Эти двое

Несмотря на то, что Эггси уже давно считается полноправным агентом Кингсмэн, обучение искусству «быть джентльменом» продолжается. Уроки проходят в постоянном режиме, благо учитель и ученик давно живут под одной крышей. И столь тесное соседство не ограничивается совместными трапезами и чтением у камина. Впрочем, на правах старшего, Гарри Харт просвещает своего мальчика и в гораздо более интимных вопросах. Эггси на редкость способный ученик, все схватывает на лету. И если что и мешает учебному процессу, так это его упрямство и желание немного подразнить преподавателя. Но Гарри Харта с его выдержкой этим не проймешь. К счастью для обоих. К тому же, существует самое главное обстоятельство, сглаживающее любые острые углы – взаимная любовь. В библиотеке Гарри, помимо стеллажей и бюро, имеется прекрасный рояль. До поры до времени, Эггси не обращал на сей предмет никакого внимания. Ну, стоит и стоит, вполне обычная мебель. Наверно, так по этикету полагается. И все же Анвин не слишком удивляется, когда в один прекрасный день застает друга сидящим за инструментом. Эггси слушает незнакомую красивую мелодию, льющуюся из-под пальцев Гарри. Не смея прерывать друга, он тихо подходит к роялю и становится за спиной пианиста. Длинные пальцы Харта невесомо скользят по клавишам, и от этого зрелища у Эггси почему-то начинает кружится голова. «Черт, меня заводит все, что он делает…» мелькает в голове юноши. Еще несколько минут Эггси слушает, затаив дыхание. Но вот Гарри берет завершающий аккорд и его руки замирают. Он поворачивается к юноше, смотрит на него со своей особенной улыбкой, от которой у Эггси сладко замирает сердце. - Когда-то я довольно серьезно занимался музыкой… Жаль, что сейчас на это почти не остается времени… - Гарри, но ты играешь просто… просто потрясающе! – выпаливает Эггси, глядя на друга с восхищением. - Тебе понравилось? - Еще бы! Конечно! - Хочешь научиться? Эггси застывает с открытым ртом. Честно говоря, он не предполагал, что может зайти так далеко в постижении джентльменских премудростей. - Гарри, эммм… не уверен, что у меня получится… - бормочет Эггси. Он уже знает, что услышит в ответ. - Неуверенность не к лицу истинному джентльмену. Особенно агенту Кингсмэн, - чеканит Гарри Харт, – Эггси, ты сумел научиться невероятно сложным вещам за такое короткое время. Неужели ты до сих пор думаешь, что для тебя есть что-то невозможное? И Эггси сдается. Конечно, Гарри прав. И ради него Эггси готов на все. Даже играть на арфе. Или вышивать гладью и крестиком. - Тогда садись, - Гарри уступает место за роялем своему воспитаннику. Тот немедленно впадает в панику. - Прямо сейчас?! - Надо воспользоваться свободным временем, - невозмутимо отвечает агент Галахад. Эггси покорно садится. Гарри разворачивает его лицом к роялю и легонько целует в макушку. Мальчик расплывается в улыбке. Гарри показывает, как правильно ставить пальцы, как держать осанку за инструментом. При этом он то и дело прикасается к юноше, так что обучение доставляет удовольствие обоим. Гарри легко пробегает пальцами гамму и предлагает Эггси повторить. Тот старательно проделывает упражнение. - Браво, Эггси. Я был уверен, что у тебя способности к музыке. Эггси думает, что совсем недавно его музыкальные предпочтения ограничивались хип-хопом и тяжелым роком. Гарри показывает ему ноты, растолковывает значение ключей, объясняет, что такое такты, счет, паузы. Память у Эггси отличная, так что никаких трудностей не возникает. В итоге к концу первого урока Эггси уже может наиграть простенькую мелодию. Гарри доволен, да и Эггси тоже. Ему очень хочется, чтобы горячо любимый друг им гордился. Учитывая род их занятий, Гарри и Эггси не могут заниматься музыкой ежедневно. Они и дома-то бывают далеко не каждый день. Но, как только выпадает свободный час, Эггси садится за рояль. Он делает потрясающие успехи. Очень скоро выясняется, что у подопечного Гарри абсолютный слух. А благодаря отличной памяти Эггси с легкостью читает ноты с листа. - Я от себя такого не ожидал, - признается Эггси, проигрывая небольшую пьесу. - Ты склонен себя недооценивать, - говорит Гарри, легко дотрагиваясь до щеки мальчика. - Если я сейчас сыграю вот эту элегию без ошибки, что мне за это будет? – интересуется Эггси. При этом его синие глаза светятся очаровательным лукавством, губы улыбаются, и Гарри приходится приложить немало усилий, чтобы сохранить невозмутимость. Эггси действительно проигрывает небольшое произведение очень гладко. В награду он получает поцелуй наставника. - У нас есть еще два часа, - шепчет Гарри, поглаживая талию юноши, ощущая гладкость кожи под тонкой тканью рубашки. – Полчаса за роялем, а потом… Раскрасневшийся Эггси кивает. Агент Кингсмэн должен держать себя в руках при любых обстоятельствах. Даже если это очень трудно. Гарри садится рядом с учеником. - Сейчас попробуем сыграть в четыре руки. Гарри показывает юноше, что нужно делать. Через минуту агенты уже играют вместе. Они идеальные напарники, они совпадают во всем, они даже дышат в такт. - Я горжусь тобой, мой мальчик, - говорит Гарри и для Эггси нет похвалы выше этой… - Гарри. - Что, мой милый? Эггси упирается подбородком в плечо мужчины. Гарри улыбается, нежно целует своего мальчика в лоб. - Что я еще буду делать? Рисовать картины? – в голосе Эггси звенит смех. - Радость моя, да будет тебе известно, что картины не рисуют, а пишут. Я не исключаю и такую возможность… - говорит Гарри очень серьезно. Эггси притворно стонет. Харт прижимает его к груди так крепко, что у мальчика перехватывает дыхание. - Задушишь. - Никогда в жизни. Как можно душить блестящего агента и подающего надежды музыканта? Эггси фыркает и бормочет какое-то ругательство. Но на самом деле он доволен. И Гарри это знает.