Солнце на ладони

Далекий две тысячи четырнадцатый год. Зима. Съемки клипа на песню Forget about you. Все в общем-то идет своим чередом: костюмы, грим, прически(не только для Делли, да. Росс тоже может быть большой и капризной девчонкой). Съемки начались в 7 утра и продолжались весь день. казалось бы, снять надо четырехминутный клип, но работать пришлось целый день, вплоть до позднего вечера. А после окончания съемок — традиционный банкет. Ну а после банкета, когда уже лень было ковылять до тур-автобуса, вся группа отправилась в один из баров неподалеку. Как сказал Рокки: «побывать в Японии и не попробовать саке — все равно, что не побывать в Японии!». Росс хватает с собой гитару и почти весь вечер поет их песни. Из этого можно сделать вывод, что Шор явно доволен происходящим. Все голодные и жутко уставшие, особенно старший. Да, Райкер давно познал все «прелести» того, что родился раньше всех. В детстве было как-то проще, что ли. Сейчас же он стал лидером не только среди братьев и сестры, но еще и в их группе. Да, к несмышленым детишкам прибавился Эллингтон. Рэтлифф, который смешит ребят не только в обыденных поездках, но еще и на сцене. Рэтлифф, что очень мило смотрится со всей их большой и дружной семьей, ну прямо как будто всегда с ними и был. И, Рэтлифф, который постоянно клеится к Райдел. Райка последнее жутко бесит, выводит из себя и смешит одновременно: его младшая сестренка и он?... пусть это останется несбыточной мечтой фанатов! эти ребята совершенно разные и по скромному мнению блондина вместе им просто не быть, потому что... ну, хотя бы потому, что Делли точно еще ни разу не целовалась и этот смазливый парнишка ну просто ни разу не тот, с кем бы Линч хотел видеть сестру. И вот сейчас его принцесса спит на плече блондина, так и не попробовав японский напиток, чему Райк в душе радуется. Ну не хочет он, чтобы этого ребенка спаивали. Причем, спаивают младшие братья. Райкер дает себе обещание: с утра обязательно дать Рокки пару подзатыльников. А сейчас — надо бы выйти на свежий воздух, подышать и, если удастся, покурить, и остаться незамеченным. Блондин аккуратно поднимается с диванчика и идет на улицу. Свежий, зимний холодок ударяет в лицо, и Райкер слабо улыбается, вдыхая прохладный воздух. В Японии, как и в Америке зима не очень-то сурова, но в Токио явно холоднее, чем в родном Лос-Анджелесе. Как-то не к месту Энтони вспоминает, что сегодня не позвонил родителям по скайпу, но это мысли отходят на второй план, когда он слышит звуки кашля. Человек там явно задыхался и Райку стало в каком-то смысле страшно. Побежал на звук блондин рефлекторно: был за углом уже через полминуты. Там он увидел парня. Тот стоял на коленях и заходился приступами кашля. С его рук, которыми он закрывал рот, что-то либо стекало, либо слетало. Тогда Райкеру стало не по себе. но просто стоять в стороне он не мог. Подойдя ближе, Энтони подал парню руку, чтобы помочь встать. Неизвестный же, заметив его, выставил свою на манер шлагбаума — явно не хотел, чтобы к нему подходили. И Райк стоит в ступоре пару минут, а потом стукнув носком кеда по асфальту, подхватывает незнакомца и ставит на ноги. Тот уже вроде перестал кашлять. Парень мычит что-то, бубнит, а затем вырывается и убегает, оставив в руке Линча красивый цветок алого цвета, без стебля. «Странные эти японцы. Аллергия у него, что ли?» - задается вопросом Райкер и уходит обратно в бар, и не подозревая, что пустил в себя, коснувшись того кроваво-красного цветка.

