Он просто смотрит и молчит

      После этого сообщения я ждал. Ждал и нервничал. Бля, что делать?! Через сколько он будет у меня дома? Ебать. А мне что делать? Я, конечно же, догадывался, чего хочет Мирон. Конечно же, уже чего-то большего. А я-то, блять, не готов. Я даже ещё до конца не понял, пидор ли я. После нашего первого поцелуя я в страхе сбежал, а после того, что было в туалете, едва помнил, как вообще оказался в той кальянной. Помню только тот крышесносный оргазм и всё. Пиздец, а мне ведь тогда понравилось, ведь у меня же встал.       Ну как так? Я же с Сашей так долго жил. Она же охуенная была. И девочки всегда возбуждали. На кой этот дрищавый Мирон мне сдался? Он даже не сексуальный. Ну, может, нос. И скулы. Глаза ничего так... Да какого хуя я тут начинаю анализировать, что мне в нём нравится?! Ничего блять!!!       Я побежал в душ. Нахуя?! Я же не собираюсь с ним трахаться! Или... Нет, просто нужно охладить свой пыл (и что я так привязался к этой фразе?). Бляя, мне даже смешно стало. Сейчас Мирон точно придёт охлаждать моё трахание, не как на Версусе, а уже в реале, а я тут не готов, блять. Да?       Да нет же! Ничего не будет!!!       Не, надо покурить. Где там остатки зипа с травой?! Я порылся на полке и достал их из книги. Хватит на пару блантов.       Пока их дрожащими руками скручивал, пытался проанализировать, почему Мирон мне так запал в душу, перебирал в голове его тексты и все те моменты, когда я понимал, насколько мне близко его творчество, насколько оно могло раньше всколыхнуть нечто в моей душе, отчего я понимал, что именно этот человек - мой ориентир. Да я ведь уже скурил пол косяка. В голову дало. И я залип в кресле, вновь прогоняя в голове наш с Мироном баттл. Я, кажется, понял, почему так хотел наброситься на него тогда... Я не хотел его бить. Я хотел его самого. А то, что это может быть взаимно, не даёт мне покоя и выносит мне мозг уже которую неделю... Кажется, я постепенно начинаю определяться. Сможет ли Мирон объяснить мне, почему пригласил поехать с ним? А если вдруг между нами случится этой ночью мужская половая ебля, смогу ли я понять, кто я ему на самом деле?! Чувствует ли он ко мне то же самое? Или вообще хоть что-то...       Я только докурил косяк, и в дверь раздаётся громкий стук. Не успел я открыть, как Мирон пытается шагнуть в квартиру, навалившись на дверь, но я держу её, то ли не давая ему прохода, то ли создавая между нами препятствие, которое ему необходимо преодолеть.       - Зачем позвал меня с собой в Лос-Анджелес? - спрашиваю, не надеясь услышать правдивый ответ.       - А я думал, ты догадливый, и мне не придётся объяснять.       - Ну круто, ёпта. Должен я ещё твои пидорские загадки разгадывать! - возмутился я. И так уже заебался за эти пару недель. Что он от меня, блять, хочет?!       Мирон не отвечает, а молча толкает дверь и вваливается в квартиру.       - Мне нужна была поддержка.       - Тебя некому поддержать что ли? У тебя в Олимпийский уже солдаут. У тебя дохуя людей в твоём лейбле, они и поедут с тобой. Рестораторы ещё там всякие. Русские фэны в Америке. Я здесь при чём? Почему именно моя поддержка нужна была?! - уже чуть ли не с пеной у рта я продолжаю наезжать, играть в его игры.       - Не понял до сих пор что ли, придурок?       Он подходит вплотную, увлекая в развязный, мокрый поцелуй, с таким напором, что я просто сдаюсь. Наши ноги в ритме вальса движутся всё ближе к кровати. Со стороны это, наверное, пиздец как нелепо выглядит, особенно если учитывать то, что Мирон почти на голову ниже. Но когда он заваливает меня на кровать и я чувствую приятную тяжесть его тела на себе, то становится так похуй.       