- Поймай меня!

На улице жарко, воистину жарко и очень душно. Уже как неделю длится эта жара, дождя не было уже давно, а небе ни одной хотя бы призрачной надежды на облако или спасительную тучу. С детской площадки, где ещё тихо, очень тоскливо поскрипывали качели, было слышно звук редко проезжающих машин, в перемешку с пением неизвестных насекомых. В такую жару мало кто решается выйти на улицу, вот только мальчик, что сидел на качелях, что сам создавал этот тихий, тоскливый скрип, слушал этот звук редко проезжающих машин и пения насекомых, был тут один, на этой детской площадке, создавая наверное, прекрасную атмосферу одиночества. Мальчик сидел тихо, его глубокого дыхания было почти не слышно. Рыжая, слишком выделяющаяся макушка, детское мальчишечье тело и слишком сильно опущенная голова. — Эй, пойдём играть? Чуя слегка приподнял голову, у него удивлённое лицо, руки ещё крепче сжимают цепь, на которых держутся качели. А девочка смотрела на него с смешинкой во взгляде, маленьким вопросом. Она кажется его одногодка, она одета в лёгкий сарафанчик небесного, почти белого цвета, тёмные короткие кудри слишком выделяются на этом фоне, эти кудри выделяются даже на бледной коже. А мягкая улыбка Накахаре понравилась, что уж тут сказать. — Я не знаю. Во что? — он говорит вяло, в горле уже давно пересохло, словно это была пустыня какая то. Эспер сглотнул, стараясь убрать эту сухость с горла, и видимо, незнакомая девочка это заметила. Заметила, после чего сбегала к одной из не многочисленных скамеек и принесла не большую бутылку воды, явно новую и не давно купленную. — Не стоит. — Да пей уже, у меня вторая бутылка есть. Я могу и передумать. Накахара быстро хватает бутылку, лишь пару секунд мучаясь с тем, что бы открыть её. Горла коснулась спасительная влага, некоторые капли уже текли по подбородку, а затем дальше по шее, где и касались футболки. Мальчик улыбнулся, он выпил лишь половину, кивнул, после чего девочка улыбнулась ещё шире и убрала бутылку обратно. — Думаю, мы можем сыграть в догонялки. Нас как раз двое. — Тогда поймай меня! — Погоди, погоди! — думал уже что-то сказать мальчишка убегающей шатенке, вот только не успел, сам рванулся за ней, с весёлой ухмылкой на лице. — Как тебя зовут то? — Асами. А тебя? — она убегала дальше, стараясь придерживаться границам площадки и не выходить за них, она уже глубоко дышала, в попытке отдышаться, щеки уже приобрели красный оттенок, а улыбка довольная и радостная. — Накахара. Чуя конечно же, не увидел, вот только Асами улыбнулась новому приятелю, улыбнулась, после чего оказалась загнанной в угол, по своей собственной глупости залезть на горку, черт возьми! — Сдавайся, я все равно тебя поймаю! — А вот и не сдамся. Вот только веселью мешает продолжению затягивающей игры громкий мужской голос, который прерывается ещё и чьим-то детским голоском. Асами лишь вздохнула, быстро скатилась по горячей горке, хмурясь видимо не приятному ощущению, что удалось испытать ногам. Повернувшись к другу, она улыбнулась, сложив руки перед собой и улыбаясь слабо, чуть смущённо. — За мной уже пришли, давай встретимся тут завтра, хорошо? — Ага, — Чуя улыбается приподнятыми уголками губ, машет рукой слабо, едва заметно, взглядом смотря, как шатенка берет свой рюкзак, и иногда оборачиваясь, бежит в сторону дороги, так же махая Накахаре. Уже кажется вечером, когда становилось чуточку прохладнее, когда дышать становилось легче, у Чуи на запястье появилась надпись, написанная его соултмейтом: "Я пишу тебе в первые, и я извиняюсь за то, что мне нравится другой мальчик. Ты простишь меня?" Рыжий не знает, что движет им, что заставляет его стереть эту надпись, немного поразмыслить и написать чёрной ручкой: "Асами?" Практически сразу ему приходит похожий вопрос: "Накахара?" Чуя потом ходил весь последующий вечер довольный. Он был рад, что его соултмейтом оказалась эта девочка, одетая в небесный сарафанчик, девочка с бледной кожей и тёмными кудрями, девочка с красивой улыбкой и взглядом, полным смешинок.

