Демоны, что внутри нас.

      За спиной хлопнули двери ночного клуба. Атмосфера на улице изменилась, пока он пребывал в внутри. Стало спокойно и пусто. Лишь изредка на пути встречались прохожие, спешащие в поздний час домой. Свежий ветер ударил в лицо, веером раскидывая длинные волосы по плечам. Хаширама, убрав за ухо непослушные пряди, поежился от прохладного воздуха, отмечая, что мороз помог ему окончательно протрезветь.       Тобирама шёл впереди и привычно молчал. Да, брат умеет удивлять. Происходящее казалось сном, и неопределенное волнение закралось в душу. Трудно поверить в произошедшее, зная об отношении альбиноса к Учихе. Глубоко вздохнув, Сенджу дёрнул металлическую ручку автомобиля и следом за блондином сел в салон.       Машина неторопливо тронулась с места и, постепенно набирая скорость, устремилась вперёд. Шатен повернулся к окну. Погрязшая ранее в пробках дорога пустовала. Мимо проносились холодные бетонные высотки с примесью офисных зданий, которые не теряли своей мрачности в море разноцветных огней, нарядные витрины дорогих бутиков и красочные вывески ресторанов. В этом водовороте яркости и роскоши столицы Хаширама увидел рекламный щит, висящий на одной многоэтажке. На нем была изображена девушка, рекламирующая новый бренд одежды. Но не сама модель привлекла его внимание, а красные волосы, собранные в сложную прическу. При их виде невольно вспоминаешь Узумаки, доставивших ему немало проблем в прошлом. Они занимают не самую низшую позицию в иерархии демонов, известных Сенджу, и, можно сказать, достаточно сильные противники. Плюс этих тварей очень сложно отличить от людей. Три года назад, когда он с Мадарой брался за дело, даже не подозревал, что столкнется с аловолосой демоницей. Тогда шатен не знал, что все может обернуться боком и исчезновением Учихи. После мужчина забросил работу, наплевав на просьбы брата и знакомых, тратя время на поиски друга. Вместо удачи и счастья пришло отчаянье, и он сдался. Глупая, но ежедневная мучительная борьба внутри себя — это то ещё удовольствие.       Однако вопрос, крутящийся в голове с появлением Тобирамы, требовал ответа. Оторвав взгляд от окна, Хаширама, нахмурившись, посмотрел на альбиноса и произнёс:       — Никак не пойму, зачем тебе помогать мне?       — Возможно, это обычное стечение обстоятельств, — философски выразился блондин после минутной паузы, — а возможно, мне надоело видеть, как ты гробишь свою жизнь из-за своего любимого Мадары.       Сенджу криво улыбнулся. Младший брат отличался странной ненавистью к Учиха, которую либо перенял от отца, либо получил из-за сильного отпечатка в душе после потери Изуны. Альбинос сжал покрепче руль и продолжил:       — Раз уж ты согласился поехать со мной, стоит тебе рассказать: последнее время наблюдается странная активность всяких тварей, не только демонов, причем по всей Японии. Сначала я не уделял этому внимания, но звонок Токи все изменил. Они настолько обнаглели, что стали в открытую нападать на людей. Многие пропадают. Число погибших растет с каждым днём. Самое смешное — никто не хочет верить в их существование. Тока смогла связать эти исчезновения с Узумаки. Раньше я считал, что их немного…       — О, это ты зря, — усмехнулся шатен.       — Да, понял, — сказал Тобирама. — В общем, уже на полпути к Токе, в Киото я по счастливой случайности заглянул в одно кафе. Догадайся, кого я там встретил?       — Кушину.       — Верно. Я предполагал, что Узумаки не выжила после боя с вами. Наверно, ты о чём-то умолчал. Уже не важно. Но мне стало не по себе при виде тебя, сидящего, как ни в чём не бывало, за барной стойкой и пьющего кофе. Кушина буквально прожигала дыру в твоей спине.       — Не припоминаю такого, — прошептал Хаширама, усиленно вороша воспоминания.       — Либо твоя интуиция притупилась, либо ты перебрал с алкоголем, раз не заметил её. Скорее всего, второе.       Шатен провел рукой по лицу. Выглядеть идиотом в глазах брата… Отлично. Сам же всему его научил и облажался… Надо завязывать со спиртным.       — В итоге пришлось остаться в Токио. Хотя, благодаря задержке, я смог закончить свои старые дела, — задумчиво произнес младший Сенджу, — но не об этом. После длительного наблюдения за ней я застал её врасплох. Кушина не отличалась желанием говорить, и единственное, что удалось узнать — пара слов о Мадаре, а про тебя — ничего.       