Ну, хен, поиграем?

«Где-то зарождается чувство. Сначала не понимаешь, не прознаешь его. Потом может прийти осознание. Ну, а затем и отрицание. Ты говоришь себе, что не проиграешь, что этого просто не может быть. Что выиграешь в этой игре. Но, всё. Может, ты и внушаешь себе что-то, но игра для тебя закончилась уже давно.»

Кое-что совсем не даёт ему покоя. Точнее, Кое-кто. Сначала Юнги думал, что, возможно, все обойдётся, и младший быстро забудет о нём. Найдёт себе менее труднодоступную омегу, которая влюблена в него по уши ещё давно и сможет легко ему отдаться. От таких мыслей даже становилось немного обидно. Но, к счастью (то есть, к сожалению) Чонгук не оставил попыток пристать к Мину. С того дня младший постоянно, по несколько раз на день, шлёт ему сообщения. Просто обычные, ни о чем, типо «доброе утро», «спокойной ночи», «удачи сегодня». Это конечно невероятно бесит, выводит из себя. Но хотя Юнги может просто добавить контакт в чёрный список, и всё это прекратилось бы, но… он не сделал этого. Сообщения Чонгука грели душу, вызывали улыбку, хоть Мин сам не замечал этого. Они поддерживали, придавали сил, давали какую-то мотивацию. Благодаря словам Чона он чувствовал себя лучше. Что же это за чувство?

***

Уже долгое время Юнги больше не появлялся в клубе, что далось ему с большим трудом. Побывать в таком привычном, хоть и ненавистном, месте, очень хотелось. Он целыми днями занимается тем же, чем обычно. Под этим подразумевается лежание на диване или кровати, смотря в телефон или просто дремая. Обычно, большинство свободного от подработки времени Мин проводит именно так. И вот, сейчас он, лёжа на достаточно удобном, хоть и самом дешёвом, диване, с большим интересом осматривает белый обшарпанный потолок. Ну или это просто так казалось. На самом деле Юнги подсознательно улетел далеко в свою Вселенную в размышлениях о тленности бытия. Ну, или он думал о кое-чем другом. Его долгую прострацию нарушает сигнал телефона. Новое сообщение. Юнги уж было подумал, что это опять от мелкого, и нехотя потянулся к мобильнику. По лицу расплылась улыбка. Наконец, Хосок вернулся и написал ему. Единственным событием, которое очень ждал Юнги, было возвращение друга в город. Хосок и правда был единственным близким ему человеком. Правда, кое-что его всё-таки расстраивало. Хотелось, как и всегда, поделиться с другом всем, что произошло в последнее время. Тот бы просто молчал, слушая, и привычно похлопывал по плечу в знак поддержки. И сейчас он ничего рассказать не мог, как бы не хотелось. Юнги даже не хотел представлять реакцию Чона на то, что происходит между омегой и старшим братом беты. Не хотелось, чтобы Хосок думал, что Юнги такой… посредственный, или что он как одна из тех омег, которые уже прогнулись под альфой. Мин поздравил друга с приездом. Он лег обратно и уже почти провалился в сон, но пришло ещё одно сообщение. «Я устраиваю вечеринку завтра, хочу собрать всех. Ты ведь будешь?» Если честно, Хосок пишет такие смс просто чисто для приличия. Мин уже уяснил, что надо всегда приходить на такие вечеринки, устраиваемые Чоном-старшим, это даже не обсуждалось. Но сейчас он сомневался. Ведь там будет Чонгук. Он боится встретиться с ним. Очень. Потому что понимает, хочет его увидеть. За это недолгое время он соскучился по этой наглой физиономии. И это пугает. «Хен, у тебя тут всё в порядке?» «Да, конечно.» — Мин окончательно решил не рассказывать другу об этой ситуации. Он справиться со всем сам. Он не проиграет эту игру.