***

Асами привыкла с самого детства быть всегда рядом со своим братом-близнецом, но его желание оградить её от мафии было ей слишком непонятным. Им же было бы веселее вместе, и плевать, что приходилось бы делать, разве нет? Первое время младшая Дазай, всего на каких то 15-20 минут младшая, проводила в обществе Элис, которой она на удивление, пришлась по душе. Рисовать на стенах вместе было весело, вот только одно дело это делать с новой подругой, или с братом, который до ночи мог пропадать где-то. Далее началось времяпровождение в большой квартире, где кроме телевизора и готовки никаких более развлечений не было. Соултмейт отвечал же тоже редко, а та вторая встреча, что произошла на следующий день, оказалась последней. Рыжий смущаясь, подарил девчонке несколько цветочков ромашек, а потом вновь продолжись догонялки в жару, с перерывом что бы отдышаться или же просто выпить воды, что была принесена тогда уже сразу обоими. Асами улыбнулась этому воспоминанию, что мелькнуло, словно быстрая стрела в её голове, даря слабый осадок радости. У неё у руках книга, книга старая, потрепанная, принесенная ею из библиотеки, что была в соседнем квартале от дома. Она не сразу заметила, как послышался щелчок двери, уже привычный её скрип. Вот только пришел не только Дазай-старший, его компанию явно кто-то составлял. Шатенка вышла в коридор, где радостный Осаму что-то рассказывал своим гостям. Повязка на глазу тому явно мешала, хотя и смотрелась не так уж плохо в стиле этого мафиозного идиота. Родственники улыбнулись друг другу, а старший, разводя руки в стороны, счастливо улыбался. — Сестричка, знакомься, это мой друг, Одасаку, я о нём тебе рассказывал. — Приятно познакомиться, вы будете чай? Я бы приготовила ещё что нибудь, но только Осаму не предупредил меня, — Асами уже хотела сделать шаг в сторону кухни, где громко тикали настенные часы, где из большого приоткрытого окна дул слабый ветерок и от туда же открывался чудесный вид на порт. — Нет, мы сейчас уйдём, можешь принести жёлтую папку? — Дело с Мимик? Это же чёрная, — вздохнув, шатенка скрылась в комнате, из которой буквально пару минут назад и вышла. Маленькая фигура, фигура котёнка, что появился в квартире совсем недавно, последовал за девушкой, от чего Осаму хмыкнул, и только спустя секунду, когда заметил вопросительный взгляд со стороны им же приглашённого друга, тот решил ответить: — Мика только за Асами и ходит, подлиза маленький. После его слов в квартире послышалось три оглушающих выстрела.

***

Чуя прекрасно слышал о том, что на квартиру Дазая было совершенно нападение. Конечно, он радовался, как сумасшедший, надеясь, что того удалось серьёзно ранить. Вот только по слухам, которые доходили до Чуи, что был за пределами Йокогамы, сам Дазай не пострадал, а пострадала его сестра. Какой может быть сестра Осаму Дазая? Скорее всего, полной копией своего братца, за исключением лишь того, что это девушка. В голове Накахары был образ девушки с бинтами, холодным взглядом, не имеющим ни каких эмоций, в голове Накахары эта девушка была отличной актрисой. В принципе, насчёт прекрасной актрисы он не прогадал. Вот только с расстояния пятидесяти метров, что были между ними, ему не удалось увидеть ничего того, что могло быть у идентичной копии Осаму: он не увидел многочисленных бинтов, неизменного плаща. Чёрный пиджак поверх рубашки и брюки с завышенной талией, убранные волосы в пучок, никаких украшений или ещё чего-то подобного. Никакая не копия, что он там себе напридумывал? А затем побег, потому что больше никак это назовёшь, Дазая. В эту ночь взорвалась его машина, и в эту ночь он открыл бутылочку очень дорогого вина, так что горе быстро забылось в алкоголе. Не забылось только послание, даже на пьяную голову оно не стёрлось из его головы: "Прости меня пожалуйста"

