Осторожно! Здесь водится магия!..

       День у девочек выдался тяжёлым и до жути унылым. К концу учебного года преподаватели как с цепи сорвались. Завалили всех домашкой и заставили выучить всю программу в учебниках на несколько лет вперёд! И это при том, что девушки только недавно поступили!        Познакомились Юля и Аня ещё в старших классах школы, а после вместе поступили в один университет. Обучались девчонки на разных направлениях, Аня пошла на медицинский факультет, а Юля на филологический, но это не мешало им часто пересекаться в свободное время в широких коридорах университета и долго беседовать после занятий. Жили девушки вместе, недалеко от универа, в съёмной квартире, куда направлялись сейчас.       — И ты понимаешь, каким ненавидящим взглядом Он смотрел на меня, когда я попросила повторить последние девять абзацев, так как не успеваю записывать под его диктовку, — грозно вещала Аня, идя по тонкому бордюру и держась за заботливо подставленное плечо подруги.       — Представляю, — кивнула Юля. — Не поверишь, но Влад у нас тоже преподаёт. И я знаю, каким взглядом он может смотреть. Самой жутко становится в такие моменты.       — Во-от! А я говорила!       — Говорить-то, говорила, а я тебя слушала? Ты постоянно что-то несёшь, поэтому всё время выслушивать тебя сил не хватит, — устало выдохнула Юля и повернула к арке, ведущей во двор дома.       — Вот так и начинаешь познавать своё многообразие, — хмыкнула Аня, спустившись с бордюра на асфальт и идя рядом с Юлей.        Девушки медленно приближались к своему подъезду, а там, на скамейке сидели оккупанты… Шесть кошмаров маленького уютного двора.        Бабульки группками сидели на двух больших скамейках, недавно принесённых работниками РЭУ. Разговоры у старушек не иссякали ни днём, ни ночью. Каждый день они находили новые темы для беседы, а когда те заканчивались, то бабульки затягивали жалостливые песни жестоких романсов.       — Драсьте! — одновременно крикнули девушки и поспешили скрыться за железной подъездной дверью. Забег по небольшой лестнице, поворот к лифту…       — Ой, девоньки, добрый день!        Вот она, седьмая кара Египта… В смысле их двора. Седая, полная бабулька с очень вредным характером и таким же вредным и упитанным чихуахуа, сидящим у старушки на руках.       — Ой! — всё так же слаженно сказали девушки и замерли под прицельным взглядом бабульки.       — Здравствуйте, Мария Николаевна. А мы, вот… С учёбы возвращаемся, — промямлила Аня, опуская голову, чтобы не встречаться взглядом с первым врагом дома.       — Вижу, хорошие мои. Устали, небось? — за милым и лилейным тоном скрывался жестокий и алчный снайпер, всегда бьющий в цель без единого промаха. — Ну-ка, расскажите мне, что у вас там нового?       — Мария Николаевна, извините, никоим образом не хотим вас обидеть или оскорбить, но мы спешим. Сильно опаздываем и так далее, — попыталась выкрутиться Юля, уже попавшая в цепкий захват старушечьих рук.       — Ох, неужели уходите? — расстроилась бабулька, но после, как ни в чём не бывало, продолжила вещать. — А я вот сегодня с дачи приехала, яблочек ранних привезла. Вкусные, сладкие, попробуйте! — и Мария Николаевна вынула из карманов своей растянутой кофты четыре зелёных яблока и протянула девушкам. — Весь день собирала, трудилась, а вы же знаете, как трудно нам в таком возрасте приходится?       — Нет, пока не знаем, — тихо пробормотала Аня, забирая крупные яблоки из сухих старушечьих рук.       — Ага, спасибо большое, мы пойдём, — покивала Юля, подталкивая подругу к дверям лифта.       — Коляновна, ты де там застряла, клуша старая? — дребезжащим голосом прокричали со двора.       — Ах, девоньки, пора мне, зовут меня подруги сердешные. Бегите домой. До встречи, малышки, — и бабулька упрыгала вниз по ступенькам во двор. Мелкая чихуахуа захлёбывалась вдохновенным лаем, смотря через плечо Марии Николаевны на растерянных девушек.       — Интересно, что на неё сегодня нашло? — тихо спросила Аня, вдавливая в стену кнопку вызова лифта.       — Наверное, яблоки эти чем-то опрыскивала, вот и надышалась, — предположила Юля, уже выходя из кабины и направляясь к двери квартиры.        Звенящая тишина властолюбиво встретила хозяек квартиры и поспешила покинуть свои временные владения. Тотчас немалое трёхкомнатное жильё наполнилось громкими разговорами и весёлым смехом девчонок. Вскоре они собрались за одним столом на кухне, в компании тортика, ароматного чая и душещипательных разговоров.       — Ты знаешь как это грустно? Мне уже восемнадцать, а парня нет. А так романтики хочется! Вот даже книгу любую открой, и увидишь чуть ли ни с первых строк тоскливые рассказы о любви и симпатичных парнях, которые подкатывают к героиням, а те носом вертят! Клянусь, если попадётся не равнодушный ко мне парень, я его заберу… А пока что… Эх, одиночество — это когда тебя никто не понимает… — горестно вздохнула Юля и отхлебнула из кружки.       — Нет, подруга, одиночество — это когда тебя некому забрать из морга, а всё остальное это так… Временные затруднения! — хмыкнула Аня, потянувшись за новым куском тортика.       — Может тебе всё же не стоило идти на медицинский? А потом и на практику в ночную? Хотя… В этом вся ты, — грустно улыбнулась девушка. На вопросительный взгляд подруги, почему она больше не берёт торт, Юля покачала головой, мол, нет, больше она есть не будет.       — Просто, смотри, очень хочется внимания со стороны противоположного пола. А в итоге ничего! Даже Кактусу, и тому уделяется больше внимания! — воскликнула Юля, и девушки одновременно покосились в дальний угол кухни, где в старой, покрытой трещинами кадке покорно засыхал ещё более старый фикус с оригинальным именем Кактус.       — Не знаю, может ты и права, — задумчиво проговорила Аня, ковыряя податливые коржи. — Хотя я, например, не представляю совместного житья со своей половиной. Я в первую же ночь забуду, что в квартире я не одна и с утра, не успев проснуться, устрою разнос всем, кто вломился в моё сонное царство. И тогда мне будет далеко фиолетово на какую-то любовь и то, что я сама пригласила беднягу переночевать у себя.       — И пареньку ещё повезёт, что он останется жив и с минимальными потерями в виде сломанного ребра покинет твой дом, — улыбнулась Юля.       — Смейся, смейся! Может, сама такая будешь.       — Может, и буду, — покладисто согласилась Юлия. — Яблоко хочешь?       — Угу, — кивнула Аня и забрала зелёный фрукт из рук подруги.        Девушки засиделись до вечера. На улице почти стемнело, и двор опустел в ожидании ночи. Аня ушла куда-то в комнату, да там и застряла, а Юля всё так же сидела на кухне и читала книгу. Чай давно остыл, и полупустая кружка надоедливо стояла на неубранном столе.        Минут через двадцать на кухню забежала Аня. Взъершенная и с горящими глазами, она сразу спросила:       — Юлька, ты лампочку в туалет купила?       — Какую-такую лампочку? — спросила Юля, недоуменно смотря на подругу.       — Ты ещё бы спросила, в какой-такой туалет, — хмыкнула та, снова садясь за стол. — Юль, надо поднимать попу и идти в магазин, слышишь меня?       — Слышу. А может, подождём до завтра? Ну, или же давай как сосед Романыч, из подъезда лампочку позаимствуем, — с надеждой спросила Юля.       — Из подъезда стыбзить — не вариант. Там решётку поставили. Как раз от таких отчаянных, как Романыч или мы с тобой. А подождать… Мы-то подождём, а вот Николаевна, приходящая к нам каждое утро с проверкой «не собираемся ли мы её залить?» или «целы ли ещё наши ржавые трубы?», ждать не будет. Если показываем ей, что всё хорошо, старушка убирается восвояси, а если отлыниваем от ответа по средству «лампочек», значит, что-то скрываем. А это ещё один повод написать на нас жалобу в ЖКХ, — поморщилась Аня, смотря в окно.       — Ты права. Надо идти.       — Надо, — кивнула Аня.       — Идём? — через несколько минут спросила Юля, так и сидевшая на месте с толстым томиком в руках.       — Может, подождём? — жалостливо спросила Аня, и, кивнув на улицу за окном, сказала: — Там уже темно, мне страшно.       — Не уж-то темноты испугалась? Сама же говорила, надо идти, а сама по кустам прячешься? — удивилась Юля.       — Нет, темноты не боюсь, — тряхнув длинными косами, ответила девушка, и, подумав, добавила: — Но именно сейчас идти мне страшно.       — Успокойся и пошли!        Ещё минут через десять девушки приближались к входной арке их дома. На улице стемнело окончательно, и чтобы попытаться разглядеть хоть что-то, надо было бы доставать запасной фонарик. Так как такового ни у кого не было, а телефоны благополучно остались дома, приходилось идти по двору в кромешной темноте.        Юля ещё держалась бодрячком, успокаивая себя тем, что скоро это всё закончится и девчонки вернутся в их родную квартирку, а вот Аня дрожала похуже плохо закреплённой стиральной машинки. В смысле, вся тряслась и подпрыгивала от малейшего шороха. Юля, пытаясь поддержать подругу, подбадривала её:       — Анька, не ссы!       — Не ссу, — смиренно кивала девушка и быстрее шагала к очередному светлому кругу фонарного столба возле дороги, где те уже были установлены.        Возвращаясь с магазина с полным пакетом лампочек, девушки остановились возле чёрного провала арки.       — Юль, а пошли в обход, — вдруг предложила Аня. — Прошу, давай обойдём. Да, идти немногим больше, но мне так спокойней будет и вообще…       — Ой, хорош дурью маяться. Пошли уже, — разозлилась Юля и потянула подругу за руку к дому.       — Не хочу, не надо! — упираясь ногами в дырявый асфальт, прокричала Аня.       — Надо, Аня, надо! Иначе ты так до конца своих дней будешь бояться даже шуршания холодильника. Пошли!       — Не хочу, Юлька, там кто-то есть!       — Хочешь назад?       — Да!       — Поздно! — прокричали на два голоса. Первый, несомненно, был раздражённый Юлин, а вот второй — незнакомый. Хриплый и неприятный, как скрежет ржавой пилы о дерево или маникюрной пилочки о ногти. К девушкам из тени на небольшой пятачок лунного света вышло нечто. Не слишком большое, чёрное и корявое, с горящими фонариками красных глаз, оно ещё и противно хихикало, как псих, ей богу.        Девочки лишь недоуменно переглянулись, и Юля первая решила нарушить «почти-тишину», прерываемую лишь сиплым похрюкивающим хохотом:       — Эм, молодой человек, пожалуйста, не мешайте. Вы сейчас портите всю нашу актёрскую игру в маньячку и её жертву. Идите куда шли, — с явной угрозой в голосе, сказала девушка.        Непонятное «нечто» в раз перестало хихикать и грозно воззрилось на девчонок.       — Я, между прочим, пришёл за вами! Вы должны меня бояться и молить о пощаде! — взревело чудовище.       — Может, ещё в ногах у тебя поваляться? — тихо поинтересовалась Аня, заинтересованно следя за этим «нечто».       — А поваляйся! Всё равно вам недолго осталось! — снова захихикал монстр.       — Он мне уже не нравится, так и хочется врезать ему. Что делать будем? — поинтересовалась Аня.       — Бежать? — тихо предположила Юля.       — Не убежите, — спокойно сказало чудовище. — Я, может, и один здесь, но с вами двоими справлюсь и доставлю вас к Хозяину.       — Он нас слышит? — шёпотом спросила Аня.       — Слышу! — вместо подруги девушке ответил монстр. — И я вам не дам удрать от меня! Только не сейчас, когда решается судьба моего Хозяина!..       — На счёт три, — одними губами шепнула Юля подруге, пока чудище распиналось в описании своего Хозяина. — Раз…       — Хозяин — мужик хозяйственный, всё знает, всё делает! Силы у него — ВО! Власти — ВО! Подчинённых — ваще ВО сколько!..       — Хм, сила есть, ума не надо, — хмыкнула Аня и очень тихо проговорила: — Два.       — Всё у Хозяина есть, а вас нету. Ему нужны вы, две глупые девчонки! И я вас доставлю Ему, чего бы мне это не стоило!..       — Три! — одновременно выкрикнули девушки и бросились прочь, под чёрный свод арки.       — А ну, быстро остановитесь! — визгливо заверещал монстр за спинами девушек.       — Да иди ты!.. — крикнула через плечо Юля и, схватив подругу за руку, быстрее ускорилась к выходу во двор.       — Не уйдёте! — рявкнуло это чёрное чудо за спинами девушек, и выбросило руку-лапу вперёд. Что-то впереди звякнуло, и в паре метров от девушек появилась небольшая мерцающая воронка, увеличивающаяся с каждой секундой.       — Беги! — крикнула Юля Ане, и подтолкнула её в спину, намекая, чтобы та быстрее убиралась из злополучного переулка.       — Совсем спятила, али как? — возмутилась Аня, и уже была готова вернуться обратно — помочь подруге, но косой монстр, завопив, накинулся на Юлю и потащил девушку к сияющей воронке.       — Беги, дура, пока он за тебя не взялся! Мля, Анька, не тупи, вот если выживу и даже целой останусь, покажу тебе, как старших не слушать! Брысь, я сказала! — прокричала девушка уже из глубины яркого водоворота. На это Аня ничего не смогла ответить. Уже развернувшись и припустив к двери дома, девушка расслышала позади себя тяжёлое кряхтение и выкрик монстра:       — А ну стой, ведьма, всё равно не уйдёшь! — резко затормозив, девушка начала неторопливо поворачиваться лицом к чудовищу.       — Ты это кого сейчас ведьмой обозвал, а, кошмарное создание? Я не поняла, ты нарываешься? Жизнь слишком радужная? Так я могу разбавить, чтоб скучно не было!       — Может, спасём малого? — спросил тихий голос из-за Аниной спины.       — Не, подождём пока. Мне интересно, что она дальше будет с ним делать? — весело ответил второй голос. Аня слегка обернулась назад, но никого не увидела. Подняла глаза чуть выше, на толстые переплетения ветвей груши, свисающих над дорогой… Ага, точно, вот они, сидят две пары сияющих глаз, уши греют.       — А раз интересно, то и молчал бы в тряпочку! — рявкнула девушка так, что один из приятелей, сидящих на дереве, сдавленно хрюкнул от смеха, а второй, не удержавшись, свалился вниз с полусухой ветви. Что было дальше, Аня уже не видела. Угрожающе медленно развернувшись к монстру, девушка начала наступать на него.        Со стороны выглядело мощно. Как в каком-нибудь фильме, когда герой ассертивно (уверенно, адекватно оценивая обстановку и свои действия) наступает на поверженного врага, а тот бесстыдно отползает от сильнейшего, и молит о пощаде. Только вот у Ани на душе неприятно заворочалась совесть и растолкала вечно недовольный стыд. Девушке всё казалось, что она, такая злая и бесчеловечная, обижает ни в чём не повинное ангельское создание, как беззащитного котёнка, например, или слабого щенка.        Но вот только это «слабое беспомощное существо» молчать, увы, не собиралось:       — А я сказал — не уйдёшь! Ты нужна нам. Ты нужна моему Хозяину! Твоя подруга уже у него и совсем скоро там окажешься и ты! — завопил монстрик и накинулся на Аню.       Уже через минуту чудище пыталось утянуть девушку в воронку, а та, цепляясь за огрызок очередной ямы, описывала всю сволочность корявого существа.       — Может, всё-таки поможем? С девчонками-то ничего не случится, а вот малого мне жалко будет — он ведь не виноват, что именно его отправили за этими бестиями! — поинтересовался рядом один из парней, недавно сидящих на дереве.       — Не, давай ещё немного понаблюдаем за ними. Уж очень интересно посмотреть, что они дальше будут делать, — ответил второй парень, и украдкой потёр ушибленную спину, в тот момент, когда «Корявый» — как его уже окрестила Аня — всё же отодрал девочку от асфальта и закинул её в красочный водоворот.

***

       Очнулась Юля полусидя. Тело затекло от неудобного положения и отзывалось неприятной ноющей болью. Голова раскалывалась и казалась тяжелее школьной сумки, доверху набитой книгами. Руки связали, ноги тоже. Последние неприятно холодил неровный камень пола. Ещё и разули, гады. Вокруг стояла непроглядная темень и попытка осмотреться с треском и грохотом провалилась. Оставалась маленькая надежда, что хотя бы Ане повезло больше. Точно, Аня, как только Юля могла забыть о ней?       — Аня! Анька, ты где? — взволнованно спросила девушка, тщетно всматриваясь во тьму и про себя молясь, что бы здесь всё же не оказалось подруги.       — В темноте, — незамедлительно прилетел ответ из «темноты», попутно уничтожая крохотный росток надежды на то, что девушке всё же удалось сбежать.       — Живая! — скорее облегчённо (живая и, кажется, даже не раненная), чем отчаянно (всё-таки попалась, дура), выдохнула Юля, но тут же опомнилась и пошла в наступление: — Ты какого ёжика не послушалась меня?! Я тебе что говорила, а? «Беги, идиотка! Спасай свой филей!» Но кто умную меня будет слушать?       — Я бы и спасала, если бы не тот Корявый! — возмутилась собеседница. — Ты представь, он меня «ведьмой» обозвал! Меня! Ведьмой!       — И что? Ты из-за этого решила кидаться в сияющий «омут» с головой, не заботясь о других, более насущных проблемах? А если бы нас не пойми-где выкинуло, в разных местах, за несколько километров от цивилизации? А если эта вообще не воронка оказалась, а замаскированная мясорубка?       — Да, кстати, а что это было? — осторожно спросила Аня, пытаясь перевести разговор на другую тему. И всё же, девушка должна была признать, что Юля была права. Аня поступила глупо и безрассудно, за что ей было стыдно и неловко перед подругой.       — Та я откуда знаю, слышала треск, звон, а после появилось неизвестное сверкающее «нечто», всасывающее в себя всё и вся.       — Портал?       — Не глупи, в двадцать первом веке живём, какие нафиг порталы? Не фэнтези, в конце концов, читаешь, будь готова к жестокой реальности. Скорее пустили галлюциногенные по воздуху, а после оглушили, — хмыкнула Юля. — Меня больше волнует то, где мы оказались…        Неизвестно, сколько бы ещё продолжался этот разговор, если бы не послышался шум отпираемого замка. В дверном проёме появился давешний Корявый с зажжённым факелом в руке.       — Воркуете, голу́бки? — вкрадчиво поинтересовался он.        Тусклый свет выхватил из мрака убогую комнатку, не похожую на камеру в темнице, как их описывают в большинстве книг. Просто комната, скорее чулан, где пахло сыростью и молью, в углах валялся какой-то бытовой мусор, а у стены стояла вешалка с дырявым пальто и полосатым черно-жёлтым шарфом, накинутым сверху.       — Кошмар. Никаких условий для страданий! Смешно томиться в заточении не в тюрьме, а в кладовой, — возмутилась Аня. — Где тюрьма? Где темница? У вас так много пленных, что камер не хватает? Это дискриминация!       — Тюрьма? — опешил Корявый, недоумённо уставившись на Аню.        Видимо, не ожидал такой отповеди. А что? Взял в плен — обеспечь условия узникам. А то что за детский сад…       — Ага. Темница, как во всяком порядочном замке. Ну, там железные цепи, вделанные в осклизлые стены, две непрочные лавки, заменяющие нам кровати, скелеты в углу… словом, всё в таком духе, — вдохновенно продолжала Аня.        Корявый задумчиво почесал затылок:       — Ё-моё! Так и знал: что-то забыли при строительстве…        Строители доморощенные. Всё не как у людей. Девушкам даже обидно как-то стало. В какой роман не загляни — героев если уж и похищают, то непременно либо в башню заточат, либо в темнице к стенам прикуют. Романтика. А тут…       — Я требую нормальных тюремных условий! — завопила Аня, недобро косясь на Корявого. — Где решётки на окнах? Где оковы? Где, я вас спрашиваю, вода и чёрствый хлеб?        Корявый совсем закручинился. Юля сдержанно фыркала и грубо пихала локтем в бок, заставляя хоть немного притормозить. А вот фиг ей! Лишать Аню единственного развлечения — свинство. Хуже уже не будет. Или будет?       — Хлеб и воду могу гарантировать. Остального, увы, нет, — заявил новый действующий персонаж. Он незаметно появился в дверном проёме и застыл там каменным изваянием. Из-за сумрака лица пришедшего девочки не разглядели, но мощная фигура уже внушала уважение и страх.       — Хозя-аи-ин! — белугой взвыл Корявый и пал на колени перед незнакомцем. Тот даже не взглянул на своего подчинённого и дальше прошёл в комнатку, заходя в круг света, отбрасываемого языками пламени факела.       — Ну что, кумушки, обустроились? — с наглой улыбкой спросил… демон. Небольшие роговые наросты, выпирающие изо лба, сильное и таки огроменное тело, состоящее исключительно из мускулов, пара огромных кожистых крыльев, расположенных на спине, и горящие недобрым огнём глаза — всё это прям кричало, что перед девушками не просто человек из театрального кружка, а определённый вид… скажем, нечисти.       — Охуе!.. Кхм-хм… Я шокирована, — выразилась Юля, продолжая ошалело смотреть на вошедшего. Аня же тоже попялилась на нового собеседника ещё несколько секунд и дальше приступила к уничтожению нервов окружающих:       — Это же безобразие! Мало того, что вы, дилетант, посмели нас похитить и в кладовку усадить, так вы ещё и по темницам скромных дев полуголым ходите! Ужас. Ну да ладно, давай, втирай.       — Простите? — демон тупо уставился на Аню, пытаясь понять, чем ему это «втирание» грозит.        Он даже совершил вокруг девушки круг почёта, внимательно оглядывая, как мясник корову на бойне. Оказалось, девушки сидели на полу, спинами друг к другу, связанные с ног до головы толстыми верёвками.       — Я слушаю вас, любезный. Не стесняйтесь, здесь все свои, — подбодрила Аня мнущегося злодея.       — Не понял…       — Боги! Меня похитил идиот! — вскричала девушка на всю комнату. — Вы же, если не ошибаюсь, злодей?        Потрясённый логикой девушки мужик кивнул.       — И, разумеется, пленили нас с определённой целью, — намекнула Аня.        Тот снова кивнул.       — И, как всякий нормальный уважающий себя злодей, наверняка мечтаете о мировом господстве?        Тот опять кивнул. Просто китайский болванчик какой-то.       — Так что же это я, любезный, рассказываю всё за вас? Так, батенька, не пойдёт, — добродушно пожурила его Аня.       — А почему я должен что-то рассказывать? — спросил окончательно деморализованный демон.       — А как же иначе? — округлила глаза Аня, пытаясь принять более величественную позу, что привязанному телу не удалось. — Вы — традиционный злодей. Мы — невинные жертвы.       — Так уж и невинные? — прищурил глаза мужчина, явно на кого-то намекая. Хм, на Корявого, что ли? Ну, правда, не на них же с Юлей мог намекать демон.       — Принимается, — согласно кивнула девушка. — Мы — почти невинные жертвы, похищенные с неизвестной целью. Вы, как злодей, просто обязаны просветить нас на этот счёт. Поделиться планами на мировое господство, дабы мы прониклись важностью момента. И не знать этого просто неприлично.        Демон задумался, почесал затылок и кивнул:       — Хорошо. То, что я хочу завоевать мир — это понятно?       — Ага. А зачем?       — То есть?       — Ну, зачем вам понадобился странный мир, где почти нет магии, а из множества прочитанных нами с Юлей книг, нам стало понятно, что наша земля уже почти забыла, что такое магия? Да и потом, — с умным видом покивала Аня, пытаясь показать, что она знает ответ, но хочет удостовериться в своих выводах, хотя Юля была уверена, что подруга, как и она сама, ничего не поняла, — потом что вы собираетесь делать с нашим миром?       — А вы решили, что я буду завоёвывать ваш мир? — вскричал демон и заметался по комнате.       — А я говорила, что Николаевна чем-то яблоки опрыскивала, а ты мне не верила! — шикнула на Аню Юля. — Вот он, результат сочных плодов, метается по комнате! Скептик из тебя никудышный!       — Это из меня скептик плохой? Да это же ты мне яблоко то дала, а сейчас на меня же и наезжаешь! — возмутилась Аня.       — А кто тебя просил брать яблоко, да ещё и кусать его? — хмыкнула Юля.       — А ты стрелки не переводи! Сама сидела, яблоко жадно грызла, по бороде только не текло, а сейчас мне ещё и претензии предъявляешь! — огрызнулась Аня и ткнула локтем Юлю в бок. Юля возмутилась такой наглости и двинула локтем в ответ.       — Дура, больно же! — взвыла Аня.       — А мне приятно, что ли? — хмуро отозвалась Юля. — Эх, а во всём виновата лампочка.       — Ха, нашла крайнего!        А демон всё продолжал носиться по комнате. С горящим факелом в руках, который он успел сцапать, только зайдя в комнату, мужчина производил поистине незабываемое впечатление.       — Зачем мне практически мёртвый мир? — продолжал возмущаться демон, нарезая круги вокруг девушек. — Здесь нет ничего, кроме магически обделённых людишек, мелкой нечисти и жалкой нежити! Здесь даже элементарный чих стоит массы магической энергии. Завоевание гиблого мира нецелесообразно, милочки. Можете успокоиться сами и успокоить своих близких: не суетитесь и разбредайтесь по домам… Правда, вам вряд ли это получится.       — Почему? — осторожно поинтересовалась Юля.       — Потому что относительно вас у меня другие планы.       — Можно узнать, какие именно? — тихо поинтересовалась Аня.        Конечно, глупо было полагать, что демон просто решил накормить девушек сытным ужином, и их пленение — всего лишь экстравагантный способ приглашения гостей. Но должна же быть у девушки мечта? Или хотя бы надежда.       — Какие планы? Разумеется, узнать можно, — благодушно расплылся в улыбке демон.        Радость, буквально перекосившее его лицо, настораживала. Интуиция подсказывала, что ответ девушкам не понравиться.       — Чтобы открыть вход в другой мир, нужна, по крайней мере, одна жертва, а у меня их целых две, — демон жадно потёр руки и стал похож на суетливого грифа. — Так вот, у меня есть, вы. Одна падёт «смертью храбрых», помогая мне открыть проход в другой мир — мой мир! — а другая напитает меня после. Всего лишь.       — Яблоки, — неожиданно пропела Юля, и что-то явно истеричное проскользнуло в её звонком голосе.       — Обалдеть! — тем временем продолжала беседу Аня. — А использовать какие-нибудь амулеты? Или же зеркало?       — Ну? И кто из нас ещё дилетант? — мерзко хихикнул демон. — Где я возьму такое зеркало, чтобы протащить целый за́мок? А амулеты буду использовать в ходе сражений за место на троне.        Логика в этом была. Но признавать её девушкам почему-то не хотелось.       — А что мешало построить крепость сразу в другом мире? — встряла Юля.       — Думаешь, стоило сообщать будущим подданным о своих намерениях?       — Боялись обрадовать раньше времени? — не удержалась от шпильки Аня, но была нагло проигнорирована будущим диктатором.       — Так что роль я вам отвёл почётную. Обещаю, что запишу ваши имена в скрижали золотыми буквами.       — Минуточку, — нахмурилась Аня. — Что бы завоевать мир, одних магических амулетов маловато будет. Не боитесь провала?       — Нет. Зря, что ли, армию сколачивал?       — Ха! Горстка отщепенцев — это ещё не армия! — фыркнула Юля.       — Разумеется, нет. Основная ударная сила — это нечисть и мои рабы — низшие демоны. Кстати, с одним вы уже познакомились. И даже ближе, чем рассчитывали, хи-хи…        А план не такой уж и плохой, должны были признать девушки. Один Корявый чего стоит! А если к нему присоединится стадо таких же демонов, как и он, а после их ряды разбавятся нечистью? Мамочки! Одно девушек порадовало: они этого не увидят. А жаль. Они так молоды!..       — Надеюсь, я вполне удовлетворил ваше любопытство? — ехидно поинтересовался этот монстр, губитель молодых жизней.       — Вполне, — обречённо вздохнула Аня.       — А могу я высказать последнее желание? — осторожно влезла Юля.       — Надеюсь, просить отпустить не будете?       — А отпустите? — с надеждой спросила Юля.       — Нет.       — Ладно. Тогда последние секунды перед моим жертвоприношением я желаю прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые мгновения.       — Ну?       — Развяжите и предоставьте нам с Аней душ, ванну, хорошо накрытый стол и кровать.       — Лесбиянка! — завопила Аня и, к Юлиному удивлению, попыталась отползти от неё подальше.        Но девушки оказались связанными друг с другом, и Юлю весьма ощутимо протащило по полу в ближайший угол, где Аня благополучно врезалась в стену и затихла, похоронив надежду быть развязанной. Кретинка! Только о себе и думает.       — Дура! Идиотка! Вот зачем влезла? Это же был наш шанс!       — Не хочу отвлекать, — вмешался демон, — но только я всё равно принесу вас в жертву. Не обессудь.       — Вот гад! — слабо возмутилась Аня, и вновь притихла.       — Может, уже вмешаемся? — поинтересовался тихий мужской голос.       — А давай. Всё равно ты мне уже пять косарей проспорил, — хмыкнул второй неизвестный.        А дальше произошло нечто… «Необъяснимое, волшебное», — сказала бы Аня. «Яблоки-и!», — в тон ей отозвалась бы Юля.        Из противоположного от девчонок угла выметнулись две гибкие тени. Одна из них кинулась прямиком к демону, а другая устремилась к девчонкам.       — Эй, милашки, вы как? — спросила тень, близко подобравшись к девушкам.       — Ась? — единодушно отозвались девчонки. Юля недоумённо заморгала и закрутила головой, пытаясь найти нового собеседника, а Аня во все глаза таращилась на молодого парня, стоящего напротив.       — Карась, — в тон девушкам отозвался парень. — Как вы себя чувствуете?       — Да нормально, вроде, — неуверенно отозвалась Аня, продолжая разглядывать парня.       — Ань, а ты уверена, что с нами всё хорошо? — осторожно спросила Юля подругу. — Просто, когда нормально себя чувствуешь, то не слышишь мужской голос из «неоткуда». Я, к примеру, уже начала сомневаться, в своём ли я уме?       — Как так «из неоткуда»? А как же?.. — недоумённо пробормотала Аня, ошалело косясь на парня.       — Она меня не видит, — пожал он плечами. — Но ты, ведьма, видишь.       — Да что вы заладили, «Ведьма-ведьма»! Хорош обзываться, а то зубов не досчитаетесь! — сообщила Аня, хмуро глядя на парня. Тот снова лишь пожал плечами и уставился в потолок.        Тем временем, посреди комнаты началась жестокая бойня. Второй парень, ранее тоже бывший невидимым, схватив вешалку, стоящую рядом, наступал на демона, держащего в руке факел. Поединок, как говорят, был не на жизнь, а насмерть. В нём не было мягких движений, воздушных взмахов и чётко выстроенной схемы заигрывания с противником. Были только сильные удары, быстрые уклоны, скользящие обманные выпады и резкие, порывистые движения сильных тел. Борьба заставляла затаить дыхание и с нетерпением ждать продолжение развития. Девушки понимали — парень защищает вовсе не себя, а дерётся за их жизнь: Анину и Юлину.        Ложный выпад, уклон, удар, снова удар. Несколько раз парень попал по демону и явно оставил ему напоминание о себе в виде красочных синяков на лбу, спине и предплечье. Демон тоже не отставал, и, размахивая факелом, как Суворов саблей, нёсся на парня. Пару раз даже сумел ранить его, ударив по груди и подпалив рукав короткой рубашки. Было видно, парень не собирался сдаваться, и следующие его действия только подтверждали эти скромные выводы. Уклон, поворот, взмах вешалкой и та аккуратно приземляется демону на макушку, заставляя того тихо осесть на пол без сознания.       — Хозя-аи-и-ин! — завыл всеми позабытый Корявый, бросаясь к демону. — Та на кого ж вы нас оставили-и? Та шо ж нам теперь делать-то-о?        Опять короткий взмах вешалкой и та мягко касается лба Корявого, пригибая того к земле и лишая сознания на несколько часов.       — Ну вот и всё. Справились, — тяжело вздохнул парень, стоящий над двумя безвольными телами демона и Корявого.       — Это только начало! — хмыкнул второй парень, стоявший над Юлей и Аней. — Если на девочек только пару дней назад объявили охоту, а они уже успели вляпаться в несколько десятков историй, то что будет дальше?       — Не смею спорить. Подружки скоры на поиски приключений, и отучить их будет не просто. Особенно ведьму.       — Да она ваще монстр… — помолчали.       — Чур я себе забираю дьяволицу! Моя, не отдам! — выкрикнул второй парень, стоящий рядом.       — Эй, с чего это? Мне и так больше стресса приходится, а с ведьмой так вообще спиться можно! Давай равный обмен? Забирай двух…       — Да щас! Кто успел, того и тапки! Дьяволица моя!        Девочки только и успевали переводить ошалелые взгляды с одного парня, на другого. Оба, видимые и, кажется, вполне материальные, возмущённо перекрикивались и махали руками.       — Это что, из-за нас так? — тихо спросила Юля.       — Похоже, что да, — так же тихо ответила Аня.       — И всё же, по-моему, это глюки…       — Я последние полчаса тоже так начала думать…       — Не знаю как ты, а я всё, — шёпотом произнесла Юля, закатывая глаза и уползая в беспамятство.       — Эй, ты куда? А я? Ты на кого меня одну оставляешь, несчастная? Меня подожди! — крикнула Аня, поудобней устраиваясь рядом с подругой.       — Нам что, их теперь ещё и домой тащить? — поинтересовался один из парней. Это было последнее, что услышала Аня, полностью проваливаясь в темноту.        А над старым замком, где недавно в пленницах числились Аня и Юля, появлялись первые предрассветные лучи…