закроют «калитку» с той стороны, увидев тот аврал, куда мы их приглашать будем. Да им Чернотопье конца Третьей эры сказкой покажется! По помещению прокатилось несколько смешков, не затронув, впрочем, Алдимиона. - Нет, для Анкано это будет хорошей практикой и уроком на будущее. Что же до риска – то он есть всегда. К сожалению, единственный разумный, что умеет открывать стабильные врата Обливиона, и, самое главное, закрывать их, живёт в Морровинде и его зовут Дивайт Фир. Увы, но он не делится секретами, а к Доминиону относится недоброжелательно. Поэтому, мы используем то, что имеем. Ещё вопросы? – поднял бровь старый альтмер. Вопросов не было, ибо все находились в раздумьях по поводу услышанной информации. Закончив собрание и поднявшись к себе, Алдимион запер дверь изнутри комнаты и достал из вещей неприметную деревянную шкатулку, вытащив из неё аккуратно сложенный лист бумаги с изображением на нём. Рисунок показывал несколько человек, меров и одного аргонианина. Все изображённые носили доспехи Легиона и выстроились компактно, чтобы художник запечатлел и море с маяком на фоне. Среди улыбающихся парней Алдимион нашёл и весёлого молодого альтмера, в котором с трудом можно было узнать его самого.Перевернув лист другой стороной, высокий эльф всмотрелся в надпись, гласившую: «3Э 430 год. Провинция Сиродил; графство Анвил;V Легион; 9 когорта ». - Три года до повсеместного открытия врат Обливиона… а теперь и я буду причастен к похожему… - Тихо произнёс эльф. Командир спецотряда ещё раз посмотрел на весёлые лица тех, кого уже давно нет и порадовался, что его товарищи не видят, в какое чудовище он превратился, имея на руках сотни убитых, из которых только малая часть того заслуживала. Бережно свернув бумагу, альтмер достал из шкатулки ещё один предмет, оказавшийся серебряной медалью в виде ромбовидного имперского дракона – медаль за отвагу и доблесть, выданная Алдимиону после боя с крупной шайкой пиратов на побережье Абессинского моря. Вообще, за эту вещь в Доминионе можно нарваться на очень большие проблемы, но Алдимион имел много привилегий, да и умеет держать в тайне свою жизнь, потому и владеет запрещёнными, но дорогими лично для него предметами. Но всему приходит конец и альтмер сложил предметы в шкатулку, достав талморские бумаги, присланные сегодня из Алинора…

***

Рабочий стол Тита Мида Второго был завален бумагами, впрочем, как и всегда. В истерзанной войной стране было множество дел, требующих внимания императора, потому и на свадьбу отвели всего один день относительно скромного торжества. Для пышного праздника не было средств, времени и желания, да и событие это чисто политическое, ведь на него съехались многочисленные родственники Мидов, а так же некоторые Диренни, преимущественно из тех, кто был в составе новоприбывших войск. Инесса бесшумно вошла в кабинет, усевшись в кресле напротив своего, теперь уже мужа и завела разговор. - Талморские послы, наверняка, уже покинули Сиродил. Уверен, что так нужно было? - А какой у меня был выбор? – не отрываясь от документов проговорил император. – Я не мог согласиться на капитуляцию, когда сам же созвал войска, но и бахвальство выглядело бы смешно, после потери нами Имперского города. Пусть думают, что я на грани и скоро сдамся. - У Доминиона много грамотных специалистов, которые могут понять твой замысел. - В таком случае, нам остаётся уповать на высшие силы и мне уже плевать, какие. Несколько минут продлилось молчание, прерываемое лишь скрипом движущегося по бумаге пера, но потом девушка продолжила. - Кстати, я слышала, что Совет Старейшин провёл внеочередное совещание почти без половины членов, а ещё, что его каким-то образом инициировал Тарн из Скайрима. Что там у них опять происходит? Уж не решил ли бравый офицер повторить «подвиг» предков? – сказано последнее было в шутливой манере, но смешно никому не было. Тит Мид отложил писчие принадлежности и размял руки, отвечая на вопрос. - Добавил нам новой головной боли этот Тарн. Мне приходили отчёты как от него, так и от скайримского отделения Пенитус Окулатус, которые, в целом, повторяли друг друга. А на Севере у них там вышло знатное представление. В защиту Тарна, скажу лишь, что мятеж действительно оказался крупнее, чем мне изначально докладывали и в него