***

Расстояние пятьдесят метров. С такого расстояния Дазай увидела лишь рыжие волосы, частично спрятанные под шляпой, фигуру приблизительно её роста, слишком недовольную и хмурую. Это не шло ни в какое сравнение с тем мальчиком, что во вторую встречу подарил ей несколько ромашек, которые она засушила и которые лежали, подобно закладке, в её любимой книжке детективе. Подойти и поздороваться нельзя, поймут не правильно. Асами остаётся лишь изредка бросать на того взгляды, стараясь поддерживать диалог, нить которого она сама уже давно потеряла. Ах, кажется, она обсуждала сладости с Элис. Или же все же небольшую рану с Мори? Какая уже разница? — Асами, с тобой все в порядке? — Элис, что рисовала у себя в альбоме, отвлеклась на шатенку всего на пару секунд, возвращая позже свой взгляд обратно к листу бумаги, где криво был нарисован пейзаж. — Порисуй со мной, а то мне скучно. — Я плохо рисую, Элис, тебе точно не понравится, — мягкая улыбка, взгляд задумчивый, взгляд кофейный. Или может быть, глаза цвета дорогого коньяка? Тогда, их стоит назвать наверное, коньячными? — И все же. Одна из не многих ночей, что была спокойной, была именно такой. Потому что потом было скрытие от мафии и кажется, от остального мира на два года, а затем прекрасное время в агентстве, которое на самом деле, было большой семьей. Два года там у близнецов пролетели незаметно. Асами увидела Накахару лишь потом, когда была затяжная война с гильдией, когда было воссоединение двойного чёрного, когда она по глупости ослушалась брата. Это зрелище было слишком захватывающим, некоторые моменты хватали за душу (как ни как, а брата отбросили эти непонятные щупальца, да и другие моменты связанные с битвой тоже), и кажется, получилось так, что пару раз она чуть не спалилась. А потом не сдержалась и накорябала на руке карандашом, что бы было меньше заметно: "Смутная печаль во истину интересная способность" Кто бы думал, что он обведет это ручкой! Да и потом подпишет с боку, что бы было почти не заметно : "А тебе то про это откуда известно?" Асами молча, с красными щеками стирала надписи с запястья, думая, что ответит уже потом, когда встретятся они уже лично. Это произошло действительно скоро...

***

— Ну что, разойдемся по парам или пойдём стенка на стенку? Чуя как и многие другие не сразу обмана заметил. Перед мафией стоит почти все агентство, нахмурившись. Заметить то слишком сложно, даже не возможно малейший недочёт, потому что "Мелкий снег" делает свою работу идеально. Вот только тайна открывается быстро. Танидзаки и Дазай стоят рядом с друг другом, Накахара ещё больше и удивляется. Дазай в больнице с ранением, или же вновь иллюзия? Вновь не правильная информация? Лже-Дазай подходит ближе, Лже-Дазай ухмыляется, и когда кто-то решает в него стрелять, мелкий снег пропадает. На месте Дазая его сестра близнец, меньше ростом, волосы растрепанны, практически торчат в разные стороны. А взгляд полный смешинок, без единого вопроса направлен лишь на него, на рыжего, лишь к его горлу приставлен нож. Асами улыбается, она улыбается мягко, уже готовясь сделать резкое движение ножом, только вот умирать после этого сразу же она не хочет. — Как давно мы не виделись, На-ка-ха-ра? — взгляд полный смешинок направлен на Чую, голос же растягивает каждый слог имени, получается приторно сладко, от чего Дазай чуть ли не хмурится, не нравится ей так делать. — Танидзаки! Нож падает на землю, шатенка делает шаг назад и оборачивается, после чего в действие приходит световая граната. Вот только её резко хватают за руку, тянут на себя и закрывают рот ладонью, что бы последующего крика не последовало. Быть заложником одного из портового мафиози не очень весело, хотя сложно это назвать своего рода "рабством". Чуя просто использовал свою способность, что бы Дазай не смогла убежать далеко, поэтому ей приходилось, своего рода, "парить" рядом с Накахарой, спрашивать какие-то обыденные вопросы и не получать на них ответа. "Ты слишком глуп, Накахара" Это он уже замечает, находясь в книге, где его смутная печаль не работает, где каждый третий убийца и где нужно выжить. "Я это уже понял" "С тебя чай, Чуя"