Он лежит на мне, уперев ладони по обе стороны от моего лица, чего-то ожидая. Ну камон, чувак, у тебя с парнями стопудово было, какого хрена ты себя ведёшь как девственник?       Чё, серьёзно? У тебя тоже не было с парнями? А мне что предлагаешь делать?! Как там у вас вот это всё делается, я же вообще сука понятия не имею! Я понимал, зачем согласился поехать с ним, хоть и поездка накрылась. Понимал, что за американскую визу можно и пососать, и в жопу дать, если ему, конечно, надо это. Да и если бы я вообще, блять, поехал! Но больше всего я понимал, что если бы я не хотел этого и не хотел Мирона, я и не подумал бы соглашаться. Одно предложение Мирона (не слишком ли много чести, а?) стоило того, чтобы провести ночь, как он захочет. В глубине души я понимал, почему именно я, но не был до конца уверен. И это дико коробило.       Продолжаешь смотреть мне в глаза, сверлить взглядом. Сука, я уже ничего не понимаю. А ведь почти поверил, что ты не знаешь, что делать... Наклоняешься. А-а... Вот нахуя так больно засос на шее ставить?!       Пальцы уже во всю исследуют торс, стягивают с меня антихайповский свитшот, и я тут же расстёгиваю ремень джинсов и избавляюсь от них. В этот момент ты уже начинаешь расстёгивать рубашку, помогаю тебе завершить начатое, а после понимаю, что сижу на кровати перед тобой в интересном положении.       Я сам не понял, как твой хуй оказался у меня во рту. Как память отшибло. Никогда не сосал хуи, поэтому попытался представить какую-нибудь порнуху с минетом, вспоминая детали того, как это делать. Ну или подумать, что мне самому нравится в орале, на что следует обратить внимание. Казалось что я сижу с головкой за щекой уже целую вечность, но прошла всего лишь секунда. Нет, мне не противно это делать, скорее интересно, смогу ли я снова заставить многоуважаемого Мирона Яновича испытать удовольствие и заслужить этим ещё больше уважения. А ещё понять, почему девушки соглашаются на минет. Приятно же только нам. Кажется, я быстро учусь, судя по стонам Фёдорова и тому, как он поглаживает меня, затем сгребает волосы на затылке, направляя и сильнее насаживая. Я первый раз подавился, и он тут же отпустил, ожидая, пока я прокашляюсь. Уже не терпелось, честно говоря, продолжить, но до сих пор не втыкаю во всю эту минетную тему. Наверное, надо больше сосать, чтобы понять. Понимание приходит со временем. Ой бля, зря я два косяка ёбнул-то, на философию попёрло. Филосософия... Бляяяя...       Готов поспорить, что Окси чуть не кончил, когда я собрал всю волю (и не только её) в кулак, и пропихнул себе дальше в глотку. Дискомфорт стоил того, как задрожали колени у великого Оксимирона. Хотелось сделать это ещё и ещё раз, но он отодрал меня от себя, толкая на кровать. Не понравилось что ли? Или пора уже переходить к более решительным действиям?       - У тебя первый раз, будет больно, но потом привыкнешь.       - А ты, я смотрю, прошаренный в этой теме, - сказал я, и от своих же слов почувствовал укол ревности, потому что сразу хлынули мысли, кого до меня успел выебать Мирон и кому дать.       Но он в ответ только грозно взглянул в глаза и приставил холодные от смазки пальцы.       От первого я реально чуть не вскрикнул. Но надо терпеть. Будь мужиком, Слава, блять. Хотя какой мужик готовится к ебле в жопу с другим мужиком?! Бляяя.       