Брат

Прошло два дня после битвы с Малекитом и изменниками. Потерпевший поражение тёмный эльф скрылся с остатками своей армии. Как оказалось, у асов и йотунов есть одна общая черта - уже два дня как они до беспамятства напиваются, славя друг друга. Лафей сидел в своей комнате, смотря в зеркало. Мысли Предводителя йотунов были заняты младшим царевичем Асгарда. Да и Асгарда ли? Лафей ненавидел себя за собственную слепоту. За всей своей ненавистью, а позже за опасениями за жизнь Лейфа, он не замечал очевидных вещей. Ещё в их первую встречу, Лафей почувствовал, что что-то не так с сыном Одина. Локи пережил ранение, что было бы не под силу самому Всеотцу. Древняя как мир магия – он управлял ею, магией, что ранее забрала жизнь его матери. Матери, которую он никогда не узнает. Локи и Лейф ведь так схожи и не только внешне. Мысли Лафея прервал стук в дверь. Не дождавшись ответа, гость вошёл. Лафей замер, увидев Локи, но из последних сил сдерживал эмоции. - Локи, что-то случилось? - Нет. Я пришел сказать, что завтра мы возвращаемся в Асгард. Лафей лишь понимающе кивнул, но увидев, что вновь обретенный сын собрался уходить спросил то, что не давало ему покоя. - Локи, - Лафей окликнул сына, на что маг спокойно повернулся в ожидании. - Зачем ты спас мне жизнь? Думаю, Всеотец бы не огорчился такой утрате. - Не люблю быть должным. К тому же я не разделяю всех решений Одина. Только сейчас Лафей осознал ещё один момент. Локи ни разу не назвал Всеотца – отцом. - Я пойду с вами, - Предводитель йотунов прекрасно знал, что данные слова не останутся без вопросов. - Но если Малекит вернётся, эфир останется без защиты. - Эфира здесь нет. Он давно в Асгарде. - Как? – сейчас Локи чувствовал себя облапошенным. - Лейф. Он хранит эфир с того самого момента как гостит в Асгарде с разрешения Всеотеца. - Но…, - начал маг, но Лафей не дал договорить. - Всеотец не знает ничего об этом. Если бы знал, он бы не помог. Я достаточно долго знаю Одина, он не станет ничего делать не преследуя собственные цели. - Верно, - уголки губ трикстера слегка дрогнули. Какая ирония, ведь он сам доказательство слов Лафея. Народ Асгарда встречал своих героев. Всеотцом был объявлен пир, который должен был продлиться не один день и не одну ночь. Сразу после отчёта перед Всеотцом, Локи направился в свою комнату. Но идя по длинному коридору, он заметил маленькую фигуру стоящую под его дверью. Без сомнения это был Лейф. Услышав приближающиеся шаги мальчишка напрягся, но продолжал все также стоять не поднимая глаз. - Почему ты здесь? Твой отец наверное ждёт тебя, - Локи не собирался говорить, что ему известно об эфире. Но не признаться себе, что его зацепил обман он не мог. - Прости меня, Локи. - За что? – внешний вид трикстера демонстрировал непонимание. - За то, что я не сказал тебе с самого начало об эфире, я обманул тебя, я не хотел, я…, - Лейф проговорил все на одном дыхании так, что на последних словах он смолк, тяжело дыша, - ты злишься на меня, я это заслужил. Спустя минуту затянувшуюся тишину нарушил тихий баритон мага. - Я не злюсь на тебя. - Но разочарован, - сразу же тихим голосом добавил мальчик. Ничего не сказав, Локи присел на одно колено, глядя в глаза ребёнку. - Уже нет. Лейф поднял полные слез глаза и тут же крепко обнял Локи. Трикстер приобнял мальчишку в ответ. Пожалуй, он скучал по Лейфу. Лафей который направлялся к сыну, замер глядя с поворота длинного коридора. Его сыновья вместе. Предводитель йотунов замечал хорошее отношение Локи к Лейфу, но теперь он знал истинные причины этого. Локи знал кем он является и кто его плоть и кровь. Но примет ли он самого Лафея? Локи провел ещё несколько часов с Лейфом рассказывая об их приключениях с Тором в Йотунхейме, обходя некоторые моменты стороной. Как только мальчишка отправился