***
Зулейка сидела на кровати, не притронувшись к еде. Ее несколько дней тошнило, и она знала в чем причина. Но говорить об этом не собиралась, ведь узнай Саид, что она беременна, он бы дождался родов и забрал ее ребёнка. Не желая оставаться здесь и разлучаться с малышом, она умоляла врача не говорить бывшему мужу о беременности. Даже заплатила ей, отдав почти половину подаренного золота, и с большой неохотой доктор согласилась. Живота ещё не было видно, но, подстраховавшись, женщина не выходила из комнаты и старалась носить свободные платья. Иногда в ее комнате появлялась Рания, делясь информацией, но слава Аллаху, жена Саида ничего не заподозрила. Даже застав ее над унитазом и услышав, что Зулейка всего лишь отравилась, не придала этому значения. Остались считанные мгновения до спокойствия и дома. Она знала, что, даже родив ребёнка, ее отец не потребует вернуть его отцу. Он держал обиду на Рашида за то, что он развёлся с его дочерью без веской на то причины. Она поделилась откровением с матерью, и та убедила ее, что никто никогда не узнает о том, чей это ребёнок. Теперь девушка была спокойна, она знала, что родители помогут и защитят. — Лара Зулейка, сид Саид уже готов ехать. Он ждёт вас в машине. Кивнув служанке, Зулейка подняла тяжёлый багаж и вышла из комнаты.***
После обеда Али увёл племянницу в гостевую комнату, чтобы поговорить. Все присутствующие знали, о чем пойдёт разговор, но все боялись реакции бывшей жены Мохаммеда. Конечно, пережить такое могла бы не каждая женщина, но оттягивать новости не имело смысла. Кто-нибудь да проговорился бы, и сама Латифа понимала, что что-то не так. Дядя сел в кресло, посмотрев на женщину. — Хочу попросить, что бы ты сейчас не услышала, не волнуйся. Помни о том, что главное — это твоё здоровье и твои дети нуждаются в тебе. Латифа осторожно кивнула, выдохнув и ожидая разговора. Сид Али протянул ей стакан воды и также попросил выпить залпом. Заранее он добавил туда несколько капель успокоительного на случай бурной реакции и как последствие — ещё одного сердечного приступа. — Латифа, мне очень тяжело об этом говорить. Мне все не знали, как тебе это сказать, но это надо сделать. Мохаммед, он… после твоего приступа у него случился нервный срыв и он стал не похож на себя. Он делал ужасные вещи и говорил безумные слова. Его пришлось также отправить в больницу, но другую. Он перестал быть самим собой, и мне пришлось пойти на ответственный шаг: я попросил шейха развести вас. Внутри женщина была просто в панике, в истерике: она готова была упасть на колени и зарыдать, биться в истерике, да что угодно сделать. Но внешне она была спокойна. По всему телу чувствовалось тепло и расслабление, марокканка даже не могла пальцем пошевелить, настолько была расслаблена. Она понимала, что ей что-то подсыпали, чтоб она не переволновалась, и в глубине души была благодарна. Но сердце женщины разбилось, будто бы часть души оторвали и выкинули. Осталась лишь пустота, которая все больше и больше охватывала женщину. Латифа почему-то вспомнила Зейна, и ей стало немного легче, будто мысль о нем смогла заслонить остальные. Конечно, сид Али опустил много подробностей, но все это было ей знать не к чему. Он просто ждал пока племянница хоть что-нибудь скажет. — Он… все… ещё…в… больнице? — племянница говорила медленно, еле шевеля губами, ее глаза были прикрыты, а сама она облокотилась на спинку кресла. — Нет, Саид забрал его. Он здесь, но он уже не твой муж и не тот Мохаммед, что был раньше. От него не осталось ни толики того, каким он был прежде. Латифа устало кивнула. Ее глаза закрывались, поэтому дядя попросил Амина переложить мать на кровать. Парень с легкостью поднял ее на руки и уложил, оставшись с ней в комнате. Вместе с ним сидела Самира, поглаживая Латифу по волосам.***
Жади немного успокоилась и шла по коридору, как вдруг на неё свалилась без чувств Зулейка. Подняв девушку, женщина с трудом отвела ее обратно в комнату. Посадив на кровать и слегка побив по щечкам, она все же привела бывшую жену Саида в чувства. — Зулейка, ты в порядке? Все хорошо? Женщина тут же подскочила, и ее с шумом стошнило прямо в унитаз. Жади охнула, поняв в чем дело. Она подошла к девушке. — Саид знает? Девушка отрицательно помотала головой, поднявшись и умывшись прохладной водой. — Ты хочешь убежать с его ребёнком? Зулейка со слезами на глазах посмотрела на мать Хадижи. — Прошу тебя, не говори ему. Он заберёт малыша, а я не выдержу разлуки. Прошу, я заплачу, только не говори, ради Аллаха. Девушка встала на колени перед Жади, взяв ее за руки, смотря на неё испуганно и с