***

И опять сборище пьяных ублюдков. Сейчас тут все более менее адекватные, но Мин все равно чувствует себя неуютно в этой компании. Может, потому что он такой замкнутый, а может, потому что Чонгук постоянно оказывается совсем рядом, бросая нечитаемые взгляды. Но, кажется, омега понимает, что за ним кроется. Юнги везде ходит с Хосоком. Видимо, поэтому младший всё же не рискует подходить слишком близко. — Юнги-хён, ты в порядке? Выглядишь напряжённым. — Хосок обеспокоенно посмотрел на омегу. — Да, всё в норме, просто уже отвык от такого количества людей. — Мин опять обеспокоенно оглянулся в поиске этих глаз, но они будто пропали в толпе. — Всё как всегда. Тебе стоит хоть иногда выходить из дома, когда я куда-нибудь уезжаю… — Несмотря на то, что Юнги старше, Хосок всегда заботится о нём, как мамочка. Мин всегда делает вид, что недоволен, но когда Чона нет рядом, этого и правда не хватает. — Ладно, я пока пойду, а ты иди, привыкай к самостоятельной жизни, поговори со всеми. Бета похлопал старшего по плечу и ушёл, игнорируя умоляющий взгляд Мина. Омега немного постоял так и потом отошёл в дальний угол, чтобы не привлекать много внимания. Всё же, он не будет пользоваться советом Хосока. По крайней мере, точно не сегодня. — И что же это Юнги-хён один тут стоит? — Мин повернулся к непонятно когда и откуда появившейся рядом с ним наглой роже. Вот гаденыш, как только брат ушёл, так он сразу обнаглел. Юнги долго прожигал его взглядом, пока Чон не нарушил молчание между ними. — Хен, почему ты так долго не появлялся в клубе? — А я должен был? Я вообще-то очень не люблю это место. — Хм… Какая разница. Зато тут есть я. — Еле слышно произнёс Чонгук, подойдя вплотную к Юнги, на что тот упёрся об стену, и прижался к нему всем телом. Мин в ужасе уставился на него. Все же могут увидеть их сейчас. — Блять, идиот, какого хера ты творишь?! — Омега весь зарделся от близости Чона. — Тут же полным полно людей! — Не бойся, тут никому нет до нас дела… — Отпусти меня, уебок! — У Мина уже началась истерика — он увидел в толпе Хосока, пытающегося найти его. Чонгук видимо тоже почувствовал что-то неладное, поэтому поспешил скрыться в толпе. Так же быстро, как и появился. Хосок наконец увидел его и подошёл. — Что такое? Да ты весь горишь! — Он приложил ладонь ко лбу омеги. — Я это… Не очень себя чувствую… — Что ж ты сразу не сказал? И зачем тогда вообще поперся? — Чон засуетился. Ну точно мамочка. — Слушай, а это у тебя, ну не… — Нет, это не течка. — Ладно, это уже хорошо. Возвращайся домой и отоспись. — Юнги было очень неловко перед другом, ведь он обманул его, но всё же уйти сейчас очень хотелось. Уже когда он вышел из здания, кто-то схватил его за руку. Это был Чонгук. — Ааа… Только тебя не хватало… — Сказал Мин вымученным голосом. — Хен, зачем ты уходишь? — Чонгук опять смотрел на него щенячьими глазками, и казалось, что он реально беспокоится. — Не уходи. Юнги-хён, ты мне нравишься. — Слушай, что с тобой не так?! — Юнги не мог больше терпеть, его всё достало. Было слишком много эмоций, и от этого он был готов взорваться. — Ты то какие-то нежности говоришь, то домогаешься, то вообще на полном серьёзе мне что-то втереть пытаешься! — Хен, я просто не знаю, как с тобой обращаться! Не знаю, как найти к тебе подход, ты по-любому отталкиваешь меня! Что мне сделать, чтобы ты меня принял? — Просто будь собой! — Во ударилась гробовая тишина, и Юнги наконец понял, что только что сказал, и залился краской — То есть… Я хотел сказать… — Хён… — Младший издевательским тоном протянул это слово по буквам и улыбнулся, — Не значит ли это, что ты… — Нет! Нет, совсем нет. Ты тупой идиот, Чон Чонгук. Юнги обернулся и быстро убежал. Не мог больше видеть это лицо, не мог больше думать об этом. Он опять просто сбежал. Почему он постоянно бежит?

«Часто, ненужные и нежеланные мысли проникают в голову и не желают покидать её. Чем настойчивее ты пытаешься отвлечься от этих идей, тем навязчивее они становятся и тем хуже ты себя чувствуешь. Таким образом, можно просто потерять себя…»