В руках старшего брата

      — Ри, что это значит?! Это ты написала?       Брат уже навис над столом и, не скрывая, перечитывал то, что было написано на экране. А меня словно сковали цепями, я не могла обернуться или хотя бы пошевелиться.       — Я повторяю, что это такое? — Вопросы все лились и лились. Голос Тайрона звучал так, словно мы вернулись в детство, и он снова меня отчитывает.       — Я… Да, это…       — Эрин, немедленно скажи, что это не то, о чем я подумал. — Я со стыдом опустила голову, а мои пальцы сжимали собственные, мокрые от слёз, колени. — Эрин!       — Я не могу этого сказать. Это я написала, понятно? Да, это моё, и это все правда! — Мой голос менялся на каждом слове, становясь то уверенным, то злым, то тихим и грустным. — Если ты ни о чем не догадывался, то ты просто идиот! Ты вернулся к нам, в нашу жизнь, в мою жизнь, и с того момента все по-другому! — Слезы все лились ручьем по щекам. — Я не могу изменить то, что чувствую, и пусть это неправильно и причиняет мне боль, но я не откажусь от этих чувств! Я люблю тебя, Тайрон, и теперь это неотъемлемая часть моей жизни, как и ты сам. Я не знаю, что станет со мной, если ты снова уедешь. Но ты уедешь, я знаю… Ты не можешь остаться здесь со мной навсегда, у тебя должна быть собственная жизнь. Я понимаю это, но я настолько эгоистка, что хочу, чтобы ты принадлежал только мне, я не хочу отпускать тебя к друзьям или к девушке. Я понимаю, что тебе хорошо с ними, и это так злит меня… Так злит… Я хочу, чтобы тебе было хорошо со мной, как раньше. Я и ты, бессонные ночи и прогулки. — Я уже не плакала, а только злилась. — Почему ты так смотришь на меня? Тебе так противны мои чувства? Что это за жизнь, если я не могу любить того, кого хочу? Зачем тогда все?       Я смотрела в глаза брата и понимала, насколько глупо для него звучит все, что так важно для меня. Ведь это я думаю о нем каждый день и каждый час, это я так много наблюдаю за ним, так много чувствую к нему. Но не он. Он, скорее всего, и не вспоминает обо мне, когда не видит.       — Почему ты молчишь? — снова тихо прошептала я, будто разговаривала сама с собой.       — Это… неправильно, Ри.       Это все, что сказал Тайрон перед тем, как уйти. И почему каждый раз один из нас сбегает? ***       — Как ты там по телефону сказала? Парень отшил? — Подруга рассмеялась, — Еще бы, гляньте с какой кислой миной ходит.       — Твоя дружеская поддержка бесценна, — ухмыльнулась я.       Я знала, что Линдси смеется надо мной не всерьез. Она понимает, что сейчас мне меньше всего нужно, чтобы меня жалели.       Мы сидели в ее комнате еще с двумя девочками. Мы все учимся в одном классе, и известны как банда ничем не примечательных, которые объединились, чтобы было не слишком скучно существовать. Но одна из нас, с виду кажущаяся самой неинтересной, на самом же деле была всегда не прочь повеселиться. Этим она отличилась и в этот раз, доставая из рюкзака две бутылки алкоголя, приговаривая при этом «а что это у меня завалялось для разбитого сердца?».       Могу поспорить, напитки эти были далеко не высшего качества, а те, на которые хватило карманных денег. Но в тот момент мне было все равно, выпить казалось мне хорошей идеей.       — А ты подготовилась, — Линдси ехидно заулыбалась.       После этих слов девочки включили музыку как можно громче, видимо, пытаясь создать атмосферу вечеринки, которая смогла бы расслабить и повеселить меня. Мы открыли обе бутылки сразу и начали разливать менее крепкий напиток по стаканам, раскладывая в них лед и пародируя взрослым.       Все это казалось таким смешным и неестественным, что мне и правда полегчало, пока я наблюдала за подругами. Конечно, каждая из нас уже пробовала алкоголь, но суммарно вряд ли мы все вместе за жизнь выпили больше пары литров. Так что в распитии у меня был самый минимальный опыт в свои почти семнадцать лет.       