***

Легкое недомогание Райкер начинает чувствовать спустя месяц после поездки в Японию. Сейчас ребята уже в Италии и расслабляться, а тем более тратить время на лечение в больницах просто некогда. Времени нет совсем: за неделю группе предстоит побывать в четырех городах и дать пять концертов, явно будет сложно. Однако, все хоть и не выспавшиеся и немного хмурые, но со своей работой справляются на пятерку. Даже Росс еще ни разу не сорвался ни на одну фанатку, а с его-то нервами.. на сцене осечек было не много, хотя на прошлом все просто лажали как могли. Страшно вспомнить: Росс два раза не вступил на своей партии, но это вытянул бэк-вокал в лице Райдел и Рэтлиффа, Элл сбивался с ритма(и виной тому недосып), о Райдел так вообще можно промолчать, а сам Райк со сцены свалился и лежал почти два дня с растяжением лодыжки: прыгнул неудачно, что поделать. На второй день пребывания в Италии Райкер ожидаемо проснулся с болью в горле и жжением где-то в районе легких. Картину дополняла легкая тошнота, и блондин свалил это все на легкое отравление, а затем, когда поднялась температура — на простуду. Но что там говорить, в болезни были свои плюсы: Райку доставались самые большие куски пиццы, это если его, конечно, не тошнило, он мог отдыхать, пока остальные ездили на утренние интервью, а главное — с ним рядом почти постоянно была Делли. Ну, сказать, что Райкер был рад — ничего не сказать. Ему даже иногда казалось, что плохое самочувствие сходит на нет, когда сестра целовала его в лоб или меняла компрессы, а иногда и бульоном кормила. Но как только она уходила в комнату к барабанщику... Да, эти ребята любили проводить вместе время, а-ля два коня в загоне. Нет, серьезно, ржали постоянно и не переставая. Похоже, и правда, судьба, друг друга нашли. А вот у Райка внутри все буквально переворачивалось, когда он их видел вместе. Казалось бы, сестренка счастлива, нашла своего человека, что еще нужно? Оказалось, нужно еще многое. Райку становилось хуже даже от таких мыслей. На четвертой день с начала его сумбурной болезни, Райк немного оклимался и уже начал выходить из автобуса или номера отеля (смотря, где ночевала группа), чтобы подышать свежим воздухом, а не валяться как тюлень у окна. В таком положении подбородок и руки затекают быстро. Сразу у дверей он находил подарки от фанатов. Те, к слову, были сильно обеспокоены его отсутствием на сцене и пытались всячески поддержать. На пятый день все стало совсем хорошо и блондин, выздоровевший, но все еще «зеленоватый», отправился на местное телевидение, дать интервью, даже пару выражений на иностранном выучил, чтобы было легче общаться. Но как ребята сели в минивен, который должен был довезти их до телестудии, Райк пожалел, что вообще поднялся с кровати. Райдел и Эллингтон сидели прямо перед ним и обнимались так, как будто они друг друга вечность не видели, а потом Райдел поцеловала Элла в щеку. Блондин насупился и сжал кулаки: он ревновал до дрожи в пальцах, а любил до боли в сердце и жжения в легких. Тогда парень впервые зашелся приступом кашля, услышав который, все участники группы перепугались не на шутку и даже порывались вызвать «неотложку», но старший лишь отмахнулся продолжая кашлять, и пулей вылетел из автобуса, и оперевшись на ближайшую стену, согнулся почти напополам. В этот день он увидел первый цветок на своей руке: миниатюрная ромашка с чисто-белыми лепестками и желтой, ей-богу, как солнце, серединой умещалась на подушечке пальца. Горло больше не сдавливало, словно тисками, но теперь ныла грудь в целом. - Какого?... - спросил сам себя Линч, сплюнув. Рядом никого, как и ожидалось, не оказалось. Райк стряхнул с руки цветок и направился обратно в автобус.