От второго оставалось только пыхтеть как еблан и постепенно начинать подскуливать. Бля-а, стыдно-то как. Мирон заметил это и вытащил, и достал из кармана валяющейся рядом куртки небольшой флакон, похожий по виду на пузырёк жижи для вейпа или миниатюру сиропа от кашля, протянул мне.       - Это чё за хуйня?       - Попперсы пробовал? - а-а-а, вот что это.       - Неа... - только слышал о них, но пробовать не доводилось. До этого даже не знал, как выглядят.       Мирон потянул меня за руку, заставляя сесть. Я внимательно смотрел, как он открывает флакон и даёт мне в руку, показывая, как держать: в кулаке, закрыв горлышко большим пальцем.       - Как только почувствуешь приближение оргазма, вдыхай сначала одной ноздрёй, потом другой, - произнёс он, отстраняясь, а потом добавил, - Хотя нет, одного вдоха для первого раза вполне хватит.       Что ж, придётся послушаться, я же ему доверя... Бля, что? Он опускается на колени. Берёт в руку мой уже вновь вставший от слов про "приближение оргазма" член, и, немного подрочив, накрывает своим ртом.       Бля-я-ядь, ни одна баба мне ни разу в жизни так не сосала!!! То с заглотом, то втягивая в рот яйца, в это время подрачивая, то начиная быстро посасывать с пошлым причмокиванием... Ебать тебя в рот, антихайп, в твой набухший от минета рот. Красные губы, которые просто хочется отлепить от своего хуя и поцеловать. Сразу видно, что опытный. Бля, Мирон, что ты деелаееешь нааааахуууууй...       Когда темп достигает почти запредельного, очень хочется уже спустить, но в последний момент я вспоминаю, почему у меня затекла рука. Я продолжаю сжимать в ней грёбаный попперс. Свободной рукой закрываю одну ноздрю и делаю глубокий вдох едкого испарения от содержимого, после чего быстро закручиваю крышку, чтобы эта хуйня не пролилась, иначе провоняет вся квартира. Чё-то и нет пока прихода от этой вонючей химии, только замешкался, в результате чего член даже расслабляться начал. Хуйня твой попперс, Миро... Ай, ебать. Голова, кажется, начинает кружиться. Перевожу взгляд на тебя, вижу как ты слюняво и в то же самое время дико сексуально проходишься языком по всей длине, затем нализываешь головку, стучишь ей по языку, а потом опять заглатываешь. Сердце моментально увеличивает ритм, и кровь начинает стучать аж в самых ушах, я слышу этот частый-частый стук, бросает в жар, и в этот момент я понимаю, что кончаю. Да так кончаю, как никогда ещё до этого не кончал, я блядь даже на месте подпрыгнул, и ноги задрожали от того, насколько это сильно ощущается во всём теле, с ног до головы, просто полный пиздец!! Как я спермой всё не залил тут... Залил, кстати, нормально так твой ебучий рот, и ты проглотил всё одним махом, а пока я отходил, обессиленно упав на кровать и ловя остатки волн оргазма, ты навис надо мной, быстро смазывая пальцы и вталкивая в меня сразу два. Я обратил внимание, что, на удивление, мышцы сфинктера были очень расслаблены после всей этой дичи, и я практически не почувствовал боли. Когда вместо отголосков оргазма начала кружиться голова, Мирон как будто уловил это, и, слегка согнув пальцы, надавил на точку внутри меня, которая, наверное, и есть простата, и снова стало приятно. О боли в этот момент я забыл напрочь. Понемногу Мирон добавлял третий палец, было несколько больнее, но я прекрасно понимал, что соскочить не получится, ведь я уже получил свой оргазм, а Фёдоров ещё нет.       Пальцы ещё немного растягивают, а потом медленно выходят, и я чувствую, как Мирон начинает вставлять свой член. Тут не пошутить про "зачем так стараться, одного пальца было достаточно", потому что и трёх было мало, настолько огромным мне казался его член. Одно дело когда смотришь на него или сосёшь, и совсем другое - когда тебе пытаются запихнуть эту штуку в анал.       