***

На улице прохладно, на резиновом покрытие площадки видны не большие лужи, последствия недавнего дождя. Старые качели тихо поскрипывают, делают они это без каких либо эмоций, не понятно, как можно оценить этот скрип, унылый и грустный или же весёлый и радостный. Нет, все таки качели поскрипывают уныло от не сильного, но хорошо ощущаемового ветра, и девушка, что сидит под крышей площадки, что оделась слишком легко для такой погоды, пиджак под которым скрыта рубашка и брюки с завышенной талией, балетки уже были мокрыми от луж, в которые она случайно наступила, а волосы слабыми кудрями раскиданы по плечам, их было не охотно собирать в какую либо причёску. — Накахара, поиграем во что нибудь? Дазай уже минут как десять, если не больше, ощущала на своей спине спокойный, весьма удивленный взгляд голубых глаз. Она слышит, как тот вздыхает, слышит не громкие шаги, которые все приближаются. Пара секунд, и вот он, стоит перед ней, смотря почему-то спокойно, без каких либо таких эмоций, отвечающих за ненависть или чему-то подобному. — Ха, Дазай, тебе точно двадцать два года? — Накахара усмехаясь смотрит, как шатенка вздыхает, как она медленно встаёт и перепрыгивая ограду, прыгает с этой небольшой высоты. Она смотрит на него своим взглядом, полным смешинок, полным слабого вопроса и радости. — Накахара, поймай меня! Она говорит громко, после чего показывая язык, резко убегает на другую сторону площадки, вновь наступая на лужу, от чего наступая из них вытекает вода, только это мало чем помогает. А развернувшись и не обнаружив ни кого, она разочарованно вздыхает, после чего на плече чувствуется чужая мужская рука, а затем её резко сжимают в кольце рук. Асами усмехается, опуская голову. — Поймал, и что будешь делать дальше? — Ты впервые поймал меня, Накахара, с тебя ещё и должок, —Дазай приторно сладко улыбается, быстро освобождаясь от объятий, идёт медленно в сторону дороги, как бы ожидая далёкого друга. — Эй, ты идёшь? Осаму верно говорил, ты очень сильно тупишь. — А вот и нет! — рыжий быстро нагоняет шатенку, в пару шагов, шляпа у того слегка наклонилась к глазам, и в один момент он даже не заметил, как эта шляпа оказалась на голове Асами. — Эй, верни! — А вот и нет, — передразнивает его она. Чуя раздражённо вздыхает, резко отбирая свой головной убор и слегка грубым движением кладя её себе на голову. Он замечает как смешинки в коньячных глазах спадают на нет, на место ним приходит лёгкая обида, как брови слегка насупились, как губы надулись вместе с щеками, это вызвало у него лёгкий смешок. — Чай, чёрный, две ложки сахара, пожалуйста, — Немного погодя, она добавляет. — И пожалуйста с лимоном. — Конечно, а вам? — официант кажется открыто, почти что, флиртует с дамой, на что Накахара лишь сжимает челюсти, сдерживая рык. Не видит что ли, дурак этот, что не надо тут на его покушаться?! — Вино "Шардонне", пожалуй, — получив в ответ кивок, взгляд от окна перешел на слишком спокойную, даже кажется с виду довольную данной ситуацией Дазай. В кафе играет музыка, лёгкая, её почти не слышно, а взгляды этих двух молодых людей пересекаются часто. Накахара усмехается. — 4 года назад ты была ранена? — Пуля чудом не задела меня, лишь слегка коснулась кожи, — Асами говорила спокойно, положив под голову руку и слегка склонив ту в бок. — А что? Прошло уже 4 года, ты и у него мог спросить. — Я все ещё не могу смириться с тем, что ты его сестра, — парень резко встаёт, замечая в дали того официанта, наклоняется, одной рукой беря девушку за подбородок, а после затыкая эти губы поцелуем, получая от этого действия наслаждение больше, чем от дорогого вина. Поймал же он её?