***

Спустя примерно год после «Японии», парню вдруг становится легче. Он и по парку гуляет, и песни новые пишет, даже ходил пару раз с Рокки и Россом в клуб. Одним словом — полегчало. Все-таки помогают родные стены, а! И кто бы подумал.. вот только правда в том, что Райделлингтон, прихватив младшего Райланда уехали на время в путешествие. Автостопом. Ну а потом.. в Лос-Анжелес приехала Саванна. Да, та самая его любимая одноклассница и подруга детства приехала, наконец, навестить его. Долго же они не виделись. Лет десять, может больше.. старший Линч безмерно рад. Болезнь отступает, как будто ее и не было, пока они вдвоем гуляют по самым красивым местам города. Райкер было вспоминает, что тогда, в далеком детстве, когда они еще сидели на соседних партах, парень был влюблен в Саванну. До безумия влюблен. Правда, сказать так и не успел: родители девушки вместе с ней переехали в другой штат. Пусть было обидно, но все же сейчас-то они вместе. А через пару недель... возвращается Райдел. Блондин засматривается на нее, причем, абсолютно на все и везде. Будь то волосы, испачканные в муке, во время готовки; руки, выкручивающие руль машины по дороге к дантисту, во всех ее движениях чувствуется легкость и элегантность — истинная балерина, ей бы это так пошло, Делли столько лет танцами занималась... А грудь.. СТОП! На этом месте блондин обычно себя одергивает и отводит взгляд. Его ведет от каждого прикосновения, пусть даже и случайного. Грудь парня сдавливает ноющая боль, повышается температура, он то и дело кашляет. Порок снова расцветает в груди, давит на ребра, сжимает легкие и горло, заставляет в голос стонать от боли и безысходности за дверью своей комнаты. Но сестра о нем заботится как может, хоть блондин и не просит и, однажды, Райк засыпая, произносит: - Люблю тебя больше, чем жизнь. Райдел лишь улыбается и поправляет старшему брату одеяло. - я тебя тоже люблю, Рай, - отвечает девушка. Она, наверное, и не догадывается, как близок был Райкер к действительности. На следующий же день Линч обрывает все контакты с Саванной.

***

Райк умирает. Медленно, мучительно и болезненно. Спустя полтора года с момента заражения все становится, казалось бы, хуже некуда. Но, оказалось, что может быть и хуже. Хоть мама Райка и таскала его по больницам и санаториям, врачи только разводили руками. Райк уже давно знал, чем он болеет, как протекает болезнь и чем все это может закончиться. Ни родителям, ни братьям, и ни, тем более сестре, Линч не говорил, чем болеет и, что прочел уже огромную кипу литературы, связанную с Ханахаки бьё. лекарства от этой болезни, ожидаемо, не придумали. Что сказать, Энтони по жизни был еще тем «везунчиком». И понятно вроде, что вся эта японская фигня должна была остаться вымыслом, но... блондин заразился и уже ничего с этим не поделаешь. Райкер знал, что протянет еще недолго, поэтому он наслаждался каждым концертом, в котором принимал участие. Ну, или хотя бы половиной — больше он не всегда мог выдержать. К слову, наслаждался он лишь основной частью концерта: на поклоне эти голубки начинали сюсюкать друг с другом. Вот оно: то самое «Хуже некуда» - они начали встречаться. Элл и Райдел, клавишница и барабанщик. А Райкер и рад был бы сказать, что по одиночке им лучше, чем в дуэте, да только это не так. Пара из них вышла почти идеальная, прямо будто их создали друг для друга. А блондина от одного ее «Сладкий» в адрес Элла корежило так, что он чуть ли зубами не скрипел. (Прим. Райдел постоянно называет Эллингтона «Honey”, что в переводе означает «Сладкий», либо «Милый») - Придурки, - шипит Линч, проходя мимо обнимающейся пары. Ему и самому не нравится собственное поведение: беспочвенная ревность. Зависть. Он реально Эллу завидует и хочет попасть в другую реальность, где не был бы братом своей Принцессе. Чем он, блин, хуже этого утырка?! И блондин снова со злостью захлопывает дверь в свою комнату. Райдел счастлива, значит Райкер будет терпеть. Пусть он любит ее, но она любит Рэтлиффа. И не нужен здесь никакой любовный треугольник, пусть все остается как есть. Райк вытерпит. Райк сильный.

