Мокрое дело

      Когда жгучая боль доводит до отчаяния, до исступления, когда даже, казалось, суровые мужчины не в силах сдержать слез отчаяния.       После просмотра недавних серий, вспомнила об этой работе, перечитала, решила немного дополнить.       Первая серия тринадцатого сезона, когда слезы прожигают душу. В этой серии они хоронят друга. А если быть точнее, друзей. И хоть Кроули нет в этом костре, он стал им другом и соратником. А Дин в этот момент хоронит еще и маму. Условно. Но от этого не менее больно. Ему и Сэму. Им больно, но они держатся. Ведь рядом новый враг, по мнению Дина, а по мнению Сэма всего лишь ребенок, которому нужна помощь.       Двадцать первая серия тринадцатого сезона.       В этом серии Дин наконец-то встречает Мэри в альтернативной реальности, но радость омрачена. Да и нет этой радости, потому что Сэм мертв, а он не смог ни попрощаться, ни тело забрать. Он не может проронить ни слова, потому что говорить больно. А сказать эти страшные слова — невозможно. Значит — признать, что Сэма не вернуть. Отчаяние, смешаное с толикой облегчения от того, что этот бесконечный путь окончен.       Четырнадцатый сезон. И как не вспомнить сразу двенадцатую серию, момент, в котором прекрасно сочетается мордобой, объятия и слезы. Сэм пытается достучаться до брата, причем в прямом смысле этого слова. С одной стороны, вроде бы это выходит. А с другой, он не может сдержать слез от осознания того, что ему придется убить брата. Ему, собственноручно. Потому что так хочет Дин. Потому, что только брату Дин может это доверить. И от этого жутко больно. Тринадцатая серия того же сезона, крайняя       В этой серии плакали все. Та самая сцена прощания, о ней нельзя не упомянуть. Братья снова хоронили отца, как когда-то во втором сезоне. Они отправляли его назад в его время, четко осознавая, что он ничего не запомнит. И погибнет спустя три года. Боль, которую трудно выразить словами. Трудно удержать в себе. Они не скрывают этой боли ни от отца, ни друг от друга.