Мирон, видимо, узрел мою гримасу боли и вспомнил про валяющийся около меня попперс. Открыв его, он приподнял мне голову и дал занюхать. Последовало головокружение, затем лёгкая головная боль и жар с сердцебиением. Естественно, я пока что не был настроен испытать новый оргазм, я пока не восстановился, тем более что от боли у меня всё мгновенно упало. Но я заметил, что как только сердце стало успокаиваться, вместе с этим и постепенно расслабились мышцы. Мирон нанёс побольше смазки и медленно толкнулся внутрь. Я только лежал и смотрел на него полуприкрытыми глазами и пытался ровно дышать, что получалось немного сипло сквозь полуоткрытые губы и сжатые, пусть и неплотно, зубы.       Мирон постепенно начал двигаться. Блядь, да это красиво, то, как движется его торс и бёдра. Ловлю себя на мысли, что изгибаться такой идеальной волной под внезапно возникший в моей голове трек "You Spin Me Right Round" - это практически оргазм для моих глаз (надо будет попробовать трах под музыку, хм), я бы смотрел на это снова и снова, мне определённо нравится, даже снова вставать начинает. Дышу глубже, стараясь не сжиматься слишком сильно, ведь больно будет не только мне, я думаю. Вздох и стон. Как сука лежу и заворожённо смотрю, как меня пялят, постепенно наращивая темп, входя глубже и грубее. Если бы было чем течь, у меня бы уже из всех щелей текло, настолько Мирон делает всё горячо и сексуально. Он начинает подрачивать мне, постепенно приводя мой член в вертикальное положение, и я уже не могу не стонать в полный голос.       - Нравится так? - Мирон входит ещё быстрее, резче и глубже, выбивая из меня одно "да" за другим.       Внезапно это блядский отбойный молоток прекращает своё действие и переворачивает меня, чтобы я встал раком, а он забирается на кровать и, не успел я привыкнуть к пустоте меж ягодиц, как он засаживает снова, да так, что задевает простату, и меня пиздец как накрывает, когда он проходится по ней снова и снова, толчок за толчком. Ебать, как круто. Звёзды из глаз прям, сейчас упаду в обморок... И я действительно падаю грудью на кровать. Мой взгляд натыкается на закрытый попперс, и мне приходит в голову мысль срочно вдохнуть, потому что я опять нереально близок к тому, чтобы кончить. Приподнимаюсь на локтях, открываю, втягиваю одной ноздрёй, а затем до кучи ещё и другой, ну и всё, сейчас мне будет пиздец. Мирон перехватывает попперс и крышку, чтобы, видимо, я в угаре это дерьмо по койке не разлил, слышу, как он занюхивает. Значит, сейчас кончит, и я тоже тяну руку к члену, потому что вот-вот нужно будет наяривать себе что есть сил. Он всё ускоряет темп, всё сильнее и сильнее, быстрее и быстрее, в том же ритме работает и моя рука, вот-вот, сейчас, и... Я уже не знаю, кто первый, но в голову ебашит так, что хочется орать, и мы орём, блять, два поехавших аутиста-педика, как резаные. Мирон наваливается на меня, делая последние толчки, и я уже чувствую в себе его сперму, пока трясусь от собственного оргазма и ищу обо что бы вытереть руку. Это. Просто. Охуенно. Без сил, но довольные и затраханные, мы ползём на подушки. Всё это время Мирон, оказывается, был в спущенных штанах, и он дрыгает ногами, чтобы они упали на пол. Затем накрывает нас одеялом (спасибо мне, кое-где мокрым). Видимо мне это и нужно было. Дать выход эмоциям. Прижимаю Мирона к себе и проваливаюсь в сон. У нас будет ещё куча времени после Лос-Анджелеса, чтобы спокойно поговорить. Это первый и последний раз! Ведь мне на хуй это всё не надо... Или?..