***

Райкер почти не встает с кровати, когда общее время его болезни приближается к двум с половиной годам. Вставал парень лишь только тогда, когда уже совсем не мог дышать, либо походить по дому в те редкие «хорошие дни», когда боль хоть немного отпускала, конечно, не без обезболивающих таблеток. Блондин брел к окну, распахивал его и вдыхал свежий воздух так глубоко, как только мог. Ромашек накопилось столько, что хоть в вазу ставь, хоть гербарий суши. Избавлялся от них Линч с особой тщательностью. Они все-таки были заразны. Парень постоянно заворачивал цветы в два слоя газеты, а затем сжигал в камине. Теперь он почти не брал гитару в руки, жизнь потеряла краски уже довольно давно. Райк не хотел умирать таким молодым, сколько ни убеждал себя в безвыходности его положения и тщетности бытия в целом. Линч корил себя за то, что помог тогда японцу. Часто он вспоминал то интервью, на котором сам же, смеясь, говорил за всех ребят, что группа R5 будет существовать еще очень долго, и они будут давать концерты даже, когда им исполнится по восемьдесят лет, даже когда в зале будут сидеть их внуки. Получается, ОН их всех подвел. ОН не сможет довести до конца то, что сам же и начал. Группа была частью его жизни, он был лидером. Он вел ребят за собой на концерты: сначала в моллах и кафе, затем — в огромных залах по типу Греческого театра. А самое обидное то, что Райкер знает, что уже популярной группе будет несложно найти нового басиста, но он также знает, что ребята этого делать не будут. Росс много раз говорил, что начали они как семья - семьей и закончат, что бы ни случилось. Энтони переворачивается на другой бок и стонет от боли. Он умирает, стебли окутывают легкие изнутри, медленно проедают ткани ребер и тянутся к гортани, постепенно перекрывая доступ к кислороду. Райкер снова задыхается, и на звуки его хрипов сбегается вся семья. Но на этот раз отпускает быстро, а с новой ромашкой, оставшейся на ладони, приходит хоть и кратковременное, но столь долгожданное облегчение. - вы сбежались. Будто я при смерти... - прохрипел Райк и слабо улыбнулся. Затем парень посмотрел на мать: в глазах женщины стояли слезы. - Мне легче, мама.. честно. Со мной все хорошо. Не сегодня, я точно знаю, мам. Райкеру двадцать два, а врет он до сих пор как двухлетний ребенок. Но мама, к великому счастью, верит и уходит в комнату. К блондину подсаживается Росс, тычется головой в его плечо и слабо улыбается: - Как ты, чувак? - с грустью спрашивает он и вдруг поднимает голову, смотрит на Райка красными глазами. Неужели плакал?.. - Росс.. я нормально, честно. Не надо из-за меня плакать. Я жив, почти здоров, а ты ревешь по пустякам. Взрослый парень. - Энтони обнимает Росса своими тонкими руками и впервые за долгое время, целует брата в макушку. Он высох, Росс тоже сильно похудел, испереживался весь. Из-за Райкера. В семье Шор не просто так был любимчиком: Росс умел любить всей душой, с бешеной отдачей, если чувствовал, что любят его. И ему отвечали тем же. Засиживаться Росс не стал и ушел вместе с Эллом, похлопав Энтони по плечу. Чуть позже комнату покинул и Рокки. Райкер и Райдел остались вдвоем. Делли присела на кровать к брату и погладила того по волосам. - Точно легче? Может, принести чего? Кушать будешь? - Райдел смотрит с беспокойством во взгляде, явно переживает. Начинается каждодневный допрос о его состоянии. А блондин лишь берет ее за руку, слабо сжимает пальцы и с улыбкой отвечает - Легче, есть не хочу, немного тошнит. Я ответил на все вопросы? Возвращайся к любимому. - Райк снова улыбается. На сестру он уже давным давно не злится, ведь нельзя человека заставить полюбить кого-то против воли. Райдел какое-то время молчит, а затем, видимо, набравшись смелости, спрашивает: - Райк, а это правда, что ты знаешь точно, чем ты болеешь? - Да. Но ты мне все равно не поверишь, если расскажу. - Он все еще держит ее за руку. - Рассказывай! - почти что в приказном тоне говорит Мэри и устраивается по-удобнее рядом с Райкером на подушке. - это называется Ханахаки бьё. Я заразился совсем нечаянно. Не рассказывай об этом маме, не то она будет винить себя. Болезнь очень редкая и в моем случае — неизлечимая. - Начал объяснять старший. Его тут же перебили. - Это еще почему? - я же говорил, что ты не поверишь. Болезнь исчезнет тогда, когда человек, которого ты очень любишь, ответит тебе взаимностью. И не смейся, это чистая правда. Но мне с этой девушкой никогда не быть. - Да ты... - девушка замолкает, явно подбирая слова, - Шутник недоделанный! Он тут на глазах гаснет, я пытаюсь помочь, а он все равно шутки шутит! Подло, Линч, подло! Подумай о семье и о чувствах других, в конце концов! Райдел выбегает из комнаты, а Энтони замечает почти в последний момент слезу, что катится по ее щеке. - Да, Дел, я умираю. - Шепчет парень вслед и отворачивается к стене.