чувством, будто потеряла все. — Поднимись. Ничего мне не надо. Я понимаю тебя и ничего не скажу, но Саид поймёт, что что-то не так. Тебе нужно привести себя в чувство. Я спущусь и скажу, что ты боишься летать, поэтому у тебя кружится голова. Дам тебе время, багаж тоже спущу сама. — Спасибо, Жади! Да хранит тебя Аллах, пусть пошлёт тебе счастье! Женщина улыбнулась и, оставив Зулейку успокоиться, вышла из комнаты. Взяв багаж, она спустила его вниз. — Где Зулейка? — У неё кружится голова. Она сказала, что боится летать и спустится через пару минут. Саид нахмурился. Зачем это Зулейке говорить Жади, что ей страшно лететь? Но он не стал копаться в этой истории: у него и так было много проблем. Мужчина просто вышел во двор вместе с сумкой бывшей жены и сел в машину. Девушка привела себя в порядок, надев платок, и вышла. Она тепло попрощалась со всеми в доме, особенно крепко обняв Жади, и вышла, сев в машину. Жади пожелала ей удачи и счастливого пути. Внутренне она молилась о том, чтобы бывшая жена Саида была счастлива со своим ребёнком.***
Саид вышел из машины. Он как всегда был внешне холоден и спокоен. Зулейка, стараясь подавить тошноту, стояла рядом с бывшем мужем. Магнат взял ее сумку и направился внутрь аэропорта. Складывалось впечатление, что он провожает не жену, а просто знакомую. Внутренне девушка была обижена на него. Неужели у него нет ни капли чувств к ней? Зулейка прекрасно знала историю Жади и Саида, но ведь хотя бы чувство привязанности у бывшего мужа могло возникнуть. Пара стояла на регистрации. Саид протянул ее документы и билет. Зулейка смотрела вокруг, до вылета оставалось ещё полтора часа. Внимание девушки привлёк маленький мальчик, который плакал, видимо, потеряв свою мать. Зулейка отошла от бывшего мужа и подошла к ребёнку. — Малыш, что такое? Где твоя мама? — Я.не…знаю, — через слезы выдавил мальчик, а девушка подняла его на руки, собираясь помочь. Саид был отвлечен, поэтому не заметил, что Зулейки рядом нет. Лишь, когда он закончил и повернулся, собираясь передать билет, он не увидел ее рядом. Мужчина уже хотел разгневаться, решив, что бывшая жена сбежала, но, оглядевшись, увидел ее в толпе. Зулейка держала на руках ребёнка, разговаривая с представителем полиции. Тот кивал и улыбался, а после, сообщив что-то в рацию, забрал у неё ребёнка. Арабка, скорее всего, поблагодарила и, развернувшись, подошла к Саиду. — Что произошло? — Мальчик потерялся, я попросила полицейского помочь ему найти маму. Саид приподнял брови, да он не думал, что бывшая жена способна на такое. Он очень мало ее знал: ведь со свадьбы они почти не разговаривали. Но он уже не мог вернуть время, узнать Зулейку получше. Поэтому, проводив ее до очереди на посадку, Саид попрощался с бывшей женой и вышел из аэропорта. Что-то тянуло его обратно, будто невидимая нить заставляла его развернуться и забрать ее оттуда. Переборов странное и непонятное ему чувство, предприниматель сел в машину и покатил обратно домой.***
Зейн вышел из своего клуба уже ночью. Проверив все и сделав несколько замечаний уборщикам, он устало покатил по улицам Рио домой. Его старая холостяцкая квартира не отличалась особым уютом, не считая периода, когда здесь жила Жади. В то время он считал, что счастливее человека, чем он, нет на свете и этот период лучший в его жизни, пока не встретил Латифу. Он безумно переживал за неё, обдумывая, как ей преподнесут новость о муже. По сравнению со вспыльчивой и страстной Жади, ее сестра была совершенно другой: Латифа была такой мягкой и нежной и нуждалась в защите. Зейну это импонировало. Конечно, мужчина не знал, какая его любимая дома, в кругу семьи, не слышал ее смех и не видел, как она танцует. Конечно, может когда-то на празднике и видел, но не придал этому значения: тогда он был слишком увлечён Жади и, видимо, подсознательно не желал замечать других женщин. Он оказался в темной комнате. Включив свет, «Проклятие фараонов» открыл шкаф. Зейн всегда носил только чёрное, ведь этот цвет прекрасно отражал его внутренний мир. Даже будучи мальчиком, владелец клуба отказывался носить джеллабы и национальные костюмы, которые так яро навязывал ему отец. Сняв с себя одежду, он повернулся к зеркалу. За много лет тело нисколько не изменилось, осталось таким же подтянутым. Борода как всегда была идеально подстрижена, а волосы уложены. Внешность сердцееда всегда привлекала девушек и женщин. Он мог получить любую, благодаря харизме, но сейчас сердце было занято лишь одной. Она настолько крепко запала ему в сердце, что мужчина перестал замечать остальных. Приняв расслабляющую ванну, Зейн лёг спать.