к отцу, который якобы обыскался его со слов прислуги, Локи уснул как только голова коснулась подушки. За сном он пропустил ужин и невероятную повесть Тора за столом. Локи проснулся посреди ночи от ночного кошмара. Ему снился тот день, когда он узнал кто он на самом деле. Сон был настолько реалистичен, что проснувшись, Локи не сразу смог спокойно дышать, а горячие слезы текли по мраморной коже. Переведя дыхание, Локи вспомнил день сражения и то, чему он сразу не придал значение. В ходе битвы йотун схватил его за руку, а раскрытие того кем является царевич Асгарда никак не входило в планы трикстера. Всему виной эмоции, что все чаще стали брать над ним верх.Так и сейчас вспоминая выражение лица предателя, лицо Локи снова украсила победоносная улыбка. Тогда ему хотелось показать изменнику, что перед ним не царевич Асгарда, а сын правителя Йотунхейма. Возможно его царь, коим он мог стать, будь на то воля судьбы. Не сумев заснуть Локи продолжал скитаться из угла в угол в бесконечном потоке мыслей до самого рассвета. Лафею тоже не спалось после разговора с сыном. Мальчик поведал о проверенных днях в Асгарде и лишь случайно обмолвился о разговоре Одина и Локи. Как оказалось, Лейф слышал практически все. Но больше всего Предводителя йотунов беспокоило то, что Лейф сумел привязаться к Локи чуть ли не больше чем к нему самому. Маленький царевич Йотунхейма очень долго упрашивал отца оставить его ещё немного в Асгарде под опекой Локи, покуда Лафей будет решать государственные дела Йотунхейма. Сказав, что он подумает, Лафей долго думал как поступить и к рассвету решение пришло само собой. Разговор с Всеотцом обещал быть сложным, но Лафей решил во что бы то ни стало воплотить задуманное. Всеотец восседал на троне, внимательно слушая Правителя Йотунхейма. - Что ж, я подумаю, кого из асов можно назначить послом в Йотунхейм и твоей правой рукой, - спокойно проговорил Всеотец. - У меня есть идеальный кандидат и я думаю ты одобришь мой выбор, - Лафей был хитер и решительно настроен совершить задуманное. - И кто же это? - Твой сын, Локи. - Локи? – Один был удивлён и где-то понимал, что это неспроста. - Именно. Народ Йотунхейма полюбил его в связи с последними событиями. К тому же он сможет продолжить обучать Лейфа магии. Я имел возможность убедиться, что он хороший стратег, воин и многое понимает в государственных делах. - Я подумаю и поговорю с сыном. Несмотря на то, что Локи не спалось ночью, он не явился на завтрак, решив посетить библиотеку. Время шло незаметно и возможно бы Локи просидел за книгой до позднего вечера, если бы не Тор. Громовержец с грохотом открыл дверь и уверенно шагнул к любимому месту брата. Тор хоть и не любил общество пыльных фолиантов, но несмотря на саркастичные слова брата знал, где находится обитель знаний. Завидев брата, громовержец обратился к нему: - Локи! - Чего так кричать? - Ты согласился? – громовержец был то ли расстроен, то ли зол. Он и сам не мог понять, хотя одно другому не мешало. - На что согласился? – Локи не понимающе уставился на брата, отложив книгу. - Отец сказал, что Лафей просил твою кандидатуру на место посла в Йотунхейм и его доверенное лицо. Локи ничего не ответил, сорвался с места, словно ошпаренный, направляясь к Одину. Тор поспешил за братом, желая остепенить его. - Локи, подожди! – догнав брата, громовержец схватил его за плечо. - Локи, стой! - Отпусти! - Успокойся. - Думаешь, Один не выдаст меня Лафею? Он хочет руководить мной как марионеткой! Но нет, этого не будет. - Отец …, - начал было громовержец. - Он мне не отец! Для него я лишь трофей. Сын Лафея, которого он спас от смерти во льдах Йотунхейма. - Брат. Тор и Локи в мгновение обернулись к обладателю детского голоса. Из-за колонны вышел Лейф, внимательно смотря в изумрудные глаза Локи.