***

На следующий день все становится на чуточку хуже, чем обычно. Райк совсем не может дышать носом. И даже не из-за насморка, просто — не может вдохнуть. Линч чувствует неладное еще в три часа ночи, когда ворочается в кровати и не может уснуть. Обычно ему помогало то, что он подходил к окну, распахивал его и вдыхал полной грудью. Прохладный воздух хоть как-то притуплял чувство боли и Райкеру на время становилось легче. Но не в этот раз. На утро Райк уже не мог дышать носом, сколько ни подходил к окну, а ртом было проблематично: каждый вдох был похож на подачу кислорода из специальных баллонов дайверам. Все стало еще более непонятным в тот момент, когда блондин находился в ванной комнате. Над ключицей что-то странное он заметил, когда уже собирался уходить из ванной. Присмотревшись, он увидел полураскрытую ромашку, что проросла сквозь кожу. Парня охватила паника, и Линч, ни черта не соображая, что делает, сорвал ее вместе с коротким тонким стеблем. Из того места, откуда недавно рос цветок, полилась алая струйка крови, создавая контраст со слишком уж бледной кожей. «Зато кашля нет», - думает Райкер, немного успокоившись. Делли приходит к нему чуть позже, чем обычно с подносом в руках. На подносе тарелка с еще горячими вафлями и крепким кофе. Сама Райдел растрепанная, еще сонная и с еле заметными мешками под глазами. Может кто-то другой их бы и не заметил, но Райкер ловил каждое изменение на лице сестры, каждую эмоцию и сейчас наблюдать за ней было одно удовольствие: немного взъерошенные волосы пшеничного цвета с отросшими черными корнями, лицо красивое, без макияжа смотрится даже лучше, чем со всеми ее яркими блестками и тенями. легкий румянец на щеках — признак того, что вафли явно не покупные. И бледно-розового цвета губы, все же зря она постоянно красит их яркой помадой, естественный цвет гораздо красивее. Райк улыбается почти во все тридцать два зуба и садится на кровати. - Доброе утро, Рай, - Произносит Райдел с улыбкой и ставит поднос на тумбочку у кровати брата. Райк же быстро отвлекается от раздумий и отводит взгляд в сторону. - Доброе утро, - отвечает он, - Не выспалась? - Я настолько ужасно выгляжу? - тут же спрашивает девушка, поправляя волосы, а старший быстро перехватывает ее руку и чуть сжимает пальцы. - Просто красавица, - наконец произносит он и улыбается. Райдел немного смутилась, а блондин, довольный начал трапезу. - Райк, - Делли зовет парня примерно через две минуты. - Я прочитала о твоей болезни. Если это правда, то... эта девушка могла бы спасти тебя. Она, что, не знает? Я не хочу, чтобы ты.... - Девушка явно недоумевала и готова была зареветь, Райк это видел. - Тихо. Ну, не можем мы быть вместе, - глубокий вдох, - понимаешь? Я не могу ее заставить, - Райк снова тяжело вдыхает воздух, - да и в чувствах признаться не могу. - Да почему? Райк, ты же никогда не боялся говорить об этом девушкам. Ты вон даже Саванне постоянно признавался. - Райдел сжала кулаки и с некой злостью посмотрела на Райкера. - Или?... А дальше... Райкер и опомниться не успевает, когда его целуют. У Райдел губы мягкие, почти бархатные, а еще безумно теплые и родные, а у Райка - обветренные и холодные. Блондин думает, что сестре это явно не понравится, но мысли пока идут «лесом», парень целиком и полностью отдается чувствам. Райк спешно отвечает, аккуратно сминает губы девушки своими, не хочет напугать, ну или спугнуть. Энтони смотрит на блондинку, та прикрывает глаза, значит в глаза ему смотреть не хочет, но Райку и так хорошо. Лучше, чем любому человеку на земле. Райку хочется еще, безумно хочется, но просить он не смеет, для Райдел, скорее всего, и один поцелуй был одним из смертных грехов. Поэтому Райк молчит, расцепает замок рук за спиной девушки и шепчет невнятное «Спасибо». Ему не становится легче ни во время поцелуя, ни когда он отстраняется из-за нехватки воздуха, ни тогда, когда Райдел садится рядом