был вовлечён Талмор и, почему-то культ Вермины. С последними, кстати, разобрался Верховный король, вышедший на связь с нашим офицером. А вот дальше начался полный беспредел: Ульфрик начал расправу над жителями Маркарта, не разделяя особо нордов и местных бретонов, а Тарн арестовал Буревестника, официально обвинив в военных преступлениях. На этом он не остановился, а отправил норда, вместе с Маданахом, кстати, через Морровинд. - Ого! А почему так сложно? – удивилась Инесса, слушавшая со всей серьёзностью. - Да тут он прав, ведь у Ульфрика есть эти его подручные, что плевать хотели на законы и могли бы попытаться отбить своего лидера, иди конвой через Фолкрит. – Терпеливо объяснял жене монарх особенности Скайрима. - То есть, Совет Старейшин теперь должен что-то решить по этому поводу? - Уже решил. Ульфрик будет осуждён и получит тюремный срок, длительность которого определим позже. Проблема в том, что ярл Хог почти сразу же стал добиваться освобождения своего сына, забрасывая письмами все инстанции. Теперь я рискую получить очаг нестабильности в самой лояльной до этого провинции! – стукнул кулаком по столу император, впрочем, быстро придя в себя. – Лучше бы этот Ульфрик просто исчез на просторах Скайрима. Но если он жив, то я не понимаю мотивов Тарна и того, кто за ним стоит. - Всё настолько плохо? – нахмурилась полуэльфийка. - Как сказать. С моего ведома, сенаторы продлили «командировку» Тарна в Скайриме, чтобы он решал проблемы, которые сам же и инициировал. Его даже похищали прихвостни Буревестника, представляешь? – слегка усмехнулся имперец. – Но, ожидаемо, офицер выбрался из плена, а похитителей более никто не видел. - Не удивительно. Сущность, стоящая за ним не даст ему умереть, пока не получит желаемого. Знать бы только, что это за желаемое… - Не стоит нам это знать. – Мягко, но настойчиво произнёс император, бросая взор на Золотую Марку, лежащую на соседнем маленьком столе. - Ты прав, но что тогда по ярлу Истмарка? – заметила взгляд мужа девушка и поспешила сменить тяжёлую для него тему. - Хог… он хочет вернуть своего единственного живого сына и наследника, что понятно. Вот только Ульфрик совершил тяжкое военное преступление, в чём был официально обвинён моим представителем, а под словами Тарна подписался ещё и ярл Хролфдир, что само по себе не шутки, ведь эти двое каким-то образом склонили на свою сторону Верховного короля, - видя изумлённые глаза спутницы жизни, монарх продолжил. – Истлод отказался обжаловать обвинение по просьбе Хога, хотя и имеет такое право. Более того, на счету Тарна появилась тысяча септимов неучтённого дохода, а отправителем значится королевский двор Солитьюда. - У Тарна есть счёт в ВИК? И как ты узнал? - С момента появления денег и есть, а узнал, всего лишь спросив свою тётку Алексию, которая сидит в совете директоров, несмотря на беременность. - Вот это дела! Политика похлеще, чем в Хай Роке. А каковы будут твои действия? - Закон здесь противоречит сам себе: с одной стороны, единственный наследник имеет иммунитет от преследования, кроме антигосударственных, вроде сепаратизма, но ярлу Хогу недолго осталось, если быть честным, а тогда Ульфрик станет ярлом и удерживать в заключении правителя, пусть и виновного, чревато. - А почему Медведь Истмарка долго не протянет? – задала резонный вопрос Диренни. - Об этом вообще немногим известно, но в молодости Хог был авантюристом и залезал со своей группой в нордские могильники, ища там ценности в карман и адреналин в кровь. Однажды, они влезли в какую-то лабораторию и, скорее всего, открыли или разбили что-то, чего трогать не следовало. Как итог – половина группы умерла в муках в первые несколько дней, а остальные прожили дольше, но тоже отправились в свой Совнгард раньше срока. Сам Хог унаследовал холд, а став ярлом, получил возможность тратить большие деньги на лучшие алхимические снадобья и периодически нанимать мастеров целительной магии из относительно близко расположенной Коллегии Винтерхолда. Именно эти вещи ещё держат его по эту сторону Мундуса, но с каждым годом ярл всё больше сдаёт, а известие о пленении его сына эльфами и вовсе подкосило старика. - Понятно. – только и смогла произнести обдумывающая полученную информацию Инесса. Хорошо, а как другие новости? - Ну, - лицо