***

Труп выглядит ужасно. Асами морщится, сдерживая рвотный порыв, не понимая, как Рампо спокойно может даже в такой ситуации смотреть на этот ужас. В этот раз именно ей было суждено стать своего рода проводником детектива, что не разбирался в общественном транспорте. Она глубоко вздохнула этот грязный воздух, после чего скрыла большую часть лица рукавом пиджака. Всё же, ей противно смотреть на труп, кожу с которого содрали, как с какого-то зверя. — Рампо-сан, вы знаете, где преступник? — Да, преступник... Дазай не понимает, что ей движет в тот момент, когда она видит что в Эдогаву целится один из полицейских, не понимает, почему быстро оказывается за его спиной, прикрывая собой, как раз в тот момент, когда раздаётся выстрел. — Вот и убийца, да, Рампо? — она улыбается, пуля сейчас внутри и причиняет много боли. Асами доверчиво падает назад, зная, что подхватят. — Рампо, звони Йосано.. И Осаму, но ему... Во вторую очередь. — Помолчи, Ами-сан, — Эдогава одной рукой придерживает ту, другой набирая номер, вот только тот опустил момент, когда Дазай потеряла сознание, поэтому пришлось вызывать скорую, что приехала буквально через 5-10 минут...

***

Дазай все задание чувствует себя паршиво. Его ужасно тошнит, и кажется, что содержимое обеда скоро выйдет наружу, вот только не хочется этого. Дазай не сразу замечает звук пришедшего смс, ему Куникида говорит наконец ответить, ибо "этот звук его раздражает". После прочтения ему стало ещё хуже. "У Ами-сан пулевое ранение, буквально минут пять назад она попала в операционную." "Она не хотела, что бы я говорил тебе в первую очередь, но я все же подумал, что так будет лучше" Осаму надеялся, что за четыре года его прошлый напарник не сменил свой номер. Задание вот-вот закончилось, эспер ехал на такси в сторону указанного адреса в последнем смс, набирая дрожащими пальцами сообщение соултмейту сестры. "Она в больнице с ранением" Телефон с шумом закрывается, после чего Осаму глубоко вздохнул. Кажется, те поверия, что близнецы чувствуют боль друг друга, на самом деле правда. Шатен усмехнулся, складывая руки за головой в внимательно смотря в окно, стараясь подавить все эти бушующие чувства и боль внутри.

***

Чуя в паршивом настроении, явно ничего не понимая, едет в больницу на всей скорости, не беспокоясь о штрафах. Да что штрафы по сравнению с тем, что он совершает на своей работе? Чуя приезжает быстро, так же быстро выбегает из машины и кажется забывает её закрыть, но это ведь не важно, не важно так же, что по пути он сбивает кого-то, и даже не извиняясь, влетает в здание и быстро поднимается по лестнице. В коридоре его встречает Дазай-старший, который выглядит довольно таки паршиво. Дазай сидя на стуле и облакотившись о его спинку, опрокинул голову назад, у него не было этой едкой ухмылки, нет даже намёка на улыбку, но улыбаться в такой момент даже ему не под силу, у него глаза прикрыты, но видимо почувствовав чье-то приближение, один глаз приоткрылся. — Ты все же бросил все дела и приехал, я удивлён, Чуя. — Идиот, да как тут дела не бросить?! — Чуя смотрит на того с гневом, в ответ получая все такой-же безжизненный взгляд, его это ещё больше злит, он пытается не ударить по этой физиономии, и не сдерживаясь, со всей силы бьёт тому в лицо, прекрасно зная, что рана, что была получена не давно ещё даёт тому знать о себе. — Как это произошло? — Закрыла собой Рампо на задании, — вытирая рукавом плаща кровь с лица, ответил Дазай. — Йосано приехать не может из-за пробок, она выехала недавно и приедет ближе к вечеру. А дальше пришлось в обществе друг друга сидеть и ждать, когда придёт время, что бы можно было посетить пациентку, сидеть в ожидании, стараясь не сказать друг другу чего-то язвительного, ибо на обоих подействовала угроза, что в палату их не пустят если шуметь будут. И время пришло лишь через полтора часа, и то пустили на минут 5, кажется. Хотя длились они для обоих на много больше. Дазай сразу же сел напротив кровати, склонив голову на простыню и не поднимая взгляда, не мог он смотреть на все эти трубки, маску для дыхания и слушать надоедливый писк, что отдаётся даже в ушах. Он слабо сжимает ладонь сестры в руке, ладонь холодную и раслабленную. — Маленькая моя Ами, все будет хорошо. Накахара услышал это, стоя у двери, не решаясь пройти дальше. Сестра выполняла волю агентства в той войне с Достоевским, когда брат был на операционном столе, вот только состояние той он прекрасно помнит: слишком бледная, растрепаная, кажется даже не понимающая, что совершает. Осаму же самообладание свое не терял, лишь выглядел потерянным и обеспокоенным. Такие заметные отличия у этих близнецов, если так посмотреть. "Чуя, она пришла в себя"