и проводит Рукой по его волосам, убирая с глаз отросшую челку. - Ты оброс. Давай, как только станет легче, мы пойдем в парикмахерскую? Райкер лишь слабо улыбается и кивает. Ему не станет легче, и он об этом знает. Райдел просто его не любит, а он не сможет заставить полюбить, даже если будет стараться из последних сил. Но он ее, конечно, не винит, лишь слабо кивает в продолжение темы и продолжает разговор, улыбаясь сестре. И никто из них так и не возвращается к теме того поцелуя, будто его и не было, Делли лишь радуется тому, что брату становится легче, а затем обнимает его и целует в волосы, тихо смеясь. Они еще долго разговаривают обо всем на свете, девушка гладит Райка по волосам, зарываясь в них пальцами почти до корней, убирает челку, а Райкер думает, что ничего более романтичного в его жизни не было. - Принцесса, - зовет Райк, когда блондинка уже стоит у двери. Райдел оборачивается, - Я очень хочу, чтобы ты была счастлива, - вдох, - ты знаешь, для меня это превыше всего. - снова вдох, - Не обижайся на меня, ладно? Я же понимаю, вы с Эллом созданы друг для друга, он тебя очень любит. Райдел смущается, ей-богу, как маленькая девочка, кивает и уходит из комнаты, скорее всего в гостиную. Спустя два часа Энтони убегает в ванную, там закрывается, кашляет долго и почти без перерывов, смотрит на новые ромашки, копящиеся с бешеной скоростью и думает, что они похожи на маленькие солнца с белыми лучиками. А еще, эти цветы похожи на Райдел, Райк и сам не знает почему. Сестру он всегда ассоциировал с солнцем, которое может наполнить своим светом даже самый печальный день. А ромашка — посланник солнца, похоже почти также, как и его сестра. Забавно, что его убивает то, что так похоже на солнце и собственную сестру одновременно. В ванную тем временем несколько раз стучатся братья, затем мама, и Райк, наконец, выходит сам, доходит до кровати и остаток дня полностью проводит с семьей, почти не замечая течения времени. Сам Райк, сидя на диване, разговаривает с Рокки, попутно смотрит какую-то передачу по телевизору; у него на коленях лежит сестра, которой остальные любезно освободили весь диван, расположившись на его спинках. Блондин гладит Делли по волосам, иногда засматривается на ее лицо, но никто ничего им не говорит, будто все всё знают. Даже Элл скромно молчит, жуя чипсы. На самом деле, они ничего не знают: не знают, как Райкеру нужно присутствие самого родного и близкого человека. Сейчас, в данный момент. Когда домашние расходятся, блондин еще долго не может заснуть: одолевают приступы кашля. Он знает, что с ним не спит и весь дом. В итоге засыпает парень под утро, а утром не просыпается, сколько бы не звал его Росс, стоя у закрытой двери. На тумбочке, у кровати, лежит записка, в которой Линч признается всей семье в том, как сильно их любил и очень просит не винить никого в том, что произошло. Райкер Энтони Линч уходит тихо, Райкер Линч никого не винит. Он вытерпел, он был сильным, он желал близким только огромного счастья, он любил всех безмерно, готов был отдать жизнь за их счастье, и в последствии, так и сделал.

***

Через три года у Райдел Мэри Линч и Эллингтона Ли Рэтлиффа рождается ребенок. Мальчику все рады безмерно, молодых родителей встречают с огромной радостью, желают счастья и здоровья малышу и им. Рождение ребенка отмечают почти три дня, а затем ребята уезжают в собственный дом, где будут жить теперь только втроем. Вопреки ожиданиям Райдел, малыш не родился таким пухленьким как и Росс, значит мальчик будет похож больше на Эллингтона, чем на кого-то из Линчей. С того дня как мальчику исполняется два года, он с каждым днем становится все больше и больше похожим на Райкера в детстве: каре-зеленые глаза, острые скулы, аккуратный носик. Теперь из маленького Энтони (от имени «Райкер» Эллингтон категорически отказался) растет настоящий герой, защитник. Райдел знает, он ее не оставил, он здесь, рядом.