монарха немного разгладилось, - Гилберт Вальтиери почти укомплектовал Первый Легион, стоящий в Алькаире и передовые отряды уже выдвинулись в Бруму, а за ними последует скоро и основная часть. Местные лорды даже расщедрились на некоторое количество своих рыцарей, а Синод выслал большую группу магов. Принять это решение, как ни странно, им помог Талмор. - А что там случилась? – резво спросила девушка, для которой новости из родной провинции были ближе. - Флот Доминиона совершил несколько рейдов по прибрежным территориям в заливе Илиак. Потопили несколько военных и гражданских кораблей, обстреляли огненной магией с моря города и поселения, после чего уплыли. Разозлённые лорды, которых больше унизили, чем нанесли ущерба, горят желанием отомстить и некоторые послали к нам своих отпрысков с отрядами, что очень неплохо. Правда, Вальтиери жалуется кое на что… - А на что именно? - Орки, - снова видя недоумение, Тит Мид пояснил, - Я ничего не имею против орков и Орсиниума, да, у них есть свирепые воины и хорошие кузнецы, только вот в Легионе ещё с незапамятных времён есть негласное правило, предписывающее не брать орков, свыше определённого лимита, ведь чем больше зеленокожих, тем более они неуправляемы. Вальтиери, испытывая нехватку личного состава, набрал много орков, получив ряд проблем, которые придётся решать ещё очень долго. Впрочем, я его не обвиняю, ведь сам же приказал собрать всех, кого только можно. Кроме того, я написал в Морровинд, предлагая данмерам присоединиться к нам в грядущей кампании. - Думаешь, согласятся? – скептически подняла бровь Инесса. - В обычной ситуации – нет, но я составил письмо несколько иначе, чем обычно, адресовав его не дому Редоран, а всему Морровинду в целом. По закону – это неотложный повод для созыва Совета Великих и Малых домов, а так же всех, кто имеет хоть какую-то власть в этом проклятом богами краю. - Что же, будем ждать. – Пожала девушка плечами. - Иного нам не остаётся. – Отрезал император, возвращаясь к бумагам.

***

Храм Повелителя Облаков хранил тревожное молчание. Гнетущее состояние окутывало каждую пагоду, каждое здание, клубилось в помещениях и коридорах. Дельфина, недавно получившая повышение, спешила на собрание высших офицеров, созванное Эсберном почему-то не в его кабинете, а в додзё мечников. Додзё. Дельфина знала значение этого слова, но не его дословный перевод. Клинки старались называть вещи так, как называли их некогда цаэски, построившие это место и давшее это и многие другие названия. Наконец, бретонка подошла к зданию, фасад которого был украшен барельефом из змеевидных драконов и каких-то символов между ними, которые Эсберн называл иероглифами, что использовались акавирцами для письма. Увы, но сами цаэски не горели в своё время желанием учить людей своему языку и большая часть надписей ныне нечитаемая, а Эсберн, являясь архивариусом, знает значение лишь нескольких из них. Тяжело вздохнув, Дельфина открыла дверь и вошла в помещение, где уже стояла группа разумных, состоящая из нескольких людей и меров. - Полагаю, все в сборе, - начал Эсберн, сложив руки на груди, - Вы уже в курсе, что Доминион хочет нас окончательно втоптать в прах и попытается сделать это в ближайшие пару месяцев. Все промолчали, ибо разведданные были им известны, а пустой разговор вести не требовалось. - По наши души приехал сам Алдимион, а значит – всё очень серьёзно. Дельфина сжала кулаки и скрипнула зубами. Имя этого альтмера она всегда произносила вместе с нецензурной бранью, ведь многие её друзья и знакомые не вернулись с заданий, где был замечен этот мясник, который уже две с половиной сотни лет только и делает, что убивает. - Разумеется, я этого так не оставлю, – спокойно продолжил норд. – Первым делом, я отозвал в храм всех агентов, распечатал хранилище артефактов и даже набросал пару планов, которые мы сейчас будем обсуждать. - У тебя есть план действий. – Скорее утверждал, чем спрашивал редгард средних лет, являющийся одним из командиров. - Верно. Я предлагаю устроить в Имперском городе покушение на Алдимиона и, по возможности, его солдат. - Идея неплоха, но этот лис за милю почует внимание на себе. Не тебе мне рассказывать об этом психе, Эсберн. Лучше уделить больше времени подготовке к отражению атаки на храм, ведь