Хаширама невольно вспомнил о невероятной способности Тобирамы добиваться от других того, что он хотел, с помощью множества методов, зависящих от сговорчивости человека, ну или нечеловека.       — Приехали. — Машина съехала с ровной дороги на разбитый асфальт, затормозив у высокой, давно не крашенной ограды. Шатен вылез на улицу и придирчиво огляделся. Единственный фонарь оказался разбит, и только жёлтый месяц, в окружении пушистых облаков, освещал округу. Множество невысоких, приземистых зданий, часть из которых готовились под снос. Окраина Токио. Не самое лучшее место для прогулок, особенно ночных. Отсюда центр города и прилагающиеся к нему районы походили на яркое пятно.       — Неужели она пряталась тут? — поинтересовался мужчина, оценив обстановку.       — Нет. — Альбинос, одной рукой держа сумку, другой захлопнул багажник. — По-твоему, где я должен был держать пойманного демона, которому не составит труда разрушить половину города?       — Извини, просто не по себе от предстоящей встречи.       — По тебе видно, — Тобирама выразительно покосился на брата. — Надеюсь, ты не забыл, что Узумаки питается человеческими эмоциями?       — Вот за дурака меня не держи.       — Действительно, ты не заметил её в кафе, как и странное поведение людей. Интересно, что я должен о тебе подумать? — хмыкнул младший Сенджу и, перекинув ремень сумки через плечо, направился в сторону заброшенного пятиэтажного дома. Несмотря на разногласия, Хаширама — его семья, и он не желал видеть смерть последнего брата. Повернув голову вполоборота, мужчина продолжил:       — Поэтому держи свои переживания при себе, а лучше забудь про них.       — Обязательно, — буркнул шатен, проглотив обиду и желание ответить в той же манере.       Входом в здание служила обшарпанная доска, прикрывавшая дверной проем, которая от пинка блондина с грохотом повалилась на землю. В темноте Тобирама на ощупь нашел выключатель и, щёлкнув им, включил несколько пыльных ламп, подвешенных под потолком. Подошвы ботинок звонко застучали по бетонному полу. Младший Сенджу на секунду остановился, проверяя, все ли в порядке. Относительно большое пространство помещения пустовало, лишь углы были завалены строительным мусором. На подоконниках покоились приличный слой пыли и россыпь стекол, выбитых из оконной рамы. Хорошие место, если ты хочешь, чтобы тебя не тревожили особо любопытные личности.       Серость комнаты скрашивали сидящая на полу девушка и её яркий цвет волос. Красные пряди, закрывая лицо, ниспадали по плечам вниз. Казалось, Узумаки спала, но она тот ещё любитель притворяться. Пройдясь взглядом по нарисованным на полу символам, которые подавляли силу демоницы и не давали ей сбежать, альбинос довольно кивнул и с грохотом поставил сумку на своеобразный стол, сооружённый из ящика.       — Не стой столбом в дверях, Хаширама, — сказал он, услышав неуверенные шаги. — Только близко не подходи.       Заметив промедление со стороны шатена, Тобирама расстегнул молнию. Судя по реакции старшего Сенджу, всё придётся делать самому.       — Как мило, ты привел своего брата, — мелодичным голосом произнесла Кушина. Мужчина раздражённо фыркнул и посмотрел в сторону Узумаки. Чёлка, закрывающая лицо, сползла набок, открывая взор фиолетовых глаз, в которых заблестели искры интереса. Демоница медленно поднялась и улыбнулась.       — И? Это что-то значит? — сказал альбинос, поглядывая на Хашираму, в оцепенении смотрящего на девушку.       — Возможно, но я не собираюсь с тобой, — она сделала выразительную паузу, — это обсуждать. Думаешь, я не вижу сквозь жалкую человеческую тушку твою ледяную и охваченную ненавистью душу. Тот, кто может только убивать, не...       — С какой целью ты следила за мной? — решительно и неожиданно для самого себя перебил шатен, стремительно приблизившись к черте. — И где Мадара?       Ответом послужило напряжённое молчание.       — Давай лучше я начну. — Блондин положил ладонь на его плечо. Он кивнул, и Тобирама, покручивая в руке нож, переступил символы. — Точнее, продолжу.       — И что ты мне сделаешь? — произнесла аловолосая, глядя на блестящее металлическое лезвие. Сомнений нет, девушка узнала орнамент, вырезанный на рукояти, но продолжала играть свою роль. — Думаешь, твоя зубочистка напугает меня?       — Нет, не напугает, — отозвался мужчина, — но заставит тебя говорить. Поверь, я нашел зубочистку посерьёзнее.       — Неужели? — Узумаки выразительно изогнула бровь. — А силёнок хватит?       Хаширама резко подался вперёд, замечая, как изящные пальцы Кушины исказились, принимая форму когтистой лапы. Её сил хватало, чтобы частично вернуть себе прежний облик, несмотря на защитные символы. Надо было заранее предупредить об этом брата. Но младший Сенджу, просчитав движение девушки наперед, увернулся от быстрого выпада острых когтей и ловко резанул ножом по открывшемуся для удара плечу. Узумаки вскрикнула от неожиданности и с невероятной проворностью и скоростью отшатнулась как можно дальше.       — Неплохо, — сказала аловолосая, зажимая кровоточащую рану. Багровое пятно разрасталось, пропитывая ткань тёмно-зелёной блузки.       На секунду шатен слегка удивился. Регенерация Узумаки моментально лечит любые, даже смертельные раны. Но она продолжает истекать кровью. Хаширама мельком покосился на клинок в руке альбиноса и сразу узнал извилистый орнамент на лезвии. Интересно, как он смог достать самое мощное антидемоническое оружие?       Яростный крик, переполненный смесью боли и ненависти, эхом пронесся по помещению. Тобирама с невозмутим лицом наблюдал девушкой, упавшей на колени.       — Зубочистка, говоришь? — усмехнулся Сенджу. — По мне, очень дельная вещь.       — Тебе это не сойдет с рук, — прошипела аловолосая, пытаясь не подавиться собственной кровью.       — Ну-ну, рана не смертельна, — протянул альбинос, — я не собираюсь тебя убивать, пока не услышу ответы.       — И не услышишь, — прохрипела Кушина. — Считаешь, что поступаешь правильно? Считаешь нас бесчувственными тварями? Считаешь, что ты единственный, кто потерял близких? Глупый и наивный человек.       — Хватит мне зубы заговаривать, — устало сказал блондин, готовясь повторить удар.       — Тобирама, подожди, — сказал шатен, приблизившись к ним. Два взгляда уставились на него. Один с непониманием, другой с интересом. Странная жалость неприятно колола в груди. Наверно, за это время он стал слишком мягким.       — Впервые вижу, чтобы кто-то испытывал ко мне сострадание. Ты изменился с нашей прошлой встречи, — сказала демоница, не обращая внимание на недовольство альбиноса, — так же, как и твой друг. Знаешь, дам тебе дельный совет. Не ищи его, иначе обнаружишь то, чего не ожидаешь.       — В смысле?       Девушка отрицательно качнула головой, показывая, что больше не настроена говорить на эту тему.       — Собираешься продолжать?       — Уж извини, Тобирама. То, что они со мной сделают, если узнают о нашем разговоре, в сто раз хуже этого, — усмехнулась аловолосая. — Гораздо приятнее умереть от твоей руки.       — Тобирама!       Мужчина, не ожидая внезапного удара от раненой, успел отскочить в сторону. Тело сработало на рефлексах, и кинжал оказался в груди демона гораздо раньше, чем он успел осознать содеянное. Не проронив ни звука, она улыбнулась, и по губам прочиталось горькое «Спасибо». Альбинос застыл, смотря на лежащую на полу девушку, на угасающий огонек жизни в её глазах.       — Странно, — первым начал Хаширама, нарушив напряжённую тишину.       — Да.       — Тогда с Мадарой мне пришлось тяжко… Помнишь, в каком состоянии был я? — Он на секунду прикрыл глаза. Воспитания вновь ожили в голове. Истинный облик аловолосой никогда не покинет память, как и боль от удара её когтей. — А сейчас она оказалась в нужном месте в нужное время и дала себя убить. Совпадение?       — Странно или нет, но я собираюсь во всем разобраться, — произнес блондин, вытирая кровь с ножа. — Мне нет дела до Учихи, но я хочу покончить с этими тварями, от которых погибли наши братья.       — Ты даже не представляешь, куда лезешь, — вздохнул шатен, сев на ящик и запустив пальцы в волосы. — Это тебе не вампиры и ведьмы. Сунешься и тебя раздавят.       — Уверен? — усмехнулся он. — Разве не хочешь найти Мадару? Не сомневаюсь, неспроста Учиха бесследно пропал.       — Всегда во всем винишь Учих… Не вижу смысла, Мадара ненавидел демонов. И благодаря этому нажил себе кучу врагов, не только в лице людей и своей семьи. Не улавливаю твоей логики.       — И не надо, — сказал Тобирама. — Можешь вернуться к своему прежнему времяпровождению.       Сенджу посмотрел на брата, выбирающего нож и поднимающего куртку с пола. Глупо цепляться за надежду, но он не отпустит его одного. Уж если погибать, то вместе.       — Надеюсь, я не пожелею о своем решении, — бодро заявил шатен. — Ну, и какой у нас план?