Шанс

Целый месяц Джимми не делал абсолютно ничего. Если раньше он хотя бы пытался делать вид, что приносит пользу, то сейчас просто лежит на диване и объедается мороженным. Про Дина он и словом не обмолвился с того дня, когда выставил его за дверь. Обычно, если он не лежал на диване чуть ли ни в обнимку с телевизором, то часами отмокал в ванной, читая какую-нибудь книгу или же мог лежать на кровати и сверлить в потолке сотую дырку. Сестра постоянно за ним следила, оберегала и покупала многочисленные дорогущие побрякушки на деньги, которые ей регулярно переводил Дин. "Если он не хочет видеть меня рядом, ладно, но я хочу хотя бы обеспечить своего ребенка деньгами" сказал он тогда в магазине, на что Элизабет любезно согласилась. Действительно, Джимми и на пушечный выстрел не подпустит Винчестера к своему ребенку, но с одним декретным пособием, он даже приличную коляску позволить себе не сможет, а с обеспечением самого Дина Винчестера малыш сможет жить в шикарном дворе. Но, конечно, Лиза не может позволить себе такие траты, Джимми не должен узнать откуда взялись эти деньги, поэтому сестра всячески вуалирует истинный источник их "заработка". *** День в офисе начался крайне хреново. Дину пришлось уволить очередную секретаршу за испорченный кофе и купить его самому, из-за чего босс опоздал на работу, что он очень сильно не любил делать. Дин привык давать пример своим работникам. Да тут еще и как назло ворвался этот, в буквальном смысле, черт и начал верещать на все здание. -Дин, ты совсем охренел! -Не понимаю о чем ты,-конечно понимает, но нельзя же так сразу раскрывать все карты. Дин отложил папку с бумагами и с внимательным взглядом посмотрел на Аластара. -Ты что решил поиграть в хорошего папочку? Надеешься, что этот омега тебя простит и ты заживешь милой семейной жизнью!!!-демон рвал и метал, однако не пытался навредить самому Дину. -Я тысячу раз тебе говорил, моя личная жизнь тебя не касается, но, отвечая на твой вопрос, нет, я не собираюсь играть в "хорошего папочку", я просто обеспечиваю деньгами своего ребенка, который, возможно, в будущем займет мое место. Аластар тяжело вздохнул и длинно выдохнул, после чего посмотрел на Дина. Его глаза побелели, словно светлой радужки и зрачков никогда и не было, что заставило миллион мурашек пробежаться по телу Винчестера. -Дин Винчестер. Я запрещаю тебе общаться, видеться или хоть как-то контактировать с этим человеком, ты понял меня!? -Почему я должен от него отказываться?-Дин пытался сделать вид, что демон его вовсе не пугает, но где-то в его груди зарождался ком страха и беспокойства. За себя и Джимми. -Потому что, дорогой мой Дин, он опасен для меня, а значит и для тебя. Мы с тобой слишком сильно связались друг с другом, чтобы сейчас разорвать наше сотрудничество, поэтому ты будешь меня слушаться,-удивительно спокойно проговорил Аластар, который буквально минуту назад был готов разорвать Дина в клочья прямо в его кабинете. -Почему я должен тебя слушаться? -Потому что иначе, я заберу тебя с собой в ад,-демон усмехнулся, глядя на оторопевшего начальника, и поспешил закончить,-И, чтобы у тебя не было сомнений во мне, я проведу для тебя экскурсию,-он щелкнул пальцами, и последнее, что увидел Дин перед глазами, была темнота. *** Мужчина очнулся минутой позже в старом и мокром подвале. В каких-то местах этой маленькой комнаты росла плесень, а из-за дверей слышались крики людей. -Пойдем, Дин,-позвал Аластор и вышел в открытую дверь. Винчестер поспешил отправиться следом, не желая оставаться в этом отвратительном месте еще хоть минуту. Он выбежал в коридор, следуя за белоглазым по пятам, и осматривался вокруг. Демон не соврал, он действительно отправил Дина в ад. В огромном по длине коридоре с множественными поворотами на друг за другом стояли клетки с бедными душами людей. Каждый из них умолял: о пощаде, о свободе, о повторной смерти лишь бы не пробыть здесь еще больше времени. Дин невольно задумался о том, что ему уготована такая же участь - он проведет вечность в аду, причем весьма заслуженно. Он впервые задумался о всей грязи, которая была в его душе и которая возросла с появлением этого белоглазого в его жизни. Дину стало не по себе. Страшно, омерзительно, тоскливо. А Аластор шел впереди него, кажется вообще забыв, что он здесь не один. Вдруг он повернул в левую часть преисподней и зашел в первую дверь на пути. Дин не отставал и, зайдя внутрь ему предстала ужасная картина. Все окружение было в рвотно-болотных оттенках с множеством цепей, простирающихся до незримого потолка. На стенах развешаны различные орудия пыток: Начиная с ножей и заканчивая предметами, о назначении которых Дин мог лишь догадываться. Аластор спокойно подошел к одной из стен и выбрал нечто похожее на огромных размеров топор с колючими шипами по всему его периметру, потом потянул за одну из цепей, и те начали шевелиться, словно были живыми змеями, слушающими дудку своего дрессировщика. С потолка начали опускаться оковы, на которых распятым висела душа мужчины, очень похожего на Джимми. Дина бросило в дрожь и он попытался отвести взгляд и уйти из этой комнаты, но, когда до свободы оставался всего один шаг,дверь захлопнулась перед его носом, а Аластор заговорил тихо, но четко. -Нет, Дин. Ты нужен мне здесь. Посмотри, что я могу сделать с тобой и твоим драгоценным омегой. Следующий