то, что она будет – несомненно. – Возразил имперец. - Вариант покушения оставим на потом, а пока обсудим оборону. – Дождавшись кивков присутствующих, грандмастер продолжил. – Алдимион ненавидит даэдра во всех проявлениях. Не могу сказать, что не разделяю его мыслей, но для обороны от превосходящих и умелых сил противника, нам придётся воспользоваться «услугами» Обливиона. Пока все недоумённо смотрели, пытаясь понять, что имел в виду Эсберн, последний достал из стоящего рядом ящика какие-то предметы. Первым предметов оказался шар, чуть превосходящий в диаметре голову человека. Был он матово-чёрным, но если присмотреться, то можно было увидеть тёмно-красные всполохи внутри. От шара чувствовалась очень сильная тёмная магия, от которой был некоторый дискомфорт. - Сигильский камень, дамы и господа. – Улыбнулся произведённому эффекту Эсберн. – Извлечённый некогда Защитником Сиродила из Мёртвых Земель Дагона и подаренный нам. Используется, как накопитель энергии Обливиона, питая врата, для удерживания их в Нирне. Не дав кому-либо высказаться, норд продемонстрировал второй артефакт, оказавшийся книгой в сером переплёте и с большой даэдрической буквой oht,обозначающей Обливион. Но всё изменилось, стоило Эсберну лишь открыть книгу… Дельфина машинально пригнулась, ведь в помещении, как будто, стало темнее, а в голове послышался шёпот на незнакомом языке. Остальные тоже заозирались, кто-то потянул из ножен катану. Продолжалось это пару секунд, пока обложка не легла на своё положенное место, заставив всех вздохнуть с облегчением. - Эсберн! Твою мать, что это за монстра ты притащил?! – прокричал редгард с капельками пота на лице и забывший о субординации из-за стресса. Норд не обратил внимание на нечаянную грубость в свой адрес и посчитал нужным рассказать одну историю. - В далёкие времена Эры Рассвета, когда боги ходили по земле, а времени, как такового, не существовало, произошёл один случай. Акатош, он же Аури-Эль взял к себе в помощники некоего альдмера[3] Ксаркеса, позже известного, как Заркс. Этот субъект работал писарем, записывая под диктовку Дракона Времени события, что были, есть и будут. Неизвестно, что в какой-то момент между ними произошло, но Ксаркес сменил имя на Заркс и перешёл на «тёмную сторону», став работать на Даэдра. Результатом этого стали две книги – Огма Инфиниум у Хермеуса Моры и Мистериум Заркса у Мерунеса Дагона. Как вы понимаете – у нас сейчас второй вариант на столе. – Хмыкнул Эсберн, убирая книгу в ящик. - Эсберн, ты же понимаешь, что артефакты такого уровня нельзя использовать по первой прихоти! Это нужно согласовать с императором, сенаторами… - Неуверенно проговорил заместитель главы тайных операций Гай Весул. - Мы сами по себе, Гай. – Отрезал Эсберн. – Император ясно дал понять, что не нуждается в Клинках, а мы не обязаны следовать за ним, ведь согласно Второму Постулату Драконьей Стражи, мы должны защищать императоров драконьей крови – драконорождённых, проще говоря, а Миды под эти критерии не подходят. По этой причине, орден Клинков выходит из подчинения императору и действует самостоятельно, хотя, фактически, так уже давно и есть. После окончания собрания, когда все вышли, Дельфина осталась задать пару вопросов Эсберну, но тот её опередил. - Дельфина, я знаю, что у тебя много вопросов, но я бы хотел поручить тебе ответственное задание. – Почему-то грустно проговорил грандмастер, открывая тайный проход из выезжающей секции стены и приглашая бретонку за ним. - Какое? – спросила девушка, начиная понимать, зачем было устраивать собрание именно здесь. - Наш архив – гордость и сила ордена Клинков. Некоторые манускрипты написал сам потентат Савириен-Чорак[4]. Личные дела, карты с важными объектами, записи о драконах, секреты даэдрических и аэдрических артефактов, расшифровки Древних Свитков и многое, многое другое. Ты же понимаешь, что Талмор положит по дороге сюда горы из трупов, лишь бы забрать эти архивы. Если мы начнём проигрывать и я пойму, что ордену пришёл конец, то дам тебе сигнал. Ты же должна будешь уничтожить всё, вплоть до последнего манускрипта. Понятно? - Д-да! – произнесла девушка, понимая, какую ценность представляет для Эсберна и ордена это место, но Дельфина привыкла исполнять приказы, не подвергая их сомнениям.