Душе угодно КэпСвон

Эмма с ужасом смотрит на происходящее. Множество Тёмных ожидают часа, когда Харон приплывет за душами её родных. Это шанс для них остаться в этом мире. А среди них живой Тёмный, который был когда-то таким родным для неё. Но девушка больше не видела в его глазах любви. Она больше не видела того, кто был любим ей. Эмма не сдастся. Девушка не знает, можно ли вернуть её пирата, но родных она не отдаст, не позволит утянуть их в царство мёртвых. Она смело сделала пару шагов вперёд. Посмотрела в глаза любимого, пытаясь показать уверенность и вызов во взгляде. И надеясь, что в нём не отразилась боль. – Нет, я их не отдам! – уверенно сказала она Киллиану. Тогда ей навстречу вышла самая первая в мире Темная. – Если не смогу убить, так обездвижу, – сказала она. Поток её магии окружил Эмму. Девушка почувствовала, что ей стало не хватать воздуха. Она пыталась вдохнуть кислород, но его не осталось. Через несколько минут Эмма уже задыхалась и ничего не могла сделать, даже защитить саму себя, не то что родных. Она заметила, как в глазах у Тёмного что-то изменилось. В них был страх. Первая эмоция, которая появилась за долгое время. Это был её Киллиан, а не Тёмный. В следующую минуту она может снова дышать, вот только надолго ли это? Девушка видит, что её любимый сжимает меч. Сам Экскалибур, как будто накален на огне, но на самом деле в нем заперты сотни душ Тёмных, если не тысячи. И теперь Эмме не хватает сил сделать глоток воздуха не из-за магии, а от понимания того, что собирается сделать Киллиан. – Нет, Киллиан, только не ты, – говорит девушка и чувствует, как по щеке течёт слеза. Тот разворачивается к ней, еле удерживая потяжелевший от тьмы меч. – Бери, Свон, он долго тьму не удержит, – в его глазах отразилась боль, но также уверенность в правильности принятого решения. – Нет! – Прошу, Эмма! Это должен быть я. После всего, что я здесь натворил. Девушка все еще отрицательно качает головой. Она не может это сделать. Убить любимого. Эмма не заметила, как меч оказался в её руках, как будто и не было всей его тяжести. – Я не хочу тебя терять, – Слезы текли рекой по ее щек. – Я люблю тебя. Как всегда не вовремя сказанные три слова, но он ответил ими же. Они всегда говорили слова любви друг другу слишком поздно, когда уже совсем не нужно знать их, когда сердце разрывается еще сильнее от них, а не наоборот. Не действует бальзамом на душу. Нет, совсем нет. Эмма не обнимала больше своего возлюбленного. Нет, её рука нанесла ему смертельный удар. Девушка чувствует, как Киллиан слабеет. Она рыдает ему в плечо. И когда ноги отказываются его держать, девушка подхватывает любимого и пытается уложить его на землю. Он на последнем вздохе протянул руку к её лицу, но она упала, так и не успев его коснуться. Эмма не знала, как долго лежала, уткнувшись лицом в его грудь, её глаза были давно красные от слез. Когда родители оторвали девушку от тела, его сразу же увезли медики, положив в чёрный мешок. Отец не дал Эмме упасть на землю, но она обмякла в его объятьях. Не могла перестать плакать, не могла больше жить.

***

Она проснулась со слезами на глазах, с губ чуть ли не сорвался крик боли. Столько лет прошло, а ей все еще снятся события того дня. Кричит в подушку, чтобы заглушить крик, и не разбудить весь дом. Подушка в добавок мокрая от слез. Эмма не привыкла к этому кошмару, ей не становится легче. Каждый раз, когда ей это снится все также больно. Девушка села на кровати пытаясь вытереть слезы, но только больше плачет. Через секунду понимает, что одного человека она точно разбудила. Со второй половины кровати слышится шум, а потом включается настольная лампа. Она щуриться от яркого света и чувствует, как ее заключает в крепкие объятия муж. Он шепчет ласковые успокаивающие слова. И Эмма расслабляется, прижимаясь к нему. - Все тот же сон? - Спрашивает ее он. Ему не нужен ответ, он и так знает, что прав. Но она все равно кивает ему. Киллиан некогда не признает, но поначалу, когда он только вернулся из царство Аида ему снились похожее сны. Они прошли, а вот Эмма не смогла избавиться от своих страхов. - Эмма, все хорошо. Слышишь? Помнишь, я живучий. - Киллиан положил ее руку, на свою грудь, прямо туда, где билось его сердце. Напоминание, что он снова жив. - Как насчет чашки какао с корицей? Это уже стало их традицией после ее кошмара пить ее любимый напиток, просто потому, что никто из них не может сразу же заснуть. Но сегодня был не тот день. Ее утомил и сон, и день. Единственное, что она хотело это спать, желательно без сновидений. - Нет, Спасибо. - Тогда ложись спать, Свон. И не бойся, я рядом. Она чувствовала, как он укрыл одеялом и слегка приобнял ее. И почему-то Эмма была уверена, что кошмар не вернется, по крайне мере, пока она в объятиях любимого мужчины. И засыпая сказала: - Ни оставляй меня, Киллиан. - Никогда, Свон.