час был сущим адом, во всех смыслах этого слова, для двух человеческих душ этой комнаты. Дин неотрывно смотрел, как сначала Аластор прорезает кожу того человека до костей, а после, когда почти не оставил на нем живого места. голыми руками снял с него скальп. Уши Дина уже начали привыкать к крикам, когда Аластар закончил свою пытку и разрешил ему уйти, напоследок напомнив, чтобы тот и близко не подходил к Джеймсу Новаку. Так Дин и поступил. Со следующей недели счета Элизабет перестали пополняться, трубку на ее звонки Винчестер тоже не брал и только целыми днями просиживал штаны в офисе, надеясь отвлечься от скверных мыслей новостями об экономической системе Heaven&Hell, которая стала набирать стремительные обороты, продвигаясь медленно но верно на первую позицию в списках самых успешных компаний мира. *** Хоть Джимми и не говорил о Дине, мысли его постоянно были заняты только этим человеком. Первые дни Новак все ждал, что Дин вернется, ведь он целеустремленный человек и всегда добивается своего, но единственный, кто позвонил в дверь за последние полтора месяца был почтальон, доставивший посылку от родителей со связанными шарфиками для Джимми, Элизабет и скоро малыша, а так же теплым письмом, в котором они обещали приехать на рождество. Потом Джимми начал думать, что раз Дин не приходит, значит ему это просто не нужно. если бы хотел, он бы уже мог снести к чертям собачьим дверь и забрать Джимми себе. Но от него не было никаких новостей, кроме того, что он самый преуспевающий и молодой директор компании Heaven&Hell, вознесший ее на небывалые высоты. Джимми решил, что лучше будет смириться, не думать больше о Дине Винчестере и посвятить всего себя скорому ребенку. *** Родители действительно приехали за неделю до рождества. Мама постоянно спрашивала сына о его самочувствии, не доставляет ли ребенок проблем и удобно ли он устроился в постели, а отец смотрел на него взглядом, полном гордости, несмотря на то, что каждый отец хотел бы в сыны истинного альфу, Ричард горд тем, что его сын решил сам воспитывать своего ребенка и без лишней драмы принял факт, что ему придется быть одиноким родителем. Отец, конечно, не знал. через что пришлось пройти Джимми и сколько слез было пролито за все месяцы его беременности, но он был рад наконец увидеть своих родителей. За день до рождества Джимми, Элизабет и мама сидели возле телевизора и пересматривали третий сезон "Секса в большом городе", пока отправили отца в магазин за продуктами для праздничного стола. Омеги радостно обсуждали все развития сюжета в сериале, ожидая возвращения главы семейства. Джимми давно не чувствовал себя так беззаботно, просто разговаривая с мамой и сестрой о второсортном сериале, но ему это чертовски сильно нравилось. Хлопок входной двери оповестил о возвращении Ричарда. Элизабет сразу подскочила к папе, принимая 3 пакета продуктов. Пока тот отряхивал снег с пальто и меховой шапки. Ребекка встала с дивана, собираясь пойти на кухню, и Джимми тоже захотел помощь маме, но та начала заверять сына, что справиться сама. -Все в порядке, мам, я хочу помочь,-ответил ей Джимми и неожиданно резко для самого себя вскочил с дивана. От такого действия у него резко заболела поясница, и он постарался согнуться, когда боль перешла в живот. -Все хорошо, сынок?-спросила обеспокоенная мать. -Да, мам, конечно все нормаааааа,-Джимми оборвался на полуслове в очередном приступе боли, и только тогда он заметил намокшие в районе паха пижамные штаны,-Кажется, я рожаю! Все мигом повскакивали со своих мест и начали выполнять каждый свое. Мама взяла сына под руку и повела к машине, отец побежал за пуховиком для Джимми и за руль, Лиза уже набирала номер врача, который будет принимать роды у ее брата. В машине Джимми скрутили очередные схватки, и он не стесняясь кричал во все горло. Приехав в роддом, Джимми сразу подобрали опытные медбратья, которых уже оповестили о приезде будущего папочки. Уж с врачом Джимми возился долго. Все ему не нравились, были слишком занудными или слишком злыми, но доктор Сингер ему понравился сразу. Он уже ждал роженика в палате, одетый в белый халат, перчатки и маску. А что еще можно было ожидать от доктора, наряд клоуна? Джимми уложили на специальное кресло, задрав кверху ноги. Врач беспрерывно давал инструкции, как ему нужно себя вести, как и когда потужиться или наоборот, но ребенок все никак не хотел выходить на белый свет. Доктор Сингер заподозрил что-то неладное и, как человек имеющий большой опыт, засунул руку по кисть в анус Джимми и начал внимательно исследовать происходящее. -Ребенок лежит неправильно!-закричал он во все горло,-Готовьте наркоз и инструменты, будем делать Кесарево. *** Волнующихся родителей и сестру выставили за дверь кабинета, и тем пришлось терпеливо ждать новостей. Через несколько часов к ним вышел доктор Сингер. Он выглядел утомленным, но вполне довольным собой. -С ним все в порядке. Операция прошла успешно, сейчас отходит от наркоза,-доктор расслабленно улыбнулся, прикрыв глаза. Но открыв их увидел взволнованные глаза родителей, ожидавших дальнейших новостей,-С ребенком тоже все в порядке,-улыбнулся он еще шире. Мать в слезах кинулась Сингеру на плечи, непрерывно благодаря его за живого сына и внучку. Элизабет тихо похныкивала в плечо отцу, а тот обменивался с доктором благодарственным взглядом.