Спустя пару часов наша компания уже успела выпить полторы бутылки, потанцевать, померить наряды Линдси и пообсуждать всех своих одноклассников. Не могу уверенно сказать, сколько выпила конкретно я, но, вроде, мой стакан был четыре или пять раз обновлен нашим непревзойденным барменом Мэйли, которая и предоставила нам всем спиртное.       — Ха, да ты ж в стельку, — смеялась мне в лицо Линдси, сама пошатываясь, хоть и сидела на полу.       — Не путай меня с собой, подруга, ты уже сидеть по-человечески не можешь! — Наш спор так смешил меня, что я повалилась на пол, пачкая надетое на меня платье Линдси. — Но я, наверное, пойду.       Я попыталась встать, но тут же плюхнулась на кровать, не в силах пошевелиться. Я просто лежала и смеялась, похрюкивая в некоторые моменты.       — Давай-ка позвоним твоему брату, — Самая трезвая девушка из нас — Тила — вытащила телефон из моей сумки и, выбрав номер Тайрона, нажала на кнопку вызова.       — Нет, стой, не надо! А ну сбрось!       — Хм, не берет, — я выдохнула с облегчением после слов подруги, — Напишем СМС!       Я подскочила с кровати с громкими воплями «НЕЕЕЕЕЕТ», но Тила уже набирала…       — «Привет, братик, спаси меня», — она как будто специально издевалась надо мной, читая, что пишет. — Прикрепляю адрес, отправить. Все, теперь он непременно приедет и заберет нашу Эрин.       Прошло сколько-то времени, которое я не смогла посчитать, видимо, и правда опьянела.       Прозвенел дверной звонок, и я с ужасом замерла, обхватив колени руками. Я так и сидела, пока девочки всей толпой побежали посмотреть на моего брата.       Стук в дверь. Это он.       Тайрон вошел в комнату, эмоции на его лице я не смогла определить, но ему явно не хотелось здесь быть.       — Эрин, ты пила? — он подождал, — Я так и думал, пошли.       Он подошел к кровати и взял меня за руку, стягивая на пол. Я сопротивлялась, как могла.       — Да что ты упрямишься, сама же напи… Ри, ты плачешь?       Но в этот раз ему показалось. Я поднялась и твердыми шагами подошла к брату, который все еще держал меня за руку. Его лицо дернулось, оказавшись так близко к моему. Мы находились меньше чем в полуметре друг от друга.       — Посмотри на меня, Тайрон, — тихо начала я, — ты совсем ничего не чувствуешь?       Его взгляд переменился, ему стало жаль меня, или он просто понял, что причиняет мне боль, хоть и не специально. Он смотрел на меня, как на маленького ребенка, которого нужно было утешить. По крайней мере, мне так казалось.       — Прошу, Тайрон, прикоснись ко мне, — я прижала его руку к своей груди, он пытался ее отнять, но не получалось, — Прикоснись ко мне и скажи, что ничего не чувствуешь, что я тебя не волную.       Я готова была заплакать снова. Его прикосновения были такими теплыми.       — Эрин, я так злюсь на тебя…       Я отпустила его руку, но он не убрал ее с моей груди.       — Ты сама не знаешь, что говоришь. Ты так юна, а говоришь о чувствах. Что ты можешь знать о них? Это все так сложно.       — Да все я могу знать! Ты думаешь, что я ребенок, но это не так! Я выросла, я девушка, которая хочет любить. Хватит недооценивать меня. — Серьезный голос дрожал, — Ты возненавидишь меня теперь? Снова уедешь? Конечно, проваливай разбивать еще больше сердец!       Тайрон прорычал что-то, а через секунду прижал меня в стене, больно сжимая мне руки.       — Ты. Ничего. Не знаешь.       Я попыталась вырваться, как вдруг губы Тайрона резко впились в мои. Он поцеловал меня. Он сделал это не случайно, он действительно меня поцеловал. Я не могла осознать происходящее.       Рука брата легла на мою шею, а его бедра плотно прижали моё тело к стенке. Я хотела ответить на поцелуй, но страх сковал меня, как в прошлый раз. Его губы раскрылись, желая углубить поцелуй, и как только я осмелилась сделать то же, Тайрон отстранился, вталкивая меня в стену, и снова ушел, шепча ругательства.       «Что это было?»       Я осталась стоять, покрываясь волной мурашек снова и снова. Мне казалось, что я все еще чувствую его разгоряченное тело, его сильные руки и губы, так резко впившиеся в мои.