***

— Да, войдите. Дверь открывается со скрипом, Асами с удивлением смотрит на фигуру Накахары, у которого в руках пластиковый стаканчик, который выглядит растерянно, и таким ей приходится его видеть во второй раз. — И чего ты отказалась от лечения этой Йосано? Ходила бы сейчас здоровая, — поставив пластиковый стаканчик на близ стоящий столик, позже садясь на стул, что парень сам пододвинул ближе к кушетке. Вздохнув, тот дал принисенное им Дазай, что смотрела на него после этого с радостью и таким привычным взглядом. — Ну так что? — Я не хотела быть расчлененной, по этому пусть уж долечусь в обычной больнице, — Асами чуток подула напиток, все ещё горячий, после чего не спеша приподнесла напиток к губам и сделала маленький глоток. Коньячные глаза ещё больше засветились. — Накахара, ты запомнил! — Ага, запомнил, — поддакнул Чуя, расслабляясь в этой не принужденной атмосфере спокойствия и в какой-то степени, тишины. — С тебя должок. — Поцелуя хватит? — Вполне. — Прекрасно, тогда через недельку я тебя обязательно поцелую, — с непринуждённой улыбкой говорит шатенка, ставя уже пустой пластмассовый стаканчик на не большую тумбочку рядом с кроватью. Реакция рыжего ей нравится, это удивление, своего рода обида и радость. Чувства, что кажется, даже смешать нельзя. — А сейчас? Асами оказывается прижатой к кроватной койке, а ухмыляющаяся физиономия соултмейта приближается все ближе к её лицу. В какой-то момент она и сама не сдерживает смешка, вот только ей хватает сообразительности, что бы за пару секунд до поцелуя закрыть свои губы ладонью. О, этот с лёгкой обидой и грустью взгляд ей запомнится на долго. — Чуя, не следует домогаться моей сестры. — Все происходило по обоюдному согласию.

***

Чуя, входя в квартиру близнецов, ожидал увидеть многое, но ни как не то, что предстало перед его глазами. Как можно спокойно распивать чай, при этом спокойно выбирать по громкой связи имя? Кажется, очень легко, следует только обратится к обоим Дазай, а затем и всему детективному агентству. — Дазай, как вам имена Сецуко и Минами? — Не точно, что будет девочка, — задумчиво говорит Осаму, кажется, он давно сидит подложив под голову руку, сидит задумчиво, смотря куда-то в сторону, и к этому действию присоединилась к нему буквально несколько секунд назад. — Что думаешь, Асами? — Думаю, что мы выберем имя для девочки, а он для мальчика. Накахара усмехается, понимая, что ситуации у них похожие, ибо буквально несколько часов назад, сидя в душном офисе и получая чуть ли не ежеминутный звонок от босса с предложением имени, тот сослался на то, что имя для девочки выберет сама девушка. Звонки после этого, на минут пятнадцать, прекратились, но зато пришлось выслушивать получасовой список всевозможных имён (он был абсолютно уверен, что ему подключились помочь многие, ибо за 15 минут состряпать такой список сложновато). — О, Чуя, а мы как раз тебя вспоминали! — Да я это прекрасно слышал, —глубоко вдыхая и проходя ещё дальше в комнату, сказал рыжий, присаживаясь рядом с ними. — И какие варианты у тебя? — Их много. — Говори в слух, тебя все внимательно слушают. — Лично мне среди большого списка больше всего понравилось Ичиро. — Прекрасно, тогда Минами и Ичиро. Он поймал её, крепко крепко, отпускать точно не будет А так, этим двоим потребовалось сразу два имени